ГЛАВА 3. РОССИЯ ВНОВЬ ВЫХОДИТ НА ДУНАЙ 

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ГЛАВА 3.

РОССИЯ ВНОВЬ ВЫХОДИТ НА ДУНАЙ 

В 1918 г. румынская армия захватила Трансильванию и Бессарабию, входившие в состав Австро-Венгерской и Российской империй. В итоге территория Румыния увеличилась в 2,3 раза — со 131 тыс. кв. км до 295 тыс. кв. км, а население в 2,7 раза — с 6,7 млн. человек до 18 млн.

Большинство жителей присоединенных областей не были румынами. Замечу, что присоединение Бессарабии к Румынии не было признано «де юре» ни СССР, ни даже западными странами.

20 июля 1927 г. умер король Фердинанд I, племянник Кароля I. По закону ему должен был наследовать 34-летний сын Кароль. Но, увы, о его похождениях можно было составить не один десяток детективных романов. Кароль страдал довольно редкой болезнью — приапизмом, а также эротоманией. В довершение всего он был бисексуал. Видимо, на принца оказал дурное влияние его гувернер швейцарец Мерле, о гомосексуализме которого при дворе узнали слишком поздно.

В 1918 г. принц Кароль женился в Одессе на проститутке Иоане (Зизи) Ламбрино. Узнав о браке сына, король Фердинанд произнес единственное слово: «Негодяй». Зизи выслали в Париж и пообещали платить ежемесячно солидное пособие с тем, чтобы она только не появлялась в Румынии, а принца отправили на гауптвахту на целых 75 суток.

Выйдя с гауптвахты, принц на время притих. И в 1921 г. он наконец-то составляет приличную партию — вступает в брак с греческой принцессой Еленой. Вскоре у них родился сын Михай. Но буквально через несколько месяцев — новый мезальянс! На автогонках эффектная женщина бросает в его машину букет цветов! Это была Елена Лупеску, которая затем оставалась рядом с Каролем до конца его дней.

В 1925 г. Кароль выехал в Лондон на похороны английской королевы Александры, где вновь сошелся с Лупеску и отказался возвращаться в Бухарест. В декабре того же года король Фердинанд лишил его права на наследование престола. Около четырех лет принц-плейбой вместе со своей подругой прожил в Италии и Франции как обычный обыватель под именем Кароля Караимана. Среди прочих занятий бывшего принца — участие вместе с Еленой Лупеску в съемках американского кинофильма, посвященного его собственным амурным похождениям.

В итоге на престоле оказался сын Кароля шестилетний Михай I, при котором функционировал Регентский совет. Правление малолетки продолжалось только три года. В 1930 г. пришедшая к власти партия цэрэнистов пригласила на престол Кароля. Тот немедленно вернулся в Румынию и провозгласил себя королем Каролем II, а девятилетнему сыну в утешение присвоил титул «великого воеводы Алба-Юлии».

Огромное влияние на внешнюю и внутреннюю политику королевства оказывала Елена Лупеску. Законная жена короля Елена Греческая находилась в эмиграции. В результате интриг Лупеску в Румынии сменилось не менее двадцати правительств. В 1938 г. Кароль II отменил конституцию, распустил парламент и политические партии, провозгласив «королевскую диктатуру». В том же 1938 г. министром обороны был назначен 56-летний генерал Йон Антонеску.

В начале 1940 г. появилась опасность возникновения войны на южных границах СССР. В связи с началом советско-финской войны правительства Англии и Франции решили нанести удар по мягкому подбрюшью России.

31 декабря 1939 г. в Анкару прибыл английский генерал С. Батлер для обсуждения проблем англо-турецкого военного сотрудничества, прежде всего против СССР. В частности, Англия хотела бы пользоваться аэродромами и портами в Восточной Турции.

15 января генеральный секретарь французского МИДа Леже сообщил американскому послу У. Буллиту, что Даладье предложил направить в Черное море эскадру для блокады советских коммуникаций и бомбардировки Батуми, а также атаковать с воздуха бакинские нефтяные скважины. Целью этих операций являлось не только и не просто предотвращение поставок нефти из СССР в Германию. Леже заявил: «Франция не станет разрывать дипломатических отношений с Советским Союзом или объявлять ему войну, но она уничтожит Советский Союз, — при необходимости — с помощью пушек!»{5}

24 января начальник генерального штаба Великобритании генерал Э. Айронсайд представил военному кабинету меморандум «Главная стратегия войны», где указывал следующее: «На мой взгляд, мы сможет оказывать эффективную помощь Финляндии лишь в том случае, если атакуем Россию по возможности с большего количества направлений и, что особенно важно, нанесем удар по Баку — району добычи нефти, чтобы вызвать серьезный государственный кризис в России»{6}.

