У ЧУЖИХ БЕРЕГОВ

У ЧУЖИХ БЕРЕГОВ

КАМПАНИЯ 1719 г. Последние военные усилия Карла XII окончательно подорвали все шведские ресурсы. Численность населения бывшей «Владычицы севера» упала ниже отметки 1,3 млн. человек (в России по переписи 1718 г. проживало 15,5 млн.). Швеция начала скатываться к экономическому краху. Все это в равной мере относилось и к тем сторонам жизни страны, которые соприкасались с морем. Например, из 775 торговых судов, приписанных к подвластным Стокгольму портам в 1697 г., спустя 20 лет осталось только 209. Соответственно все ниже падала и мощь шведского военного флота. К кампании 1719 г. он состоял всего из 11 линейных и 4 бомбардирских кораблей, 8 фрегатов, 2 бригантин. Причем эскадра из самых боеспособных кораблей (5 линкоров и фрегат), наиболее полно укомплектованных вооружением и экипажами, ушла патрулировать район датских проливов.

Русский флот к весне мог выйти в море в составе 21 линкора, 6 фрегатов и 6 шняв (1670 пушек, 10 000 матросов). Армейские флотилии имели 3 прама, 2 бомбардирских корабля, около 10 небольших парусников, 132 галеры и скампавеи, а также свыше 100 гребных судов других типов. Их вооружение составляли до 1000 пушек, а экипажи вместе с десантниками насчитывали около 30 000 человек.

Так как после смерти Карла XII перспективы мира со Швецией вновь обрели туманные очертания, Петр I приказал флоту возобновить активные боевые действия. Исполняя этот приказ, 11 мая из Ревеля вышел отряд из 7 кораблей под началом командора фон Гофта. Он хотел высадить небольшой десант на остров Эланд, но, заметив в море шведские корабли, отказался от своих намерений.

26 мая для крейсерства в центральной части Балтийского моря из Ревеля вышли 6 линкоров и шнява, которыми командовал капитан 2-го ранга Наум Сенявин. 4 июня у острова Эзель русские суда встретили неприятельский отряд, состоявший из линейного корабля, фрегата и бригантины. Сенявин приказал поднять шведские флаги, введя этим противника в заблуждение, подошел на близкое расстояние и затем неожиданно атаковал.

* * *

БОЙ у острова Эзель. 4 июня

Русские (капитан 2-го ранга Сенявин) — шесть 52-пу-шенных линейных кораблей («Портсмут», «Девоншир», «Ягудиил», «Уриил», «Рафаил», «Варахаил»), 18-пушечная шнява «Наталья». Всего 330 пушек, 1930 человек.

Шведы (командор Врангель) — 52-пушечный линейный корабль «Вахмейстер», 32-пушечный фрегат «Карлскрон-Вапен», 12-пушечная бригантина «Бернгардус». Всего 96 пушек, 387человек.

Бой длился около 7 часов.. На его исход повлиял счастливый для русских случай. Корабль Сенявина во время перестрелки был поврежден и вынужденно повернул в сторону врага, прорезав его строй. В результате отряд противника оказался разделенным, и появилась возможность вести мощный продольный огонь по шведскому фрегату, после чего тот спустил флаг. Видя, что ей не хватает скорости для бегства, сдалась и бригантина. Оставшийся в одиночестве скандинавский линкор не смог выдержать дуэли с численно превосходящей погоней и тоже капитулировал.

Потери:

Русские — поврежден линкор «Портсмут», 9 человек убито, 9 ранено.

Шведы — сдались все три вымпела, 50 человек убито, 337 попало в плен (из них 14 ранено)[96].

Убедившись, что у шведов для крупномасштабной морской войны нет сил, Петр I приказал своим морякам смелее действовать против торгового судоходства неприятеля и готовиться к высадке десантной армии на территорию Скандинавии. В конце весны — начале лета русские крейсера сумели захватить в центральной Балтике 19 шведских купеческих кораблей. Тем временем основная часть русских военно-морских сил начала выдвигаться к Аландскому архипелагу в район острова Лемланд, откуда и планировалось совершить вторжение в Швецию. Парусным флотом (21 линкор, 5 фрегатов, 14 более мелких кораблей) командовал Петр I, а гребным (до 230 судов с 26 000 десантниками) руководил генерал-адмирал Апраксин.

