Глава 3. ФРЕГАТЫ, КОРВЕТЫ И БРИГИ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 3.

ФРЕГАТЫ, КОРВЕТЫ И БРИГИ

XVII — XVIII века ознаменовались многочисленными войнами между Англией, Голландией, Францией и Испанией. В те времена на морях царили пришедшие на смену галионам линейные корабли. Так они стали называться после введения сформулированной Павлом Гостом линейной тактики боя. Эскадры противников выстраивались в линии друг против друга, и исход дела решали пушки — их число и умение ими пользоваться. Если посмотреть описание боев той эпохи, то везде приводится число линейных кораблей, а о кораблях других кланов упоминается только вскользь. Например, в описании 2-й англо-голландской войны можно встретить следующее: «…каждая эскадра выделила для разведки по три фрегата, …несколько фрегатов… следовало иметь для спасения утопающих» — и только. Читаем далее. Рюйтер «…выслал на разведку четыре фрегата…» Такова была роль фрегатов в то время, и это несмотря на то что количественно они составляли значительную часть флота. Например, в бою между английской эскадрой Рюйтера в составе голландского флота наравне с линейными кораблями числом в 53 вымпела входило 12 фрегатов. Однако результаты боев всегда оценивались числом потерянных линейных кораблей. Это не значит, что фрегаты находились в таком уж забвении — просто они были на вторых ролях, когда государство, оказываясь в финансовом затруднении, на «прикол» ставило линейные корабли, а фрегаты оставались в строю (так поступил, например, английский король Карл II).

Однако с середины XVIII века роль фрегатов постепенно повышалась, и они стали играть более заметную роль как при выполнении своих основных функций — разведки и крейсерства на коммуникациях, так и в боях совместно с линейными кораблями.

Во второй половине XVII века появилась первая классификация кораблей. Она основывалась на водоизмещении корабля и количестве пушек. К первым трем рангам относились линейные корабли, имеющие водоизмещение от 800 до 1800 т при числе пушек от 60 до 100 (иногда и больше), расположенных на трех палубах (деках) — корабли 1-го ранга или на двух палубах — 2-го и 3-го рангов. Корабли 4-го и 5-го рангов считались фрегатами и имели водоизмещение до 800 т. Их пушки располагались на одной или двух деках, а их число не превышало 50 стволов. К кораблям 6-го ранга относились более мелкие корабли — корветы и бриги Число пушек, расположенных на открытой палубе, у них не превышало 35 стволов. В дальнейшем классификация неоднократно изменялась, например, фрегаты должны были иметь артиллерию исключительно в двух палубах Общим для линейных кораблей, фрегатов и корветов было их парусное, прямое на трех мачтах, вооружение. Бриги имели две мачты с прямым вооружением. Фрегаты, корветы и бриги были наиболее распространенными крейсерскими кораблями, начиная с середины XVII века до середины XIX века.

Если англичан можно считать создателями линейных кораблей, то родиной фрегатов можно считать Францию и ее министра финансов Кольбера. Этот деятельный министр поручил своим кораблестроителям создать такой корабль, который мог с успехом противостоять английским кораблям, быть быстроходным и маневренным (Находящиеся на вооружении всех великих держав того времени линейные корабли, несмотря на мощное вооружение, были неманевренны, тихоходны и черпали воду портами нижней палубы при свежем ветре.) Эта задача французам вполне удалась. За счет облегчения конструкции корабли получили меньшую осадку и, соответственно, большую скорость. Увеличивать скорость за счет уменьшения ширины было опасно (достаточно вспомнить известную историю шведского корабля «Ваза», затонувшего при первом пробном плавании практически в своей гавани). Остойчивость фрегатов была также повышена за счет уменьшения, а затем и ликвидации кормовой надстройки.

Рассказывая о фрегатах, надо сделать маленькое отступление. В нашем повествовании мы будем касаться только фрегатов крейсерского назначения. Дело в том, что корабли, именуемые фрегатами, появились еще в XIII веке и представляли собой парусно-гребные посыльные суда малого водоизмещения. Они имели одну мачту и 4 — 5 пар весел и состояли при галерах в качестве вспомогательных кораблей.

Существовал еще класс парусно-гребных фрегатов. Эти корабли имели фрегатское парусное вооружение и до 18 пар весел. Число пушек на них доходило до 38 стволов. Однако это были прибрежные корабли для действия в узостях и шхерах. Свое распространение они получили во второй половине XVIII века в составе флотов России и Швеции. Поскольку в книге разговор идет о крейсерских кораблях, то эти два класса рассматриваться не будут.

Появившиеся в составе флотов в XVIII веке корветы представляли уменьшенную копию фрегата Отличием их было то, что пушки располагались на корветах только на верхней палубе. Корветы отличались быстроходностью и предназначались для разведки. Нашли они также применение в качестве научно-исследовательских кораблей. Наиболее известным на этом поприще стал английский корвет «Бигль», совершивший в 1831 — 1836 годах кругосветное плавание с участием Ч. Дарвина. Результатом этого плавания стала его теория о происхождении видов,

Самым маленьким из парусных крейсерских кораблей (рассматриваемых в этой книге) были бриги. Они появились в XVII веке и использовались как торговые и военные суда до середины XIX века. В начале их водоизмещение не превышало 300 т, но затем возросло до 800 т. Наиболее крупные военные бриги имели до 28 пушек. Кроме перечисленных, в разное время в качестве крейсерских были корабли и других классов: бригантины, шхуны, шнявы и др. Но «нельзя объять необъятное», — сказал Козьма Прутков, и он был прав. Более того, даже внутри одного класса, скажем фрегатов, невозможно упомянуть все более или менее известные корабли и боевые столкновения, в которых они участвовали. Поэтому ограничимся рассказом о наиболее известных крейсерских кораблях — фрегатах, корветах и бригах только русского флота. Это, по-видимому, правильно — если невозможно рассказать обо всех, то ограничимся русскими кораблями, — все-таки книга пишется для отечественного читателя.

