Последние годы

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Последние годы

Как сложилась дальнейшая судьба нашего героя? После сражения при Акциуме Октавиан отправился в Малую Азию и Египет, Агриппа же был послан с неограниченными полномочиями в Рим, так как в Италии снова начались волнения среди ветеранов. Именно Агриппа, пользовавшийся наибольшим авторитетом в армии, смог миром уладить эти дела. При этом документально известно, что Агриппа по приезде в Рим уклонился от всех положенных ему почестей, также как он перед этим трижды отказывался от триумфа, являвшегося в то время высшей мечтой любого римского военачальника. Единственной наградой, которую он позволил себе принять от Октавина за победу при Акциуме, был личный голубой, цвета морской волны, флаг — vexillum — исключительный знак отличия. Согласитесь, что это не слишком много, когда на карту поставлена судьба целого мира!

Агриппа становится ближайшим сотрудником Октавиана и в 28 году до н. э. вместе с ним проводит гражданскую перепись. Император фактически считал Агриппу своим преемником и, заболевая, всегда передавал ему свое кольцо с печатью — символ императорской власти.

На следующий год Октавиан выдал за Агриппу свою племянницу дочь Октавии Марцеллу, породнившись тем самым со своим верным соратником и другом. Брак был заключен по любви, и Агриппа был в нем вполне счастлив. Тогда же Октавиан уже официально объявил о том, что Агриппа является его преемником. А затем властитель Рима устроил обсуждение вопроса, стоит ли ему сосредотачивать в своих руках всю власть или же следует вернуться к старым коллегиальным методам правления. Разумеется, к столь важному обсуждению был привлечен и Агриппа.

— Ты хочешь услышать от меня то, что будет приятно тебе, или то, что думаю я? — спросил у Октавиана Агриппа.

— Я хочу, чтобы ты сказал правду! — кивнул тот.

— Хорошо! Тебе известно, что я приобрел для себя немало благ за время твоего пребывания у власти, однако я все равно считаю, что неограниченная власть погубит Рим! Я за равноправие и против единовластия!

— Спасибо за честность! — мрачно кивнул Октавиан.

Обсуждение было на этом завершено, и более к этому вопросу Октавиан уже никогда не возвращался. И хотя внешне в отношениях двух друзей вроде бы ничего не изменилось, на самом деле некоторое взаимное охлаждение все же наступило.

К чести Агриппы, он по-прежнему оставался самым верным соратником Октавиана во всех его делах.

В 25 году до н. э. Октавиан Август усыновил своего восемнадцатилетнего племянника (сына Октавии) Марцелла и выдал за него замуж свою шестнадцатилетнюю дочь Юлию. Отныне наследником Октавиана становился Марцелл. Агриппа отнесся к этому шагу достаточно спокойно, но мальчишка Марцелл начал плести вокруг Агриппы одну интригу за другой.

Чтобы не осложнять жизнь Октавиана, Агриппа добровольно отправился в изгнание в качестве наместника Сирии. До Сирии Агриппа, впрочем, не доехал, а остановился на острове Лесбос. Спустя два года умер несостоявшийся император Марцелл, и Агриппа по просьбе Октавиана возвратился в Рим. Октавиан тут же передал ему свою личную печать, возвратив Агриппе тем самым титул наследника. Тогда же состоялась свадьба Агриппы с только что овдовевшей дочерью Октавиана Августа Юлией. Однако перед этим Агриппе пришлось развестись с любимой им Марцеллой, хотя у них уже были дети. Расторжению своего счастливого брака Агриппа долго сопротивлялся. Но Октавиан все же смог его убедить, сославшись на интересы государства. Этот сугубо политический брак, впрочем, не принес счастья никому из новобрачных. Гений морских битв оказался совершенно беззащитным перед распутством собственной супруги. К большому сожалению, новая жена Агриппы, мягко говоря, не отличалась супружеской добродетелью, а потому имя ее осталось в анналах истории как символ крайней степени развращенности наряду с пресловутой Мессалиной. Да и разница в возрасте давала себя знать: если Агриппе было уже хорошо за сорок, то Юлии едва минуло восемнадцать. Совместная жизнь супругов длилась девять лет. За это время Юлия родила от Агриппы пять детей, сыновей Гая, Луция и Агриппу Постума, дочерей Юлию Младшую и Агриппу Старшую. Юлия Старшая вовсю изменяла Агриппе с неким Семпронием Гракхом, «человеком знатным, наделенного умом и злоречением». Дело закончилось тем, что, не выдержавший рассказов о любовных похождениях собственной дочери, Август Октавиан собственноручно лишил ее всех наследственных прав и навсегда сослал на остров Тример в Адриатическом море.

