Краснознаменная Амурская военная флотилия

В течение всей Великой Отечественной войны на Дальнем Востоке несла боевую службу Краснознаменная Амурская военная флотилия (КАВФ)[549]. К началу войны с Японией в 1945 г. флотилия имела в своем составе 8 мониторов, 11 канонерских лодок, 52 бронекатера, 12 тральщиков, 36 катеров-тральщиков и 7 минных катеров[550].

Флотилия с момента вероломного нападения Германии на Советский Союз выполняла задачи по обеспечению безопасности советских дальневосточных рубежей в связи с активизацией попыток агрессии со стороны Японии.

В начальный период Великой Отечественной войны часть личного состава Амурской военной флотилии была направлена на Запад для укомплектования действующих флотов и флотилий, а также морских стрелковых бригад.

С началом Великой Отечественной войны Особый отдел НКВД флотилии принял меры по контрразведывательному обеспечению деятельности уязвимых объектов (штаба флотилии, штабов соединений, шифрпостов, постов СНИС, складов боеприпасов и вооружения). Поскольку флотилия интенсивно пополнялась отмобилизованными судами Амурского речного пароходства, перед контрразведчиками была поставлена задача проверки состояния этих плавсредств. В связи с направлением части личного состава флотилии в действующую армию и флот были приняты меры по пресечению фактов дезертирства и членовредительства военнослужащих во избежание отправки на фронт. Наибольшее количество случаев дезертирства и членовредительства приходится на 1942–1943 гг., когда было проведено 35 арестов.

Работа контрразведчиков на этом направлении осуществлялась путем выявления (в том числе и с использованием методов оперативно-розыскной работы) лиц, высказывающих такие намерения, а также обстоятельств и причин, способствующих дезертирству.

Контрразведчики флотилии выявляли и брали в оперативную разработку лиц, высказывающих террористические намерения. Под террористическими угрозами понимались и угрозы, возникавшие во флотилии на почве искривления дисциплинарной практики, бездушного и формального отношения к нуждам личного состава со стороны отдельных командиров. По таким случаям контрразведчики флотилии информировали командование частей и соединений для принятия упреждающих мер. Если же при детальном и глубоком изучении вскрывался действительный факт подготовки террористических действий, то подозреваемый арестовывался и в отношении его проводились следственные действия[551].

Для того чтобы командование частей флотилии своевременно реагировало на информацию, поступавшую из органов контрразведки, особенно о негативных настроениях военнослужащих и вольнонаемного состава, предпосылках к возникновению чрезвычайных происшествий, по данным фактам систематически информировался Военный совет КАВФ.

За период войны 1941–1945 гг. Военному совету КАВФ было направлено 109 специальных сообщений по вопросам политикоморального состояния личного состава флотилии, о фактах извращения дисциплинарной практики, недочетах в боевой подготовке, нарушениях приказов НКВМФ по ведению секретного делопроизводства, а также о фактах разглашении военной тайны.

По таким фактам, как потеря бдительности, халатное отношение к хранению документов, создание предпосылок к их утрате и разглашению военной тайны, Военный совет КАВФ провел расширенное заседание, на которое приглашались командиры частей и соединений флотилии. По его результатам командующий Амурской военной флотилией издал приказ о наложении дисциплинарных взысканий на ряд командиров, допустивших нарушения, а прямые виновники были отданы под суд военного трибунала[552].

В 1943 г., по мере поступления в части флотилии нового пополнения из числа призванных с ранее оккупированных территорий СССР, этот контингент брался на особый учет и в разработку с целью выявления вражеской агентуры, предателей и пособников.

К началу войны с Японией в 1945 г. Амурская Краснознаменная военная флотилия имела в своем составе 8 мониторов, 11 канонерских лодок, 52 бронекатера, 12 тральщиков, 36 катеров-тральщиков и 7 минных катеров[553].

Начав боевые действия в ночь на 9 августа, корабли флотилии обеспечивали оперативные перевозки, высадку десантов, форсирование Амура, Уссури и Сунгари. Вместе с частями 1-го и 2-го Дальневосточных фронтов силы Амурской военной флотилии участвовали в боевых действиях по овладению городами Айгунь, Фу цзинь, Харбин. Сотрудники подразделений контрразведки «Смерш» флотилии принимали участие в боевых действиях, осуществляли контрразведывательное обеспечение боевых действий кораблей и частей КАВФ. В процессе ведения контрразведывательной работы учитывалось, что на территории и в военно-морских базах Маньчжурии японская разведка создала широко разветвленную агентурную сеть, которая имела задания разведывательно-диверсионного характера.

По мере продвижения частей и кораблей флотилии в речные базы японцев на территории Маньчжурии вместе с передовыми частями направлялись сформированные оперативные группы ОКР «Смерш» КАВФ, которые располагали материалами и документами о деятельности японской разведки.

Исходя из обстановки и известных опергруппам данных о деятельности японских разведывательных и контрразведывательных органов в этих базах, оперативники флотилии имели задачи задерживать и арестовывать лиц, причастных к японской разведке. Кроме того, в задачи опергрупп входило выявление и арест активных деятелей и руководителей эмигрантских организаций, изменников Родины, а также розыск и изъятие представляющих оперативный интерес документов и архивов[554].

