24

Одним из самых важных источников информации СВР в Манхэттене был глубоко законспирированный офицер, личность которого годами тщательно скрывалась Москвой. В Центре его считали настолько ценным агентом, что кто он такой не знали даже другие офицеры резидентуры СВР, включая и самого Сергея. В шифрограммах он обозначался только одной буквой "В", а для работы с ним из Москвы в Нью-Йорк прилетал особый персональный куратор. Как сам "В", так и его куратор подчинялись непосредственно Москве, то есть, никто из сотрудников резидентуры, включая Сергея, не был в курсе, кто такой этот "В" и чем он занимается.

Хотя Сергей и его подчиненные работали под прикрытием, в основном, выдавая себя за дипломатов, офицеры вроде "В" были законспирированы в СВР еще глубже и выполняли сверхсекретные миссии. Заслугу в увеличении количества таких агентов Сергей приписывал Андропову. "При Андропове они стали появляться буквально повсюду, как грибы после дождя." Андропов, руководивший КГБ с 1967 по 1982 год, создал из таких "суперагентов" то, что он называл "вторая линия обороны."

"Советский Союз и Соединенные Штаты постоянно объявляли дипломатов противоположной стороны персонами нон-грата и высылали их из своих стран. Андропов задался вопросом, что будет, если Холодная Война станет "горячей" и всех кагебистов вышлют из страны? Кто же тогда будет нашими глазами и ушами в стане врага? Тогда он решил создать второй эшелон разведки, который был бы засекречен даже внутри самого КГБ. О принадлежности офицеров этого эшелона к Комитету не должны были знать ни их коллеги, ни члены их семей, чтобы американцам практически невозможно было их вычислить. Эти разведчики должны быть активированы только в случае высылки офицеров первого эшелона."

При Андропове многие агенты для этой группы вербовались из числа будущих дипломатов, еще во время их учебы в московских вузах. Их направляли на ускоренные курсы КГБ, вне стен Краснознаменного Института. После чего они возвращались в свой вуз, а после окончания, попадали на работу в МИД.

Сергей относился к этой сверхсекретной публике с неприязнью. Он считал их халявщиками. Еще бы, ведь они получали две зарплаты, одну в МИДе, другую — в КГБ, причем, вне зависимости оттого, занимались ли они развед-деятельностью или нет. Еще больше раздражал тот факт, что в КГБ им автоматически присваивали очередные офицерские звания. Большинство начинали лейтенантами, через два года получали старшего лейтенанта, еще через три года — капитана, а потом, спустя уже четыре года, майора, и через такой же срок — подполковника. В результате, им удавалось дослужиться до полковника всего за семнадцать лет. И все это в то время, как продвижение по службе остальных офицеров КГБ часто шло с задержками или вообще тормозилось.

Точное количество таких суперсекретных агентов оставалось тайной за семью печатями, но доподлинно известно, что в конце 60-х, начале 70-х годов Андропов наводнил своими людьми весь советский МИД. Забавно, что само руководство министерства понятия не имело о том, что их ведомство кишело офицерами КГБ. Настолько серьезными были меры, принятые Андроповым для того, чтобы дипломаты ничего не знали о своих коллегах-шпионах. После развала Советского Союза 11-е Управление СВР продолжало осуществлять андроповскую программу и, по словам Сергея, стало еще более активно внедрять своих сотрудников в МИД России. "Я жаловался, что толку от них никакого, но из Центра мне ответили: "Сергей, один из-них может окупить сотню остальных."

Случай с "В" доказал правоту этих слов.

Хотя Сергею и не положено было знать, кто такой "В", он обнаружил это через несколько недель после начала работы в нью-йоркской резидентуре. По словам Сергея, "В" был не кем иным как Эльдаром Кулиевым, назначенным в сентябре 1994 года постоянным представителем Республики Азербайджан в ООН.

Фактически это означало, что с 1994 по 2001 год полковник СВР Российской Федерации был послом совершенно другой страны в Организации Объединенных Наций. Срок его службы в ООН совпал с довольно сложным периодом в отношениях между США, Россией и Азербайджаном. То, что Кулиев являлся офицером СВР, впервые предано огласке в этой книге.

