Глава 1 Гремящие самопалы

Глава 1

Гремящие самопалы

От ручницы до пистолета

Сохранились свидетельства, что уже в глубокой древности существовало некое могучее оружие, извергавшее огонь и дым и действовавшее на солидном расстоянии. Естественно, его устройство держалось в строжайшей тайне, и все, что было связано с ним, окутывал туман легенд. Было ли оно огнестрельным, использовалась ли в нем энергия, освобождавшаяся при сгорании некоего метательного вещества, по своим свойствам сходного с порохом? В некоторых случаях, судя по манускриптам, это действительно было так. По крайней мере, установлено: придумали порох в древнем Китае, где его применяли в военном деле и для праздничных фейерверков. Потом он «перекочевал» в Индию. Есть сведения, что зажигательные и, вероятно, взрывчатые вещества знали и в Византийской империи. Но подлинная история огнестрельного оружия все же началась в Европе, на рубеже XIII–XIV веков.

Обычно его подразделяют на артиллерийское и стрелковое. Первое поражает неприятеля крупными снарядами, выпускаемыми по навесной или настильной траекториям. Для обслуживания артсистем необходим расчет из нескольких канониров. Второе, в основном индивидуальное, применяется для стрельбы прямой наводкой по открытым, сравнительно близко расположенным целям.

Разнообразием систем, калибров и прочих параметров на фоне современного ручного огнестрельного оружия первые его образцы покажутся примитивными. Однако нельзя забывать, что переход к ним от лука и арбалета (оружия метательного) дался куда труднее, нежели последующее развитие огнестрельного оружия. Так какими же были предшественники нынешних винтовок, пистолетов, автоматов и револьверов?

Специалисты воссоздают их общий вид и устройство по старинным рисункам и описаниям, но сохранились и немногочисленные образцы. В нашей стране они экспонируются в Государственном Историческом музее, Государственном Эрмитаже, Военно-историческом музее артиллерии, инженерных войск и войск связи, музеях Московского Кремля, Центральном музее Вооруженных Сил.

Сразу же отметим: ручное оружие по принципу действия мало чем отличалось от тогдашних… пушек. Даже названия были похожи: в Западной Европе — бомбарделлы (маленькие бомбарды), а на Руси — ручные пищали (ручницы).

В конце XIV — начале XV века их стволы представляли собой короткую железную или бронзовую трубку длиной около 30 см и калибром 25–33 мм с глухим концом, возле которого сверху высверливалось небольшое запальное отверстие. Ее укладывали в желоб, выдолбленный в колоде-ложе длиной 1,5 м, и скрепляли металлическими кольцами-обоймицами. Заряжали через дуло пылевидным порохом (делать его зернистым стали позже) и сферической пулей из меди, железа или свинца. Кстати, форма пули практически не изменялась всю долгую эпоху гладкоствольного, дульнозарядного оружия. Это объяснялось тем, что она проста в изготовлении и не требует стабилизации в полете.

Зарядив бомбарделлу или ручницу, стрелок либо упирал приклад в землю или грудь, либо укладывал на плечо или зажимал под мышкой (это зависело от длины приклада и его конфигурации), целился, а затем поджигал пороховой заряд, поднося к запальному отверстию раскаленный металлический прут.

В Военно-историческом музее артиллерии, инженерных войск и войск связи хранится короткий железный стволик XIV–XV веков, скрепленный тремя кольцами. На заднем проложен узкий желобок, ведущий к запальному отверстию — так выглядит «предок» нынешних пистолетов.

Создавая ручное оружие, средневековые мастера решали те же задачи, что и современные конструкторы — увеличивали дальность и точность стрельбы, старались уменьшить отдачу, повысить скорострельность. Дальнобойность и кучность стрельбы улучшали, удлиняя стволы, а с отдачей боролись, оснащая ручницы и другие самопалы опорными крюками и дополнительными упорами. Гораздо сложнее оказалось увеличить скорострельность (под которой понимают число выстрелов в единицу времени). В XIV–XV веках наладили выпуск многоствольных бомбарделл, ручниц, а также ружей. Конечно, их зарядка требовала больше времени, зато в бою, когда дорога каждая секунда, стрелок делал без перезарядки поочередно несколько выстрелов.

