1. Задача 2-й Тихоокеанской эскадры

1. Задача 2-й Тихоокеанской эскадры

Вопрос о задаче 2-й эскадры Тихого океана возник одновременно с принятием решения о ее формировании. Требовалось детально изучить обстановку русско-японской войны на море, определить роль 2-й Тихоокеанской эскадры в войне и сформулировать задачу эскадры. Ясность в этих вопросах появилась лишь по истечении шести месяцев войны. 10 августа 1904 г. в Петергофе под председательством государя императора Николая II состоялось совещание высших морских и военных руководителей. В совещании принимали участие: генерал-адмирал великий князь Алексей Александрович, великий князь Александр Михайлович, управляющий морским министерством генерал-адъютант адмирал Ф.К. Авелан, начальник 2-й Тихоокеанской эскадры контр-адмирал З.П. Рожественский, военный министр генерал-адъютант В.В. Сахаров и министр иностранных дел граф В.Н. Ламздорф .

Ко дню совещания обстановка на театре военных действий сложилась крайне неблагоприятная. 1-я Тихоокеанская эскадра, пытавшаяся прорваться из Порт-Артура во Владивосток, в бою с японским флотом в Желтом море 28 июля 1904 г. потерпела поражение. В базу вернулись лишь пять из шести броненосцев, один крейсер и три миноносца. Броненосец «Цесаревич» и три миноносца оказались в немецкой базе Киау-Чау, крейсер «Аскольд» и один миноносец в Шанхае, крейсер «Диана» - в Сайгоне (ныне Хошимин). Миноносец «Бурный» в тумане напоролся на камни полуострова Шантунг и погиб. Только крейсер «Новик» пытался прорваться во Владивосток через пролив Лаперуза, но встретил у южного побережья о-ва Сахалин два крейсера противника, вступил с ними в бой и был потоплен. Все корабли, зашедшие в иностранные порты, были интернированы.

Неудача постигла и Владивостокский крейсерский отряд, спешивший на помощь Артурской эскадре. В бою с японскими броненосными крейсерами отряд потерпел поражение и потерял крейсер «Рюрик». После двух этих боев японский флот полностью завладел морем, но для овладения Порт-Артуром японским войскам и флоту потребовалось еще около пяти месяцев.

Вернувшаяся в Порт-Артур основная часть эскадры была переформирована в отряд броненосцев и крейсеров, командующим которого был назначен контр-адмирал Р.Н. Вирен. Активная деятельность русского флота в Порт-Артуре продолжалась. Японцы, считая возможным выход русских боевых кораблей из базы для прорыва во Владивосток, продолжали поддерживать непрерывную блокаду Порт-Артура своими главными силами - броненосцами и броненосными крейсерами. Артиллерия русских кораблей в обороне Порт-Артура представляла подвижные батареи, которые перемещались на наиболее опасные направления и не позволяли японским войскам преодолевать сухопутную оборону крепости. Только после взятия японцами горы Высокой 23 ноября 1904 г. и размещения на ней артиллерийских корректировочных постов, огнем осадных гаубиц были потоплены все русские броненосцы и крейсера. Без мощной артиллерийской поддержки кораблей отражать японские штурмы стало некому, и 20 декабря 1904 г. крепость Порт-Артур капитулировала.

На открывшемся 10 августа 1904 г. в Петергофе совещании высших морских и военных руководителей последние принимали первую Тихоокеанскую эскадру как силу, способную решать поставленные перед ней боевые задачи.

Совещание должно было решить вопрос о посылке 2-й Тихоокеанской эскадры на Дальний Восток «для соединения и совместных с 1-й эскадрой Тихого океана действий против неприятеля» с целью превосходящими силами разбить японский флот. Доклад о предстоящем дальнем походе сделал контр-адмирал Рожественский. По его расчетам, до Чусанского архипелага в Восточно-Китайском море предстояло пройти 18 000 миль. При скорости хода 200 миль в сутки на это требовалось 90 дней, на стоянки в бухтах для погрузки угля - 60 дней, всего 150 дней, или пять месяцев. Адмирал высказал озабоченность относительно затруднений, которые могут возникнуть в охране эскадры в пути следования. В Бельтах и Северном море, в Английском канале, в Красном и Южно-Китайском морях возможны были атаки миноносцев.

Совещание рассмотрело и приняло решение по следующим вопросам.

1. Слабость 2-й Тихоокеанской эскадры.

Великий князь Александр Михайлович отметил, что посылка эскадры имеет одну цель - разбить японский флот и приобрести господство на море. Для достижения этой цели необходим флот, превышающий по силе японский или, по крайней мере, равный ему. В составе эскадры только пять броненосцев («Князь Суворов», «Император Александр III», «Бородино», «Орел», «Ослябля»), способных вести бой с броненосными кораблями противника. Находящиеся в Порт-Артуре броненосцы и крейсера будут уничтожены противником до прихода 2-й эскадры. Два броненосных крейсера во Владивостоке «Россия» и «Громовой»-слабая помощь.

Японский флот имел 12 броненосных кораблей, во время войны достиг больших успехов, хорошо подготовлен к бою со 2-й Тихоокеанской эскадрой. Результат встречи противников очевиден, мы будем разбиты. Флот послать необходимо, но такой, который действительно может разбить японцев. Надо постараться, во что бы то ни стало, купить аргентинские и чилийские броненосные крейсера.

Адмирал Авелан сообщил совещанию, что переговоры о приобретении семи броненосных крейсеров продвигаются успешно. Предполагается, что корабли будут переданы эскадре на о. Мадагаскар, в порту Диего-Суарец, куда они будут приведены французскими командами. Кроме того, в показаниях следственной комиссии по Цусимскому бою, Авелан свидетельствовал об отказе адмирала Рожественского от включения в состав эскадры броненосца «Император Николай I» и броненосцев береговой обороны.

