Антон Деникин

Антон Деникин

Хотя в известной карикатуре времен Гражданской войны в России злобный представитель Антанты держал на поводке трех оскаленных «псов» русской контрреволюции — Колчака, Деникина и Юденича, признанными лидерами белого движения были, конечно же, первые двое. В свое время в письме ЦК РКП (б) «Все на борьбу с Деникиным!» отмечалось следующее: «Колчак и Деникин — главные и единственные серьезные враги Советской республики. Не будь им помощи со стороны Антанты (Англия, Франция, Америка), они бы давно развалились. Только помощь Антанты делает их силой». Неудивительно, что именно вокруг личностей адмирала Колчака и генерала Деникина возникло наибольшее количество заблуждений, а потому из всех руководителей белого движения именно им посвящены статьи в нашей энциклопедии.

Мы не случайно вспомнили в начале статьи о карикатуре на белых генералов. Дело в том, что она определенным образом суммирует заблуждения, которые настойчиво культивировались в отношении генерала Деникина в советское время. Шаблонно, с пропагандистской прямолинейностью в головы людей вбивался образ «непримиримого врага советской власти», не предполагающий в последнем наличие хоть каких-то человеческих черт. Деникин должен был занять свое «почетное» место в формировавшейся в сознании советского человека галерее «врагов народа». Ввиду названных обстоятельств цель нашей статьи состоит не в том, чтобы уточнить (или пополнить) биографические данные, разобраться в особенностях политических взглядов или тонкостях полководческого искусства генерала Деникина, а в «очеловечивании» одной из ключевых персон отечественной истории периода очередной «русской смуты».

В ходе знакомства с жизнью и деятельностью Антона Ивановича Деникина невольно обращаешь внимание на две черты личности генерала, которые неизменно влияли на содержание его мыслей и поступков, — честность и патриотизм. Даже в своих заблуждениях и ошибках Деникин был честен и руководствовался интересами Родины (конечно же, в том виде, в котором он эти интересы понимал). По этой причине честность и патриотизм будут находиться в центре нашего короткого повествования.

Родился Антон Иванович Деникин в семье военного, майора. Его отец начинал службу солдатом и только перед выходом в отставку получил звание майора. Мать Антона Ивановича происходила из бедной польской семьи, благодаря чему Деникин свободно владел польским языком, что сослужило ему хорошую службу во время революции, но об этом несколько позже. Деникин-старший не имел сколько-нибудь влиятельных друзей, а значит, серьезную протекцию сыну составить не мог. Поэтому военная карьера Антона Деникина стала типичной для офицера способного, но не имеющего связей: только в возрасте 38 лет (в 1910 году) Деникин вступил в командование полком, и это несмотря на участие в русско-японской войне. Первую мировую он встретил уже генерал-майором, командующим бригадой, а Февральская революция застала Деникина возглавляющим корпус. Затем генерала неожиданно вызывают в Петроград, где в конце марта 1917 года он получает назначение на должность начальника штаба Верховного главнокомандующего, которым к этому времени стал Алексеев М. В.

К моменту этого назначения, можно сказать, произошло практически все главное, что определило дальнейший жизненный путь генерала: мировая война познакомила его с генералом Корниловым, революция свела его с генералом Алексеевым, а наблюдаемые ежедневно картины развала государства и армии сделали непримиримым врагом революционных экспериментов. Хотя затем менялись как главнокомандующие, так и должности самого Деникина, круг высокопоставленных военных, не только осознававших, куда катится страна, но и готовых действовать, в основном сложился. Неудивительно, что генерал принял участие в так называемом «корниловском мятеже» и вместе с другими его руководителями оказался в тюрьме.

Перевод генералов-участников мятежа из числа командования Юго-Западного фронта в тюрьму Быхов, в ставку главнокомандующего, из тюрьмы в Бердичеве спас их от у грожавшей стихийной расправы со стороны революционно настроенной солдатской массы. Из Быхова Деникину удалось уйти на Дон. Как раз теперь и пригодилось ему свободное владение польским языком: на Дон генерал пробирается под видом поляка — помощника начальника перевязочного отряда Александра Домбровского. Туда же, на Дон, прибывают генералы Корнилов, Алексеев, Романовский, Марков. После нелепой смерти 31 марта 1918 года генерала Корнилова Деникин становится во главе Добровольческой армии. К концу года ему удалось сломить сопротивление атаманов донского и кубанского казачества Краснова и Быча, проявлявших сепаратизм, и объединить под своим командованием все антибольшевистские силы. К этому времени умер Алексеев, и Деникин как самый авторитетный из генералов и старший по должности занимает вновь созданный пост главнокомандующего Вооруженными силами Юга России (ВСЮР).