Новая боевая техника незамедлительно сказалась на тактике сражений. Уже в XV веке во многих странах появились отряды стрелков, вооруженных «мини-пушками». Правда, первое время такое оружие уступало доведенным до совершенства лукам и арбалетам в скорострельности, меткости и в дальнобойности, а нередко и в пробивной силе. Кроме того, выкованные или отлитые на глазок стволы служили недолго, а то и просто разрывались в момент выстрела.

Опыт показал: прицеливаться и одновременно подносить к оружию прут очень неудобно. Поэтому в конце XV века запальное отверстие перенесли на правую сторону ствола. Рядом разместили небольшую полку с углублением, куда насыпали мерку так называемого затравочного пороха. Теперь достаточно было его воспламенить, чтобы огонь через запальное отверстие перекинулся в казенную часть ствола и подпалил основной заряд. Это вроде бы небольшое усовершенствование произвело в истории ручного огнестрельного оружия маленькую революцию.

Через некоторое время полку прикрыли от ветра, дождя и снега откидной крышкой. Заодно подыскали замену раскаленному пруту — длинный фитиль, который в западноевропейских странах пропитывали селитрой или винным спиртом, а на Руси вываривали в золе. После подобной обработки фитиль уже не сгорал, а неторопливо тлел, и стрелок мог в любой момент боя привести оружие в действие. Вот только подносить каждый раз фитиль к полке было по-прежнему неудобно. Что ж, и эту операцию сумели упростить и ускорить, соединив фитиль с оружием. В ложе проделали отверстие, через которое пропустили тонкую металлическую полоску в виде латинской буквы S с зажимом на конце, названную серпентином (у нас — жагрой). Когда стрелок приподнимал нижний конец серпентина, верхний, из которого торчал тлеющий фитиль, опускался к полке и касался запального пороха. Словом, отныне отпала надобность держаться поблизости полевой жаровни, чтобы раскалить железный прут.

В конце XV века оружие оборудовали довольно сложным по тем временам фитильным замком, в котором к серпентину добавили шептало — пластинчатую пружину с выступом, закрепленную на оси с внутренней стороны замочной доски. Она соединялась с серпентином так, что стоило стрелку нажать на спусковой крючок, как задний конец шептала поднимался и фитиль ложился на полку, поджигая запальный порох. А вскоре и саму полку переместили на замочную доску.

В XVI–XVII веках англичане приделали к полке небольшой щиток, при выстреле защищавший глаза от вспышки. Тогда же перешли и к более эффективному виду пороха. Прежний, измельченный в пыль, в сырую погоду быстро впитывал влагу, слипался, да и вообще горел неравномерно, из-за чего несгоревшие частицы постоянно забивали ствол и затравочное отверстие. Опыт показал, что из пороховой смеси следует вылепить небольшие твердые лепешки, а потом расколоть их на относительно крупные зерна. Они сгорали медленнее «пыли», зато без остатка и выделяли больше энергии. Новый порох вскоре вытеснил все предшествующие сорта и благополучно существовал до середины XIX века, когда на смену пришли более эффективные пироксилиновые пороха.

Менялись и пули. Сперва их выделывали из стали и других сплавов в виде стрел, шаров, кубов и ромбов. Но затем остановились на круглой пуле из свинца, который легко обрабатывается, а его тяжесть придавала пуле хорошие баллистические свойства.

Любопытно, но некоторое время считалось, что металл пули должен непременно соответствовать намеченной цели. И действительно, эффективно поразить противника, облаченного в металлические доспехи, могла лишь стальная пуля. А некий французский заговорщик перед покушением на испанского короля Карла V отлил для него пули… из золота!