Кулиев родился в 1939 году в Баку и после окончания в 1963 году Азербайджанского Государственного Университета по специальности "Арабские Языки" влился в ряды советских дипломатов. Сначала он устроился переводчиком в посольство СССР в египетском городе Асуан, но потом стал стремительно продвигаться по службе. В 1976 году его направили в Дипломатическую Академию при МИД СССР, где он и был завербован КГБ. После учебы в Академии он продолжал работать в Египте, а после — в Турции. Кулиев был неплохим дипломатом, но ценность его, как разведчика, проявилась лишь после выхода Азербайджана и других республик из состава СССР.

В 1991 году 11 бывших советских республик создали Содружество Независимых Государств (СНГ), целью которого было "осуществление отделения отбывшей родины цивилизованным путем." Одним из первых документов, который подписали эти республики, было "Соглашение о Коллективной Безопасности", в котором оговаривался деликатный вопрос шпионажа. Стороны обязались не шпионить друг за другом и, что еще более важно, Россия поклялась не использовать с этой целью старые кадры КГБ, оставшиеся в других республиках. Очень важное обещание, учитывая то, что ни одна из этих республик не хотела вмешательства России в их внутренние дела.

Соглашение, запрещающее разведдеятельность, подписали Россия, Азербайджан, Украина, Беларусь, Молдова, Казахстан, Армения, Киргизстан, Таджикистан, Узбекистан, Грузия и Туркменистан.

Когда все эти страны обрели независимость, они обратились к России за помощью в создании национальных дипкорпусов, причем, практически с нуля. Помощь — это, в основном, заключалась в том, что опытные дипломаты из МИДа России, являвшиеся выходцами из бывших советских республик, могли вернуться на малую родину, чтобы работать в национальных дип-представительствах за рубежом.

Тут-то и настал звездный час Кулиева. Гейдар Алиев, тогдашний президент Азербайджана, отозвал Кулиева на родину и назначил его представителем (послом) Азербайджана в ООН. Оба они в свое время работали вместе в Москве, но президент понятия не имел, что его близкий друг был суперсекретным сотрудником СВР. Для Сергея это было вдвойне смешно, так как он был в курсе, что и сам Алиев был марионеткой КГБ, благодаря чему его политическая карьера развивалась так успешно.

Карьера Алиева началась в 1944 году, когда он закончил Академию МГБ в Ленинграде и был направлен работать в азербайджанское управление госбезопасности. Он быстро продвигался по служебной лестнице и уже в 1969 году стал председателем республиканского КГБ. Благодаря тому, что Алиев послушно выполнял все указания своих покровителей из Комитета, Андропов пропихнул его на должность Первого Секретаря Компартии Азербайджана, самого могущественного человека в республике. Когда Андропов стал Генсеком, он перетащил Алиева в Москву у сделал первым заместителем председателя Совета Министров СССР, одним из первых лиц в руководстве страны. Однако после скоропостижной смерти Андропова в 1984 году Алиева быстренько отодвинули в сторону. При Горбачеве, новоявленные реформаторы приводили Алиева как пример всего негативного, что несла в себе советская номенклатура. Во время его правления, Азербайджан стал самой криминализированной из всех республик, в которой царило полное беззаконие. Клан Алиева украл у государства огромные суммы и возвел коррупцию в ранг закона.

Алиев вернулся в Баку и после череды довольно трагических событий стал в 1993 году президентом Азербайджана. Затаив обиду на московских реформаторов, он стал обхаживать Запад, особенно США.

Став послом своей страны в ООН, Кулиев был обязан отказаться от российского гражданства и присягнуть на верность Азербайджану. Естественно, что одновременно он мог и уволиться из СВР. Однако, по словам Сергея, он предпочел продолжать работать на российскую разведку в качестве глубоко законспирированного агента.

