СЛОВА ПРИЗНАТЕЛЬНОСТИ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

СЛОВА ПРИЗНАТЕЛЬНОСТИ

Когда в августе 1994 года Карлос был схвачен в Судане, он благодаря любезности французской контрразведки оказался неподалеку от того места, где я жил в Париже. Однако установить с ним связь было столь же невозможно, как вступить в контакт с инопланетянином. Карлоса поместили в изолированный отсек тюрьмы “Сан”, все контакты с другими заключенными и посетителями, не считая адвокатов, были ему запрещены, почта проверялась тюремными властями.

Французские власти не позволили мне взять интервью у Карлоса в тюрьме и перехватили письмо, которое я ему написал. “Встречайтесь с кем хотите, — заявил мне один из следователей, — но я никому не позволю проводить параллельное расследование”. Когда Карлос через третье лицо узнал о моем письме, он написал мне ответ с “лучшими революционными пожеланиями”. Потребовался не один месяц настойчивых просьб, а также экземпляр моей первой книги и, как ни странно, моя автобиография, которую запросил Карлос, чтобы наконец установить со мной связь. Переписку он вел с крайней осторожностью, которая граничила с паранойей. Он производил впечатление умного, но склонного к манипулированию человека, который в силу своего эгоцентризма обижался по каждому малейшему поводу.

Я хочу поблагодарить всех, без кого эта книга никогда не была бы написана. Я глубоко благодарен людям, которые, рискуя собой, предоставили мне доступ к секретным материалам следствия, проводившегося относительно всех преступлений, в которых обвинялся Карлос. Эти материалы насчитывают тысячи страниц и включают в себя показания самого Карлоса, а также показания его соучастников, друзей, подруг и членов семьи. В них также содержатся отчеты французских секретных служб, эпизодически следивших за Карлосом в течение многих лет, а также расследования зарубежных полицейских подразделений, включая Скотленд-Ярд.

Я также благодарен тем, кто позволил мне работать с архивами Штази времен “холодной войны”. Они представляют собой бесценный материал для воссоздания карьеры Карлоса и дают возможность проследить день за днем его жизнь в течение того времени, когда его группа базировалась в Восточной Германии, Венгрии и других странах — сателлитах Советского Союза. Большинство лиц, фигурирующих в материалах Штази, часто утверждают, что эти документы нельзя слепо принимать на веру. Однако офицеры, писавшие отчеты для своих начальников, зачастую сообщали о неопровержимых фактах, уже не говоря о том, что им и в голову не приходило, что в один прекрасный день их труды окажутся в руках западных разведок или будут использованы в судебных разбирательствах. В Штази широко практиковался метод сбора сведений от группы информаторов, которые не подозревали о существовании друг друга, но давали схожие показания. Проверка этих сведений осуществлялась во время обысков и прослушивания телефонных разговоров.

Арест Карлоса развязал языки многим из тех, кто становился жертвами его угроз, включая членов ДСТ и Штази. Многие агенты секретных служб, некоторые из которых впервые согласились быть названными по имени, предоставили мне бесценную информацию. Мне уделили время практически все бывшие руководители ДСТ: Жак Шартрон, Бернар Жерар, Ив Бонне и Жак Фурне. Жан-Поль Морье и Жан Баклути, возглавлявшие отдел ДСТ по борьбе с терроризмом, рассказали мне о внутренней подоплеке происходившего и высказали свою критику в адрес поведения Франции.

Я также хотел бы поблагодарить некоторых руководителей французской секретной службы ДГСЕ — Пьера Мариона, адмирала Пьера Лакоста и Клода Зильберзана. Генерал Ален де Мароль, бывший глава Службы противодействия, оказал мне существенную помощь, поделившись своими воспоминаниями о ее деятельности. Я в большом долгу перед группой бывших офицеров ДГСЕ, которые помогли мне найти многих ее членов. Я также глубоко признателен Иву Бертрану, главе отдела Общей разведки. Особую благодарность я должен выразить Дуэйну Клэрриджу за то, что он приподнял завесу над планами ЦРУ убить Карлоса. Действующие агенты МИ-6 отказались быть названными, но я не могу не выразить свою благодарность одному из них — тому, кто при первой нашей встрече спросил у меня: “Вы знаете, чем я занимаюсь?”

По дороге в Берлин Патрик Моро поделился со мной своими сведениями о Штази. Иоганн Легнер и Тобиас Вун-шик, входившие в комиссию по разбору архивов Штази, также уделили мне массу времени. Я благодарен генералу Маркусу Вольфу за то, что он рассказал мне о Карлосе гораздо больше, чем делал это прежде. И все немцы, помогавшие мне в Берлине, но не пожелавшие быть названными, также заслуживают мою благодарность.

Многие адвокаты, нанятые Карлосом после его ареста (часть из которых уже уволена), также выразили желание рассказать о своем клиенте, среди них: Мурад Уседик и его коллега Мартен Тигран, Антуан Конт, Изабелла Кутан-Пейре, Франсуа Онора, Оливье Модре и Фредерик Парьеи. Я благодарен адвокату Магдалины Копп Мануэлю Майеру и бывшему адвокату Кристы-Марго Фрёлих Жан-Жаку де Фелиси.

Много времени мне посвятили Франсуаза Рудетцки, президент Ассоциации жертв насилия и террора, и адвокат этой ассоциации Жан-Поль Леви. Кое-кто из родственников жертв терактов согласился вспомнить эти прискорбные события, особенно это касается Жана Ноэля Аррана и Жиля Ду. Кирилл Привалов поделился своими воспоминаниями о годах совместной учебы в университете с Ильичом Рамиресом Санчесом, а Валид Абу Зар, редактор “Аль Ватан аль Араби”, рассказал мне о взрыве редакции и предоставил право привести цитаты из своего интервью с Карлосом.