Фитиль — в отставку!

Сколько ни пытались мастера усовершенствовать фитильный замок, добиться существенных перемен так и не удалось. Помехой оказался сам фитиль, который стрелку надлежало постоянно держать тлеющим. Но чем же тогда воспламенять метательный заряд в стволе? И вот возникла блестящая идея — заменить фитиль кремнем и металлическим кресалом. Изобретение кремневого колесцового замка ознаменовало начало новой эры в истории ручного огнестрельного оружия.

Историки военного дела не первое десятилетие спорят о том, кто же именно изобрел это устройство. Согласны они лишь в одном — колесцовый замок нельзя было придумать, не зная часового механизма с многочисленными колесиками, пружинами и заводными ключами. Поэтому некоторые исследователи склонны верить дошедшим сведениям, что колесцовый замок первым изготовил часовых дел мастер из Нюрнберга Иоганн Кифус и было это в 1517 году. Однако пока не удалось разыскать никаких документальных источников об этом человеке, которые датировались бы XVI веком.

По мнению других, автором колесцового замка был не кто иной, как Леонардо да Винчи. В известном манускрипте «Кодекс Атлантикус» есть рисунок подобного устройства, схема оригинального приспособления для зажигания огня и несколько набросков цепной передачи от заводной пружины к оси колеса. Вполне возможно, Леонардо занимался совершенствованием уже существующего механизма, хотя нельзя исключать и его прямого авторства.

Собственно колесцовый замок представлял собой довольно мудреный агрегат из 35–50 деталей. Важнейшей было стальное колесико с насечками, ось которого соединялась цепью с мощной спусковой пружиной. Перед выстрелом ее заводили специальным ключом, и стоило после этого нажать на спуск, как она раскручивала колесо, оно резко ударяло насечками по кремню, закрепленному на полке, а высеченные искры воспламеняли затравочный порох, а тот — основной заряд.

Улучшая устройство такого замка, мастера вскоре дополнили его стопором, удерживающим колесо во взведенном состоянии, потом придумали сдвижную крышку полки. В XVII веке ввели дополнительную тягу, позволившую взводить пружину одним поворотом курка.

Для повышения точности стрельбы во второй трети XVI века разработали так называемый шнеллер — приспособление, одновременно ускорявшее и смягчавшее спуск. Кроме того, еще в конце XV века появились нарезные стволы, но только в следующем столетии прямая нарезка уступила место винтованной, обеспечивающей вращение пули в полете, — эффективность стрельбы повысилась. Позже колесцовый замок перенесли на внутреннюю часть замочной доски.

Теперь подготовка к выстрелу включала несколько последовательных операций. Сначала стрелок взводил курок, сжимая пружину, затем (так же, как и в фитильном оружии) насыпал порох в ствол и на затравочную полку, опускал в ствол пулю и задвигал крышку полки. После этого пистолет можно было постоянно держать готовым к бою — пока, скажем, не отсыревал порох…

Оружие с колесцовыми замками оказалось неза менимым для караульной службы. Часовой мог в любой момент открыть огонь — отныне ветер и дождь перестали быть досадной помехой. Кавалеристам же пришлись по душе маленькие ружья-пистолеты, которые с середины XVI века стали важным элементом их экипировки. Они имели короткий ствол и тяжелую рукоять с круглым набалдашником и после выстрела, если не было времени для перезарядки, превращались в небольшую, но довольно увесистую булаву. Позднее их стволы удлинили, чтобы придать пуле большую начальную скорость и, следовательно, увеличить дальнобойность и убойную силу, а само оружие постарались по возможности облегчить.

Шведский король Густав-Адольф, оценив подобные ружья-пистолеты, велел, чтобы конники, атакуя отряд пикинеров, сначала обстреливали их с дистанции, «когда видны белки глаз противника», то есть в упор, когда промах исключался, и после этого пускали бы в ход холодное оружие.