Он рассматривает единство и «чистоту» белого движения в качестве важнейших условий победы. Уже в начале белого движения на Дону ему пришлось играть сдерживающую роль в довольно сложных отношениях Корнилова и Алексеева. В написанных в эмиграции воспоминаниях «Очерки русской смуты» Антон Иванович с горечью рассказывает о раздорах внутри руководства ВСЮР, в частности об интригах против него генерала Врангеля. К чести самого Деникина, надо отметить его последовательность в отстаивании принципа единства и единоначалия. Осенью 1918 года лидеры казачества на время Гражданской войны провозгласили самостоятельность Кубанского края. Кубанской раде предъявили ультиматум — подчиниться и выдать главарей сепаратистов. Раде пришлось подчиниться, ее председатель скрылся, а вот другой руководитель, Калабухов, был повешен по приговору военно-полевого суда. Летом 1919 года к власти в Сибири пришел адмирал Колчак, объявивший себя Верховным правителем России. Деникин признает его верховенство. Трудно сказать, насколько тяжело далось главнокомандующему ВСЮР это решение, но факт остается фактом.

«Спасение нашей Родины заключается в единой Верховной Власти и неразделимом с нею едином Верховном Командовании, — заявляет Деникин в приказе № 145 от 30 мая 1919 года. — Исходя из этого глубокого убеждения, отдавая свою жизнь служению горячо любимой Родине и ставя превыше всего ее счастье, я подчиняюсь адмиралу Колчаку как Верховному правителю Русского Государства и Верховному Главнокомандующему Русских Армий».

Не менее, если не более, беспокоили генерала Деникина негативные явления, которые разъедали белое движение изнутри: переходившие в откровенный грабеж «военные добычи» и «реквизиции», необоснованные репрессии против мирного населения, коррупция (см. ст. «Террор в годы Гражданской войны в России»). Несмотря на крутые, а подчас даже жестокие меры, побороть эти явления не удалось. В воспоминаниях главнокомандующий с болью называет их «оборотной стороной борьбы, ее трагедией».

В советское время, как вы помните, настойчиво подчеркивался монархический характер белогвардейского движения. В редком фильме белые офицеры в каком-нибудь ресторане, изрядно выпивши, не пели «Боже, царя храни». И здесь мы имеем дело с еще одним весьма распространенным заблуждением. Конечно, среди солдат, офицеров и генералов, боровшихся с большевиками, было немало монархистов, однако целый ряд обстоятельств не позволяет нам рассматривать белое движение в качестве исключительно монархического.

Во-первых, Первая мировая война серьезно подорвала авторитет если не монархии, то династии Романовых — точно. На страницах «Очерков русской смуты» мы неоднократно встречаемся с критикой царской семьи. Деникин откровенно признает, что расшатанными оказались все три главных устоя российского общества: монархия, церковь и Отечество. Во-вторых, обратим внимание на то, что генерал Алексеев имел прямое отношение к отречению Николая II, генерал Корнилов принимал участие в аресте императора. В-третьих, происхождение трех ключевых фигур Добровольческой армии — Алексеева, Корнилова и Деникина — также не способствовало чрезмерному укоренению монархических и сословных чувств. Все три названных генерала — признанные вожди белогвардейского движения — представляли новую элиту русской армии, формировавшуюся из офицеров невысокого социального происхождения. Неслучайно Деникин оценивает дореволюционные привилегии гвардейского офицерства, «комплектовавшегося исключительно лицами дворянского сословия, гвардейской кавалерии и плутократией», как несправедливые и вредные для армии.

