РОВЕНСКОЕ ПОДПОЛЬЕ

РОВЕНСКОЕ ПОДПОЛЬЕ

Уже в первые дни вероломного нападения на нашу страну гитлеровское командование бросило в направлении Луцка, Ровно, Кременца, Дубно танковую армию под командованием генерала Клейста. Перед ней была поставлена задача молниеносно захватить эти города и выйти на оперативный простор Северо–Подольского плато, оттуда развить наступление на юг — на Тернополь, на восток — на Киев, пройти по советским тылам к Днепру, захватить переправы и окружить большую группировку советских войск. На эту операцию Гитлер давал своим войскам две недели.

Быстрое продвижение вражеских войск чрезвычайно осложнило работу обкома партии по созданию подполья. В области, разумеется, было много прекрасных коммунистов. Но ведь подпольная работа особенная. Она требует не только преданности делу, мужества, стойкости, но и хорошего знания местных условий, людей, умения соблюдать строжайшую конспирацию.

Десятки коммунистов — членов обкома, работников райкомов партии — перебирали тогда мы, работники обкома, в своей памяти. Это были стойкие люди, активные участники строительства новой жизни. Они вели большую работу по реконструкции и развитию народного хозяйства области, коллективизации деревень, культурному строительству. Но мало кто из них участвовал в гражданской войне, не многие имели опыт подпольной борьбы.

В июне 1941 года состоялось заседание бюро обкома партии.

В напряжённых думах и спорах мы решили, что в подполье должны остаться главным образом местные коммунисты. Я внёс предложение утвердить руководителем ровенского подполья Терентия Федоровича Новака. Правда, коммунист он был молодой, но опыт подпольной работы имел основательный. До установления Советской власти в западных областях Украины и Белоруссии он был активным членом Коммунистической партии Западной Украины, сидел в Люблинской крепости, куда польская дефензива заточила его за политическую деятельность на 30 лет. Словом, это человек серьёзной закалки, прошедший большую школу революционной борьбы. Немаловажным обстоятельством было и то, что Новак, кроме украинского и русского языков, хорошо владел польским и немецким.

Кандидатуру Новака поддержали все члены бюро обкома. Решено было также оставить в подполье, по их личной просьбе, секретаря Клесовского райкома партии В. А. Сонина и заведующего промышленным отделом обкома партии Чепурного. Но с Чепурным мы допустили большую ошибку. Он проявил трусость, граничащую с предательством, не выполнив возложенной на него задачи.

Прежде чем рассказывать о деятельности ровенских подпольщиков, остановлюсь на обстановке, которая сложилась на Ровенщине после оккупации её фашистскими войсками. А она была очень сложной. Наряду с жесточайшим террором оккупанты всячески стремились разжечь национальную рознь между украинцами и поляками, украинцами и евреями, натравливали местных жителей на «восточников» — людей, приехавших из восточных областей Украины и из РСФСР после освобождения в 1939 году Западной Украины. 6 ноября 1941 года гитлеровцы расстреляли в Ровно 15 тысяч евреев. В городах и населённых пунктах систематически производились облавы и расстрелы коммунистов, комсомольцев, советских активистов. В трёх лагерях для военнопленных под Ровно фашистские палачи уничтожили 80 тысяч советских воинов. Была внедрена гнусная система заложничества. Фашисты объявили, что за каждого убитого гитлеровца будут расстреливать десятки и сотни местных жителей.

Деятельность подпольщиков значительно осложнялась и особым положением Ровно, превращённым Гитлером в центр оккупационных властей на Украине. Здесь размещались рейхскомиссариат Украины во главе с палачом Э. Кохом и верховный суд Украины с его сенатс–президентом Функом. Здесь же были расквартированы ставка главнокомандующего немецкими вооружёнными силами на Украине во главе с генералом авиации Киценгером, ставка командующего особой армией генерала фон Ингеля. В Ровно также находилось центральное управление гестапо и полиции во главе с людоедом генералом Бахом. Город буквально кишел агентами гестапо и полиции. Систематически проводились облавы, расстреливались целые семьи, в чьих квартирах были выявлены посторонние люди. На каждом шагу проверялись документы, жителям даже запрещалось ходить по улицам с засунутыми в карманы руками.

В Ровно подвизались и провокаторы из украинских буржуазных националистов во главе с оуновцами[283] Власом Самчуком и Степаном Скрипником. Через свою грязную газетёнку «Волинь», редактором которой был Самчук, а также через националистическую организацию «Просвіта» оуновцы призывали население всемерно помогать гитлеровцам в борьбе против Красной Армии, поддерживать оккупационный режим, выявлять и выдавать «восточников», коммунистов, комсомольцев и беспартийных советских патриотов. Подлинные наёмники немецких фашистов призывали украинцев бить поляков и русских во имя «соборной Украины».