Итак, начнем с фрегатов. Начиная с петровских времен и до Крымской войны в состав русского флота вошло 294 парусных фрегата. Кроме них в составе флота состояло 14 трофейных, захваченных в боях. Точное число состоявших в составе русского флота корветов и бригов неизвестно, но их было также немало. Поэтому, рассказывая об этих кораблях в хронологическом порядке, коснемся наиболее знаменитых и отличившихся.

История крейсерских операций русского флота уходит в эпоху Ивана Грозного. Если быть точным, то собственно русским его назвать нельзя — это была каперская флотилия под начальством датчанина Карстена Роде, созданная для борьбы на коммуникациях Польши.

Вначале у Роде был всего один корабль, но после захвата ряда польских судов его флотилия увеличилась до шести вымпелов. Россия не имела собственного порта, и каперы базировались в Дании и острове Борнгольм. Флотилия просуществовала всего несколько месяцев, успев захватить за это время 17 судов. Под давлением Польши и Швеции датский король был вынужден ликвидировать флотилию и конфисковать ее корабли, а Роде был арестован. В целом это был незначительный эпизод в истории русского флота.

Второй раз русские корабли появились на Балтике во время Северной войны 1700 — 1721 годов. Война началась неудачно для России — 19 ноября 1701 года армия Петра I понесла жестокое поражение под Нарвой, но положение скоро исправилось, и Россия нанесла шведам ряд чувствительных ударов на суше и море и получила долгожданный выход на Балтику.

Первые морские операции были удачными для русских, но носили или оборонительный характер ,или были прибрежными, где главным средством боя был абордаж. Поскольку разговор идет о крейсерских операциях, то первой можно считать удачный переход трех фрегатов («Святой Павел», «Святой Петр» и «Святой Илия») из Архангельска в Данию. По пути они захватили два шведских транспорта.

4 сентября 1711 года два шведских фрегата пришли в Ригу. «Святой Илия» по пути погиб на рифах. Бой у Гангута 27 июля 1714 года окончился победой русских галер, но среди захваченных шведских кораблей был один фрегат «Элефант». Но и этот бой не был по-настоящему морским — он, как и более ранние столкновения, представлял серию абордажей.

Первым настоящим морским боем русского и шведского флотов было сражение у острова Эзель 24 мая 1719 года, закончившееся взятием трех шведских кораблей. Следующим значительным сражением был бой русских галер под командованием Голицина у Гренгама 27 июля 1720 года. Воспользовавшись оплошностью шведов, вошедших в узости вслед за отступившими русскими галерами и потерявшими возможность маневрировать, русские галеры перешли в контратаку и захватили четыре фрегата в абордажной схватке.

Крейсерские операции на коммуникациях шведов, проводимые отрядами русских кораблей, были достаточно успешными. Так, с апреля по ноябрь 1718 года отряд из пяти русских крейсерских кораблей под командованием капитан-командора Фангофта и другой отряд из трех кораблей под командованием капитана Вильбоа захватили в общей сложности 32 торговых судна и 4 небольших военных корабля. Война со Швецией 1741 — 1743 годов и Семилетняя война 1756 — 1762 годов не имела сколько-нибудь значительных крейсерских операций. Иное дело Русско-турецкая война 1768 — 1774 годов, ибо все морские операции той войны можно с полным основанием отнести к крейсерским, даже если в них принимали участие и линейные корабли.

18 июля 1769 года из Кронштадта вышла первая русская эскадра под командованием адмирала Г. Спиридова и направилась в Средиземное море. В состав эскадры вошли 7 линейных кораблей, всего один фрегат и несколько малых кораблей и судов.

Целью экспедиции было нанесение удара с тыла по турецким коммуникациям и отвлечение сил с главного театра военных действий. Кроме того, присутствие русских кораблей в Архипелаге оказывало кроме военной и политическую поддержку грекам, боровшимся за свою независимость. С помощью русских греки смогли вооружить множество небольших судов, усилить крейсерский состав объединенного флота и тем самым способствовать прекращению подвоза продовольствия и снабжения из Египта и Сирии в Стамбул.

Вслед за первой эскадрой 9 октября вышла вторая в составе 3 линейных кораблей, двух фрегатов и нескольких транспортов под командованием Эльфинсгона. Европейские морские авторитеты отнеслись с определенным скепсисом к экспедиции и указывали на не вполне благополучное состояние русских кораблей, на отсутствие пунктов базирования, на незнакомство с театром боевых действий и предрекали провал мероприятия. Вопреки им Вольтер посчитал экспедицию замечательной, сравнивая ее с великими военными операциями прошлых веков, и он оказался прав.

Боевая деятельность русского флота в Средиземном море началась с захвата ряда пунктов на побережье с тем, чтобы иметь необходимые базы для ремонта и снабжения кораблей. Наиболее значительным было взятие 10 апреля 1770 года турецкой крепости Наварин бригадиром морской артиллерии Ганнибалом.

