ГЛАВА 6. АГНЕЦ[317] ДЛЯ ОХРАНКИ?

ГЛАВА 6. АГНЕЦ[317] ДЛЯ ОХРАНКИ?

Секретного сотрудника Малиновского Романа Вацлавовича мы не можем обделить вниманием хотя бы потому, что сам великий вождь мирового пролетариата Ульянов (Ленин) причастен к его совместительству работы в ЦК РСДРП со службой в Департаменте полиции.

Родился Роман в 1876 году в Варшавской губернии то ли в семье крестьянина, то ли «раздворяненого» шляхтича. Получил сносное домашнее образование, стал токарем. В 1899 году был осужден за кражу со взломом. Злые языки утверждают, что Рома трижды привлекался к ответу за воровство, но в это верится с трудом, ибо с 1901 по 1905 годы он служил не где-нибудь, а в элитном лейб-гвардии Измайловском полку и прошел путь от рядового до ефрейтора!

После демобилизации Роман Вацлавович вступил в РСДРП и практически сразу стал секретарём весьма влиятельного профсоюза металлистов.

Начальник Московского охранного отделения Заварзин Павел Павлович отмечал,[318] что в 1910 г. в Москве арестовали так называемую «семерку» ЦК РСДРП, «фракции большевиков», среди которых был и Малиновский. Заварзин дал понять Роману Вацлавовичу, что если придать огласке факт его судимости за кражу, на политической карьере партийного функционера можно ставить крест. Поразмыслив, Малиновский дал согласие секретно сотрудничать с Департаментом полиции, избрав псевдоним «Портной» (несколько позже псевдоним сменили на «Икс»).

Партийная карьера Романа Вацлавовича складывалась весьма успешно. В 1912 году от меньшевиков он перешел к большевикам и быстро завоевал их доверие. В январе 1912 Малиновский представлял московских рабочих на Пражской партийной конференции. Понравился Ленину, был избран членом ЦК РСДРП(б) и выдвинут кандидатом от большевиков в депутаты IV Государственной думы. Владимир Ильич в газете «Пролетарий» написал агитационную статью в пользу кандидатов в депутаты от большевиков Бадаева, Петровского, Малиновского, Шагова и Муранова, где утверждал: «можно, ей-ей можно, с такими людьми построить рабочую партию!»[319]

Как выяснилось позже, доверие Ленина Роман Вацлавович оправдал — по его доносам жандармы, в плане содействия РСДРП(б) в партийном строительстве, арестовали несколько подпольных большевистских групп в Москве и одну в Туле.

В знак благодарности Московское охранное отделение и Департамент полиции тоже подсобили своему секретному сотруднику — в 1913 году Роман Вацлавович был избран депутатом Государственной Думы — председателем думской фракции большевиков!

В результате такого партийно-государственного роста Малиновский был принят на личную связь директором Департамента полиции Степаном Петровичем Белецким. Роман Вацлавович весьма ловко выполнил задание своего оператора — совершенно незаметно для своих товарищей сеял распри, приведшие к расколу фракции на две группы, и таким образом ослабил социал-демократическое крыло Думы.

Вместе с тем управлять агентом-депутатом стало сложновато, ибо он быстро усвоил формулу «Власть исполнительная да подчинится власти законодательной!».

В 1914 году вновь назначенному шефу корпуса жандармов генерал-лейтенанту Владимиру Фёдоровичу Джунковскому стало известно, что вопреки Закону Малиновский совмещает секретную службу в Департаменте полиции с депутатством. Об этом факте Джунковский сообщил председателю IV Государственной Думы Михаилу Владимировичу Родзянко, а также дал указание начальнику Московского охранного отделения подполковнику Мартынову Александру Павловичу «уговорить» Романа Вацлавовича сложить депутатские полномочия.

В результате Малиновский за «взятку от МВД» в сумме 5 000 рублей покинул Думу, прекратил связь с охранкой и уехал за границу, даже не сообщив об этом своему партийному руководству. За это «дезертирство» он был исключён из РСДРП!

Вроде на этом в истории агента «Портного-Икса» можно поставить точку.

Нет, уважаемый читатель! Именно с этого завертелась интрига!

В результате интернирования Роман Вацлавович оказался в одном из немецких лагерей для военнопленных, где вёл антивоенную агитацию.

Февральская революция 1917 года положила начало «охоты на провокаторов». В апреле Временное правительство создало Чрезвычайную следственную комиссию для расследования преступлений, совершённых против народа высокими чинами Департамента полиции и царскими министрами.

За подписью председателя Чрезвычайной следственной комиссии Николая Константиновича Муравьёва в редакцию «Правды» поступила повестка: «Владимиру Ильичу Ульянову надлежит 26 мая с.г. явиться на заседание Чрезвычайной следственной комиссии к 10 часам утра в Зимний дворец в качестве свидетеля по делу Р.В. Малиновского».

На допросе Ленин показал, что о сотрудничестве Малиновского с охранкою он узнал из сообщения антибольшевистских газет в июне или в июле 1914 года, однако не верит в это.