Но, несмотря на все трудности, подпольная организация, созданная Терентием Новаком, жила, действовала и росла. Весной 1942 года она насчитывала более 100 бойцов подполья. Особое внимание было уделено конспирации. Строилась организация по принципу троек. Связь между ними осуществлялась только через одного члена тройки. Подпольщикам удалось глубоко внедриться во вражеский оккупационный аппарат и на работавшие предприятия. Они имели свои группы при гебитскомиссариате, центральном бюро промышленности, комендатуре, на станции Ровно, на чугунолитейном заводе. Эти группы собирали сведения о противнике, распространяли среди населения листовки с сообщениями Советского информбюро, вели работу по срыву отправки советских людей на каторжные работы в Германию, похищали бланки разных документов и печати оккупационных властей.

В сентябре 1942 года был создан центр ровенской подпольной организации. В его состав вошли Т. Новак, его друг и товарищ по КПЗУ и Люблинской тюрьме И. Луц, Н. Поцелуев, М. Анохин, А. Гуц. Центр координировал действия отделов. Их было образовано пять: организационный, агитационно–пропагандистский, военный, разведывательный и хозяйственный.

Организационным отделом руководил Т. Новак. В функции отдела входило руководство и контроль за работой отделов, подпольных троек, создание новых подпольных групп. Члены военного отдела, реорганизованного потом в диверсионно–боевой отдел, занимались подготовкой диверсий, добычей оружия и боеприпасов, готовили пополнение для партизанских отрядов. Большую работу вёл разведывательный отдел. Он собирал сведения о противнике, добывал секретные документы оккупантов, обеспечивал подпольщиков необходимой документацией. В обязанности хозяйственного отдела входило: добыча медикаментов, продовольствия и одежды, укрытие раненых и больных подпольщиков и партизан, оказание им медицинской помощи.

Агитационно–пропагандистский отдел принимал по радио передачи радиостанций Москвы, имени Тараса Шевченко, «Радянська Україна», «Дніпро». На основе этих материалов составлялись листовки. Кроме того, подпольщики сами составляли тексты листовок. Систематически распространялись такие, например, листовки: «До селян!», «До молоді!», «Хочеш жити —не їдь в Німеччину» и другие, в которых разоблачались фашистская и буржуазно–националистическая ложь, зверства и провокации врага. Подпольная организация призывала население саботировать мероприятия оккупантов, включаться в партизанскую борьбу. Так, например, когда оккупанты огласили и стали проводить в жизнь так называемый новый земельный закон, агитационно–пропагандистский отдел выпустил по этому поводу специальную листовку, разоблачавшую коварную затею гитлеровцев. Крестьянам разъяснялось, что этот закон прямо направлен на их порабощение: колхозы и индивидуальное землепользование крестьян ликвидируются, создаются так называемые экономии и общественные хозяйства во главе с гитлеровцами. Сельские труженики, таким образом, превращаются в батраков — в рабов немецких помещиков. Под влиянием массово–политической работы подпольщиков крестьяне сел Ставки, Грушвицы, Городок Ровенского района, сел Курозваны, Синьково Гощанского района, несмотря на предпринятые оккупантами карательные меры, не пошли работать в экономии оккупантов. Их примеру последовали многие жители других районов. Объектом злой, острой сатиры подпольщиков стал изданный оккупантами в январе 1942 года закон о налоге на собак.

Ровенская подпольная организация распространяла своё влияние на близлежащие к Ровно районы. С её помощью организовались и действовали подпольные группы в Ровенском, Гощанском, Клеванском, Здолбуновском, Тучинском, Корецком районах. Создан был партизанский отряд из советских военнопленных под командованием С. Носенко. Все же деятельность организации могла в тот период быть более широкой и целеустремлённой, если бы она имела связь с Большой землёй и действовала в контакте с другими подпольными организациями там же, в Ровно.

К активным боевым операциям ровенские подпольщики приступили после того, как Новак установил связь с партизанским отрядом, которым командовал И. Шитов, и с отрядом специальнррр : назначения под командованием полковника Д. Н. Медведева.

Высадившись летом 1942 года с самолётов в районе железнодорожной станции Толстый Лес, отряд Д. Н. Медведева в составе 85 человек избрал местом своей дислокации и боевых действий треугольник железных дорог Ровно — Сарны, Сарны — Рокитно — Олевск. Враг очень скоро почувствовал разящие удары «медведей», как любовно называли крестьяне и партизаны других отрядов бойцов спецотряда.