2. Отсутствие базы для 2-й Тихоокеанской эскадры для совместных действий с Артурской эскадрой. Контр- адмирал Рожественский просил совещание и царя предоставить базу в Чифу (Китай), откуда он мог действовать на сообщениях Японии, а если Порт-Артур падет, то и в его водах. Против высказался министр иностранных дел граф Ламздорф, указав, что Чифу-нейтральный порт, и против его захвата выступят Англия и Соединенные Штаты Америки. Другой базы никто из участвовавших в совещании, включая Ламздорфа, не предложил. 2-я Тихоокеанская эскадра осталась без базы.

3. О совместных действиях 2-й Тихоокеанской эскадры с Манджурской армией. Военный министр генерал-адъютант В.В. Сахаров заявил, что обстановка исключает наступательные действия армии. Для этого нужны большие силы, формирование второй армии, нужно время, в течение которого Порт-Артур не может удержаться. Артур падет раньше, чем армия пойдет вперед. Наступательные действия станут возможны весной 1905 г., когда армия должна вытеснить японцев с материка, а флот - отрезать их от портов Японии. В ближайшее же время содействие флота Манджурской армии не представляется необходимым.

Тут почему-то не учитывается необходимость воздействия на морские сообщения, снабжающие японские армии на китайской и корейской территориях и ведущие военные действия против русских войск.

4. О времени отправления 2-й Тихоокеанской эскадры на Дальний Восток, великий князь Александр Михайлович, генерал-адъютант Сахаров и частично великий князь Алексей Александрович указали, что эскадра не имеет качеств обученного и сплоченного соединения кораблей, а условия для приобретения этих качеств в походе отсутствуют. В то же время японский флот добился многих успехов в боях, обучен и подготовлен. Результат встречи противников в бою гарантирует японцам победу. Надо эскадру плюс достроенные и купленные корабли оставить на зиму в России, обучить стрельбе и эскадренному маневрированию и только после этого послать на Дальний Восток.

Контр-адмирал Рожественский возражал, указывая на уже подготовленную организацию снабжения эскадры, главным элементом которой является обеспечение углем. Идти нужно теперь же, в противном случае угольщики разбредутся. Потом уже не удастся создать всей организации. Его поддержал адмирал Авелан, сообщивший, что угольщики уже в пути, и при отказе им придется даром доплатить 2 миллиона рублей.

Великий князь Алексей Александрович с разрешения царя предложил участникам совещания проголосовать по трем вопросам.

1. Послать теперь же эскадру в поход на о. Мадагаскар, где у Диего-Суарец ждать прихода купленных у Аргентины и Чили броненосных крейсеров.

2. Если не удастся купить броненосные крейсера, то все-таки послать эскадру и рисковать всем.

3. Вовсе не посылать эскадру.

После небольших споров первый вопрос одобрен большинством участников. Против голосовал только великий князь Александр Михайлович. Второй вопрос не рассматривался вовсе, третий отвергнут всеми, кроме великого князя Александра Михайловича.

Заключительная часть совещания была посвящена обмену информацией о покупке южноамериканских судов, во время которого император приказал во что бы то ни стало купить указанные суда.

В протоколе отсутствует запись об утверждении императором решения совещания о посылке эскадры в пункт встречи с имеющими быть купленными аргентинскими и чилийскими судами. А это означало, что вопрос о походе 2-й Тихоокеанской эскадры на Дальний Восток не имеет официального решения.

О том, как было получено это решение, мы нашли в книге воспоминаний великого князя Александра Михайловича. Автор пишет о событиях, которые состоялись после совещания в Петергофе 10 августа 1904 г. «Мы сидели в Царском с Ники, дядей Алексеем и Авеланом и обсуждали новый важный вопрос. Нам предстояло решить, должны ли мы утвердить план адмирала Рожественского, который предлагал отправить наши военные суда на Дальний Восток, на верную гибель?

Сам адмирал не питал каких-либо надежд на победу. Он просто думал о том, что надо „чем-нибудь удовлетворить общественное мнение“. Наш флот и тысячи человеческих жизней должны были быть принесены в жертву невежественным газетным „специалистам по морским вопросам“. Эти последние открыли недавно существование некоторых технических морских терминов вроде „боевой коэффициент“, „морской тоннаж“ и т.п. и старались ежедневно доказать в газетных столбцах, что японцев можно пустить ко дну соединенными силами наших Тихоокеанской и Балтийской эскадр.

Ники объяснил нам причину нашего совещания и просил нас всех искренне высказать свое мнение по этому вопросу. Дядя Алексей ничего не мог сказать и имел гражданское мужество в этом признаться. Авелан говорил много, но не сказал ничего путного. Его речь была на тему „с одной стороны, нельзя не сознаться, с другой стороны, нельзя не признаться...“. Рожественский блеснул еще раз основательным знанием биографии Нельсона. Я говорил последним и решил не церемониться. К моему величайшему удивлению, было решено последовать моему совету и наш Балтийский флот на верную гибель в Тихий океан не посылать.

В течение двух недель все было благополучно, но к концу второй недели Ники снова изменил свое мнение. Наш флот должен был все-таки отправиться на Дальний Восток, и я должен был сопровождать государя в Кронштадт для прощального посещения наших кораблей. По дороге в Кронштадт я снова пробовал высказать свою точку зрения и встретил поддержку в лице весьма опытного флаг-капитана императорской яхты „Штандарт“. Государь начал снова колебаться. В душе он соглашался со мною.