Однако английский историк военного дела Петерсон в книге «Оружие мира» счел нужным процитировать несколько неожиданное высказывание автора романа «Дон Кихот». Имея в виду относительно дальнобойные по сравнению с луком (не говоря уже о шпаге) ружья и пистолеты, которые позволяют «низкой и трусливой руке забирать жизнь храбрейшего джентльмена», М.Сервантес сетовал, что «случайная пуля, пришедшая неизвестно откуда, может в один миг положить конец обширнейшим замыслам». Так испанский писатель выразил недовольство дворянства распространением среди неблагородного сословия общедоступного оружия, от которого не защищали великолепные доспехи, коими располагали исключительно представители аристократии.

И у горожан колесцовые пистолеты вызвали поначалу беспокойство. Небольшие, постоянно готовые к бою, они легко укрывались в одежде и поражали на изрядном расстоянии. Не случайно в Гамбурге и некоторых итальянских городах обеспокоенные власти приняли законы, по которым новомодное «дьявольское оружие» строжайше запрещалось носить без специального разрешения. Нарушившим грозило суровое наказание, вплоть до публичного отсечения руки.

…Изготовить колесцовый кремневый замок, состоящий из десятков деталей, было непросто. Не стоило и помышлять о массовом, серийном производстве такого оружия. Лишь отдельные привилегированные подразделения в армиях крупных держав могли позволить себе роскошь обладать им. Именно трудности, связанные с изготовлением колесцовых замков, а также с их починкой в полевых условиях, привели к тому, что и в XVI веке солдат все еще вооружали фитильными ружьями. Впрочем, колесцовые аркебузы, карабины и пистолеты с успехом применялись вплоть до XVIII века, а их охотничьи варианты изготавливали даже до начала следующего столетия.

Надежно ввинченный кремень

Новая система воспламенения боевого заряда появилась еще во второй половине XVI века. Речь идет о кремневом замке. Как мы знаем, в колесцовых системах огонь, поджигавший запальный порох, возникал при неоднократных соприкосновениях кремня со стремительно вращающимся зубчатым колесом. Теперь же искры появлялись при одном, но сильном ударе кремня по стальному огниву. Такой замок оказался проще и, что особенно важно, надежнее колесцового.

По мнению ряда исследователей, кремневый замок разработали испанские или португальские ремесленники. Называют даже имя наиболее вероятного изобретателя — некоего Симона Макуарте, служившего в 60-х годах XVI века в мастерских при дворе испанского короля Карла V. Не исключают, правда, что его создали в те же годы и немецкие мастера.

Однако как тогда понимать, что старейший из сохранившихся кремневых замков изготовлен в 50-е годы XVI века в Швеции? И то, что в недавно найденном декрете городских властей Флоренции, датированном 1547 годом, — горожанам категорически воспрещалось бродить по улицам с огнестрельным оружием, в том числе с кремневыми пистолетами?

Вероятнее всего, кремневый замок изобрели почти одновременно и независимо друг от друга оружейники разных стран. Именно по этой причине по Европе быстро распространились так называемые голландский, испанский, русский, карельский, средиземноморский, прибалтийский, шведский и другие типы этого устройства и их варианты, отличающиеся расположением, формой, отделкой и принципами взаимодействия узлов и деталей.

В русском замке курок, затравочная полка, боевая и подогнивная пружины находились на внешней стороне замочной доски. Кремень зажимался в губки, причем верхняя регулировалась и оснащалась кольцом, с помощью которого курок ставился на боевой взвод. Спусковой механизм располагался на внутренней стороне замочной доски и состоял из прямой пружины с шепталом и спусковой тяги. Когда стрелок нажимал на спусковой крючок, шептало утапливалось и кремень с силой ударял по огниву. В другом варианте вместо боевой и подогнивной пружины имелась одна, двуперая.