В отличие от собственной жены, римляне очень любили немногословного и скромного Агриппу. Он платил им тем же. Агриппа до конца своих дней неустанно занимался благоустройством родного города. Он построил в Риме большой пантеон в честь всех богов. На входе в него он установил большую скульптуру Юлия Цезаря, а по сторонам более маленькие — Октавиана и свою. Именно Агриппа создал первые римские общественные бани-термы. Именно Агриппа построил и первые римские водопроводы, которые действуют и по сей день, снабжая город самой вкусной водой. Любопытно, что когда однажды римский плебс начал жаловаться Октавиану на недостаток дармового вина, то император ответил так:

— Агриппа, как известно, построил достаточно водопроводов, чтобы никто из вас не страдал от жажды!

Да и всемирно знаменитый римский фонтан Треви, в который по поверью необходимо бросить мелкую монету, чтобы еще раз вернуться в Рим, тоже построил Агриппа!

В последние годы своей жизни Агриппа провел еще одну решительную революцию в римском флоте, на сей раз административную. Весь римский военно-морской флот он разделил на отдельные флоты. Два главнейших из них — Юлианский и Равеннский — он предназначил для обеспечения господства на Средиземноморье. Первый из них он разместил в южной части Средиземного моря с главной базой в порту Юлия (у Мизенума) для господства в южной и западной части Средиземноморья. Второй, Равенский, — в составе 250 кораблей в северной части Адриатики у Равенны. Этот флот должен был контролировать всю восточную часть Средиземного моря, которая сильно страдала в ту пору от пиратских набегов. Помимо двух основных флотов было образовано дополнительно еще и несколько отдельных эскадр: у берегов Сирии, Африки, в Галлии и в Понте. Служба на последней эскадре считалась наиболее тяжелой из-за северного климата, а потому моряки-понтийцы пользовались целым рядом льгот, в том числе и облегченным принятием в римское гражданство.

Историк А. А. Хлевов в труде «Морские войны Рима» пишет. «Политика власти во внутренних морях была ориентирована всецело на поддержание торговли подданных Империи. Уже в эпоху Октавиана Августа была определена структура имперского флота позднейших веков. Постоянных мест дислокации у него было два: Равенна на Адриатике и Мизены в Неаполитанском заливе. Соответственно дислокации эти эскадры именовались Равеннским и Мизенским флотами. Первому вменялось в обязанность господствовать над Восточным Средиземноморьем и поддерживать в нем порядок, второму — выполнять аналогичные задачи в Западном Средиземноморье. К каждому из флотов прикомандировывался отряд кадровых моряков численностью в несколько тысяч человек.

Кроме двух главных баз были и второстепенные. В частности, отряд кораблей базировался в Нарбоннской Галлии. Изначально это были таранные суда, захваченные в битве при Акции и посланные Октавианом Августом с должным числом гребцов в Форум Юлия (современный Фрежюс) близ Массилии. В дальнейшем, по мере обветшания, суда заменялись новыми. Эта база предназначалась для обеспечения контроля над галльским побережьем и Испанией, но уже через несколько десятилетий она захирела и пришла в упадок, а ее функции были возложены на Мизенский флот.

Отдельная небольшая эскадра занималась охраной переправы через Ла-Манш и Па-де-Кале, обеспечивая безопасность сообщения в этом регионе и связь с Британией. Впрочем, особое значение эта так называемая Гезориакская эскадра приобрела лишь в III столетии н. э.».

После войны в Галлии и Германии Агриппа совершил успешный военный поход на восток в Палестину и на Черное море. В 18 году до н. э. получил власть трибуна как коллега и соправитель Октавиана Августа. В следующем году он как глава жреческой коллегии вместе с Августом организовал праздник возрождения Рима. Через два года он получил продление власти трибуна еще на пять лет; к этой власти была присоединена верховная власть во всех провинциях государства. Знаменательно, что в последнем походе ему помогал печально известный иудейский царь Ирод. После того как понтийцы без всякого сопротивления покорились Риму, Агриппа возвратился на родину. Последним делом Агриппы было устройство Паннонии. В Кампании он серьезно заболел и там же умер в 12 году новой эры на 51-м году жизни. Подробности болезни и смерти его нам неизвестны.

Историк пишет: «Полководец и политический деятель, Агриппа не претендовал на верховную власть в стране. Он направлял свои силы на умиротворение римского государства и реорганизацию военного единовластия в рамках конституции. Крупным его делом явилось составление по греческим источникам и на основании работ римских землемеров общей карты Римского государства, копия которой была выставлена на портике его имени в Риме. Эта карта с сопровождающими ее описаниями легла в основу „Истории природы“ Плиния и, возможно, труда Страбона».