- Дай мне еще раз поговорить с дядей Алексеем и Авеланом, - сказал он, когда мы переходили на яхту адмирала. Дай мне поговорить с ними с глазу на глаз. Я не хочу, чтобы твои доводы на меня влияли.

Их заседание длилось несколько часов. Я же в роли „enfant terrible“ ожидал их на палубе.

- Ваша взяла, - сказал Авелан, появляясь на палубе, - мы приняли неизменное решение эскадры на Дальний Восток не посылать.

„Неизменность“ решения Ники продолжалась десять дней. Но он все же переменил в третий и в последний раз свое решение. Наши суда, матросы и офицеры должны все-таки быть принесены в жертву на алтарь общественного мнения».

В заключительной части воспоминаний Александра Михайловича о эскадре говорится: «14 мая [1905 г. - В.Ц.] - в девятую годовщину коронации - наш обед был прерван прибытием курьера от Авелана: наш флот был уничтожен японцами в Цусимском проливе, адмирал Рожественский взят в плен. Если бы я был на месте Ники, я бы немедленно отрекся от престола. В Цусимском поражении он не мог винить никого, кроме самого себя. Он должен был бы признаться, что у него недоставало решимости отдать себе отчет во всех неизбежных последствиях этого самого позорного в истории России поражения. Государь ничего не сказал, по своему обыкновению. Только смертельно побледнел и закурил папиросу.

2 октября 1904 г. из порта Либава эскадра ушла в дальний поход со многими недостатками. Во-первых, отсутствовала уверенность, что семь аргентинских и чилийских броненосных крейсеров будут куплены, что приведет русских к потере значительного преимущества по броненосным кораблям. Во-вторых, не получил решения вопрос о базе, и эскадра осталась без базы. В-третьих, эскадра отправилась в поход не получив надлежащего опыта боевой подготовки и не имея возможности в условиях тропического климата и непрерывных угольных погрузок восполнить этот недостаток. Отсутствие опыта боевой подготовки особенно существенно сказывалось в артиллерийских стрельбах и эскадренном маневрировании. В- четвертых, не было уверенности, что ко времени прихода 2-й эскадры на Дальний Восток в Порт-Артуре не погибнет 1-я эскадра».

Главный начальник флота и морского ведомства генерал адмирал, великий князь Алексей Александрович (1850-1906)

Управляющий морским министерством адмирал Ф.К. Авелан (1839-1916)

Поход 2-й Тихоокеанской эскадры от Либавы до Мадагаскара вокруг Африки проходил в напряженной обстановке, создаваемой усилиями Японии и союзной с ней Англии. Гулльский инцидент, сопровождение эскадры английскими крейсерами, угольные погрузки в необорудованных, редко посещаемых бухтах, разведывательная деятельность английских кораблей в интересах Японии. В водах Индо-Китая напряжённая обстановка не изменилась. Япония и её союзники пытались свои действия и требования оправдать ссылками на Международное право. Но были разоблачены.

16 декабря 1904 г. утром эскадра достигла южной оконечности небольшого острова Сент-Мари, отделенного проливом шириной 10 миль от о. Мадагаскар. В тот же день сюда пришел госпитальный «Орел», доставивший из Кейптауна свежие газеты, полные горьких сведений о Порт-Артуре. Японские 11-дюймовые орудия при корректировке огня с горы Высокой, взятой японцами 23 ноября, легко расстреляли броненосцы и крейсера 1-й Тихоокеанской эскадры, стоявшие на якорях на внутреннем рейде Порт-Артура.

18 декабря вице-адмирал Рожественский телеграммой доложил в Петербург о прибытии эскадры на о. Мадагаскар. Роковые известия стали поступать ему в служебных телеграммах руководителей морского министерства и царя. Управляющий морским министерством адмирал Ф.К. Авелан сообщил, что покупка семи южноамериканских броненосных крейсеров не состоялась. Вслед за сим последовала весть о капитуляции Порт-Артура. Все важные события, рассмотренные на Петергофском совещании 10 августа 1904 г. как возможные, к концу года стали реальными и роковыми. Тяжелые известия, обострив обстановку, не сломили железного адмирала, не вынудили его отказаться от задуманных планов.

На сообщение исполняющего обязанности начальника Главного морского штаба вице-адмирала П.А. Безобразова о подготовке к походу на Дальний Восток отряда кораблей под командой контр-адмирала Н.И. Небогатова и его запросе куда направить этот отряд после прибытия его в порт Джибути. Рожественский ответил 30 декабря, в первую очередь включив в свою телеграмму информацию по отряду капитана 1 ранга Добротворского, для которого он оставил 25000 тонн угля в порту Диего-Суарец. Заканчивается телеграмма важными признаниями: «Не будучи в состоянии даже приблизительно определить, когда доберется на Мадагаскар „Олег“ и с ним идущие суда, не оставляю им никаких инструкций. Тем менее, мог бы предугадать теперь, что следует делать отряду Небогатова; сам предполагаю идти дальше через 7 дней», то есть 6 января 1905 г.

В телеграмме Рожественского важное значение имеют два момента. Первый момент - его решение следовать во главе эскадры на Дальний Восток, на что он имел право. Адмирал Авелан, будучи опытным служакой, в показании следственной комиссии по Цусимскому бою свидетельствовал, что он не помнит, когда именно, то ли на Петергофском совещании, то ли позже, было решено, что «в случае падения Порт-Артура 2-я эскадра должна следовать во Владивосток». Именно этим решением воспользовался адмирал Рожественский, начав подготовку к переходу через Индийский океан.