24 июня 1770 года в Хиосском проливе произошло сражение между русским и турецким флотами. В составе русского флота было 9 линейных кораблей, 3 фрегата и несколько малых кораблей. Турецкий флот насчитывал 16 линейных кораблей, 6 фрегатов и более пятидесяти других, в основном малых кораблей. Этот бой был в основном боем линейных кораблей, а фрегаты и малые корабли в нем особой роли не играли. В результате боя стороны потеряли по одному линейному кораблю, после чего турки отступили в Чесменскую бухту. В ночь на 26 июня турецкий флот был обстрелян русскими кораблями и с помощью брандеров полностью уничтожен. В плен русским достался один из линейных кораблей и несколько малых судов. По выражению адмирала Спиридова, русский флот «стал во всем Архипелаге господствующим».

Это была первая и самая громкая победа русского флота в Средиземном море. Следующая — произошла 28 октября 1772 года в Патрасском заливе. Этот бой с полным правом можно считать боем крейсерских кораблей. Русский отряд капитана 1-го ранга Коняева в составе двух линейных кораблей, двух фрегатов и трех малых кораблей перехватил турецкий отряд из восьми фрегатов и четырнадцати шебек. Этот отряд турецких кораблей был сформирован для борьбы с русскими и греческими крейсерскими кораблями, но сам стал добычей русской крейсерской эскадры. Обнаружив русский отряд, турецкие корабли подошли ближе к берегу под защиту пушек крепости Лепанто. Однако это им не помогло, и турецкая эскадра была уничтожена — погибло восемь фрегатов и восемь шебек.

В течение всей войны русские корабли всех классов проводили постоянные операции на коммуникациях противника. Так, 17 июня 1771 года эскадра адмирала Спиридова из пяти линейных кораблей и девяти фрегатов блокировала Дарданеллы. 1 августа другая эскадра под общим командованием графа Л. Орлова в составе семи линейных кораблей, шести фрегатов и нескольких малых кораблей вышла для операций вдоль греческих (от Дарданелли южнее) и турецких берегов. За этот рейд было уничтожено множество небольших транспортов, стремящихся прорвать русскую блокаду. Кроме судов были уничтожены и запасы продовольствия на береговых складах. Хорошо действовали на коммуникациях турок и отдельные крейсерские корабли.

28 февраля 1772 года фрегат «Святой Павел» захватил у острова Родос турецкий сторожевой корабль. Несколько позже другой фрегат «Слава» в заливе Лагос захватил три и уничтожил шесть турецких транспортов. За время с 8 по 16 июня отряд легких русских кораблей уничтожил у Бейрута десять турецких кораблей, а высадившийся десант взял крепость и наложил на город контрибуцию. 21 октября фрегат «Святой Павел» у берегов Египта уничтожил два турецких фрегата и захватил несколько небольших транспортных судов, а на следующий день еще посыльное судно вместе с главнокомандующим турецкими войсками в Египте — Селим-беем.

Удачные операции крейсеров продолжались до конца войны и полностью оправдали затраты на посылку в Средиземное море балтийских кораблей. Всего за пять лет войны с Балтики было отправлено двадцать линейных кораблей, шесть фрегатов и значительное число легких кораблей и транспортов. Кроме этого, в состав русского флота за счет купленных вошло еще тринадцать фрегатов и ряд мелких судов. Трофеями русского флота стали один линейный корабль, восемь фрегатов и более двадцати малых кораблей. Потери русского флота были незначительны. Один корабль («Евстафий») погиб в бою и три других по навигационным причинам.

Экспедицию русских кораблей в Средиземное море можно считать одной из наиболее удачных в истории войн на море, которая была направлена на блокаду неприятельского побережья, и столь успешно и с минимальными потерями осуществлена.

Прошло 13 лет, нападением турецких кораблей на русский фрегат «Скорый» и бот «Битюг» началась новая русско-турецкая война Эту войну по месту участия в ней кораблей можно разделить на три района. Наибольшие потери турки понесли, как ни странно, в лимане у Очакова, а не в море. Сражение под Очаковым не является крейсерской операцией, но все же заслуживает того, чтобы о ней сказать несколько слов.

Первый из серии боев под Очаковым состоялся 7 июня 1788 года, когда турецкий флот атаковал русскую гребную флотилию контр-адмирала Нассау-Зигена. Несмотря на подавляющее преимущество (в состав турецкого флота помимо гребных кораблей входило четыре линейных корабля и шесть фрегатов), русская гребная флотилия отбила атаку. Турки отступили, потеряв три небольших судна.

17 июня русская флотилия из семнадцати гребных судов атаковала турецкий флот из десяти линейных кораблей, шести фрегатов и множества мелких кораблей. Атаку поддержала русская парусная эскадра под командованием П. Джонса (три линейных корабля и пять фрегатов). Турки потеряли два линейных корабля. Наконец 18 июня турецкому флоту под Очаковым был нанесен решительный удар. Операцией командовал адмирал Н. Мордвинов. Гребная флотилия Нассау-Зигена атаковала турецкий флот и после четырехчасового боя полностью уничтожила его. Турки потеряли пять линейных кораблей, два фрегата и несколько небольших кораблей. Один линейный корабль был захвачен. Потери турок составляли до 6000 человек, потери русских — всего 18 убитых и 67 раненых. Это была самая результативная победа русского флота в той войне, к сожалению, мало освещенная, а часто и искаженная, в истории нашего флота.

Операции на Черном море между флотами России и Турции отличаются от предыдущих морских сражений возросшей ролью фрегатов. Этому были свои причины. Если Турция к началу войны уже располагала достаточным по числу линейным флотом, то России его приходилось создавать уже в ходе войны.

Фрегаты, как более малые корабли, требовали меньшего времени для постройки. Кроме того, русские линейные корабли, построенные наспех из сырого дерева, не обшитые медью и имеющие льняные, более тяжелые паруса в отличие от турецких — хлопчатобумажных, обладали меньшей скоростью. Поэтому роль фрегатов более быстроходных, чем линейные корабли, была значительной.

