СЕЙЧАС ИЛИ НИКОГДА

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

СЕЙЧАС ИЛИ НИКОГДА

В начале 1918 года Германия стала осознавать, что, если ей и суждено одержать победу в Первой мировой войне, необходимо добиться этого ближайшей весной. Другого шанса у нее не будет. И странам Антанты тоже стало ясно, что Германия планирует решающее наступление на весну 1918 года. Это подтверждалось и введением нового немецкого шифра в марте. Замена старого шифра была составной частью плана обеспечения полной секретности вокруг готовящегося события наряду с ложными атаками по всему фронту и скрытной концентрацией войск на направлении главного удара. Англичане и французы приложили все усилия, чтобы выяснить время и место немецкого наступления. Но с появлением у немцев новой шифрсистемы иссяк один из наиболее достоверных источников шпионских данных — криптоаналитический. А остальные мало что дали.

21 мая в 4.30 утра более шести тысяч орудий открыли огонь по англо-французским позициям на реке Сомме. Через пять часов шестьдесят немецких дивизий нанесли удар на участке фронта протяженностью в восемьдесят километров. Французские и английские войска начали откатываться назад в полном замешательстве. Не прошло и недели, как немцы пробили огромную брешь в линии обороны противника. И только когда англичане и французы отступили до Амьена, им с трудом удалось собрать силы и остановить продвижение немцев.

К тому времени, когда французы вновь вскрыли немецкую шифрсистему, наступление Германии на Западном фронте было приостановлено, и объем переписки уменьшился. Все изменилось 26 мая: немцы вновь нанесли неожиданный удар, и их радиосообщения заполнили эфир, дав обильную пищу радиошпионажу Франции, сидевшему до той поры на голодном пайке. Уже 1 июня в 5 часов дня французские военные криптоаналитики прочитали немецкую шифрпереписку за 30 мая, полученную ими сутки назад. К этому моменту союзники балансировали на грани поражения. Немцы обстреливали Париж из дальнобойной артиллерии. Вновь возник мучительный вопрос о том, где Людендорф нанесет свой следующий удар. Если бы ему удалось добиться такой же неожиданности, как во время двух предыдущих наступлений, участь Парижа, да и войны в целом, была бы решена. Новое наступление немцев могло быть остановлено только заслоном резервов. Но для того, чтобы сделать это, надо было знать, куда их послать.

Тем временем у Людендорфа хватало своих забот. Немецкая военная доктрина требовала неожиданного массированного артиллерийского обстрела, с тем чтобы парализовать оборону противника перед наступлением пехоты. Подавление противника огнем обеспечивалось путем концентрации тысяч орудий и тонн боеприпасов к ним на линии фронта. Переброска орудий и боеприпасов велась только ночью, чтобы сохранить фактор неожиданности. В результате Людендорфу удалось сделать косвенные сведения о намерениях немцев, просочившиеся во французский генеральный штаб, маловажными и противоречивыми. На основании этих сведений нельзя было прийти к конкретным выводам.

Утром 3 июня один из криптоаналитиков французского генерального штаба с помощью ключей, присланных из криптобюро военного министерства, прочел перехваченную за три часа до этого немецкую шифровку: «Срочно перебрасывайте боеприпасы. Даже днем, если скрытно». Местонахождение адресата радиограммы подсказало, где искать признаки готовящегося наступления немцев. Проверка с воздуха подтвердила факт подвоза боеприпасов в дневное время, а перебежчики сообщили дату нанесения удара — 7 июня. Резервы были переброшены в нужное место, и французы с уверенностью ожидали немецкого наступления. Оно было успешно отражено. Вскоре инициатива перешла к странам Антанты, которые уже не выпускали ее из своих рук до самого конца войны.