Второй момент состоит в стремлении Рожественского передать управление отрядом капитана 1 ранга Л.Ф. Добротворского Главному морскому штабу. Это обстоятельство породило в морском министерстве ответные действия. На Рожественского посыпались грозные запросы, среди которых решающее значение имела телеграмма № 15 от 2 января адмирала Авелана: «Если Вы уйдете до прибытия отряда Добротворского, приход которого в Джибути ожидается 6 января, где он пополнит запасы угля, то признаете ли необходимым идти ему на Мадагаскар за углем и инструкцией или дадите ему сами указание в Джибути, куда идти для получения угля и как следовать далее». В конечной части телеграммы говорится, что до получения указаний адмирала Рожественского морское министерство «не может делать никаких распоряжений относительно отряда Добротворского». Такую же линию морское министерство намерено проводить в отношении угольщиков, транспорта «Иртыш», парохода «Анамба».

Нарушала ли Франция нейтралитет?

(Из газеты «Новое время». № 10470 от 28 апреля-11 мая 1905 г.)

Издатель «Нового времени» получил по этому вопросу следующее письмо от профессора международного права Ф.Ф. Мартенса.

В настоящее время Япония и вся японофильская печать Англии, Соединенных Штатов и Европы громко обвиняют Францию в нарушении своего нейтралитета вследствие разрешения эскадре адмирала Рожественского стоять в Камранской бухте или в территориальных водах французских индо-китайских владений. Японофильские органы английской периодической печати угрожают Франции даже разрывом с Англией, обязанной поддерживать свою союзницу Японию в виду явного содействия России со стороны Французского правительства.

Позвольте мне, через любезное посредство вашей газеты, разъяснить в немногих словах этот животрепещущий вопрос и вместе с тем публично ответить на вопросы, с которыми ко мне неоднократно обращаются знакомые и незнакомые лица. Само собой разумеется, что я постараюсь ответить на эти вопросы совершенно объективно и беспристрастно.

Франция обвиняется в нарушении своих обязанностей нейтральной державы по двум основаниям: во-первых, она разрешает русским военным судам оставаться во французских портах дольше суток, то есть 24 часов, и во-вторых, она позволяет им оперировать во французских территориальных водах. Ни одно из этих двух обвинений не выдерживает самой снисходительной критики с точки зрения теории и практики современного международного права.

В самом деле, во-первых, нет никакого международного обязательного закона или постановления, в силу которого нейтральная держава обязана не разрешать военным судам воюющих государств пребывать в ее гаванях, портах или водах дольше 24 часов. Такого закона нет. Если некоторые державы, в самое последнее время, стали в своих декларациях о нейтралитете провозглашать указанное ограничение, то это их собственное дело и личный взгляд, но не международный закон. Одни державы, как Швеция и Норвегия, совсем запрещают судам воюющих держав заходить в их военные порты, другие, как Англия и Соединенные Штаты, ограничивают пребывание 24 часами. Франция же во время последних войн никакого срока не устанавливала. Наконец, Россия во время испано-американской войны 1898 года, приняла 24-часовое пребывание с такой, однако существенной оговоркой, что правительство может продолжить этот срок по усмотрению.

На основании этих положительных фактов не подлежит никакому сомнению, что никто не имеет права требовать от Франции изменения своего взгляда на право убежища в ее портах в пользу военных судов воюющих государств. Право убежища даже в отношении преследуемых преступников всегда считается проявлением верховной власти государства, которое зависит от его свободного усмотрения.

Настолько же неосновательно обвинение Франции в нарушении обязанностей нейтральной державы по поводу пребывания русской эскадры в ее территориальных водах. Аля основательности подобного обвинения нужно положительным образом констатировать самый факт пребывания русских военных судов в этих водах. Спрашивается: кто установил этот факт? Японцы? Если бы они были в Камранской бухте, их бы увидел адмирал Рожественский и с ними познакомился бы. Англичане? Они держались подальше от нашей эскадры, и адмирал Рожественский их наверно не допускал на близкое расстояние к своим судам.

Если ни японцы, ни англичане не могли констатировать действительное пребывание русской эскадры во французских территориальных водах, то надлежащим образом это могли сделать только сами французские власти. Если же они положительным образом отрицают этот факт, то другие правительства, нисколько не будучи призваны наблюдать за сохранением французского нейтралитета, должны безусловно верить заявлениям французского правительства. Единственное государство, имеющее рядом с Францией интерес и право выяснить этот вопрос, это Япония. Но японских военных судов, наверное, не было ни в Камранской бухте, ни в близости.

Наконец, не следует упускать из виду еше одно обстоятельство, хотя можно спорить против его разумности в настоящее время. Несомненно, что адмиралу Рожественскому этот закон отлично известен и потому он останавливался главным образом вне трёх мильного расстояния от французского берега. По Международному праву он имел несомненное право проходить через территориальные воды французских владений в Индо-Китае. Если же он останавливался на продолжительное время в пределах этих вод, то только одному французскому правительству принадлежит право протеста. Никоим образом не принадлежит подобное право ни Англии, ни другой какой-либо нейтральной стране. Относительно же права протеста самой Японии да позволено будет иметь весьма веские сомнения. Едва ли воюющая держава, нарушающая самым дерзким образом все начала нейтралитета в Корее, в гаванях Чемульпо и Чифу, имеет малейшее право напоминать кому-либо о несоблюдении законов международного права относительно нейтралитета.

Мое заключение следующее: никто не доказал нарушения Францией долга нейтральной державы в пользу русской эскадры и никто, а менее всего Япония, поставлен на страже нейтральности французских территориальных вод. Это право и обязанность исключительно и всецело принадлежат одному французскому правительству.