3 февраля французский генштаб дал командующему ВВС Франции в Сирии генералу Ж. Жюно, тоже полагавшему, что «исход войны решится на Кавказе, а не на Западном фронте», приказ изучить возможность осуществления воздушного нападения на Баку.

7 февраля проблема подготовки нападения на советские нефтепромыслы обсуждалась на заседании английского военного кабинета, который пришел к выводу, что успешное осуществление этих акций «может основательно парализовать советскую экономику, включая сельское хозяйство». Комитету начальников штабов было дано указание подготовить соответствующий документ.

Для бомбардировки Баку англичане направили на Ближний Восток несколько эскадрилий новейших бомбардировщиков «Блейнхем» Mk.IV.

8 марта английский комитет начальников штабов представил правительству доклад под названием «Последствия военных действий против России в 1940 году». В докладе предусматривались три основных направления военных действий: северное (в районах Петсамо, Мурманска и Архангельска), дальневосточное и южное. Наиболее важным считалось южное направление.

В докладе подчеркивалось, что «наиболее уязвимыми целями на Кавказе являются нефтепромышленные районы в Баку, Грозном и Батуми». Военно-морские силы также могли быть привлечены к нанесению воздушных ударов: «рейды авианосцев в Черном море с целью бомбардировок нефтеперегонных предприятий нефтехранилищ или портовых сооружений в Батуми и Туапсе будут полезным дополнением к основным воздушным налетам на Кавказский регион и могут привести к временному разрушению русской обороны»{7}.

Для начала англичане предприняли серию разведывательных полетав над территорией СССР. Для этого был использован новейший скоростной американский самолет «Локхид-12А», который базировался на аэродроме Хаббания недалеко от Багдада. Самолет был оснащен тремя фотоаппаратами с высокой разрешающей способностью. С высоты 6 км они могли снимать полосу шириной 18,5 км.

30 марта 1940 г. «Локхид-12А» на высоте 7 км сделал несколько кругов над Баку и прилегающим нефтепромыслом. Через 4 дня он произвел разведку районов Батуми и Поти, где находились нефтеперегонные заводы. На этот раз советская зенитная артиллерия дважды открывала огонь. Всего наши зенитчики выпустили тридцать четыре 76-мм снаряда, но попаданий в самолет не было. Погранохрана заявила протест турецкому пограничному комиссару.

Кстати, обратим внимание на даты разведывательных полетов. Ведь 12 марта 1940 г. был подписан Советско-финский мирный договор. Это еще раз показывает, что при подготовке к нападению на СССР Финляндская война была не причиной, а лишь удобным поводом.

Бомбардировка Баку была назначена на 15 мая 1940 г. Но 10 мая вермахт начал наступление на Западном фронте. 15 мая капитулировала голландская армия, а танковый корпус генерала Гота расчленил 2-ю и 9-ю французские армии и двинулся на Сен-Контен. Понятно, что тут бравым союзникам стало не до Баку.

Король Кароль II и генерал Антонеску были хорошо осведомлены о планах нападения Англии и Франции на СССР. В Бухаресте явно перепутали 1940 г. с 1918 г. В Румынии была начата мобилизация. Войска концентрировались в районах Бессарабии и Буковины.

С большой помпой была отмечена 22-я (а ведь дата не круглая!) годовщина захвата Румынией Бессарабии. В Кишинев по сему поводу прибыл в полном составе совет министров, а затем и сам король. Тогда-то официально и было объявлено, что Одесса является… исконно румынским городом.

Гром грянул 26 июня 1940 г., когда нарком иностранных дел В.М. Молотов вызвал румынского посла Давидеску и передал ему заявление советского правительства. Там говорилось: «В 1918 году Румыния, пользуясь военной слабостью России, насильственно отторгла от Советского Союза (Россия) часть его территории — Бессарабию — и тем нарушила вековое единство Бессарабии, населенной главным образом украинцами, с Украинской Советской Республикой.

Советский Союз никогда не мирился с фактом насильственного отторжения Бессарабии, о чем Правительство СССР неоднократно и открыто заявляло перед всем миром.

Теперь, когда военная слабость СССР отошла в область прошлого, а создавшаяся международная обстановка требует быстрейшего разрешения полученных в наследство от прошлого нерешенных вопросов… Правительство СССР считает, что вопрос о возвращении Бессарабии органически связан с вопросом о передаче Советскому Союзу той части Буковины, население которой в своем громадном большинстве связано с Советской Украиной как общностью исторической судьбы, так и общностью языка и национального состава…

Правительство СССР предлагает Королевскому правительству Румынии:

1. Возвратить Бессарабию Советскому Союзу.