В первом бою 3 июля 1788 года у Фидониси в составе русского флота было всего два линейных корабля и десять фрегатов. Турки выставили против них семнадцать линейных кораблей и восемь фрегатов, не считая мелких кораблей. Тем не менее русские корабли под командованием контр-адмирала М. Войновича нанесли противнику чувствительное поражение. Основную роль в бою сыграл авангард под командованием Ф. Ушакова. Несмотря на небольшие потери (турки потеряли всего одно небольшое судно), турки вышли из боя и, пользуясь преимуществом в скорости, оторвались от русской эскадры.

Следующее сражение состоялось 8 июля 1790 года у Керченского пролива. Турецкий флот пытался осуществить десантную операцию в Крым. Бой закончился отражением турецкого флота и большими потерями в личном составе и десантных войсках, хотя существенных потерь в кораблях турки не понесли.

Следующее сражение, произошедшее 28 — 29 августа у Тендры, было более результативным. Турки потеряли два линейных корабля потопленными, один был захвачен. Кроме того, было захвачено еще семь мелких судов.

С ростом числа линейных кораблей роль фрегатов в бою в составе линейного флота сократилась, и в сражении 31 июля 1791 года у Калиакрии в составе русской эскадры было шестнадцать линейных кораблей и только два фрегата. Турки понесли поражение и отступили. Одной из заслуг Ф. Ушакова в этих боях, особенно в сражении в Керченском проливе, было грамотное использование крейсерских свойств фрегатов. Используя быстроходность этих кораблей, он создал из них резерв, предназначенный для нанесения решающего удара в наиболее важном месте в первую очередь по неприятельскому флагману. Этот прием использовался и в дальнейшем многими адмиралами, создавая сильный отряд из быстроходных крейсеров для нанесения решающего удара по противнику.

Что касается непосредственно крейсерских операций, то они нашли свое место в той войне. Начало было положено небольшим крейсером под командованием греческого волонтера Кундури. В районе Синона он захватил два турецких судна Рейд четырех кораблей под командованием капитана 2-го ранга Д. Сенавина, продолжавшийся с 16 сентября по б октября 1788 года, был весьма результативен. За время крейсерства у Анатолийских берегов было потоплено и захвачено 11 турецких судов с различными грузами. Кроме того, артиллерией отряда были нанесены значительные повреждения береговым укреплениям и другим сооружениям Крейсерский отряд лейтенантов Бардаки и Глези (греки на русской службе), действуя в западной части Черного моря, потопил шесть турецких небольших транспортов и совершил десантную операцию в районе Кюстенджи.

Когда началась война с Турцией, Россия планировала повторить посылку Балтийской эскадры в Средиземное море, но встретила противодействие Англии. Кроме того, начавшаяся война со Швецией окончательно сделала невозможной новую экспедицию. Однако при поддержке России греки вооружили несколько кораблей и с успехом использовали их в качестве крейсеров на Средиземном море. Первым кораблем-крейсером стал фрегат «Минерва Северная». Его вооружил майор Качони, служивший волонтером еще в 1769 году во время предыдущей турецкой войны. Действуя весьма удачно, он сумел в скором времени создать из захваченных судов эскадру в шесть вымпелов. Их деятельность заставила турок выделить отдельную эскадру, в том числе включавшую три линейных корабля и восемь фрегатов для борьбы с русско-греческими крейсерами. Однако незначительность сил не позволила повторить тот успех, какой имели русские крейсерские корабли в предыдущей компании в Архипелаге.

Война России и Швеции 1788 — 1790 годов отличалась редким разнообразием морских боев, отличавшихся упорством и потерями с обеих сторон. Во время многочисленных столкновений противоборствующие стороны с переменным успехом использовали корабли разных классов — от небольших гребных до линейных. Нашли свое применение и крейсерские корабли — фрегаты и бриги.

Первое сражение произошло 6 июля 1788 года у Гогланда. Русская эскадра под командованием С. Грейга в составе 17 линейных кораблей и 8 фрегатов встретилась со шведской герцога Зюдерманландского в составе 15 линейных кораблей и 8 фрегатов. Стороны потеряли по одному линейному кораблю. Бой закончился практически «вничью», тем не менее атака шведского флота была отбита, и он отступил. Инициатива перешла к русским, и во время рейда к Свеаборгу был захвачен один шведский линейный корабль. Пользуясь сложившейся обстановкой, адмирал Грейг отрядил линейный корабль и два фрегата для пресечения коммуникаций шведов, поскольку последние имели решающую роль, так как сухопутные дороги Финляндии оставляли желать лучшего. Во время одной из этих операций шведы потеряли 14 транспортных судов.

1789 год начался маловажным по своему значению, но славным боем, когда катер (бриг) «Меркурий» под командой капитан-лейтенанта Р. Кроуна захватил 12-пушечный шведский тендер «Снапоп». Этим боем Кроун положил начало своим блестящим успехам в той войне. Уже в следующем бою талант и отвага Кроуна проявились полностью.

21 мая у залива Христианс-фиорда шведский 44-пушечный фрегат «Венус» был атакован катером «Меркурий», имевшим 24 пушки. Пользуясь штилем, Кроун, используя весла, подошел под корму фрегата и продольными залпами, губительными для парусных кораблей, снес все мачты фрегата. Шведы сдались. Потери русских были незначительны. Впоследствии фрегат под тем же именем вошел в состав русского флота и прославился в боях.