27 апреля 1905 г. Ф. Мартенс

На следующий день телеграмма № 15 была доложена царю контр- адмиралом А.А. Вирениусом, помощником начальника Главного морского штаба. А на последующий отправлена телеграмма № 56, передающая решение царя: «Государь император повелел Вам не уходить с Мадагаскара до получения распоряжений после Вашего ответа на № 15 относительно дальнейшего направления отряда Добротворского, задержанных угольщиков, „Иртыша“ и парохода „Анамба“. № 56 Авелан».

Из телеграмм № 15 и 56 видно, что самостоятельные действия адмирала Рожественского по переходу эскадры через Индийский океан и дальнейшему следованию во Владивосток признаются как царем, так и управляющим морским министерством в качестве разрешенных ранее. Следовательно, 2-я Тихоокеанская эскадра получила новую задачу, которая состояла в прорыве во Владивосток и организации боевых действий оттуда против Японии.

Корпус броненосца «Князь Суворов» после спуска на воду. 12 сентября 1902 г.

Адмирал Рожественский, несмотря на тяжелые условия деятельности, созданные царем и руководителями морского министерства, выполнил их требования, продолжая борьбу за проведение самостоятельного похода на Дальний Восток. О достигнутых результатах свидетельствует проект неотправленной телеграммы в его адрес, составленный контр-адмиралом Вирениусом, который начинается словами: " Высочайше разрешено Вам следовать далее по Вашему усмотрению". Но эта часть проекта не была послана, её "перебила" высочайшая телеграмма №244. отправленная 12 января 1905 г. генерал- адъютанту Рожественскому: "Возложенная на Вас задача состоит не в том, чтобы с некоторыми судами прорваться во Владивосток, а в том, чтобы завладеть Японским морем. Для этого имеющиеся сейчас у Вас на Мадагаскаре силы недостаточны.

Если же к Вам присоединятся отряды Добротворского и Небогатова, последнее может осуществиться в конце марта в Индийском океане, то будете иметь шансы на успешное выполнение задачи. Признаю безусловно необходимым для усиления эскадры Вам дождаться отряда Добротворского на Мадагаскаре, отдельное следование которого считаю слишком рискованным. Что касается отряда Небогатова, то не желая Вас связывать, ожидаю Ваше мнение, находите ли возможным произвести это присоединение в Индийском океане, распределив плавание эскадры для этой цели. Николай". Задачу эскадры о прорыве во Владивосток царь заменяет на "эскадре совместно с дополнительными силами завладеть Японским морем".

Владимир Семенов в "Расплате" рассказывает о том сильном впечатлении, какое произвела телеграмма № 244 на адмирала Рожественского, и о намеченной им "программе" борьбы за самостоятельный прорыв эскадры во Владивосток с последующими действиями против Японии с севера.

Телеграмма по существу не содержала ничего нового по сравнению с решениями, принятыми на Петергофском совещании. Действительно содержательного различия между этими документами нет, но они имеют в виду различный состав сил. На Петергофском совещании принимали, что в водах Дальнего Востока 2-я Тихоокеанская эскадра, усиленная семью броненосными крейсерами, купленными в Аргентине и Чили, будет вести боевые действия совместно с 1-й Тихоокеанской эскадрой против японского флота за овладение морем. Преимущество в силах было бы у русских. После сдачи Порт-Артура, уничтожения 1-й Тихоокеанской эскадры и отказа южноамериканских государств в продаже броненосных крейсеров преимущество в силах перешло к японскому флоту, имевшему в своем составе 4 броненосца и 8 броненосных крейсеров, то есть 12 современных броненосных кораблей.

В телеграмме № 244 предусмотрено усиление 2-й Тихоокеанской эскадры устаревшими кораблями Балтийского флота: броненосцем "Император Николай 1", тремя броненосцами береговой обороны типа "Адмирал Сенявин" и крейсером "Владимир Мономах". Еще при формировании 2-й Тихоокеанской эскадры контр-адмирал Рожественский отказался от этих кораблей. По вооружению и маневренным элементам они были не способны противостоять японским броненосным кораблям.

Как могло случиться, что державный вождь армии и флота поставил 2-й Тихоокеанской эскадрой нереальную задачу? Основные сведения по этому вопросу мы получили из документов адмирала Авелана и контр-адмирала Вирениуса. Адмирал Авелан в показании следственной комиссии по Цусимскому бою сообщает о совещании по посылке на Дальний Восток отряда контр- адмирала Небогатова. Совещание состоялось 11 января 1904 г. под председательством генерал-адмирала великого князя Алексея Александровича. На совещании присутствовали: великий князь Александр Михайлович, наместник царя на Дальнем Востоке генерал-адъютант Алексеев, вице-адмиралы Диков, Дубасов, Бирилев и Безобразов, контр-адмиралы Вирениус и Небогатов. Обсуждался вопрос о необходимости задержания эскадры Рожественского для ее усиления отрядом Небогатова.

Журнал совещания составлен не был, но ход прений записал контр-адмирал Вирениус, его записями воспользовался адмирал Авелан. О решении совещания он пишет: "Совещание признало, что с падением Порт-Артура цель 2-й эскадры изменилась сама по себе и что, во всяком случае, желательно, чтобы по приходу в район военных действий эскадра была усилена".