Владимиру Ильичу предъявили рапорт генерала Джунковского, который 30 мая 1914 года доложил министру о сообщённом им председателю Думы Родзянко факте: депутат Р.В. Малиновский является секретным агентом тайной полиции. Ознакомившись с документом, Ильич заявил: жандармам веры нет! ибо от провокаторства Малиновского «.охранка не выиграла бы так, как наша партия от "Правды " и всего легального аппарата.»[320]

16 июня 1917 года газеты «Новая Жизнь» и «День» опубликовали ответы Ленина на допросе 26 мая о том, что он, несмотря на неопровержимые доказательства, отрицает провокаторство своего друга Малиновского, не хочет говорить всей правды — стало быть, за этим что-то кроется…

В ответ Ильич в «Правде» уже 17 июня 1917 года статьёй «Под суд Родзянку и Джунковского за укрывательство провокатора!» возмущался: «Джунковский еще 22 апреля 1914 года сказал Родзянко, что Малиновский провокатор, но взял с Родзянко честное слово (!!!) никому об этом не говорить. И наша партия и все общество, среди коих провокатор Малиновский продолжает вращаться, остаются в заблуждении… ибо Родзянко дал "честное слово" охраннику не выдавать провокатора. И это можно терпеть и Родзянко можно считать не преступником?»[321]

В 1918 году, освободившись из немецкого плена, Малиновский поехал в Петроград, надеясь на реабилитацию. 4 ноября 1918 года в Смольном Роман Вацлавович узнал, что Ильич в Москве. Он обратился к своему давнему партийному соратнику — Председателю Петроградского совета рабочих и солдатских депутатов Григорию Евсеевичу Зиновьеву (Апфельбаум), который в сопровождении красноармейцев и отправил Малиновского к начальнику Чрезвычайной Комиссии Петрограда Урицкому Моисею Соломоновичу.

Последний без особых церемоний полюбопытствовал: секретным сотрудником полиции был? Роман Вацлавович без запирательств признал этот факт и пояснил, что сотрудничал с жандармами по личному заданию Ленина и потребовал доставить его в Москву для встречи с вождём. Урицкий, пообещав шифрованной телеграммой передать эту просьбу Владимиру Ильичу, отправил Малиновского в «Кресты».

Утром следующего дня в своём кабинете Моисей Соломонович ознакомил Романа Вацлавовича с телеграммой следующего содержания: «В перевозке провокатора в Москву нет необходимости, так как Верховный трибунал ВЦИК вынес своё решение на основании личного дела Малиновского, найденного в архиве бывшего Московского охранного отделения полиции. Вам же надлежит немедленно привести приговор ВЦИК о расстрелянии Малиновского в исполнение. По поручению Ленина Горбунов».

В ночь с 5 на 6 ноября 1918 года дважды преданный двойной агент Малиновский Роман Вацлавович из «Крестов» отправился на Суд Божий.

Так Владимир Ильич продемонстрировал принципы большевистской кадровой политики: нет человека — нет проблем… Уже многим позже, в 1920 году Ленин, соразмерно наущениям К.Маркса «В политике ради известной цели можно заключить союз даже с самим чертом, — нужно быть только уверенным, что ты проведешь черта, а не черт тебя» оправдывался сам и оправдывал Романа Вацлавовича: «…Малиновский, как член Цека партии и Депутат Думы, должен был помогать нам ставить легальные еженедельные газеты, которые умели и при царизме вести борьбу против оппортунизма меньшевиков, проповедовать основы большевизма в надлежащем образом прикрытой форме. Одной рукой отправляя на каторгу и на смерть десятки и десятки лучших деятелей большевизма, Малиновский должен был другой рукой помогать воспитанию десятков и десятков тысяч новых большевиков через легальную прессу».[322]

***

Как отмечалось выше, в период с 1880 по 1917 годы в Департаменте полиции служило от 10–40 тысяч секретных сотрудников. Все они ежедневно рисковали жизнью, защищая Отечество. Только в 1878–1881 годы народовольцами были убиты агенты Департамента полиции А. Никонов, Н. Рейнштейн, С. Прейм, Г. Финогенов, В. Барановский, А. Жарков, Т. Курилов, Н. Шарашкин.

Отдельные тайные агенты, такие как П.И. Рачковский, С.В. Зубатов, М.И. Гурович, Л.П. Меньщиков, П.С. Статковский, А.М. Гартинг, И.В. Доброскок и др. стали крупными деятелями политического сыска Империи. Имена же многих тысяч смелых и самоотверженных слуг Отечества в силу специфики этой деятельности остались инкогнито, а «засвеченные» преданы поруганию и забвению.

Эдуард Хлысталов в заметке «Провокаторы»[323] отмечал, что Л.П. Меньшиков передал революционерам списки известных ему агентов царской полиции: социал-демократам сообщил 90 фамилий, Бунду (еврейская партия) — 20, эсерам[324] — 25, польским партиям — 75, кавказским организациям — 45 и финляндским — 20.

Хлысталов указал 97 фамилий, назвав их людьми, наживавшимися «на жизнях революционеров и страдании народов России, выявленных с помощью Л.П. Меньщикова в архивах русского консульства в Париже в 1917 году». Я же назову этих людей патриотами, живота не щадившими на защиту Отечества, а Менщиковых — Бакаев[325] и иже с ними — клятвопреступниками!