ВИЛЕНСКИЙ ВОПРОС ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ 1920 г.

ВИЛЕНСКИЙ ВОПРОС ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ 1920 г.

Осенью 1920 года перед окончанием военных действий на Западном фронте решался и вопрос о государственной принадлежности Вильни. В Российской империи этот город был центром Северо-Западного края, как называли официально в царской администрации Литву и Белоруссию.

Бывшая столица Белорусско-литовского государства (Великого княжества Литовского), Вильня являлась не только административной, но также культурной и политической столицей Литвы и Белоруссии. Здесь до мировой войны находились штаб-квартиры политических и национальных организаций. Вовсе не Минск, а Вильня была центром белорусского культурного движения. И только немецкая оккупация осенью 1915 года заставила многих белорусских деятелей перенести свою деятельность в Минск. Но и во время немецкой оккупации Вильня продолжала оставаться вторым (а впоследствии в Западной Белоруссии основным) центром белорусского политического и национально-культурного движения.

В то же время польская и ополяченная часть населения Вильни считала ее составной частью прежней федеративной Речи Посполитой. Польское население представляло в основном горожан, интеллигенцию, помещичьи круги, оно было связано с политическими силами Польши. Белорусы, католики и православные, составляли большинство сельского населения Виленской губернии. В городах Белоруссии и Литвы евреи составляли относительное, а в местечках часто и абсолютное большинство населения.

На Виленщине проживало очень мало литовцев, менее 5% населения. В Вильне и ее окрестностях — еще меньше. Но при создании независимого Литовского государства литовские политические круги выдвинули требование ко всем странам передать им Вильню как историческую столицу давнего ВКЛ. Отсюда и возник конфликт между Литвой и Польшей и, в меньшей степени, между Литвой и Белоруссией.

Советское правительство Ленина, скептически относившееся к вопросу о границах вообще, так как он противоречил идее пролетарского интернационализма и мировой революции, использовало Виленский вопрос в своих целях. При заключении российско-литовского мирного договора 12 июля 1920 года Совнарком РСФСР отдал Литве белорусскую территорию Виленской и части Гродненской губернии (правда, лишь на бумаге). Таким путем большевики хотели приобрести союзника против Польши. И действительно, Литве удалось занять Вильню, когда ее покинули войска Западного фронта.

Но конфликт из-за Вильни продолжался. Польша не собиралась от нее отказываться. Виленщина была родиной самого Юзефа Пилсудского, происходившего из ополяченного белорусского шляхетского рода из небольшого имения Зулов (Зулава). Он хорошо знал белорусский язык, о чем свидетельствует его речь на белорусском языке в Минске в сентябре 1919 г. После ареста царской полицией в 1897 году он в протоколе допроса назвал себя человеком белорусской национальности. Да и сама программа создания федерации Польши, Белоруссии и Украины свидетельствует о более реалистичном подходе начальника государства к решению национального вопроса, чем у его политических противников.

В конце 1920 года эта программа предусматривала создание трех республик — Западной Литвы, или Жмуди (столица в Ковно), Средней Литвы (столица в Вильне) и Восточной Литвы (столица в Минске). Средняя Литва — это северо-западная часть Белоруссии, здесь преобладало польское и белорусское католическое население. В Восточной Литве в деревнях преобладало белорусское православное население, а в городах большинство составляли поляки и белорусы-католики. Следует напомнить, что в XIX веке все эти три региона российские власти тоже называли Литвой, в противоположность Белоруссии — Витебской, Смоленской и Могилевской губерниям.

Имея своим противником большевистскую Россию, руководящие круги Польши (в том числе и Пилсудский) стремились уладить польско-литовский конфликт, тем более, что они подвергались дипломатическому нажиму стран Антанты в этом вопросе. Но с другой стороны, Пилсудский и польские политические партии не собирались отказываться от Вильни и Виленского края, население которых в значительной степени симпатизировало Польше и было настроено против вхождения в состав Литвы. О том же свидетельствует существование в польской армии двух Литовско-Белорусских дивизий, пополнявшихся уроженцами Виленского края.

На международных конференциях в 1919-20 гг. делегации Польши и Литвы встречались, вели переговоры, но разрешить конфликт не смогли. Ни одна из сторон не соглашалась на уступку Вильни другой стороне.

Еще 8 декабря 1919 года Высший совет Антанты утвердил польско-литовскую демаркационную линию, предложенную французским маршалом Ф. Фошем 18 июля. Эта линия проходила в 12 километрах западнее железнодорожной линии Двинск — Гродно, далее по Неману и реке Черная Ганьча до границы с Восточной Пруссией. В результате Вильня и Сувалки оставались на польской стороне.

Правительство Литвы сочло данную линию не соответствующей интересам своей страны и не признало ее.