Записей прений на совещании, сделанных Вирениусом, найти не удалось, но в РГА ВМФ нами обнаружена записка Вирениуса по рассматриваемому вопросу. В ней говорится: "На совещании, бывшем 11 [января 1905 г. - В.Ц.] у ВК [Великого князя Алексея Александровича - В.Ц.] высказано общее мнение, что задача, поставленная эскадре, состоит в овладении морем и что выполнение этой задачи приобретает некоторые шансы только по присоединении к эскадре отряда контр-адмирала Небогатова, не говоря уже, конечно, об отряде Добротворского". Сравнивая записи Авелана и Вирениуса о решении совещания от 11 января 1905 г. с телеграммой царя № 244, видно, что запись Вирениуса адекватна тексту телеграммы. Следовательно, при докладе царю о совещании 11 января, великий князь Алексей Александрович выдвинул предложение о новой задаче 2-й Тихоокеанской эскадры, правильно схваченное в записке контр-адмирала Вирениуса.

Записка А.Ф. Гейдена о неотложных мероприятиях войны (ГАРФ. Ф. 543, оп. 1, д. 77, л. 56-66.)

Чувствуя душевную тревогу за положение флота, представляю свой доклад Вашему Величеству.

Начало войны (повреждение в ночном нападении двух лучших броненосцев в Порт-Артуре, гибель "Варяга" в Чемульпо и вынужденное возвращение судов, идущих на усиление Тихоокеанской эскадры) поставило наш флот в неблагоприятные условия, нарушило сразу равновесие морских сил на Дальнем Востоке и заставляет наш флот временно отказаться от наступательных действий.

Между тем, для обеспечения решительной победы над островным врагом потребуется полное поражение морских сил неприятеля, прекращение его военно-морских сообщений, нанесение ударов и нападений на его владения. Но без превосходства наших морских сил решительной победы не может быть, несмотря на все усилия сухопутной армии и отдельные подвиги наших судов.

Если японцы будут вытеснены не только из Манчжурии и Северной Кореи, но даже из всей Кореи, это будет победа относительная, а результатом войны может оказаться прежнее международное положение на Дальнем Востоке. О территориальном вознаграждении со стороны Японии не может быть и речи. Манчжурия в случае сохранения китайского нейтралитета остается в том же положении. Упрочение нашего политического влияния и нашей частной предприимчивости в Корее ничего государству не дает. Приобретение же порта Мозампо в Корее при японском господстве в Корейском проливе не позволит его широко использовать. Обеспечение морских сообщений между нашими базами во Владивостоке и Порт-Артуре, пока о. Иусима находится в руках Японии, невозможно. Материальные затраты, с которыми сопряжена война, могут иметь тяжелые последствия для внутреннего положения России.

Самая решительная полная победа над Японией необходима для мирового положения России. А для этого необходимо безотлагательное значительное усиление наших морских сил на Крайнем Востоке, приобретающее первостепенное государственное значение.

Общественное и народное сознание чутьем угадало эту мысль и во всех концах России притекают щедрые пожертвования на неотложные нужды флота.

Никогда может быть во всей истории русского флота не было времени более рокового, более важного, чем теперь. Настало время ему оправдать все заботы и попечения о нем наших государей и те жертвы, которые несло государство по созиданию, обновлению и содержанию флота в боевой готовности. Если теперь флот окажется бессильным дать решительную победу над врагом, то он совсем не нужен России. В самом удачном случае адмирал Макаров по исправлении поврежденных судов может принять успешный бой с сильным неприятелем и даже разбить его, но должен будет вывести почти всю свою эскадру из строя на несколько месяцев и господство на море в корейских водах не получит, и морские сообщения японцев будут продолжаться беспрепятственно.

Нужно безусловное превосходство морских сил и дать это превосходство Тихоокеанскому флоту есть священный долг всего морского ведомства и всей трудовой силы, работающей над материальным составом флота.

Между тем, то, что делается теперь в морском ведомстве, далеко недостаточно. Адмирал Рожественский, который, как говорят, поведет эскадру (официально об этом флоту неизвестно), сам не верит в возможность посылки эскадры раньше глубокой осени, не верит в безусловную необходимость посылки его эскадры в Тихий океан и поэтому останавливается перед возникающими затруднениями и препятствиями в изготовлении, снабжении, вооружении и компании плавания судов этой эскадры (это мое личное впечатление, вынесенное из разговоров с адмиралом и лицами, работающими в Петербурге). А главное, адмирал Рожественский завален текущими напряженными работами Главного морского штаба, который, как и Порт-Артурская эскадра, застигнут войной врасплох, в самом начале обширных организационных работ.

Нельзя заниматься двумя ответственными делами сразу -управлять Главным морским штабом и готовить эскадру. Чтобы она могла действительно своевременно двинуться на Восток, необходимо безотлагательно назначить начальника эскадры, младших флагманов, штаб и кадры, которые необходимы этому начальнику эскадры, дать все необходимые средства, самостоятельность и возложить на него державным словом ответственность за выполнение этого дела государственной важности. Надо поставить начальника эскадры в более непосредственное общение с Вашим Величеством, чтобы личный состав снаряжаемой эскадры чувствовал личное участие и внимание к этому делу державного вождя русского флота.

Если адмирал Рожественский, как человек выдающийся по своим способностям, знаниям, энергии и административной опытности, нужен здесь для организации работы штаба, а другого подготовленного для этого дела адмирала нет, то надо назначить другого начальника эскадры, пренебречь совершенно вопросами личного самолюбия, которому здесь не место, что вполне постигнет адмирал Рожественский. Если бы Вашему Величеству угодно было прислушаться к тому, что говорят на флоте, то обший голос указал бы на человека, который в данном случае по своим личным качествам упрямства и безграничной воли, не остановится ни перед каким препятствием, чтобы исполнить возложенный на него труд-это вице-адмирал Чухнин, директор морского корпуса. Конечно, в случае его назначения необходимо тотчас освободить его от занимаемой должности.