Со смертью Агриппы влияние его имени продолжало сказываться на политике Рима. Дело в том, что вся первая династия римских императоров, известная как династия Юлиев-Клавдиев, состояла из прямых потомков Агриппы. Тем самым потомки Агриппы на протяжении последующих двух веков распоряжались судьбой всего тогдашнего цивилизованного мира, а поэтому следует сказать хотя бы несколько слов и о них.

Будущий римский император Тиберий являлся зятем Агриппы и был женат на его дочери от первого брака Випсании Агриппине, которую он очень любил. Затем по воле Октавиана Тиберий женился на старшей из дочерей Агриппы Юлии Младшей, столь же распутной, как и ее мать Юлия Старшая. Свою жену Тиберий не переносил и был в браке несчастлив.

После смерти Агриппы Октавиан Август усыновил сыновей Агриппы Гая и Луция, желая сделать их своими наследниками, так как не имел собственных сыновей. Но оба мальчика умерли в молодом возрасте. Затем Октавиан Август усыновляет младшего сына Агриппы Агриппу Постума и Тиберия, сына своей жены Ливии от ее первого брака. Однако младший сын Агриппы отличался столь буйным и жестоким характером, что, намучившись с ним, Август в конце концов признал Агриппу Постума негодным к руководству империей и выслал в Суррент (Сорренто). Там Агриппа Постум окончательно лишился рассудка. В минуты откровений Октавиан Август порой признавался близким:

— Все мое существование отравляют три вечные болячки: распутницы Юлия Старшая и Юлия младшая да безумец Агриппа Постум!

Позднее, уже после смерти Октавиана в 14 году новой эры, Агриппа Постум будет убит по приказу Тиберия, не без оснований боявшегося, что безумца могут использовать в борьбе против него.

Сам Тиберий имел от брака с любимой им Випсанией Агриппиной (дочерью Агриппы от первого брака) сына Друза Юлия Цезаря, отличавшегося умом и доблестью. Но судьба внука Агриппы была несчастлива. Он был отравлен заговорщиками. Сын Друза Тиберий Гемела будет убит еще совсем юным Калигулой.

Одна из дочерей Агриппы Агриппина Старшая станет женой талантливого полководца Германика, сына Друза Старшего. Судьба этой мужественной женщины была трагична. Ее мать Юлия Старшая умерла в ссылке, в ссылке умерла и сестра Юлия Младшая, все три брата также ушли из жизни очень молодыми, муж Германик был отравлен, трое детей умерли в детстве, а остальные шесть были убиты в разное время. Один из детей Агриппины Старшей Каллигула станет императором. Этот внук Агриппы оставит о себе недобрую память. Еще одна дочь Агриппины Старшей Агриппина Младшая будет выдана замуж за императора Клавдия и станет матерью следующего императора Нерона. Эта внучка Агриппы отличалась небывалым честолюбием и жаждой власти, вследствие чего была убита собственным сыном. Последним представителем династии Юлиев-Клавдиев был небезызвестный Нерон.

Что и говорить, потомки Агриппы принесли Риму немало горя. Но можно ли судить за это самого Агриппу? Существует поговорка, что дети не отвечают за грехи отцов. Перефразируя ее, мы можем сказать, что и предки не отвечают за грехи своих отдаленных потомков.

В данном очерке автор смог лишь в самых общих чертах обрисовать биографию и деяния Агриппы. Однако даже из этого видно, какую выдающуюся роль сыграл он в тогдашний период мировой истории. Вне всяких сомнений, что Агриппа занимал в Римской империи того времени наиболее значительное место после Августа, которого он, впрочем, превосходил во всех отношениях и как человек, и как полководец, и как флотоводец.

Независимо от его государственной и чисто военной деятельности, которые, впрочем, тоже обличают в Агриппе выдающегося государственного мужа и полководца, его успехи как флотоводца не имеют себе равных в военно-морской истории.

Как флотоводец Агриппа дал три генеральных сражения — при Миле, при Навлохе и, наконец, при Акциуме. При этом все три он выиграл, а в двух не только нанес противнику сокрушительное поражение, но и во многом изменил всю мировую историю. А потому давайте еще раз вспомним Марка Випсания Агриппу не только как великого флотоводца, но и человека чести. Согласитесь, что память о таких людях должна быть священна во все времена!

Данный текст является ознакомительным фрагментом.