Генерал Деникин нигде не говорит прямо о своих политических симпатиях. Тем не менее в своей официальной политике главнокомандующий ВСЮР четко придерживался принципа «непредопределения» государственного устройства России до созыва Всероссийского Учредительного собрания. В Особом совещании, политико-административном органе Добровольческой армии, были представлены как консерваторы, так и либералы (в основном представители партии кадетов). Начальник штаба генерал Романовский, ближайший друг Деникина из военных, являлся левым кадетом. Таким образом, что касается самого Антона Ивановича, то все попытки «сделать» из него монархиста надуманны.

Не такими простыми, как это чаще всего описывается советскими историками, были отношения генерала Деникина с западными союзниками. С одной стороны, он приветствовал высадку их войск на юге Украины, в Прибалтике, на Дальнем Востоке. Но, с другой стороны, главнокомандующего ВСЮР возмущала их бесцеремонность и корысть. Англичане откровенно вмешивались во внутренние (в представлении Деникина) российские дела, диктуя состав правительства, устанавливая пределы продвижения белых армий на Кавказе. Французов же генерал обвинял в заигрывании с украинской Директорией, в оскорбительном отношении к русским офицерам. С искренним негодованием Деникин пишет в «Очерках русской смуты» о порабощении Бессарабии румынами, об интригах и территориальных аппетитах поляков. Он с нескрываемой болью констатирует, что союзники хотят получить мир за счет России.

Вскоре после эвакуации из Новороссийска в Крым Деникин передает командование Вооруженными силами Юга России Врангелю, а сам покидает пределы Родины, понимая обреченность белого дела. В своих воспоминаниях генерал попытался осмыслить произошедшее в России — революцию, гражданскую войну, причину поражения антибольшевистских сил. Многие оценки, приведенные на страницах «Очерков русской смуты», естественно, не бесспорны, но, по крайней мере, заслуживают того, чтобы быть известными широкому кругу читателей. Очень точное направление восприятия и осмысления тех трагических событий, на наш взгляд, задает следующая мысль Деникина: «Великие потрясения не проходят без поражения морального облика народа. Русская смута наряду с примерами высокого самопожертвования всколыхнула еще в большей степени всю грязную накипь, все низменные стороны, таившиеся в глубинах человеческой души».

Продираясь сквозь лабиринт пристрастий, эмоций и предрассудков, один из лидеров белого движения все же пришел, думается, к объяснению главной причины падения России, состоящей в «разительной аномалии народной психологии, вытекающей из недостаточно развитого политического и национального самосознания русского народа». Именно отсталость стала той питательной почвой, на которой буйно расцвела уродливая коммунистическая утопия. Судя по всему, лидеры Советского Союза прекрасно это понимали. Не потому ли в писаниях всех уровней — от школьных учебников до толстых монографий — тщательно «обосновывалась» пресловутая «среднеразвитость» российского империализма накануне революции?

…Вечером 22 марта 1920 года от крымских берегов отошел английский миноносец с бывшим главнокомандующим ВСЮР на борту. В Константинополе Деникин и следовавшая с ним семья генерала Корнилова пересели на британский же дредноут «Мальборо», который доставил их в Англию. Там, правда, генерал долго не задержался, покинув туманный Альбион уже в августе 1920 года в знак протеста против намерения английского правительства установить торговые отношения с Советской Россией. Весной 1926 года Деникин селится в Париже, в признанном центре русской эмиграции. Там он прожил до мая 1940 года, а ввиду начала оккупации Франции немецкими войсками перебрался из столицы в город Бордо.

Во время Великой Отечественной войны известного генерала-антикоммуниста пытаются вовлечь в борьбу против Советского Союза. Командование вермахта предлагает ему переехать в Германию и заниматься литературной работой на весьма выгодных условиях. Нетрудно догадаться, на какого рода литературу рассчитывали немцы. Посещают Деникина и представители тех эмигрантских кругов, которые связывали освобождение России от большевизма с победой Гитлера. Однако бывший белогвардейский вождь лелеял несколько иную мечту: по мнению Деникина, Красная Армия должна была одолеть Гитлера — злейшего врага русского народа, а затем повернуть свои штыки против большевиков. Как известно, сбыться было суждено только лишь первой части этой мечты.

Умер Антон Иванович Деникин 7 августа 1947 года в США, оставшись в памяти тех, кто его знал, честным человеком и патриотом.