В снаряжаемую эскадру не предполагается включать судов сравнительно старых: "Наварин", "Нахимов", "Владимир Мономах". Броненосец "Наварин" имеет 14-15 узлов хода. По отзывам опытных адмиралов и командиров, прекрасное во всех отношениях судно, с котлами, за исправность которых техники ручаются еще, по крайней мере, на 3 года. Артиллерия главного калибра-305 мм с длиной ствола 35 калибров.

Броненосный крейсер "Адмирал Нахимов" имеет, по отзывам портового начальства, вполне исправные котлы и ход 16 узлов. Главная артиллерия калибром 203 мм и длиной ствола 35 калибров.

Крейсер "Владимир Мономах" имеет новые котлы. Для боя с морским противником на корабле установлены 152-мм пушки с длиной ствола 45 калибров и 120-мм с аналогичной длиной ствола.

Все эти суда, если их включат в состав эскадры, могут быть вполне готовы к походу 1 июля 1904 г. или раньше. Опытные командиры утверждают, что старые суда, испытанные и исправные, надежнее новых, еще не вполне испытанных. На новых судах первые полгода эксплуатации происходят беспрерывные повреждения и поломки, обусловленные неопытностью команды и непритертостью механизмов. Эскадренный ход новых судов будет не более 12-14 узлов, т.е. одинаков с упомянутыми старыми судами. Если эти суда будут посланы, то силы наши в Тихом океане получат подавляющее превосходство. Так как немыслимо посылать всю эскадру одновременно, в полном составе, то главная часть ее (4-5 броненосцев и б крейсеров) может уйти в поход уже 1 июля и в конце августа прибыть на Восток.

Отправленные до 1 июля на Восток вспомогательные крейсера могут быть прекрасными разведчиками. Второй отряд эскадры (примерно 2-3 броненосца и 2 крейсера) может отправиться в конце августа и прибыть в Тихий океан в октябре. Третий отряд с минными судами должен выступить не позже 1 октября и прибыть на Восток в декабре.

Надо иметь ввиду, что каждый лишний день сокращения срока прибытия значительных подкреплений в Тихий океан сокращает срок войны и потому следует не останавливаться заранее ни перед какими соображениями и препятствиями. Если дело задержать, то пусть его задержат или остановят действительные препятствия, а не боязнь их.

Посылаемые эскадры нуждаются в различных вспомогательных средствах: транспортах, угольных транспортах, транспортах-мастерских и в быстроходных вспомогательных крейсерах-разведчиках большого радиуса действия для разведок на больших районах по пути следования эскадры.

Снаряжение этих крейсеров и транспортов и посылок первых в ближайшем будущем для крейсерских действий к берегам Японии до прибытия эскадры в Малайский архипелаг поручено уже Великому Князю Александру Михайловичу. Необходимо ему же поручить все дело изготовления транспортов эскадры и подчинить ему непосредственно Добровольный флот, который в настоящее время ограничивается лишь проявлением дружественного нейтралитета к морскому ведомству.

Великий князь Александр Михайлович, как главноуправляющий торговым мореплаванием имеет все нити и средства в руках для использования в требуемой мере Добровольного флота и коммерческих пароходов для целей войны. Но его Высочество при всех своих выдающихся способностях, знаниях, энергии и рабочей силе, не ведом мне, как великий князь, в чувстве ответственности перед государством в делах государственных расходов на поручаемое ему дело. Эта ответственность должна быть внушена Великому князю державным словом Вашего Величества.

Дабы обеспечить эскадру, идущую на Восток, подготовленным личным составом, необходимо было бы сократить в настоящем году программы Учебно-артиллерийского и Учебно-минного отрядов, дабы они могли дать к августу на суда, отправляющиеся в Тихий океан, около двух смен комендоров и минеров. Равным образом, особенно важно обучать в течение предстоящих трех месяцев к июлю новую партию машинистов и кочегаров на учебном судне "Океан", находящемся в Либаве и могущим принять новый контингент учеников тотчас после Пасхи.

Для усиления наших морских сил в Тихом океане необходимо кроме броненосцев и крейсеров иметь еще и минные суда. Отправление истребителей в течение лета с эскадрой немыслимо ввиду неблагоприятных для их плавания условий погоды. Раньше глубокой осени нельзя рассчитывать на их отправку. Между тем, присутствие их ко времени прибытия эскадры необходимо для обеспечения ее от атак неприятельских миноносцев, которые, конечно, будут усилены вновь строящимися минными судами.

Единственное средство помочь делу- немедленно приступить к постройке во Владивостоке и на Амуре 12 корпусов истребителей в 350 тонн по чертежам уже построенных, доставив для этого туда весь нужный материал от частных заводов, работающих с морским ведомством и одновременно снять с 12 истребителей уже находящиеся на них все механизмы и котлы для отправки во Владивосток и на Амур и установки их на тех истребителях, одинаковых по чертежу, которые будут выстроены в 3-4-месячный срок. А взамен их заказать немедленно новые механизмы и котлы для разоружающихся корпусов оставшихся здесь истребителей. К осени эти механизмы могут быть подготовлены и установлены.

Этим способом постройки 12 истребителей на войне мы должны уложиться в 4-5 месяцев, то есть к концу августа они могут войти в состав нашего флота в Японском море и ко времени прибытия эскадры из Балтийского моря будут готовы прорваться на соединение с нею.

