25 июня. Среда, г. Псков

25 июня. Среда, г. Псков

Встали часов в 7, и пошли гурьбой завтракать в вокзальный буфет, но он открывается только в 8 часов. Пытались узнать, когда будет поезд на Ригу, но ни в кассе, ни дежурный по вокзалу не знали – расписание не соблюдается. Ленинградский должен прибыть во второй половине дня, но нужен литер из комендатуры. Краснофлотец, с которым мы спали вместе под моей шинелью, представился кратко «Санин». Сказал, что он с 10 ИАД под Либавой и рвется к своим ребятам. Ростом с меня, но, конечно, покрепче. Я высказал ему предложение на основе своего опыта: «Что, если попробовать добраться до Риги машинами с какой-нибудь военной колонной, которые проходят через Псков. И литера не надо, только согласие старшего колонны. Но надо, чтобы таких просителей, как мы, было немного».

Сначала все же пошли к комендатуре. Народу там больше, чем было вчера. Потолкались, послушали разговоры – никаких дельных предложений. Отошли в сторону, и Санин решил: «Пошли искать, где проходят колонны машин через Псков»? К сожалению, я не запомнил, каким путем мы въезжали в город и добирались до комендатуры. Наконец выбрались на улицу, по которой машины идут к мосту через реку Великую и на Ригу. Не доходя до моста, выбрали место рядом с каким-то сквером, где на улице был продовольственный магазин и водопроводная колонка на углу. Решили, что тут колонна может остановиться на короткий отдых. Но когда она подъедет? Расположились в скверике так, чтобы издалека увидеть подходящие машины.

До обеда в сторону Риги ни одной машины. А с той стороны реки Великой пришло штук 20 с какими-то пожилыми людьми, женщинами, детьми и с каким-то домашним скарбом и даже мебелью. «Откуда-то бегут», – заключил Санин.

Наконец показалась колонна из 8-10 машин. Санин вышел на середину улицы и поднял обе руки. Головная машина притормозила. Старший машины сказал, что едут в Эстонию, в сторону Таллина. Нам не по пути. С расстройства Санин пошел в магазин и вскоре вернулся с двумя булками и бутылками лимонада. Сидим, перекусываем. Прошло еще часа два. Снова колонна машин. Снова Санин с решительным видом выходит внезапно на середину улицы. Водитель резко тормозит. Высовывается старший колонны. Короткий разговор Санина с ним. И вот он машет мне рукой – подходи. Старший вылезает, подходит к водителям двух следующих машин и велит взять по одному из нас до Риги. Санин садится во вторую машину, я – в третью.

Поехали. Дорога, пожалуй, хуже, чем была до Пскова. Скорость 35-40 км/час. Все чаще попадаются встречные машины с людьми и каким-то скарбом. Через час-полтора останавливаемся у начала какого-то леса вблизи ручья. Команда: отдых 20 минут.

Санин пошел к старшему колонны узнать о расчетном времени прибытия в Ригу. Потом поделился со мной. Колонна пройдет через Ригу и дальше к югу. До Риги километров 250, но мы проедем еще часа два и остановимся на ночлег, т.к. дорога мало знакома, на машинах не установлены синие фары с козырьками, а ночью с фарами ехать запрещено.

Часов в 9 вечера нашли удобный выезд с дороги за зеленую полосу на сухой луг. Поставили машины покучнее. Старший лейтенант назначил в охрану по одному бойцу в голове и в хвосте колонны со сменой каждые два часа. У каждого водителя винтовка висит за спиной в кабине. Пока было еще светло, водители набрали в ручье воды, развели два костра, сварили из концентрата кашу- пшенку и заправили ее тушенкой. У нас с Саниным потекли слюнки. Дали поесть и нам. Потом чай. Я оказался более подготовленным к такой ситуации: у меня была своя эмалированная кружка, столовая и чайная ложки. А у Санина не было, но ему дал кто-то из заступивших на дежурство. Вскоре водители стали укладываться спать в кабинах своих машин, а я предложил Санину устроить из веток постель и укрыться шинелью. Увидев наши приготовления, старший лейтенант посоветовал укладываться на место, где горел костер. «Надо только тщательно затоптать все угли, положить на место костра ветки, попросить у водителей небольшой брезент, положить его поверх веток и тогда можно укладываться. А укрываться шинелью. Если хватит брезента, то и им можно накрыться поверх шинели». Сказал, что так во время Финской войны, на Карельском перешейке зимой 39-40 годов ночевали на улице.

У нас получилось отлично. Вначале даже жарко было спать.

Этот метод я и мои товарищи по службе в морской пехоте применяли неоднократно до конца войны, когда обстоятельства заставляли ночевать на улице и поздней осенью, и даже зимой. Разводили специально костер на площади примерно 1,5 х 1,0 м, прогревали землю, затаптывали тщательно угли и золу, застилали еловым лапником, ветками, соломой – что попадется. Поверх плащ-палатку. По двое на одно место, не снимая шипели, а поверх укрывались второй плащ-палаткой. Благодать! Главное – не лениться тщательно затоптать угли и золу. Был у нас случай, когда сено под спящими вспыхнуло…

Ночью, просыпаясь, каждый раз слышал гул проезжающих по дороге автомашин, и все в сторону Пскова. И шли с включенными фарами.