2. Передать Советскому Союзу северную часть Буковины в границах согласно приложенной карте.

Правительство СССР выражает надежду, что Королевское правительство Румынии примет настоящие предложения СССР и тем даст возможность мирным путем разрешить затянувшийся конфликт между СССР и Румынией.

Правительство СССР ожидает ответа Королевского правительства Румынии в течение 27 июня с. г.»{8}.

Фактически это был ультиматум, но понимали ли мадам Лупеску и ее опереточное правительство иной язык? Накануне Молотов обсуждал требования Советского Союза к Румынии с германским послом Шуленбургом. Граф сделал «кискин нос», что-то пробормотал насчет Буковины, мол, она ранее не принадлежала России, но в целом не возражал.

Время ультиматума было выбрано весьма удачно. 22 июня 1940 г. в Компьенском лесу представители Франции подписали условия капитуляции, а еще раньше, 19 июня 1940 г., Гитлер обратился к Англии с предложением заключить мир. Таким образом, основные силы вермахта находились во Франции, а на восточной границе рейха имелось лишь одиннадцать слабых пехотных дивизий. Другой вопрос, что немцы потихонечку помогали Румынии. В частности, они передали ей значительную часть вооружения бывшей польской армии. При этом немцы ничем не рисковали, поскольку в сентябре-октябре 1939 г. тысячи польских солдат и офицеров с оружием в руках перешли румынскую границу, а несколько десятков самолетов сели на румынские аэродромы. Поди разберись, какую часть польского вооружения доставили в Румынию немцы, а какую — сами поляки.

К 26 июля 1940 г. на советско-румынской границе была развернута крупная группировка румынских войск. В полосе от Валя-Вишейляй до Сокиряны располагались войска 3-й армии со штабом в г. Роман. В состав 3-й армии входили: механизированный корпус (1-я и 4-я мехбригады), 8-й и 10-й армейские корпуса (5-я, 6-я, 7-я, 8-я, 29-я, 34-я, 35-я пехотные и 2-я кавалерийская дивизии). Вдоль реки Прут от Сокиряны до Черного моря были развернуты войска 4-й армии (штаб в г. Текуч) в составе 1-го, 4-го и 11-го армейских корпусов (2-я, 11-я, 12-я, 13-я, 14-я, 15-я, 21-я, 25-я, -27-я, 31-я, 32-я, 33-я пехотные, 3-я, 4-я кавалерийские дивизии). Обе армии входили в состав 1-й группы армий, объединяли 60% сухопутных войск Румынии и насчитывали около 450 тыс. человек.

Поздно вечером 27 июля румынский посланник Давидеску явился на Кузнецкий мост в здание МИДа и заявил Молотову: «Королевское правительство заявляет, что оно готово приступить немедленно, в самом широком смысле к дружественному обсуждению, с общего согласия, всех предложений, исходящих от Советского правительства. Соответственно Королевское правительство просит Советское правительство соблаговолить указать место и дату, которые оно желает фиксировать для этой цели»{9}.

В.М. Молотов сразу понял, что румыны попросту тянут время. Ведь переговоры могут затянуться на долгие недели, а то и месяцы, в то время как международная обстановка кардинально менялась за недели больше, чем в предвоенное время за десятилетия. Поэтому нарком заявил, что «если посланник считает румынский ответ положительным, то 28-го советские войска должны занять определенные пункты и трех-четырех дней им будет достаточно для того, чтобы занять остальную территорию. Приняв советские предложения, Румынское правительство должно гарантировать, что оно не допустит разрушения предприятий, железных дорог, аэродромов, телеграфа и телефона, не допустит повреждения государственного и частного имущества, находящегося на переходящей к Советскому Союзу территории. Смешанная советско-румынская комиссия может договориться о деталях реализации намеченных мероприятий. Соглашение об этом могло бы быть подписано сегодня же»{10}.

Давидеску начал всячески увиливать от ответа, и беседа закончилась безрезультатно.

Пока Давидеску беседовал с Молотовым, в правящих кругах Бухареста шли горячие дебаты. Поздно вечером 27 июня, реально оценив военные возможности Румынии и опасность социальных потрясений в случае войны с Советским Союзом, Коронный совет 27 голосами против 11 решил согласиться на уступку требуемых СССР территорий. Как позже заявил в парламенте премьер-министр Татареску, «мы решили отступить из Бессарабии и Верхней Буковины, чтобы спасти сегодня румынское государство и уберечь от опасности будущее румынской нации».