Следует упомянуть и еще один момент: на катере «Меркурий» находилась жена Кроуна. Во время боя она ухаживала за ранеными и была впоследствии награждена императрицей Екатериной II орденом «Св. Екатерины». Случай сам по себе замечательный — этим орденом обычно награждались женщины из августейших фамилий.

Весна и начало лета 1789 года не были отмечены серьезными столкновениями. Действия русских крейсеров на коммуникациях не были особенно успешными — было захвачено всего несколько небольших судов. Безрезультатным было и сражение линейных флотов 15 июля у Эланда.

Единственно значительным сражением в компании 1789 года был бой гребных флотов у Роченсальма, закончившийся победой русского флота. Бой происходил в шхерах и отличался упорством. В ряде случаев русским морякам приходилось топорами расчищать дорогу кораблям сквозь завалы, устроенные шведами в проливах между островами.

Компания 1790 года началась боем линейных эскадр у Ревеля 2 мая. Победа осталась за русской эскадрой под командой адмирала Чичагова. Шведы потеряли два линейных корабля и отступили. Шведы на поражение у Ревеля ответили 4 мая победой в Фридрихсгамском сражении гребных эскадр. Имея преимущество в артиллерии в четыре раза, шведы потопили и захватили 26 небольших гребных судов, потеряв только одно. Однако потери в людях русской эскадры были относительно невелики — 65 убитых и 150 пленных.

В конце мая произошло двухдневное сражение у Красной Горки Стороны в кораблях потерь не имели. Равными были и потери в людях. Главным результатом этого боя было то, что шведский флот отступил в Выборгский залив, где и был заблокирован русской эскадрой.

Блокада шведского флота в Выборге и последующий его разгром были звездным часом русских фрегатов и капитана Кроуна, в первую очередь.

26 мая фрегат «Венус» и катер (бриг) «Меркурий» атаковали у Питкопаса шведскую гребную флотилию. Потеряв один корабль, шведы были вынуждены укрыться в шхерах. 10 июня отряд капитана 2-го ранга Кроуна в составе фрегата «Венуо» и четырех катеров нанес поражение кораблям шведской гребной флотилии. Шведы потеряли пять кораблей. Из них четыре были захвачены в плен. В том же районе 19 и 20 июня произошло два столкновения отряда Кроуна и шведскими гребными кораблями. Во время этих боев три корабля были захвачены, шесть, чтобы они не достались русским, были сожжены самими шведами, а еще один, сильно поврежденный, выбросился на камни и был также потерян для службы.

22 июня шведы, дождавшись благоприятного ветра, пошли на прорыв. Он удался, хотя и огромной ценой. Шведы потеряли в общей сложности семь линейных кораблей, из которых было захвачено четыре, три фрегата и еще пятьдесят четыре других корабля меньшего ранга. Потери шведов в людях были также весьма большими: убитых около 5000 человек и пленных — 2000 человек. Потери русских составили всего 117 убитых. В корабельном составе русский флот потерь не имел.

В этом бою наиболее других отличился фрегат «Венус» под командованием Кроуна. Командуя отрядом фрегатов, Кроун атаковал шведские гребные корабли и взял часть их. Только приказ адмирала Чичагова присоединиться фрегатам к линейным кораблям в погоне за шведскими прорвавшимися линейными кораблями, спас остатки шведского гребного флота от полного разгрома. Фрегаты Кроуна, выполнив приказ, приняли участие в погоне и у Свеаборга захватили линейный корабль «Ретвизан».

К сожалению, удачно складывающаяся ситуация на Балтике в пользу русского флота была испорчена неудачным (вторым) сражением у Роченсальма, где русская гребная флотилия понесла тяжелое поражение, одно из самых значительных в истории русского флота.

Первая война России с Францией 1792 — 1792 годов не была отмечена сколько-нибудь значительными операциями крейсерских кораблей. Зато вторая, 1798 — 1800 годов, — богата ими. Франция с помощью генерала Бонапарта захватила большую часть Италии, Мальту и Ионические острова и грозила сделать Турцию своим союзником, поставив тем самым под угрозу завоевания России на Черном море. Против нее образовалась коалиция Англии, Австрии, России и Турции. В Средиземное море была отправлена эскадра русско-турецкого флота под командованием адмирала Ф. Ушакова. Главной целью экспедиции было освобождение Ионических островов.

В этой кампании Ушаков широко использовал отряды крейсерских кораблей, фрегатов, в первую очередь. Боевые действия начались с захвата острова Цериго отрядом из двух фрегатов под командой капитан-лейтенанта Шостака.

Через две недели 13 октября 1798 года те же два фрегата («Григорий Великия Армении» и «Счастливый»), высадив десант, заняли остров. Затем наступила очередь и других островов. При занятии острова Св. Мавры отличился отряд капитана 1-го ранга Д. Сенявина.

Наконец русско-турецкая эскадра подошла и блокировала остров Корфу, наиболее укрепленный пункт в архипелаге. После длительной осады при активной поддержке корабельной артиллерии русско-турецкий десант 20 февраля 1799 года занял Корфу. Русско-турецкий флот получил надежную базу и приступил к ряду крейсерских и десантных операций против французов. В этих операциях широко использовались фрегаты. В основном эти операции были направлены против ряда пунктов на итальянском побережье.

23 апреля 1799 года отряд капитана 2-го ранга Сорокина (три фрегата и два корвета) занял г. Бриндизи. 1 мая этим отрядом был занят г. Мола. Операций по высадке десантов и блокаде побережья Италии было множество. Более других в них отличился капитан-лейтенант Белли, десантный отряд которого совместно с неаполитанскими войсками штурмом взял Неаполь. Император Павел I, узнав об этом, заявил: «Белли удивил меня, но и я удивлю его!» — и наградил капитан-лейтенанта генеральским орденом Св. Анны первой степени.

