28 января. Среда

28 января. Среда

Утром 400 г хлеба, 50 г масла. Съел только 50 г хлеба и 10 г масла.

До 9 часов занятия. С 9 угольная погрузка. Фахрутдинов назначил Меня, но Попов отменил – комендор. До обеда, можно сказать, свободное время, т.к. половина БЧ на аврале.

В обед дали пустой борщ без мяса и без каких-либо круп – 4 столовые ложки и жидкую пшенную кашу – 4 столовые ложки. Съел 100 г вчерашнего хлеба и 10 г масла. Отдохнули часик и…»Одевайся на уголь!» Семь человек поедут за углем. Удивительно, как это Суворов едет? Все одеты в полушубки, валенки, подшлемники. Поехали снова к АРЗу. Ветер поднимает в кузове угольную пыль и засыпает глаза. Пришлось ехать с закрытыми глазами. Мороз сегодня полегче – немного ниже 20°.

Уголь теперь берем в другом месте. Уголь – пыль, но так слежался и смерзся, что лопатой не взять, да и ломом едва возьмешь. Набрали машину часа за два с половиной. Измучились порядком. Валенки мне тесноваты, и один большой палец чуть не отморозил. Пришлось разуваться и растирать. В начале шестого, уже в темноте, двинулись домой.

Сколько прекрасных корпусов строилось на Московском шоссе! Большие красивые шестиэтажные корпуса, соединенные арками. Они не хуже, а пожалуй, и лучше, чем в Москве на улице Горького.

Прибыли как раз к ужину. На нас, на 7 человек, оставлен отдельный бачок с супом и в кастрюльке 10 порций каши. Суп с ржаными галушками – 25 шт. И две ложки макарон. Суп довольно густой, но без мяса. Каши столько же – 3,5 ложки, жидкой. Из оставленных 10 порций кок раздал на сторону 3 порции.

На справке объявили строгий выговор главстаршине боцману Малышеву за то, что у Фирсова, из боцманской команды, обнаружены вши. При повторном таком случае обещано под трибунал. Самому Фирсову тоже дали «строгача». Игнатьеву (ком. отд.) «строгача» дали за халатность на службе и отстранили от работы на камбузе. Этому вполне заслужено.

Объявили о прибывшем из ЛФЭ на корабль пополнении: четверо машинистов (Журавченков, Колосов и еще двое), двое в нашу БЧ-2 (Кривенко Григорий – комендор и Павел Кизеев – пулеметчик), водолаз с запоминающейся фамилией Водян Иван и один парень в боцманскую команду. Младшего сержанта Жданова, неизвестно зачем направленного на корабль, назначили санитаром, а из нашей БЧ-2 новенького комендора-палубного (не знаю, в чем отличие комендора-зенитного от палубного? Может быть палубные – что специалисты, работающие на крупном калибре, который не ведет зенитный огонь? Так у нас нет таких орудий и не будет.) Алексея Семенова назначили зам. политрука – все при деле.

Вернулись из Военно-морского госпиталя Ипполитов и Топчий из нашей БЧ и двое из БЧ-5 – Голубенков и Соколов, а им «в замену» направили двоих старшин из БЧ-5 – Федосеева и Казачикова. За этот месяц человек 10 уже направлены в госпиталь. Двоих ребят из этой же БЧ отпустили в электро-механическую школу в Кронштадт. Якобы по запросу начальника этой школы. Повезло ребятам. С Петром Швыревым по разным корабельным делам сталкивался не раз за последние три месяца, а вот Шкорупа что-то в лицо не припомню. Наверное, недолго был у нас.

К вечернему чаю нам семерым дали по 50 г сухарей. Не удержался и все съел за чаем. Получил открытку от Жени от 11 декабря. Чувствую себя совершенно расслабленным. После чая сейчас же лег спать.