Эта книга значительно обогатилась благодаря материалу, предоставленному людьми, работавшими в администрациях президентов Валери Жискара д’Эстена и Франсуа Миттерана. Особую благодарность хочу выразить самому Жискару д’Эс-тену, нарушившему свое правило не давать интервью писателям и согласившемуся поговорить со мной. Ценные указания мною были получены от бывшего министра внутренних дел Шарля Паскуа, бывшего главы администрации Миттерана Жиля Менажа и бывшего советника Миттерана и генерального секретаря Елисейского дворца Юбера Ведрена. Я благодарен Пьеру Конезе, Натали Фустьер и Сесиль Жолли из министерства обороны Франции. Также помощь была оказана представителями министерства иностранных дел, которые не пожелали быть названными. Бывший представитель госдепартамента Марк Палмер с большим удовольствием рассказал мне в Вашингтоне о том, как он отчитал послов стран советского блока за укрывательство Карлоса.

Должен поблагодарить следователей, занимавшихся делом Карлоса, Жана Луи Брюгьера, Алена Марсо и Ирен Стол-лер. Пьер Оттавиоли из уголовной полиции припомнил несколько эпизодов, когда он шел по следу Карлоса. Я также благодарен Даниэлю Аберару, подготовившему для следствия биографию Карлоса, и Жаку Пуане, возглавляющему межотраслевой отдел по борьбе с терроризмом и входящему в состав отдела Скотленд-Ярда по борьбе с терроризмом.

Я благодарен Пьеру Педрону из министерства юстиции, начальнику тюрьмы “Сан” Иву Тигуле и его заместителю Андре Вариньяну за подробную экскурсию по тюрьме, которая включала в себя беседы с охранниками Карлоса. Хочу поблагодарить бывшего заключенного этой тюрьмы капитана Боба Денара, а также еще двух заключенных, имена которых не могут быть названы.

Целая группа лиц помогла мне найти редкую кинопленку, на которой снят Карлос. Я благодарен Веронике Ламбер де Гиз (студия “Кюив”), Камилле Мишель (студия “Арте”), Сирил Лолливьер (“Франция 2”), Жоелю Франсуа-Дюмону (“Франция 3”) и Ричарду Батчеру. Я также должен выразить благодарность сотрудникам ряда организаций и издательств, включая Николя Глезаля из исследовательского института внутренней безопасности, сотрудников отдела периодики Национальной библиотеки Франции, библиотеку Центра Жоржа Помпиду, Франсуазу Лотер из архива вырезок в “L’Express”, сотрудников архива “Guardian”, Совет Европы, Международную группу по изучению безопасности, Фабио Рикарди из Общества охраны здоровья, организацию “Врачи без границ”, организацию “Межународная амнистия” и Международную федерацию по правам человека. Я также благодарен пресс-атташе компании “Эль-Аль” Ли Сильверману и сотруднице архива компании “Маркс и Спенсер” Шарлотте Смит.

Пьер Пэн разрешил мне воспользоваться выдержками из писем Карлоса Франсуа Жену. Он также предоставил мне запись своих интервью с Жену. Чувствую себя обязанным поблагодарить своих коллег Роберта Фиска, Антуана Глазера, Кристину Гонсалес де Родригес, Сержа Гранже, Тима Ливси, Хавьера Рауфера, Вильяма Хосе Вивас Кано и Мэри Йетс. Лорен Тейлор, Джампаоло Кадалану и Элидар Золиа отдали много времени на то, чтобы помочь мне с переводом.

Исключительное великодушие проявили мои друзья из агентства “Рейтер”. Бернар Эдингер, Джон Моррисон и Сидни Вейланд рассказали о том, как они освещали нападение на ОПЕК в Вене и его развязку в Алжире. Тьери Левек познакомил меня с лабиринтами французской юриспруденции, а Кристиан Куртенель ввел в тайны полиции. Ирвин Ариф и Франсуа Рейтбергер давали мне ценные советы во время суда над Карлосом. Дэвид Катлер отыскивал источники и проверял фактический материал, Вилфрид Эксбрайят не уставала поддерживать меня и вносить свои предложения, а Тони Мора поделился воспоминаниями о терактах в аэропорту “Орли”. Я должен поблагодарить Франсуа Дюрио из агентства “Рейтер” за то, что он поддержал мой замысел на самом раннем этапе, а также Изабель Гриндаль и Дэвида Роджерса за то, что они освободили меня и предоставили возможность заняться книгой. Кроме того, свободное время для выполнения этого проекта мне было предоставлено Питером Грей-фом и Фредом Капнером.

Мои издатели Ион Тревен и Рави Мирчандани с самого начала поддерживали меня с огромным энтузиазмом, и я благодарен им за их профессионализм и терпение, которые позволили им превратить рукопись в настоящую книгу. Я также благодарен Рейчел Лейшон, Эльзбет Линднер, Рою Фур-нессу, Изабель Бест, Валери Дуфу и Морагу Лайолю. Мой агент Артур Гудхарт поддерживал написание этой книги с самого первого дня и самоотверженно прочел не один черновик рукописи.

Я благодарен членам своей семьи и друзьям, которые гостеприимно принимали и поддерживали меня в процессе моей исследовательской работы, а также вносили в нее свои ценные предложения. Опасения того, что идеи Карлоса по-прежнему живы, несмотря на его заключение, вынудили многих из тех, кто мне помогал, остаться неназванными, однако от этого моя благодарность им не становится меньше. Особенно к одному из них я испытываю столь глубокие чувства, что они даже не могут быть выражены словами.

Париж, май 1997 — Рим, май 1998 года.