Блестящая ушаковская компания на Средиземном море, хотя и позволила получить пункты на Ионических островах для базирования флота, особых выгод для России не принесла, и эскадра Ушакова 31 декабря 1799 года была отозвана в Черное море.

Война с Францией 1804 — 1807 годов на Средиземном море напоминала по своей направленности вторую половину предыдущей ушаковской компании. Учитывая опыт, полученный в предыдущих операциях против французов, русская эскадра под командой вице-адмирала Л Сенявина помимо десяти линейных кораблей включала значительный отряд крейсерских кораблей — пять фрегатов, шесть корветов и шесть бригов, а также сильный отряд канонерских лодок для действия у берегов.

Несмотря на то что по сравнению с событиями на сухопутном фронте операции на море представляются незначительными, о некоторых из них, связанных с крейсерскими кораблями, стоит упомянуть.

9 февраля 1805 года бриг «Летун» отбил у французов захваченное русское торговое судно, положив тем самым начало крейсерским операциям в ту компанию. 17 февраля того же года отряд капитан-командора Белли захватил французскую шебеку «Азард». 6 июня 1806 года у далматинского берега два русских фрегата — «Вену» и «Автроил» — в бою с одиннадцатью французскими шебеками и канонерскими лодками потопили два и захватили три корабля. В сентябре 1806 года в течение десяти дней отряд русских кораблей, в состав которого входил фрегат «Вену», удачно действовал против французов в Каттарской бухте. В результате этих действий французы были вынуждены отступить. Русским достались десять транспортов с провиантом.

В заключение описания боевых столкновений между русскими и французскими кораблями необходимо упомянуть славное дело у острова Браццо. Застигнутый штилем русский бриг «Александр» под командой лейтенанта И. Скаловского (16 пушек) был атакован отрядом французских кораблей из пяти вымпелов с общим числом пушек в 26 стволов и сильным отрядом десантников, предназначенных для абордажа.

Некоторая символичность этого боя заключалась в том, что флагманский корабль французов носил имя «Наполеон». Бой закончился победой русского брига. Две канонерские лодки французов были потоплены, а остальные ни с чем были вынуждены отступить.

Зигзаги политики императора Александра I, вызванные неудачами на сухопутном фронте, мгновенно делали прежних союзников врагами, а врагов — союзниками. В результате в 1807 году Россия воевала, но уже с Турцией.

События на Средиземном море были в основном связаны с блокадой Дарданелл эскадрой Сенявина. Совместные операции с английской эскадрой адмирала Дукворта не состоялись. Не согласовав свои действия с русскими, английский адмирал предпринял самостоятельный рейд в Мраморное море. Для нанесения удара по Стамбулу у англичан сил недоставало, а на обратном пути через Дарданеллы они понесли значительные потери и ушли на Мальту, оставив эскадру Сенявина в одиночестве. Однако эта компания была отмечена двумя сражениями — у Дарданелл и Афона. Турецкий флот лишился трети своего состава. В боях отличился среди прочих и фрегат «Венус».

Операции на Черном море заключались в основном действиями против крепостей на Кавказском побережье. В них принимали активное участие и крейсерские корабли, в частности, фрегат «Воин», отличившийся при взятии крепости Анапа.

Следующий ряд войн, которые вела Россия: с Англией (1807 — 1812), Швецией (1808 — 1809) и Францией (1812 — 1814), не имел значительных операций с использованием крейсерских кораблей. Некоторым исключением является бой фрегата «Богоявление» с двумя шведскими фрегатами. Несмотря на более чем в два раза превосходство в артиллерии, шведские корабли успеха не имели, и с наступлением ночи противники прекратили бой.

В связи с борьбой греческого народа за свою независимость возник новый политический кризис в Средиземном море. 23 марта 1826 года Россия и Англия подписали протокол о совместном выступлении против Турции. К нему примкнула и Франция. Поскольку Турция отказалась предоставить грекам автономию, союзники предприняли совместную экспедицию. Для действий в составе объединенной эскадры был сформирован отряд контр-адмирала А Гейдена в составе четырех линейных кораблей, четырех фрегатов, корвета и четырех бригов.

5 октября 1827 года соединенная эскадра прибыла к Наваринской бухте, где находился турецко-египетский флот. Объединенная эскадра союзников под командой английского адмирала Кодринггона включала 10 линейных кораблей, 10 фрегатов, 3 корвета и 3 брига. Им противостояла эскадра турок в составе из 7 линейных кораблей, 19 фрегатов, 26 корветов и 14 бригов (Обращает на себя внимание возросший процент крейсерских кораблей, действующих в составе эскадр.)

В результате последующего боя весь турецко-египетский флот был уничтожен. Турецкие фрегаты оказались не в состоянии противостоять линейным кораблям в открытом артиллерийском бою, хотя бы в силу того, что могли «поглотить» меньше снарядов по сравнению с линейными кораблями без потери боеспособности. Сказалась также и лучшая, несмотря на почти двукратное преимущество турок в числе пушек, подготовка европейских артиллеристов.

Наваринская кампания имела продолжение, выразившееся в войне России и Турции (1828 — 1829). Эта война не была отмечена значительными боями между линейными кораблями обеих сторон, зато столкновений кораблей крейсерского назначения было множество.