В этот момент в Балтийское море вошла британская эскадра адмирала Норриса в составе 14 вымпелов (по два 70- и 80-пушечных, по три 50- и 60-пушечных линкора, 40-пушечный фрегат, 3 малых судна). Окончание войны за испанское наследство позволило англичанам уделять северному региону больше внимания. Начиная с 1715 г., британские корабли все время присутствовали на Балтике в качестве враждебной Швеции силы. Но в 1719 г. цель их визита кардинально изменилась. Россия уже настолько усилилась, что вскоре могла значительно осложнить выгодную торговлю со странами Балтии. В Лондоне же самым эффективным инструментом борьбы за свои интересы всегда считали политику противовесов. И после ослабления скандинавов решили их поддержать, ориентируясь на потенциальный союз со Стокгольмом.

Появление англичан резко меняло ситуацию. Неопытные русские моряки, конечно же, не могли противостоять лучшему флоту мира. Поэтому высадку большой армии в Скандинавии с целью ее оккупации Петру I пришлось отменить. Пока не выяснилось, вступят ли британцы в открытую войну против России, царь решил ограничиться коротким набегом на побережье к северу и югу от неприятельской столицы. Кроме того, он был вынужден пойти еще на одну откровенную уступку — гарантировать коммерческие интересы всех великих морских держав. 9 июля вышла декларация, где объявлялось, что Россия больше не препятствует морской торговле со Швецией.

20 июля на острове Лемланд состоялся военный совет главного руководства русской армии и флота, где окончательно решили предпринять только ограниченный рейд силами армейского флота вдоль побережья центральной части Скандинавского полуострова, по возможности разрушив все промышленные предприятия, которые попадутся по дороге. Однако в крупные сражения русским морякам и десантникам приказывалось не вступать.

Шведы свои основные силы (около 17 000 солдат) сосредоточили вокруг Скагарда — залива, соединявшего Стокгольм с открытым морем. Шхерные острова на подходе к столице укрепили артиллерией, которая усиливалась старыми кораблями, превращенными в плавучие батареи. Командовал этой группировкой принц Гессен-Кассельский. Еще несколько тысяч человек прикрывали юг Швеции и побережье Ботнического залива.

22 июля русские галеры подошли к первым островам Скагарда. Здесь от армейского флота Апраксина отделился отряд генерал-майора Ласси (33 гребных судна, 3500 солдат), направившийся вдоль северных берегов. Основная масса (156 кораблей, свыше 20 000 человек) двинулась южными шхерами, стараясь не выходить на глубокие фарватеры. Пять недель русские десантники, почти не встречая сопротивления, крушили и жгли все, что встречалось на берегах (разрушено 8 городков и 21 завод). Однако несколько попыток приблизиться к Стокгольму шведы легко отбили.

Апраксин предлагал план штурма Скагарда, но Петр, видя, что берега и островки залива хорошо укреплены, приказал заканчивать операцию и отходить назад. 27 августа отряд Ласси вернулся к Лемланду. Через три дня туда же подошли и другие эскадры армейского флота.

На этом кампания практически закончилась. Желаемых результатов Петру достигнуть не удалось. Швеция не приняла русских условий мира. К тому же в конце лета скандинавы заключили предварительный союзный договор с Англией. Британия явно не желала, чтобы на Балтике вновь появился единоличный хозяин. И потому в пику Петербургу пообещала шведам оказать прямую военную помощь. 27 августа эскадра Норриса официально присоединилась к флоту Швеции.

Обстановка для Петра I складывалась тревожная. Соперничать с англичанами русские моряки явно не могли. Поэтому 1 сентября царь приказал оставить Аландские острова и отойти на восточный берег Балтийского моря в ливонские и финские базы. Все приморские крепости, включая еще недавно тыловой Кроншлот, начали спешно укрепляться. Надстраивались стены, возводились новые батареи, гавани ограждались бонами, организовывалась противодесантная оборона опасных участков.

Хотя серьезных сражений на море в эту кампанию не было, петровский флот все же понес потери. Кроме некоторого количества легковосстановимого «поголовья» гребных судов, русские моряки потеряли (разбившиеся на мели около Котлина) 54-пушечные линкоры «Лондон» и «Портсмут». Сгнил всего за пять лет службы и 32-пушечный фрегат «Святой Илья». На замену им петербургские верфи сдали всего два корабля. Козенц завершил 4-летнюю постройку 90-пушечного «Гангута», а Най — 3-годичные работы над 66-пушечным «Исаак-Викторией». Козенц и Пангало заложили три новых 66-пушечных линкора. Осенью очень остро почувствовалась нехватка фрегатов. Восполнить ее требовалось быстро, поэтому три 32-пушечных судна заказали в Голландии. К следующему лету они уже вошли в строй. Но вопрос пополнения флота для России по своей актуальности уступил место проблеме взаимоотношений с Англией. Решив ее, можно уже было не волноваться за исход войны.