Как уже сказано выше, 26 августа в Вильню вошли литовские войска. Теперь уже литовские власти не торопились выполнять свои обещания о введении белорусского самоуправления в Вильне и прилегающем районе. В связи с этим министр белорусских дел Д. Семашко получил вотум недоверия от съезда белорусских организаций в Вильне, но в отставку не ушел, заявив, что он является представителем литовской администрации, а не белорусской.

Летом 1920 года конфликт между Литвой и Польшей разгорелся заново. Спорную территорию советское правительство России по договору от 12 июля 1920 года передало Литве, в том числе Вильню, Гродно и Лиду.

4 июля 1920 года Польша признала Литву «де факто», что означало право Польши выдвинуть территориальные претензии. Но 10 июля на международной конференции в Спа, под нажимом английского правительства, ей пришлось отказаться от Вильни в пользу Литвы, за что она получила военную помощь от Англии. Однако уже в конце августа произошли новые столкновения между польскими и литовскими войсками в районе Сейн, Сувалок и Августова. Этому конфликту уделила внимание Лига Наций. 5 сентября она обратилась к правительствам Литвы и Польши с призывом прекратить военные действия и приступить к мирным переговорам по вопросу о принадлежности Вильни и Виленщине.

Непосредственные переговоры между делегациями Литвы и Польши под надзором Лиги Наций состоялись 16-18 сентября в местечке Кальвария на самом юге Литвы. Однако результатов они не дали. Польские делегаты обвинили Литву в помощи Красной Армии. Польская делегация настаивала на отводе литовских войск за демаркационную линую (линию Фоша). Литовская сторона не признавала этой линии. В крайнем случае, литовская делегация соглашалась отвести свои войска за эту линию, но при условии, что и польские войска отойдут на такое же расстояние. В нейтральной полосе предлагалось организовать гражданскую администрацию на основе двустороннего соглашения. Польская делегация отвергла это предложение, даже не вступая в дискуссию. На том и разъехались{268}.

К концу сентября 1920 года Лига Наций настояла, чтобы обе стороны все-таки сели за стол переговоров и пришли к соглашению. Под натиском стран Антанты польское руководство согласилось. При участии контрольной комиссии Лиги Наций в Сувалках с 30 сентября по 7 октября шли переговоры между литовской и польской делегациями. Польская сторона пошла на значительные уступки.

Обе стороны 7 октября в 24 часа подписали в Сувалках перемирие, а сама мирная конференция закончилась в 2 часа ночи 8 октября.

Соглашение о перемирии устанавливало новую демаркационную линию между литовскими и польскими войсками, но в первом его пункте оговаривалось, что линия «ни в чем не предрешает территориальных прав каждой из договаривающихся сторон».

Демаркационная линия прошла по территории Сувалковской губернии от прусской границы по «линии Фоша», затем по Неману до реки Меречанки (Меркис), далее по Меречанке до местечка Ораны (Варена) с оставлением местечка на литовской стороне, а железнодорожной станции — на польской. Потом демаркационная линия шла вдоль тракта Ораны — Эйшишки — Бастуны (25 км севернее Лиды). При этом сам тракт и железнодорожная станция Бастуны оставались на польской стороне. В Бастунах демаркационная линия обрывалась. Это означало, что Вильня остается у литовских властей. Военные действия между литовскими и польскими войсками прекращались западнее деревни Потурце (на дороге Ораны — Эйшишки). А на участке между Потурце и Бастунами военные действия прекращались только после отхода российских войск восточнее железной дороги Лида — Вильня.

Предложение об отсрочке перемирия на этом участке было специально включено в соглашение по предложению польской стороны, чтобы обеспечить свободу действий войскам генерала Желиговского. В примечании говорилось, что отдельное соглашение о перемирии на этом участке будет подписано после ухода российских войск, находившихся в данном районе. Стороны согласились на обмен военнопленными. Соглашение о перемирии вступало в силу 10 октября 1920 года в 12 часов дня и должно было действовать до момента решения территориальных споров между польским и литовским правительствами{269}.

Таким образом, Вильня оставалась за Литвой, а в самом городе уже располагалось литовское правительство и государственные учреждения. Под литовской юрисдикцией осталась и территория южнее Вильни на 50 километров, и восточнее на 80 километров. Но обрыв демаркационной линии в Бастунах оставлял польским войскам открытой с юга дорогу на Вильню.

Пилсудский не хотел заключать перемирие с Литвой, однако польское правительство было вынуждено подписать его под нажимом стран Антанты. Поэтому Пилсудский стал готовить поход на Вильню тайным образом. Письменного приказа о походе он не отдавал, да и вообще любил обходиться без лишних документов. Он часто отдавал устные приказы и поручения подчиненным.