6 мая 1828 года у Суджук-кале двумя русскими бригами «Ганимед» и «Сокол» были перехвачены два турецких транспорта с войсками для усиления гарнизона крепости Анапа 17 мая бриг «Пегас» (20 пушек) уничтожил в Геленджике турецкий вооруженный транспорт. 8 июля бриг «Орфей» (20 пушек) своим огнем поддержал войска, штурмующие крепость Кюстенджи. Корабль получил от ответного огня турок значительные повреждения, но содействовал удачному штурму, в результате которого крепость была взята.

28 июля фрегат «Поспешный» с помощью гребных катеров захватил одно и потопил другое турецкое судно, стоявшие под стенами крепости Мидия. Несколько позже у крепости Инада было захвачено им же еще одно судно.

17 августа крейсерский отряд из двух фрегатов («Рафаил» и «Поспешный») с 48 пушками на каждом, 14-пушечной бригантины «Елизавета» и 12-пушечного катера «Соловей» под командой капитана 1-го ранга Н. Критского с помощью десанта захватил крепость Инада. Взяв трофеи и разрушив укрепление, отряд благополучно покинул турецкий берег.

25 апреля 1829 года фрегат «Штандарт» (44 пушки) и бриг «Менгрелия» (16 пушек) перехватили девять небольших турецких транспортов. Несмотря на то что турецкие суда ушли под защиту береговых батарей, русские корабли вошли в бухту, захватили два судна, а остальные уничтожили.

4 мая бриг «Орфей» обнаружил под берегом у Кирпени три турецких транспорта и захватил их. Наиболее известным и славным было дело 14 мая, когда маленький бриг «Меркурий» (18 пушек) сумел противостоять двум турецким линейным кораблям (на обоих 184 пушки). Это дело тем более было славным, потому что незадолго до него оказавшийся в подобной ситуации русский фрегат «Рафаил» был захвачен турками. Окруженный турецкой эскадрой из 15 вымпелов (в том числе шесть линейных кораблей), командир фрегата проявил малодушие и спустил флаг. В отличие от него командир «Меркурия» капитан-лейтенант А. Казарский принял решение драться до последнего, а в случае невозможности сопротивления взорвать корабль.

Неравный бой продолжался четыре часа. Турецкие корабли стремились поставить русский бриг в два огня. Искусно маневрируя и используя кроме парусов весла, Казарскому удалось избежать гибели. Более того, прицельным огнем русских артиллеристов были сбиты некоторые паруса на турецких кораблях. Их ход уменьшился, и они вышли из боя.

Бриг получил значительные повреждения, но сумел дойти до своей базы. Мужество русского корабля было отмечено и его противником Один из турецких офицеров, участник этого боя, впоследствии писал: «Он дрался, отступая и маневрируя, со всем искусством опытного боевого капитана до того, что стыдно сознаться — мы прекратили сражение, а он со славой продолжал свой путь… Если в великих деяниях древних и наших времен находятся великие подвиги храбрости, то сей поступок должен все иные помрачить и имя сего героя достойно быть начертано золотыми буквами на храме славы: он называется капитан-лейтенант Казарский, а бриг "Меркурий"».

Бриг получил кормовой Георгиевский флаг, и было установлено, что в составе Черноморского флота отныне должен находиться корабль под именем «Меркурий» или «Память Меркурия». В Севастополе стоит памятник с надписью, великолепной по точности и лаконичности: «Казарскому. Потомству в пример». И всё. Немногие удостоены чести получить подобную эпитафию.

Несмотря на то что война с Турцией закончилась, обстановка у берегов Кавказа оставалась весьма напряженной. Затянувшаяся Кавказская война с горцами постоянно привлекала внимание не только Турции, но и Англии. Из этих стран постоянно шло снабжение восставших оружием.

В 1830 году началось постоянное крейсерство русских легких кораблей (корветов, бригов и др.) у берегов Абхазии для предотвращения связей восставших горских племен с Турцией. Для этой цели в Суджук-кале и Геленджике были сформированы два отряда постоянно действующих кораблей. За 1832 год у побережья Кавказа было захвачено девять турецких судов с оружием и снаряжением.

В 1833 году только за один апрель — месяц русские крейсерские корабли захватили шесть и потопили три турецких судна с оружием и снаряжением, предназначенным для восставших. Подобные операции русских крейсеров продолжались до самой Крымской или, как ее называли в Европе, Восточной войны 1853 — 1856 годов.

К середине XIX века турецкая империя пришла в упадок. Освободительная борьба христианских народов, находившихся под властью турок, в значительной степени подрывала устои государства. Сепаратистские действия Египта наносили удар с юга.

Мировые державы — Англия, Франция и Россия — не могли остаться в стороне и не участвовать в делении «турецкого наследства».

Однако Россия, не сделав правильной оценки расклада политических сил в Европе, просчиталась и осталась в изоляции. Расчет на поддержку Австро-Венгрии и Пруссии не оправдался. Разумеется, Россия готовилась к войне, но техническое отставание в отношении парового флота в первую очередь привело в конечном итоге к катастрофе.

Формальным поводом к войне послужили незначительные разногласия по поводу палестинских святынь. Надежда повоевать с Турцией один на один не оправдалась, и Россия встретила мощную коалицию Франции, Англии и Турции. Впоследствии к ним присоединилась и Сардиния.

Какие планы ставила перед собой Россия и собиралась ли она всерьез захватить Стамбул и проливы, или собиралась только отторгнуть от Турецкой империи ряд христианских территорий? Ряд историков утверждает, что проливы были главной целью. Однако с этим можно поспорить. В1833 году египетский наша Мехмет-Али нанес ряд поражений турецким войскам в Сирии и угрожал самому Стамбулу. Тогда Россия вместо того, чтобы выступить с сепаратистом единым фронтом, поддержала центральную власть Турецкой империи и послала эскадру адмирала М. Лазарева в Стамбул, чем способствовала укреплению власти султана и прекращению военного конфликта.