СВР быстро приняла меры для обеспечения строгой секретности. Из Москвы прибыл персональный куратор Кулиева, Анатолий Антонов. Единственное, чем он должен был заниматься в Нью-Йорке, была работа с азербайджанцем. Больше того, для пущей конспирации Антонов официально был назначен на должность начальника охраны консульства России, находящегося на 59-й улице. В СВР так поступили не случайно, там знали, что ФБР редко интересуется сотрудниками охраны дипломатических учреждений, так как те редко покидают здание и почти не контактируют с сотрудниками ООН, за которыми охотится российская разведка.

"План был замечательный, но в Центре совершили большую ошибку, выбрав Антонова на роль куратора посла", — рассказывал Сергей. — "Антонов был хроническим алкоголиком с очень низким уровнем профессиональной подготовки. Да и интеллекта у него явно не хватало, чтобы работать с такой личностью как дипломат Кулиев."

Центр проинструктировал Антонова держать имя агента "В" в секрете от всех, включая даже резидента и его зама, Сергея. Но в первый же раз, когда новоиспечённый куратор пришел в "подлодку", чтобы составить депешу с информацией, сообщенной Кулиевым, он столкнулся с препятствием в лице Сергея Шмелева по кличке "Черепаха", который проверял и редактировал все донесения перед их отправкой в Москву. Тот был невысокого мнения об умственных способностях Антонова и, увидев в его отчете конфиденциальные сведения о работе ООН, не поверил своим глазам, обвинив Антонова в фальсификации материалов. Последний, в свою очередь, недолго думая, раскрыл личность агента "В", уточнив, что тот является послом Азербайджана в ООН. Решив, что раз уж он "сдал" Кулиева Шмелеву, то и резидент, и Сергей тоже должны быть в курсе, Антонов поделился этой информацией и с ними. "Прежде чем его остановили, он успел разболтать, кто такой "В" резиденту, мне, начальнику линии ВКР, Шмелеву и своему приятелю, офицеру охраны", — вспоминал Сергей. — "Это уже не лезло ни в какие ворота!"

Прошло несколько недель, прежде чем Кулиев догадался, что его куратор, присланный из Москвы, ни черта не понимает в той информации, которую он ему передает. Когда в очередной раз Антонов переврал факты, сообщенные ему Кулиевым, суперагент решил взять инициативу в свои руки. Он стал составлять донесения сам, передавая их Антонову для последующей отправки в Центр. Естественно, посол не знал, что его горе-куратор все эти рукописные отчеты дает читать Сергею, чтобы тот их редактировал.

"Антонов умолял меня", — рассказывал Сергей, — " 'Слушай, я в этих Ооновских делах ни черта не понимаю и даже не знаю, о чем его спрашивать. Будь другом, набросай список вопросов, а ему передам / "

То, что Россия использовала своего тайного агента в ООН, было грубым нарушением хартии этой организации, а также Договора о Коллективной Безопасности, заключенном между РФ и другими бывшими республиками СССР, включая Азербайджан. Сам же Кулиев совершил акт государственной измены по отношению к своей родине. Тем не менее, Центр без всяких колебаний пустился в эту авантюру. "Если бы о том, кто такой Кулиев на самом деле, стало всем известно, разразился бы международный скандал," — вспоминал Сергей. — "Но в СВР считали, что он надежно законспирирован."

Одной из причин того, что Россия пошла на риск, внедрив Кулиева в ООН, было то, что Ельцина пугало сближение Азербайджанского руководства с администрацией Клинтона. До 1994 года США и их союзники практически не проявляли интерес к Азербайджану из-за политической нестабильности в регионе. Но ситуация изменилась и, когда Азербайджан стал ориентироваться на Запад, Белый Дом быстро пошел ему навстречу.

Дело было в нефти. Азербайджану принадлежит большая часть побережья Каспийского Моря, самого большого в мире бессточного озера, под которым находятся огромные залежи нефти. По разным оценкам, они являются вторыми или третьими по величине на нашей планете. Россия, Иран, Туркменистан и Казахстан также имеют выход к Каспию, но их доступ к залежам нефти значительно хуже, чем у Азербайджана, и ни одна из этих стран никогда там добычу не вела.