В Северной Европе распространился карельский замок со своеобразной формой курка, близкий по устройству к прибалтийскому и шведскому. Боевую пружину сначала ставили на внешней стороне замка, потом перенесли на внутреннюю.

В голландском замке пружины монтировали на внутренней стороне замочной доски, что предохраняло их от грязи и повреждений, курок делали в виде латинской буквы S. Боевая пружина в момент выстрела воздействовала на нижний край стальной колодки (лодыжку), находившийся на оси курка. К верхнему краю крепили стержень, толкавший рычаг затравочной полки, после чего та автоматически открывалась.

Особенностью испанского замка было объединение крышки затравочной полки и огнива. Когда кремень ударял о него, крышка откидывалась и порох на полке воспламенялся, поджигая через затравочное отверстие боевой заряд в стволе. При заряжании замок ставили на предохранитель — важная по тем временам техническая новинка.

В начале XVII века во Франции появился усовершенствованный вариант замка, изобретателем которого обычно считают королевского оружейника Марин ле Бурже. Он объединил скользящую крышку полки с огнивом (этот узел назвали батареей) и придумал шептало, перемещавшееся не горизонтально, как было принято до тех пор, а вертикально, что заметно облегчило спуск. Новинку оценили, и к концу столетия батарейные замки изготавливали почти во всех европейских странах.

Следующим шагом, серьезно повлиявшим на развитие ручного огнестрельного оружия, стало появление удобных, компактных боеприпасов. Речь идет о готовых или, как их прозвали много позже, унитарных патронах. Сперва они представляли собой своеобразную гильзу из непромокаемой бумаги, в которую поочередно упаковывали порох и круглую свинцовую пулю. Причем их делали сами владельцы оружия, придерживаясь установленных норм. В частности, по опубликованному в 1738 году указу французского короля Людовика XV, в гильзе предписывалось содержать 9 г пороха и пулю весом 28 г. Столь же строго регламентировались размеры и форма бумаги, порядок приготовления гильзы.

Перед выстрелом стрелок надкусывал нижний край гильзы, высыпал часть пороха на затравочную полку, а остальное — в ствол. Туда же опускались свинцовая пуля и пыж; после этого заряд уплотнялся шомполом и взводился курок.

Гораздо сложнее заряжалось нарезное оружие — пулю, которая была несколько шире диаметра канала ствола, заталкивали шомполом, ударяя по нему молотком. Позже появились пули с оболочкой из промасленного льна, бумазеи или кожи, не засорявшие нарезы кусочками свинца.

Вот как описывает заряжание кремневого пистолета в «Евгении Онегине» А.С.Пушкин, слывший большим знатоком подобного оружия:

Вот пистолеты уж блеснули.

Гремит о шомпол молоток.

В граненый ствол уходят пули,

И щелкнул в первый раз курок.

Вот порох струйкой сероватой

На полку сыплется. Зубчатый,

Надежно ввинченный кремень

Взведен…

Какими же были боевые характеристики кремневого оружия? В отечественных архивах сохранились сведения о его испытаниях. Оказывается, ружейная пуля весом 33 г, выпущенная при воспламенении заряда в 11 г черного дымного пороха, на дистанции 43 м пробивала добрую дюжину кирас и оставляла солидные вмятины еще на пяти! Замечательно, да только скорострельность при этом не превышала одного выстрела в минуту.

А раньше она была еще ниже. Не зря же в конце XVI века мушкетеров и аркебузеров ставили в один строй с вооруженными копьями пикинерами, которые прикрывали их, пока они перезаряжали свое оружие. Стрелков стали оснащать ножами и кинжалами с круглыми и узкими рукоятками, которые легко вставлялись в дуло, мгновенно преобразуя огнестрельное оружие в холодное. В XVII веке в европейских армиях формировали подразделения пехотинцев, которым вручали гладкоствольные ружья с прикрепленными к стволам штыками, а в отдельных австрийских ротах ввели мушкеты, снабженные пиками. В конце концов клинку отыскали более подходящее место рядом со стволом, но в стороне от мушки, чтобы не мешал прицеливаться.