С боевой жизнью этого отряда связаны поразительные по смелости и отваге диверсионно–разведывательные операции Николая Ивановича Кузнецова. Это он, героический советский разведчик, при помощи бойцов отряда Д. Медведева Николая Струтинского, Яна Каминского, Николая Гнидюка и подпольщиков из ровенской подпольной организации Николая Астафова, Павла Мирющенко отправил на тот свет главного фашистского судью на Украине А. Функа, гитлеровского руководителя финансовым отделом доктора Билля, первого и второго заместителей Коха •— П. Дергеля и Г. Кнута. Это он, Н. И. Кузнецов, с помощью членов подпольной организации Новака похитил командующего карательными войсками на Украине гитлеровского генерала фон Ильгена прямо из особняка, который он занимал в Ровно. К сожалению, в настоящем очерке нет возможности подробно рассказать, как были выполнены эти и ряд других смелых операций.

Установив связь с партизанами и спецотрядом Д. Н. Медведева, ровенские подпольщики развернули активную боевую деятельность. Вот лишь некоторые факты. В январе 1943 года диверсионная группа во главе с Николаем Поцелуевым сожгла деревообделочную фабрику, уничтожила её охрану и вооружила захваченным оружием большую группу советских военнопленных, переправив их в партизанский отряд. Примерно в это же время другая диверсионная группа взорвала склад с азотной кислотой на станции Ровно. В июле группа Николая Гнидюка подорвала мост через реку Горынь и пустила под откос воинский эшелон с танками и артиллерийскими орудиями. Эта же группа взорвала эшелон с гитлеровскими солдатами, осуществила диверсию в депо станции Здолбунов, в результате которой железнодорожная ветка Здолбунов — Шепетовка не работала две недели.

Осенью 1943 года подпольщики Ровно в ответ на зверства украинских буржуазных националистов уничтожили 19 активных оуновцев и 7 гитлеровских офицеров. В канун 25–й годовщины Великого Октября подпольщики вместе с Николаем Кузнецовым устроили взрыв на станции Ровно с большими потерями для врага, 27 ноября Новак и Яремчук гранатой взорвали автомашину с радирставдщрц, а на следующий день бросили гранату в один из блоков воинской казармы на ДубенскЬй улице.

Страх и бешенство вызывали у гитлеровцев диверсии подпольщиков, Кузнецова, боевых групп отряда Медведева, других партизанских отрядов. С каждым днём враг усиливал репрессии. Всюду шныряли гитлеровские ищейки. Тяжелые потери понесла организация Новака. Были схвачены гестаповцами Иван Луц, Мария Жарская, Николай Поцелуев, Николай Самойлов, Федор Шкурко и после долгих издевательств повешены на глазах согнанных для устрашения местных жителей.

Сидевший в тюрьме житель города Ровно Валерий Маевский видел, как пытали Федора Шкурко. «Во время допросов, — вспоминал он, — фашисты избивали Федора до полусмерти. Два месяца он не поднимался с пола камеры». Очевидцы рассказывают, как мужественно, гордо приняли смерть герои–подпольщики.

…Фашисты вошли в камеру и объявили об очередной «чистке», то есть об очередной расправе с советскими патриотами.

— Мария Жарская! — прочёл гитлеровец в списке.

— Я.

Сжав кулаки, Жарская сделала несколько шагов вперёд. Из головы все ещё сочилась кровь после очередного допроса, ноги были искусаны овчарками.

— Убивайте, но вас ждёт расплата! — крикнула она и плюнула в лицо гитлеровцу. — Мы ненавидим вас!

На месте казни Жарская обратилась к согнанной толпе:

— Люди! Уничтожайте гадов! Смерть фашистским палачам!

Когда палач набрасывал петлю на шею Ивана Луца, патриот крикнул:

— Прощайте, друзья! Победа будет за нами. Наши идут!

И все выведенные на казнь подпольщики прокричали:

— Смерть фашистским катам! Хай живе коммунізм!

И снова голос Жарской:

— Не забудьте, люди, моих детей!

Ее детей приютила пожилая женщина Любовь Комаровская, которая, как и сотни других советских патриотов, всем, чем могла, помогала подпольщикам и партизанам.

Не ушли от заслуженной кары фашистские палачи, казнившие героев–подпольщиков. 5 января 1944 года Новак и Афонин с помощью комсомолоК. подпольщиц Лизы Гельфонд, Гали Гниденко и Иры Соколовской подвесили под крышей офицерской столовой две мины. Во время обеда раздался взрыв, и немецким санитарным машинам хватило работы на много часов. Взрывом были уничтожены 2 Генерала, 8 высших офицеров, многие офицеры рангом пониже. Еще больше было раненых. В ту же ночь Новак и Афонин подорвали шедший на запад эшелон с гитлеровцами. Прямо на улице выстрелом из пистолета отважный подпольщик Василий Серов покончил с начальником штаба особой группы фашистских войск генералом КацеНРооом фон Клуке.