Белый Дом рассчитывал получить возможность покупать нефть у Азербайджана, уменьшая зависимость от поставщиков из Персидского Залива. Кроме того, Госдеп хотел воспрепятствовать участию России и Ирана в разработке этих месторождений. Самым простым и дешевым путем доставки нефти и газа для последующей закачки в танкеры в Персидском Заливе было бы строительство трубопровода через Иран, но США именно такой вариант и не устраивал. Кроме того, из-за своего расположения Азербайджан еще имел и военно-стратегическое значение. На его территории действовал мощный российский центр по перехвату спутниковых сигналов. Госдеп надеялся, что, улучшив отношения с президентом Алиевым, США смогут убедить его закрыть этот центр и получить разрешение на строительство своего, прямо под носом у России. В общем, администрация Клинтона была очень заинтересована в дружбе с Азербайджаном. Однако, на сближение нужно было идти очень осторожно. Во-первых, Клинтон не хотел каким-либо образом раздражать Ельцина. Во-вторых, существовало одно деликатное обстоятельство внутри страны. Азербайджан находился в состоянии войны со своим западным соседом, Арменией. Довольно большая армянская община США требовала от Конгресса наказать Азербайджан, но уж никак не улучшать с ним отношения.

Вражда между Арменией и Азербайджаном уходит корнями в начало 20-го века Советский Союз захватил целый кавказский регион и перекроил карты Азербайджана, Армении и Грузии. Сталин использовал стратегию "разделяй и властвуй", чтобы держать их под контролем. Он умышленно сделал так, что мусульмане и христиане жили вперемежку и были заняты междоусобными разборками, но ни в коем случае не вздумали поднять голос против Москвы.

Сталин ввел целый район площадью 1700 кв. миль, называвшийся Карабах, в состав Азербайджана, несмотря на то, что население его состояло преимущественно из армян, которые были христианами. Позже он добавил туда еще одну административную единицу площадью 2120 кв. миль под названием Нахичевань, населенную мусульманами-азербайджанцами. Такая тактика работала успешно до тех пор, пока не начал разваливаться Советский Союз. На волне поднявшегося хаоса начались межэтнические конфликты. Несмотря на то, что азербайджанцы были лучше вооружены, армяне сумели захватить Карабах, который они переименовали в Нагорный Карабах и объявили его независимость от Азербайджана. Правительство Армении прилагало все дипломатические усилия на поддержку новой Нагорно-Карабахской Республики. В свою очередь, Азербайджан, потерявший около двадцати процентов своей территории, отказался признать независимость Карабаха и военные действия продолжались. В результате боев погибло более 30 тысяч человек, а экономикам обеих стран был нанесен значительный ущерб. Враждующие стороны обратились в ООН, которая приняла аж три резолюции, ни одна из которых не остановила войну. В конце концов, под давлением России в 1994 году было заключено перемирие, но судьба республики оставалась висеть в воздухе.

Именно в это время президент Алиев решил обратиться за помощью к администрации Клинтона и в Белом Доме увидели возможность открыть доступ западным нефтяным компаниям к месторождениям Каспийского моря.

В октябре 1995 года Алиев прибыл в Нью-Йорк для участия в праздновании 50-й годовщины создания ООН и для того чтобы провести ряд встреч с членами американского правительства. Президент Азербайджана встретился с Мадлен Олбрайт, представлявшей в то время США в ООН, а в скором времени ставшей Госсекретарем. Тремя днями позже он провел частную беседу и с самим президентом Клинтоном. Буквально через несколько часов после этих встреч Кулиев передавал свои рукописные отчеты куратору (Антонову) для последующей переправки в Центр. Естественно, Алиев понятия не имел, что Сергей внимательно прочитывает его записи до того, как они попадают в Москву.

Шесть месяцев спустя Белый Дом направил заместителя Госсекретаря Талботта и зама Советника по Национальной Безопасности Сэмюэля Бергера в Армению и Азербайджан. И опять, подробные доклады об этих визитах, написанные Кулиевым, переправлялись через нью-йоркскую резидентуру в Центр.

