Доты против танков

Доты против танков

Запертые в Брестской крепости войска смогли оказать серьезное сопротивление наступающей немецкой пехоте. Однако невыход основных сил 42-й и 6-й стрелковых дивизий на позиции на границе означал оголение назначенных им участков. Оборона этих участков легла на части 62-го Брестского укрепленного района. УРы (укрепленные районы) на новой границе начали строиться с 1940 г. Рекогносцировка границы на предмет строительства УРов началась под руководством лучших советских инженеров-фортификаторов, в том числе генерала Д. М. Карбышева, уже осенью 1939 г. Как правило, укрепрайон по фронту достигал 100–120 км и состоял из 3–8 узлов обороны. Каждый узел обороны состоял из 3–5 опорных пунктов. Узел обороны укрепрайона занимался отдельным пулеметно-артиллерийским батальоном. Система УРов на новой границе получила неофициальное наименование «линия Молотова». Она должна была стать созданной по последнему слову тогдашней фортификационной техники системой линий обороны, надежной опорой приграничных армий. Доты на «линии Молотова» были защищены стенами толщиной 1,5–1,8 м, а толщина перекрытий до 2,5 м. Если лишь небольшая часть ДОС «линии Сталина» на старой границе была артиллерийскими, то на «линии Молотова» орудиями калибра 76,2 мм и 45 мм предполагалось оснастить почти половину сооружений. Артиллерийское вооружение имелось не только в большем количестве, но и в лучшем качестве. Высокую оценку немцев впоследствии получили шаровые установки 76,2-мм капонирных орудий Л-17, эффективно защищавшие гарнизоны артиллерийских дотов от огнеметов. Кроме того, УРы «линии Молотова» помимо 45 мм и 76,2 мм орудий, установленных в дотах, имели и собственные артиллерийские части с гаубичной артиллерией.

Убитый водитель советского автомобиля.

«Линия Молотова» могла сыграть важную роль в начальный период войны при выполнении двух условий. Во-первых, она должна была быть достроена, а во-вторых, УРы должны были быть заняты войсками, а не только гарнизонами сооружений. Однако хотя УРы ЗапОВО были в достаточно высокой степени готовности, число построенных и боеготовых сооружений было невелико (см. таблицу).

Хотя по плану Брестский УР не должен был быть самым сильным, фактически в июне 1941 г. он был лидером по числу построенных сооружений. Однако не все построенные доты были обсыпаны и замаскированы. Отсутствие земляной обсыпки не только маскировало бетонные коробки, но и закрывало трубы подходивших к ним кабелей. Впоследствии трубы коммуникаций стали «ахиллесовой пятой» многих дотов, позволявших немцам подрывать их или вводить внутрь сооружений огнеметы.

Каждый дот «линии Молотова» был маленькой крепостью, способной действовать автономно. Многие из них были двухэтажными, оснащались электрогенераторами, вооружались пушками и пулеметами. По плану, они должны были стать «скелетом», на который опираются занявшие оборону вдоль границы дивизии. 22 июня дотам и пулеметно-артиллерийским батальонам УРов пришлось вести бой самостоятельно.

Вот так описывает ночь с 21 на 22 июня сержант 18-го отдельного пулеметного батальона 62-го Брестского УРа командира двухорудийного дот В. Ф. Осауленко: «Наш гарнизон назывался Красный, так как из красного кирпича были сделаны казармы, столовая, склады… Стояли палатки для переменного состава на 150–200 человек. В метрах тридцати от нас была штабная казармочка (штабной корпус), в которой находились штабные работники, писаря, заведующие складов. Они имели винтовки и гранаты. Наша же казарма находилась где-то в метрах 70—100 от проходной. Рядом с нами располагался северный гарнизон сухопутных войск города Бреста. Там была стрелковая дивизия, несколько танковых и артиллерийских полков, но к 22 июня он был пустой совершенно — 17-го числа все выехали в лагеря. Поэтому когда война началась, мы напрасно ждали какой-нибудь помощи. Кроме того, все командиры наши отсутствовали. Часть находилась в крепости, а часть жила в городке между гарнизоном и крепостью. Вечером 21 июня они ушли все, конечно, без оружия. Все их оружие было у меня под замком, как у дежурного. Как много погибло из офицеров и генералов, это жуть! В ночь на 22-е заступил дежурным по батарее. Здесь же, в самом городке, в ту ночь находился в основном и мой взвод. Заступив, отправил ребят на танцплощадку в город, это в километрах 3–4, куда мы бегали к девчатам. Через какое-то время, полчаса-час, появляется командир нашей первой батареи: „Как вы там? Ребят подготовь как следует. Предупреди, чтобы все дружно возвратились домой. В понедельник мы начнем загружать доты боеприпасами и продовольствием“.

Когда вернулись с танцплощадки ребята, подходит ко мне товарищ мой украинец Решетило (у нас пополнение пришло из Самарканда и Украины), который был вторым номером на пулемете „Максим“: „Володя, ты знаешь, мне очень неприятную вещь сказала моя подружка“. — „Что она тебе сказала?“ — „Она сказала, что нам завтра будет очень плохо“. — „Почему?“ — „Завтра начнется война“. Я подумал, что хоть девчонка и говорит такое, но ведь старшие командиры молчат, и, наверное, она ошибается. Часиков в 12 или в час ночи в Германию ушел состав с толкачом.

Немецкие солдаты осматривают первые трофеи.