Так или иначе, но к 1853 году конфликт между Россией и Турцией назрел, и флоты обеих сторон были приведены, впрочем, как и сухопутные силы, в боевую готовность.

Готовясь к боевым действиям на Черном море, русское морское командование разработало ряд программ. Одной из них была «Программа крейсерства между Босфором и Крымом», которая легла в основу действий флота перед войной и в самом ее начале. Основной целью крейсерских операций в центре Черного моря было предотвращение внезапного нападения неприятельского флота на русские корабли и базы, а также недопущение перевозки войск на Кавказ.

В предписании главнокомандующего морскими и сухопутными силами в Крыму князя А. Меншикова указывалось: «Цель вашего крейсерства состоит- в пресечении сообщений и подвоза неприятеля из Босфора в азиатские порты, в особенности в Трабзон и Батум». Особенностью крейсерских операций Черноморского флота в этот период было то, что наравне с крейсерскими кораблями в состав отрядов входили и линейные силы.

Были установлены три района постоянного нахождения крейсерских отрядов русских кораблей. Главным районом был выход из пролива Босфор, поскольку основные силы турецкого флота находились в Мраморном море и могли нанести внезапное нападение на русские порты Севастополь или Одессу.

Вторым районом постоянного наблюдения стало кавказское побережье от Керченского пролива до границ Турции. Третий — центральный район патрулирования — контролировал побережье Анатолии, а также служил своеобразным резервом с тем, чтобы оказать помощь своим кораблям в восточном или юго-западном направлениях.

Для постоянного нахождения в указанных районах были созданы две эскадры и несколько самостоятельных отрядов. В зависимости от ряда обстоятельств состав эскадр и отрядов мог меняться. Эскадры, как правило, занимали центральную позицию. Немногочисленные пароходо-фрегаты должны были осуществлять разведку и обеспечивать связь между маневренными группами и эскадрами, а в случае начала войны наносить удары по турецкому побережью.

Крейсерство русского флота началось в конце мая 1853 года, за полгода до начала боевых действий, и первыми кораблями, вышедшими в район Босфора, стали три брига («Язон», «Эней» и «Прометей») и два фрегата («Кулевчи» и «Коварна»). Поддержку крейсерских сил у Босфора осуществляла эскадра линейных кораблей. Для наблюдения за проливом привлекались и пароходо-фрегаты, и первым из них в дозор вышел «Владимир» под командованием Г. Бутакова.

Наличие крейсерских сил в море не осталось без внимания турок. Обстановка накалялась, и русским крейсерам была указана позиция на меридиане Одессы, чтобы в случае внезапного выхода турок успеть прикрыть порт от нападения. Напряженная обстановка на море не могла продолжаться бесконечно, и 4 октября турецкий султан Абдул Меджид, получив предварительно определенные гарантии в поддержке от Англии и Франции, объявил войну России.

В ответ 20 октября Россия объявила войну Турции, и в тот же день отряд русских пароходо-фрегатов под командой В. Корнилова вышел на разведку к Босфору и соединению с находящейся в море эскадрой линейных кораблей вице-адмирала П. Нахимова. Отряд из четырех пароходо-фрегатов («Владимир», «Громоносец», «Одесса» и «Херсонес») под командой В. Корнилова встретил у Босфора пять турецких фрегатов. Однако турки боя не приняли и укрылись в проливе. Отправив часть своих кораблей к Нахимову, Корнилов на «Владимире» остался у Босфора и продолжал разведку.

На следующий день русский корабль обнаружил турецкий пароходо-фрегат «Перваз-Бахри». «Владимир» имел преимущество в артиллерии. Он располагал двумя 245-мм, пятью 214-мм (бомбическими) и шестью 138 — 152-мм пушками. Турецкий пароходо-фрегат имел всего 10 пушек, вдобавок меньших калибров.

Бой, это был первый между паровыми кораблями, начался на дистанции в 10 кабельтовых. Русский корабль занял выгодную позицию по корме турецкого пароходо-фрегата (там не было пушек) и нанес противнику серьезные повреждения. Затем, заняв позицию по траверзу неприятеля, «Владимир» открыл огонь всем бортом Бой продолжался три часа, и тяжело поврежденный турецкий корабль вынужден был спустить флаг.

Однако если быть точным, первое столкновение паровых кораблей в той войне произошло днем раньше. Русский пароходо-фрегат «Бесарабия» встретил у Синопа турецкий вооруженный пароход «Меджари-Теджарет» и без выстрела захватил его. Захваченный пароход вошел в состав русского флота под именем «Турок». Следующим между крейсерскими кораблями боем было столкновение русского парусного фрегата «Флора» (44 пушки) и тремя турецкими пароходо-фрегатами «Таиф», «Фейзи-Бахри» и «Саик-Ишаде» (общее количество пушек — 62 ствола). Бой продолжался всю ночь, но, несмотря на слабый ветер, турецкие корабли не смогли справиться с русским фрегатом После того как флагманский корабль получил ряд повреждений, турки прекратили бой и отошли.

18 ноября произошло единственное крупное сражение в той войне. Оно же оказалось и последним значительным боем парусных кораблей. 11 ноября эскадра вице-адмирала П. Нахимова обнаружила в Синопской бухте часть турецкого флота в составе семи фрегатов (общее число пушек — 472 ствола). Русский отряд насчитывал всего три линейных корабля. Непонятно, почему турки не сделали попытки прорваться, используя преимущество фрегатов и корветов в скорости, и чего они ждали.