Оценивая деятельность подпольной организации Терентия Новака, можно с уверенностью сказать: это была самая мощная, самая деятельная из всех подпольных организаций, созданных коммунистами и комсомольцами Ровенщины в тылу фашистских захватчиков.

Несмотря на очень сложные условия, отсутствие непосрйственной связи с подпольным обкомом партии, она всегда находила правильную политическую линию и непрерывно действовала с августа 1941 года до освобождения области Красной Армией.

За выдающиеся заслуги в организации и руководстве ровенской подпольной организацией, мужество и героизм, проявленные в борьбе против фашистских захватчиков, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 мая 1965 года Новаку Терентию Федоровичу присвоено звание Героя Советского Союза. Близкий друг и боевой помощник Т. Ф. Новака Иван Иванович Луц посмертно награждён орденом Ленина.

В Ровно действовали ещё две подпольные организации. Одной из них руководил бывший секретарь Ленинского райкома комсомола города Львова Павел Михайлович Мирющенко. На подпольной работе он был оставлен Центральным Комитетом КП(б)У. Устроившись заместителем директора созданной оккупантами электромеханической школы, Мирющенко вместе с преподавателем физики коммунистом Г. Ф. Калашниковым организовал группу из учителей и учеников школы. Сначала в организацию входило 17 человек, а осенью 1943 года она насчитывала уже около 200 патриотов—жителей Ровно и сел Грушвицы и Дядьковичи Ровенского района. В течение всей своей деятельности подпольщики вывели из строя 60 автомобилей и бронетранспортёров, телеграфно–телефонную линию Ровно — Здолбунов, Ровно — Сарны, нефтедвигатель на Бабинском сахарном заводе, организовали побег в лес к партизанам 120 юношей, которым угрожала отправка в Германию.

Члены этой организации установили связь с подпольной группой в Красном Кресте, с подпольщиками — врачами Тютьковпцкой больницы В. Убийко, М. Воробьевым и С. Афониным. Последние оказали большую помощь подпольщикам и партизанам медикаментами, во время массовых облав прятали в больнице десятки людей под видом тифознобольных. В декабре 1943 года гестаповцам удалось раскрыть подпольную организацию П. М. Мирющенко. Много людей было арестовано. После зверских пыток гестаповцы расстреляли П. М. Мирющенко и его боевых соратников Павлика, Годжия, Бидыка и Поплавского.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 мая 1965 года Павел Михайлович Мирющенко посмертно награждён орденом Ленина.

Третьей подпольной организацией в Ровно была группа бывшего секретаря Железнодорожного райкома партии города Киева Николая Максимовича Астафова, аспиранта Киевского государственного университета имени Т. Г. Шевченко. По решению ЦК КП(б)У Астафов был оставлен на подпольной работе в Киевской области, но попал в руки гитлеровцев и был помещён ими в Ровенский лагерь военнопленных. Здесь он создал подпольную группу из коммунистов и комсомольцев. Вскоре группе удалось связаться с организацией П. М. Мирющенко, которая помогла осуществить побег из лагеря нескольких десятков пленных. С помощью Мирющенко Н. М. Астафов организовал позже побег ещё 50 советских военнопленных.

Очутившись на свободе, Астафов создал подпольную группу из семи коммунистов и комсомольцев, которая вскоре переросла в сильную подпольную организацию.

Она вела большую массово–политическую работу в Ровно, на Шпаневском и Бабинском сахарных заводах, в лагере военнопленных. Устроившись на работу в учреждениях и на предприятиях оккупантов, подпольщики собирали по заданиям спецотряда Д. Н. Медведева сведения о противнике, осуществляли диверсии.

В мае 1942 года организация Н. М. Астафова выпустила листовку «К молодёжи Ровно». В этот период фашисты начали массовый угон советских юношей и девушек в Германию. Листовка призывала молодёжь всячески уклоняться от посылки в Германию, пополнять ряды партизан. «Бейте немцев, их помощников всюду и чем только можете! — говорилось в листовке. — Уничтожайте оккупантов и их технику!»[284].

В сентябре 1943 года Н. М. Астафов по заданию спецотряда Д. Н. Медведева отправил большую часть подпольщиков своей организации в партизанский отряд. В декабре 1943 года гестаповцам удалось арестовать ядро организации, в том числе и Н. М. Астафова. Подпольщики были зверски замучены в фашистских застенках.