Эти истребители явятся с совершено исправными механизмами, тогда как направляемые вкруговую приходят в Тихий океан с надорванными котлами и поврежденными холодильниками. Съемку механизмов и котлов с каждого из здешних истребителей и установку их на новых корпусах на Востоке следует поручить дельному инженер-механику, а все дело постройки 12 истребителей, имеющее важное стратегическое значение в войне, нужно возложить на опытное лицо - контр-адмирала или капитана 1 ранга, специалиста по минному делу.

Комитет по усилению флота на добровольные пожертвования заказал 8 истребителей водоизмещением 500-570 тонн, которые будут готовы только к концу текущего года. Если бы механизмы и котлы разоруженных здесь истребителей были готовы к осени, то эти заказанные комитетом 8 истребителей заменили бы их на Дальнем Востоке.

Одновременно с направлением главной части эскадры в Тихий океан необходимо будет мобилизовать весь Черноморский флот, включив в него броненосец "Потемкин" и новые истребители Черноморского флота.

Хотя Севастополь должен строго придерживаться нейтралитета в настоящей войне и политики невмешательства в дела Востока, тем не менее, мобилизация флота на случай каких-либо осложнений, могущих затруднить свободный переход эскадры Балтийского моря через Суэцкий канал, выглядит обоснованной.

Независимо от этого, если бы события на Ближнем Востоке, где могут в течение лета возникнуть новые осложнения, благодаря активизации английских общественных сил, ничего общего с великобританским правительством не имеющих, могут заставить нашу эскадру, идущую в Тихий океан, остаться в Средиземном море. В таком случае мобилизованный Черноморский флот вместе со средиземноморской эскадрой будет лучшим, самым действительным средством для предотвращения роковой для настоящей войны с Японией развязки событий на Балканском полуострове или в Малой Азии[* Эти заявления, вводящие в заблуждения и без того ни во что не вникавшего "державного вождя’’, говорят или о полном незнании обстановки того времени, или о каком-то скрытом умысле. —А.В.].

По тем же причинам то же самое следует сказать и об обороне Балтийского моря. Она должна быть организована теперь же для мобилизации во всякий любой момент. Для этого необходимо безотлагательно установить единоначалие в командовании морскими силами Балтийского флота и портов Балтийского моря. Независимо от главнокомандующего войсками всей прибрежной сухопутной и крепостной обороны.

Беру на себя смелость утверждать все вышеизложенное, потому что глубоко убежден, что флот переживает самый важный в своей истории момент. Если морское ведомство не напряжет всех своих сил, то Тихоокеанский флот окажется беспомощным, а Балтийский бесполезным, представляя собой лишь запас ненужной доблести.

Чтобы морское ведомство и все работающие на флот чувствовали великое государственное значение своей работы в настоящее время необходим грамотный призыв державного слова к деятельности необычайной. Этот призыв мог быть сделан в виде рескрипта на имя генерал-адмирала. Но и этого недостаточно. Надо чтобы все чувствовали зоркий глаз Государя, внимательно следящий за работой морского ведомства. Для этого у Вашего Величества есть морская свита, которая может служить орудием непосредственного осведомления о ходе тех или других работ и тех или других обстоятельств, затрудняющих дело.

Простите, Ваше Величество, что я так торопливо спешу изложить все это именно сегодня, когда Вашему Величеству угодно будет удостоить меня беседой. Ноу генерал-адмирала завтра всеподданнейший доклад и если бы Ваше Величество признали нужным поговорить хотя бы о чем-нибудь из положений с Его Высочеством, то это желательно сделать завтра же.

Каждый день, а тем более каждая неделя отсрочки усиления наших сил в Тихом океане-лучший козырь в руках Японии.

Кончая настоящее всеподданнейшее обращение мое к Вашему Величеству, я испытываю чувство исполненного долга, хотя бы письмо мое осталось бы при мне без всяких последствий. Я понимаю, это побуждаемый глубокими убеждениями в значении флота для России, горячей преданностью к Вам, Государю, и глубокой верой в благодеяние для России значения Вашего царственного подвига и в историческом державном Вашем призвании.

Вашего Императорского Величества всеподданнейший флигель-адъютант капитан 1 ранга граф Гейден

21 марта 1904 г.

Скороспелое, непродуманное повеление царя о новой задаче 2-й Тихоокеанской эскадры требовало от командующего эскадрой в корне изменить тактику (способы боевых действий) эскадры. Предполагая осуществить прорыв эскадры через Корейский пролив, он не мог рассчитывать на достижение существенных результатов при встрече с японским флотом, а тем более "овладеть морем", он мог только попытаться с приемлемыми потерями дойти до Владивостока. А затем из Владивостока уже действовать в зависимости от обстановки: уничтожать мелкие группы и одиночные корабли, нарушать морские сообщения японцев, ставить минные заграждения и банки, вести разведку и т.п.

Телеграмма № 244 требовала от адмирала Рожественского вести активные действия против японского флота, его главных сил, не откладывая их до прихода во Владивосток. Он должен был вести разведку и поиск главных сил, а с обнаружением противника атаковать его силами эскадры, стремясь уничтожить врага. Сам он активные действия против врага, обладающего значительным преимуществом в силах, считал неприемлемыми и стремился избежать их.

Адмирал Рожественский понимал, что телеграмма № 244 появилась по какому-то недоразумению и решает переубедить "державного вождя армии и флота" аргументированными доводами. 22 января 1905 г. он докладывает: "Задержавшись здесь, даем время неприятелю привести в полный порядок главные силы, а слабым передовым отрядам приспособиться в южных проливах Индийского океана, изучить местность и изготовить нам скрытые ловушки. Из отряда Добротворского один "Олег" прибавит силы и тот немного, потому что ходит плохо, имея лопнувший цилиндр.