В результате 28 июня в 11 часов утра Давидеску передал Молотову ответ, где говорилось: «Румынское правительство, для того чтобы иметь возможность избежать серьезных последствий, которые повлекли бы применение силы и открытие военных действий в этой части Европы, видит себя обязанным принять условия эвакуации, предусмотренные в советском ответе.

Румынское правительство желало бы однако, чтобы срок, предусмотренный пунктами 1 и 2, был продлен, принимая во внимание, что эвакуацию территорий было бы крайне трудно осуществить в течение четырех дней вследствие дождей и наводнений, которые попортили пути сообщения»{11}.

Молотов заявил, что «ровно в 2 часа 28 июня советские войска начнут переход через румынскую границу для занятия городов: Черновицы, Кишинев и Аккерман»{12}.

28 июня, начиная с 9 ч. 30 мин. утра, румынские пограничники начали покидать свои пикеты и уходить в глубь страны. Наши пограничники в 10 ч. 20 мин. приступили к разминированию мостов и дорог на сопредельной стороне. Между 14 ч. 00 мин. и 15 ч. 30 мин. войска Южного фронта перешли старую границу и в тот же день заняли Черновицы, Хотин, Бельцы, Кишинев и Аккерман.

Советские войска двигались быстро и зачастую обгоняли отступавшие румынские войска. Однако постройка понтонного моста через Днестр затянулась по вине саперных частей. В связи с этим советское командование решило высадить десанты в южной части Бессарабии. 29 июня в районе Болград было десантировано 1373 бойца 204-й воздушно-десантной бригады. В 4 ч. 55 мин. 30 июня был отдан приказ о переброске в Измаил частей 201-й воздушно-десантной бригады, и с 9 ч. 35 мин. до 12 ч. 15 мин. 44 самолета ТБ-3 с 809 десантниками на борту взяли курс на цель. Первоначально предполагалось, что самолеты приземлятся на измаильском аэродроме, но он оказался неприспособленным для приема таких больших самолетов. Поэтому в Измаиле село только двенадцать ТБ-3, а остальные выбросили десант на парашютах. Всего было высажено 240 человек и десантировано с парашютами 509 человек, а из трех самолетов десантирование произведено не было. В ходе этих операций погибло 3 человека, 7 человек получили переломы, а 25 — легкие травмы. По мнению командования Южного фронта, десанты «полностью себя оправдали и заставили румынские части считаться с соглашением»{13}.

Больших столкновений с румынами не было, дело ограничилось несколькими перестрелками, потери Красной Армии, включая потери от несчастных случаев за период с 11 июня по 6 июля 1940 г., по неполным данным, составили 119 человек (убито 29, самоубийств 12, ранено 69, членовредительство 6, утонуло 3).

Уходя, румынские войска грабили местное население, особенно досталось евреям. Многие солдаты и офицеры продавали населению казенное имущество и даже оружие.

К 8 июля советские погранотряды заняли свои пункты дислокации и с 21 часа того же дня приступили к охране государственной границы с Румынией.

При занятии Бессарабии в качестве трофеев Красной Армии достались 52 796 винтовок и карабинов, 4480 пистолетов, 1 автомат, 1071 ручной пулемет, 326 станковых пулеметов, 149 малокалиберных винтовок, 1080 охотничьих ружей, 6 зенитных пулеметов, 40 минометов, 258 артиллерийских орудий и множество другого военного и гражданского имущества. Позже советская сторона согласилась вернуть вооружение румынской армии. И действительно, с 20 сентября по 15 ноября 1940 г. было возвращено 51 644 винтовок, 1080 ручных и 130 станковых пулеметов, 4248 пистолетов, 36 минометов, 157 орудий. Как видим, было возвращено далеко не все. Следует заметить, что среди брошенного румынами, в июле 1940 г. оружия было много орудий и стрелкового вооружения, захваченного ими в 1918 г. в России.

Советский Союз получил территорию площадью 50 762 кв. км с населением 3776 тыс. человек, и 2 августа Верховный Совет СССР принял закон об образовании Молдавской ССР и включении в состав Украинской ССР Северной Буковины и трех уездов Бессарабии на Черноморском побережье.

Сразу же после возращения Бессарабии Советскому Союзу правительства Венгрии и Болгарии также потребовали от Румынии вернуть их земли, захваченные в 1918 г. Кароль II было обратился за помощью к фюреру и дуче, но те не поддержали его.