В речной базе Цзямусы[555] опергруппой упор делался на задержание сотрудников местной японской военной миссии (ЯВМ). В результате проведенных оперативных мероприятий, в том числе с использованием агентуры из местных жителей, арестовано 12 человек, причастных к японским разведорганам. Кроме того, было четверо задержанных из числа перевербованной японцами закордонной агентуры УНКГБ Хабаровского края, переброшенной для оседания в Маньчжурию в 1940–1944 гг.[556]

На основании данных, полученных от задержанных, оперативники составили списки лиц, причастных к органам разведки и контрразведки Японии, для ориентировки по дальнейшему их розыску и задержанию.

В этих же целях опергруппа стала использовать в качестве агентов-опознавателей некоторых задержанных и с их помощью арестовала ряд японских агентов, уточнила возможные места пребывания в Харбине бежавших из Цзямусы других лиц, проходивших по показаниям. Часть агентов-опознавателей была направлена в опергруппу флотилии, действующую в Харбине, для использования по розыску.

Харбинской опергруппой ОКР «Смерш» КАФ с помощью присланного агента-опознавателя был задержан один из активистов «Российского фашистского союза», являвшийся сотрудником Главной японской военной миссии. Используя его показания, удалось задержать по горячим следам еще несколько сотрудников миссии.

Благодаря принятым мерам и использованию агентов-опознавателей, а также данным, полученным после ознакомления с захваченными документами, в Харбине было выявлено и арестовано 50 агентов и официальных сотрудников японской разведки.

Кроме того, опергруппой на станции «Сунгари-2» был арестован весь руководящий состав так называемого «Русского воинского отряда» и изъят его архив.

Контрразведчикам удалось задержать 15 изменников Родины из числа бывших военнослужащих РККА и погранвойск, а также двух человек, бежавших в Маньчжурию из мест заключения на территории СССР[557].

В связи с поступившими данными о том, что японцы экстренно уничтожают архивы, были приняты меры к захвату представляющих интерес документов.

После окончания Великой Отечественной войны в ОКР «Смерш» Амурской военной флотилии был составлен отчет о проделанной работе. В отчете отмечалось, что в процессе оперативно-розыскной работы был обнаружен и изъят архив японского советника Сунгарийской речной флотилии. Часть этих материалов была обработана и использована в процессе оперативного розыска. Благодаря названным материалам удалось задержать сотрудников разведки и контрразведки Сунгарийской флотилии, заместителя начальника отдела и одного из его предшественников. Используя показания задержанных, а также переведенные материалы архива о деятельности разведки и контрразведки Сунгарийской флотилии, были получены заслуживающие внимания данные.

В процессе изучения и анализа частично сохранившейся переписки японской военной миссии удалось обнаружить запись инструктивного указания 2-го отдела штаба Квантунской армии начальнику ЯВМ о характере разведоперации против СССР.

На основе показаний задержанных агентов японских разведорганов, а также изменников Родины из числа советских граждан, анализа содержания обнаруженных делопроизводственных и архивных документов японской разведки был подготовлен обзор деятельности японских военных миссий в Маньчжурии.

В процессе детального осмотра помещения, занимавшегося представительством японской военно-морской миссии в Харбине, были обнаружены куски копировальной бумаги с оттиском текстов и несколько визитных карточек. Анализ восстановленных текстов дал возможность составить список офицерского состава представительства миссии, а также восстановить тексты двух донесений агентов японской военной миссии, в которых сообщалось о политическом положении и настроениях населения Харбина в связи с наступлением частей Красной армии.

Используя оперативные возможности, сотрудники ОКР «Смерш» флотилии получили оперативную информацию и изъяли часть архива Украинской национальной колонии в Харбине, а также секретную брошюру, изданную исследовательским отделом японского посольства в Маньчжурии под названием «Вопросы русской эмиграции» (от февраля 1945 г.). На основании собранных оперативных и следственных материалов о составе русской колонии, деятельности русских эмигрантов в ОКР флотилии был подготовлен обзор «Деятельность русских эмигрантов в Маньчжурии»[558].

В результате оперативно-розыскной работы, проведенной ОКР «Смерш» КАВФ в военно-морских базах Маньчжурии, было задержано 155 человек, в числе которых 69 сотрудников японских спецслужб, 18 изменников Родины, 5 руководителей эмигрантских организаций. Кроме того, УНКГБ по Хабаровскому краю были переданы 6 бывших закордонных агентов, перевербованных японскими разведчиками и готовившихся к переброске на территорию СССР. После проведения необходимых мероприятий часть задержанных лиц была передана в опергруппы ГУКР «Смерш» НКО, погранвойск и УКР «Смерш» 1-го Дальневосточного фронта. После проведения фильтрации 44 человека из числа задержанных были освобождены за малозначительностью состава инкриминируемого преступления, по старости и за давностью срока совершенного преступления[559].

Всего же контрразведчиками Амурской военной флотилии за период 1941–1945 гг., включая результаты работы опергрупп в Маньчжурии, было арестовано по подозрению в совершении различных преступлений 230 человек, из них: за работу в интересах германской разведки — 2; японской разведки 73 (агенты и официальные сотрудники японской разведки); изменников Родины — 29; руководящих деятелей антисоветских формирований и организаций — 5; за дезертирство и попытки дезертирства — 17; за членовредительство с целью уклонения от военной службы — 18; за подготовку террористических актов против офицерского состава — 7; за антисоветскую и пораженческую агитацию — 76; за прочие воинские преступления — 3 человека[560].