Вообще у ранних образцов огнестрельного оружия имелась масса недостатков. Мы уже упоминали долгий процесс перезаряжания, можно добавить, что в сырую погоду гас огонь на фитиле, хитроумные колесцовые замки отказывали, когда в пружину попадали пыль, грязь и влага. Нередко солдаты теряли заводные ключи, и грозное оружие превращалось в бесполезный и громоздкий кусок металла. У кремневых систем не ко времени стесывался или в самый опасный момент выскакивал из держателя кремень. И исход схватки зачастую решали более надежные шпага или кинжал.

Поэтому создатели ружей и пистолетов вплоть до XIX века пытались совместить свойства всегда готового к бою холодного оружия и огнестрельного. Результатом их усилий стали пистолет-сабля, пистолет-шпага, пистолет-кортик, пистолет-нож, даже пистолет-рогатина… В наших музеях немало образцов такого оружия, в том числе сработанного западноевропейскими ремесленниками в XVI–XVIII веках. Большая часть подобных экспонатов хранится в Эрмитаже.

Не меньший интерес представляют изделия русских мастеров, собранные в музеях Москвы. Например, в Оружейной палате можно увидеть ружье-бердыш XVII века. Сам бердыш (топор в виде полумесяца на удлиненной рукоятке) с помощью двух втулок прочно насажен на длинный ствол. Аналогичным приемом воспользовались и создатели компактного пистолета-бердыша, хранящегося там же.

В этом универсальном оружии практически невозможно обнаружить одинаковые детали, нет и сходных конструкторских решений. Столь же оригинальны и способы совмещения холодного и огнестрельного оружия.

Комбинированное оружие, в общем-то, не выпускалось во многих экземплярах, подобно обычным ружьям и пистолетам. Его делали исключительно по индивидуальным заказам, учитывая все пожелания будущего владельца. Как правило, за основу брались небольшие, удобные и относительно легкие пистолеты, предназначенные для самообороны и ближнего боя. Забегая вперед, отметим, что в XIX веке бельгийские промышленники выпускали небольшие револьверы «Дольнэ», под стволами которых монтировалось откидное лезвие, а рукоятка одновременно служила кастетом.

В XVII–XVIII веках комбинированные системы нередко изготавливали и в виде стреляющих бытовых предметов, рассчитанных на внезапное применение против злоумышленника в домашних условиях. Со временем такие изделия утратили первоначальное сугубо боевое назначение и превратились в изящные безделушки. Например, в 1782 году тульские мастеровые презентовали императрице Екатерине II оригинальный пистолет-чернильницу-подсвечник из вороненой стали, искусно обработанный и покрытый украшениями. Своеобразна и подставка этого сувенира в виде ног в высоких сапогах с отворотами…

Старинное оружие издавна привлекало любителей и знатоков всевозможных редкостей. Уже в XVII веке в России были известны дворяне, обладавшие замечательными собраниями отечественных и иноземных ружей и пистолетов. В XVIII веке такое собирательство становится модным, а в следующем столетии чуть ли не каждая состоятельная семья считала обязательным иметь домашнюю выставку военно-исторических раритетов. Тогда же появились и коллекционеры-профессионалы, и книги о старинном оружии.

Однако известно подобное собрание иного рода. В Оружейной палате Московского Кремля находятся 526 редчайших образцов холодного и огнестрельного оружия, принадлежавших Петру I. Преобразователь государства Российского прекрасно сознавал: прежде чем браться за переустройство армии и военного производства, следует тщательно изучить все лучшее, что накоплено в своем отечестве и за границей. Иностранное оружие попадало в Кремль как дипломатические дары, общепринятые в те времена, и как специально закупленные модели, и как трофеи. Так постепенно образовалась обширная коллекция образцов из 14 стран Востока и Запада — своеобразные наглядные пособия для разработки отечественной продукции.