В результате 7 сентября 1940 г. было подписано румыно-болгарское соглашение о передаче Болгарии территории Южной Добруджи площадью в 5672 кв. км и населением 386 231 человек. 21 сентября соглашение было ратифицировано, и болгарские войска вступили в Южную Добруджу, а к 2 октября вся процедура была завершена.

16 августа 1940 г. в городе Турнусеверин начались румыно-венгерские переговоры. Но румыны не желали возвращать Трансильванию, и 24 августа переговоры были прерваны. Венгерские войска были сосредоточены на границе с Трансильванией, и 27 августа правительство Венгрии уведомило Гитлера, что на следующий день будут начаты боевые действия. Немцы предложили устроить в Вене арбитражный суд под эгидой Германии и Италии. Румынам ничего не оставалось, как согласиться.

30 августа решением Венского арбитража Венгрии была передана территория Северной Трансильвании площадью в 43 492 кв. км с населением в 2667 тыс. человек, а Румыния получила гарантию своих новых границ.

Правильно ли сделал Сталин, что заключил пакт с Германией? Безусловно, да. У него просто не было иного выбора. И все многочисленные критики так и не смогли придумать ему разумной альтернативы. Пакт отодвинул рубежи нашей страны, на полтора года отсрочил войну, а за это время резко возросла боевая мощь Красной Армии. А главное, пакт исключил коалицию Гитлера с западными державами против СССР.

В августе 1939 г. ни Лондон, ни Париж, ни Токио, ни Нью-Йорк — никто не предвидел фантастических бросков германских бронетанковых войск и захват Германией почти всей Европы. Наоборот, подавляющее большинство политиков и военных были уверены, что на Западе Вторая мировая война будет иметь такой же позиционный характер, как и в 1914—1918 гг. И в таком варианте СССР смог бы вообще не участвовать в войне.

Несколько схематично, но в общем верно отношения между СССР и Германией были обрисованы Сталиным 5 мая 1941 г. в ходе выступления в Кремле перед выпускниками военных академий: «Действительно ли германская армия непобедима? Нет. В мире нет и не было непобедимых армий. Есть армии лучшие, хорошие и слабые. Германия начала войну и шла в первый период под лозунгом освобождения от гнета Версальского мира. Этот лозунг был популярен, встречал поддержку и сочувствие всех обиженных Версалем. Сейчас обстановка изменилась. Сейчас германская армия идет с другими лозунгами. Она сменила лозунги освобождения от Версаля на захватнические.

Германская армия не будет иметь успеха под лозунгами захватнической завоевательной войны. Эти лозунги опасные.

Наполеон I, пока он вел войну под лозунгами освобождения от крепостничества, он встречал поддержку, имел союзников, имел успех.

Когда Наполеон I перешел к завоевательным войнам, у него нашлось много врагов, и он потерпел поражение»{14}.

Действительно, никто не может упрекнуть Францию в агрессии в 1793—1799 гг. Другой вопрос, когда именно войны Наполеона перешли из оборонительных в захватнические? Тут действительно, с некоторой натяжкой можно провести аналогию со Второй мировой войной. Германия, по крайней мере, до 1 апреля 1940 г. не захватила ни пяди земли, ранее не входившей в состав Пруссии или Австрии, а СССР до 22 июня 1941 г. не присвоил себе ни пяди земли, ранее не входившей в состав Российского государства[7].

Но вернемся к обиженной Румынии. Там срочно потребовался козел отпущения. Генерал Антонеску стал премьер-министром с диктаторскими полномочиями. 6 сентября 1940 г. генерал принудил Кароля II отречься от престола. «Воплощению морального разврата», как короля публично называл Антонеску, пришлось эмигрировать в Мексику. Перед этим Кароль II подписал акт о передаче власти своему сыну Михаю, но в этом документе не фигурировало слово «отречение». Вместо этого стояла довольно лукавая фраза: «Я передаю тяжкие обязанности царствования моему сыну». Это дало право Каролю и в Мексике считать себя королем.

Уже в середине сентября 1940 г. Антонеску обратился к Гитлеру с просьбой ввести части вермахта в Румынию. Румыния официально примкнула к Тройственному пакту. И в первой декаде октября в Румынию вступили германские войска общей численностью 22 430 человек. А к весне 1941 г. их численность здесь была доведена до 200 тыс. человек.

На запросы советского правительства немцы отвечали, что сосредоточение германских войск в Румынии необходимо для защиты Балканского полуострова от английской агрессии. На это Молотов съязвил германскому дипломату фон Типпельскирху, что «в настоящее время Англия имеет другую заботу, нежели нападение на Румынию». Увы, воспрепятствовать оккупации Румынии германскими войсками правительство СССР не имело возможности.