В августе 1997 года Алиев снова посетил ООН, но на этот раз побывал еще и Вашингтоне, где в Госдепе был устроен прием в его честь. Как и раньше, все подробности встречи были сообщены Кулиевым в резидентуру. Вернувшись в Баку, Алиев официально заявил, что США одобряют идею строительства трубопровода, пролегающего через территорию Грузии и Турции, от Каспийского до Средиземного моря, и готовы содействовать Азербайджану в поиске западных инвесторов.

Учитывая обстоятельства, Сергей решил расширить сферу деятельности Кулиева. "Зная, что он пользуется доверием своих прозападно настроенных коллег из ООН, мы смогли использовать его для добычи информации, недоступной российским дипломатам."

Например, когда началась война в Косово, Кулиев передал в резидентуру сведения о плане действий администрации Клинтона в Югославии. Как известно, в конце концов, НАТО начал там бомбежки, что привело Ельцина в ярость. По словам Сергея, посол Кулиев регулярно поставлял разведывательные данные о действиях ООН и НАТО на протяжении всего косовского конфликта. Кроме того, этот шпион-дипломат снабжал Москву информацией о действиях США в Грузии, когда началось противостояние между этой бывшей советской республикой и Россией. Как всегда, Москву интересовала Чечня, и Кулиев добыл для своих московских хозяев подтверждение того, что Азербайджан позволяет раненным чеченским боевикам пересекать границу и даже обеспечивает их лечение в бакинских госпиталях — новость, взбесившая Москву.

В 1999 году США и Азербайджан официально заявили о своем плане построить трубопровод Тбилиси-Баку-Чейхан. Месяц спустя, Кулиев предоставил секретный отчет об имевшей место в Вашингтоне встрече между премьер-министром Азербайджана и представителями Международного Валютного Фонда, Всемирного Банка и Госдепа США.

В 2000-м году, хвастался Сергей, во время визита президента Алиева в США, отчеты о его конфиденциальных переговорах с Клинтоном, Олбрайт и другими высокими чинами американского правительства, ложились на стол московского начальства в течение 48 часов после окончания каждой встречи. В СВР были уверены, что ни сам американский президент, ни госпожа Олбрайт, ни ее заместитель Талботт даже не подозревали, что посол Кулиев был российским супершпионом.

Два месяца спустя, США и Азербайджан официально объявили о начале строительства трубопровода Баку-Тбилиси-Чейхан, второго в мире по протяженности — 1094 мили. Финансирование проекта должно было осуществляться консорциумом западных нефтяных компаний, а сдача в эксплуатацию планировалась на июль 2006 года. Это было серьезной победой администрации Клинтона.

Позже, Сергей так и не смог найти причину, по которой Ельцин не воспользовался конфиденциальной информацией, содержавшейся в более, чем сотне донесений Кулиева, и не попытался сорвать сделку между США и Азербайджаном. "Я не обнаружил никаких признаков сопротивления. Ельцин просто позволил американцам делать то, что они хотели."

Поскольку в СВР стали подозревать, что азербайджанские спецслужбы могут арестовать посла Кулиева и в результате он может быть казнен за государственную измену, Центр разработал для него довольно хитроумный план побега. В случае, если Кулиев почувствует опасность, находясь в Нью-Йорке, СВР прямым рейсом должна была переправить его в Москву, где для него и его семьи уже были куплены две дорогие квартиры, а в банке ждала солидная сумма, бонус к полагавшейся ему военной пенсии.

Уже после своего перехода на Запад, Сергей узнал, что Кулиев таки сбежал в Москву, а на его место в ООН назначен новый постоянный представитель. В то же время, представители правительства Азербайджана отказались комментировать факты, раскрытые в этой книге.

"Я не знаю ни одной иностранной разведки, которая смогла бы похвастаться тем, что ее сотрудник, да еще в звании полковника, был назначен третьей страной своим послом в ООН,"- сказал Сергей. — "Действительно, надо отдать должное прозорливости Андропова и действиям КГБ и СВР."