Позже, на основании своего и иноземного опыта, Петр I впервые организовал выпуск стандартного вооружения, причем учредил строжайший контроль за его соответствием высочайше утвержденным эталонам. В его царствование штатным оружием пехотных офицеров, драгун и некоторых нижних чинов, например, трубачей и фурьеров, стал пистолет солдатского образца, характеристики которого особо оговаривались специальным указом. Тогда же было установлено количество вооружений для разных подразделений. Так, по расписанию 1720 года в драгунский полк выдавали 500 пар пистолетов солдатского образца, а в пехотный, для унтер-офицеров и капралов, — 72 пары.

Что касается офицерского снаряжения, то оно отличалось гораздо лучшим качеством, отделкой и… несоответствием стандартам. Например, в петровской коллекции можно увидеть пару офицерских пистолетов, оформленных тульскими мастерами в неуставном, но модном тогда немецком стиле. Даже на замке надпись сделана вперемешку русскими и латинскими для пущей убедительности в его иноземном происхождении буквами…

В конце XVIII века господствующим становится стиль ампир, и в орнаменте оружия появляются лавровые венки, гирлянды. Декорировка становится богаче, цветистее, контрастней; мастера все чаще используют полированное серебро и кость. Своеобразным антиподом изощренно украшенному оружию французского типа было простое и строго рациональное английское.

Когда в начале XIX века возник новый вид кремневых пистолетов — целевые, первыми их оценили и облюбовали дуэлянты, а английские мастера незамедлительно выработали его эталонные образцы. Появился этакий стандартный набор — пара изящных дуэльных пистолетов, уложенная в отделанный бархатом или сукном ящик из орехового, черного или палисандрового дерева с выемками под принадлежности для заряжания и чистки.

К месту поединка обычно привозили два комплекта. Кому выбирать первым, определял жребий. После этого секунданты аккуратно заряжали пистолеты, вручали их противникам и разводили их на договоренную дистанцию, а это всего 20, а то и 10 шагов. Стреляли после сигнала…

Самые первые автоматы

Американский писатель Д.Раньон в свое время назвал автоматический пистолет «уравнителем шансов», справедливо полагая, что его владелец наверняка выйдет победителем в схватке с любым Геркулесом, если успеет выхватить пистолет — ведь промах можно поправить следующими выстрелами.

Первые попытки создать скорострельное, многозарядное оружие относятся к XV–XVII векам. В Эрмитаже хранится четырехствольная ручница длиной 755 мм, сработанная западноевропейскими ремесленниками во второй половине XV века. В казенной части ее стволов, помещенных в деревянную колодку и стянутых железными обручами, проделаны запальные отверстия, к которым стрелок поочередно подносил тлеющий фитиль. Четыре выстрела шли с минимальными интервалами — получалась своего рода очередь.

Назвать эту ручницу скорострельной можно, конечно, лишь с известной натяжкой, однако именно такие системы положили начало большому семейству многостволок, создававшихся на протяжении почти двух столетий.

С появлением в XVI веке колесцового замка мастера принялись оснащать им подобное оружие. Сначала стволы монтировали один над другим, а замки, действовавшие независимо, также размещали в два яруса.

Существовала и горизонтальная компоновка — тогда замки крепили справа и слева от стволов. Известна и двухстволка с двухэтажной затравочной полкой, снабженной специальной перегородкой и единым замком. При выстреле сперва поджигался боевой заряд в верхнем стволе, после чего следовало передвинуть заслонку, открывая другую полку, и вновь взвести замок.

К весьма хитроумному техническому решению прибегли позже голландские ремесленники, изготовив в 1710–1720 годах суперпистолет с семью стволами разной длины. У центрального она достигала 217 мм, у остальных, в зависимости от размеров казенников, от 190 до 214 мм. Главной особенностью было замысловатое запальное устройство — искра, выбитая из кремня, сначала поджигала пороховой заряд в правом стволе, потом пламя перебегало по особой дорожке к затравочному отверстию центрального ствола, а затем, практически мгновенно, — к остальным. Так стрелок выпускал очередь из семи пуль. Правда, на перезаряжание такого чудо-оружия уходило в семь раз больше времени, чем обычного пистолета. Да и конструктивно оно было далеко не просто. Но «уравнителем шансов» его счесть все-таки можно.

Не менее сложной оказалась так называемая вендерная система. Она представляла собой пару, а то и больше стволов на многогранной (соответствующей их числу) доске, внутри которой располагалась стальная ось. Один из ее концов плотно входил в узкий паз приклада, на котором находился замок. После каждого выстрела следовало проворачивать доску, подставляя к замку очередной заранее снаряженный ствол.

Недостатков у вендерного оружия было предостаточно, а чаще всего ось и гнездо в прикладе разбалтывались от частого применения и стволы переставали надежно стыковаться с замком.

Русский мастер Первуша Исаев в первой половине XVII века придумал свой вариант многозарядного оружия, поместив пули и порох в поворачивающийся барабан. Таким образом он создал один из первых прототипов казнозарядной системы вообще и револьвера в частности. Другие русские умельцы выпускали пищали, в казенную часть которых вставлялась камора, содержащая пулю и порох, а сама она прочно удерживалась поперечным клином.

В ряде стран делали ружья и пистолеты с вертикальными затворами, которые удерживались винтами, а при перезарядке опускались.

Расширение торговли, почтовой связи, путешествий и мореплавания в конце XVIII — начале XIX века стали одной из причин появления многочисленных моделей так называемого дорожного, или каретного, оружия. От обычного оно отличалось только размерами. Пистолеты, к примеру, легко умещались в карманах и большей частью были двух-, трех — и даже четырехствольными, причем нередко с откидным или жестко фиксированным лезвием. При нападении разбойников отважный путешественник мог сделать без перезарядки несколько выстрелов, а затем отбиваться кинжалом.

В первой четверти XIX века оружие с кремневым замком достигло вершины конструкторского и художественного совершенства, но уже отставало от уровня науки и техники. Близилась пора коренных перемен.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава 9

Из книги Высадка в Нормандии автора Бивор Энтони

Глава 9 «Голд» и «Джуно»Встаринном нормандском городе Кан в то утро жители проснулись гораздо раньше обычного. Когда подтвердились сведения о высадке воздушного десанта, в штабе 716-й пехотной дивизии, который размещался на авеню Багатель, развернулась лихорадочная


Глава V

Из книги Путь к империи автора Бонапарт Наполеон

Глава V Конец революции. – Восстановление во Франции старого порядка. – Кодекс Наполеона. – Его мнение о причинах революции. – Понимание характера французской нации. – Раздражительность и грубость. – Превращение Франции в монархию. – Казнь герцога Энгиенского. –


Глава VI

Из книги Танковые войны XX века автора Больных Александр Геннадьевич

Глава VI Наполеон-император. – Военный деспотизм. – Развод. – Поиски невесты и брак. – Эпоха беспрерывных войн. – Континентальная система. – Начало конца. – Падение Наполеона. – Остров Эльба. – «Сто дней». – Последний акт трагедии. – Ссылка и смерть. Мечта


Глава 14. МАЛЕНЬКАЯ, НО НЕОБХОДИМАЯ ГЛАВА

Из книги Среди богов. Неизвестные страницы советской разведки автора Колесников Юрий Антонович

Глава 14. МАЛЕНЬКАЯ, НО НЕОБХОДИМАЯ ГЛАВА Завершилась Вторая мировая война, и теперь генералы (и маршалы тоже) могли спокойно перевести дух, оглядеться и решить, что следует делать дальше. Собственно, такой вопрос перед ними не стоял, они умели и любили только одно и,