Примерно в 2 часа ночи подбежал ко мне повар. „Володя, на кухне отключена вода! Завтрак я не могу готовить“. Через 10–15 минут он выскакивает опять: „Отключили электричество!“ Я понял, что девчонка права. И тут где-то в полчетвертого уже раздается могучий гул сотен самолетов, которые перелетают с запада на восток, на нашу территорию. Я понял, что это война! Побежал в штаб, там должен был быть офицер, дежурный по гарнизону. Никого нет. Я схватил трубку, чтобы позвонить начальнику штаба. Телефон не работает. Все-линии были порезаны. Я побежал в казарму: „Боевая тревога! Быстро хватайте „Максимы“, винтовки, патроны, и согласно боевому расписанию занимайте оборону“. И когда последние из солдат уже выбегали из казарм, раздался фантастический грохот. Мы сразу не поняли, откуда такие мощнейшие взрывы над цитаделью — самолетов же не было. А там, напротив крепости, стояли 600-мм пушки! Можете себе представить, какой от них грохот. Первые минуты… Растерянность… Даже мост взорвать из Бреста в Тересполь не успели! Сразу же через него повалили немцы. И браво начали нас окружать, и где-то через час — час с лишним они появились в проходной прямо перед нами… А ребята-то все были сонные, но они быстро организовались и очень хорошо встретили этот немецкий поток. Часть заняла окопы перед фортом — учебные и на случай неприятностей — мы думали, что они фактически не нужны будут нам. Ребята с этих окопчиков палили из пулеметов и винтовок. Часть бойцов заняла оборону в помещении штаба.

Со старой границы мы привезли десятка два „Максимов“ и штук 8—10 использовали, когда все это началось. Заняли позиции в столовой с пулеметами, и ребята открыли мощный огонь. Решетило и я ходили, командовали. Потом я лег за пулемет. После второй атаки (прошло, наверное, часа полтора-два с начала войны) появился броневик, но ребята с ним справились очень быстро. Только вошел на проходную, и его подбили прямо там гранатами и огнем из пулеметов. Наверное, пуля в смотровую щель попала и убили шофера… Опять отступили, а потом вновь пошли.

С левой стороны, прямо перед нами, появилась девятка самолетов. Я потом уже узнал, что это Ю-87, так называемые, лапотники и набросились на окопы перед укреплением… Ни один человек не пришел после этого удара. Представляете себе, на каких-то 100 метров 9 пикировщиков…

Тут мы заметили, что немцы решили нас окружить. Кроме того, у нас заканчивались боеприпасы — остались только НЗ-патроны (по 2 коробки на пулемет). Поэтому я дал команду открыть мощный огонь из пулеметов и винтовок и уходить. Тогда ни у кого часов не было, может быть, 2–3 часа оборонялись. Мы отошли в конец своего гарнизона, не зная, что немцы уже там. Решили рвануться к Северному гарнизону. Я с еще одним пограничником первым пробежали расстояние до Северного гарнизона. Началась стрельба, мы кувыркались, ползли… Прошли мы оба. А вслед ребята, оставшись без командира, рванулись все вместе, 40–60 человек. Как телята… Немцы открыли массированный огонь с автоматического оружия. Сюда больше никто не пришел. Может быть, они не все были убиты, но мы подойти туда не могли, потому что немцы тут же сразу пошли в атаку. Итак, из нашего подразделения один я остался жив. Во второй батарее ни одного человека не осталось. В третьей батарее еще остался жив один солдат по фамилии Чиж. Вот так за 2–3 часа войны из отдельного батальона остались 2 человека…»

Утром 22 июня гарнизоны дотов оказались в той же ситуации, что и части дивизий приграничных армий. Им нужно было по тревоге покинуть казармы и выйти на позиции. С учетом того что доты стояли близко от границы, времени на это практически не было. Командир взвода 18-го опаб А. К. Шаньков вспоминал: «С нападением гитлеровцев доты пришлось занимать под огнем. Это вызвало большие потери. Из 18 солдат и сержантов моего взвода в дот пробрались только пять… За снарядами, патронами и продуктами бойцы ползали на склад уже в ходе боя… Защитники нашей роты держались стойко. Особенно упорно отстреливались доты младших лейтенантов Москвина, Орехова, Глинина… Командир роты лейтенант Веселов погиб к исходу второго дня… У нас почти не осталось боеприпасов, взять их было негде. Склад взлетел на воздух еще 22 июня… Оборонительные сооружения, занимаемые ротой, из-за своей малочисленности не прикрывали друг друга огнем. Используя это, вражеская пехота и саперы подобрались к самому доту, начали забрасывать его связками гранат, заливать горючими веществами. Через вентиляционные отверстия в дот проникали газы. Я получил ранения в руку, ногу и грудь…»

На оголенные из-за невыхода на позиции частей 6-й и 42-й дивизий участки обрушился удар 2-й танковой группы Г. Гудериана. Она также строилась «проходческим щитом» — в центре армейский корпус (XII), а по обе стороны от него по одному моторизованному корпусу. Севернее Бреста наступал XXXXVII моторизованный корпус, а к югу — XXIV. В арсенале сил вторжения было немало техники, которая первоначально предназначалась для войны на Западе, а в 1941 г. была использована против Советского Союза. Помимо уже упоминавшихся выше 600-мм мортир можно назвать пикирующие бомбардировщики Ju87R. Первоначально эта модификация с увеличенной дальностью полета предназначалась для морских ТВД. Однако самой известной технической новинкой стали так на-зываемые «ныряющие» танки (U-Panzers или Tauchpanzers). Танки Pz.lll-Pz.IV и штурмовые орудия Stug III оборудовались аппаратурой подводного вождения Z-w, позволяющей преодолевать водные преграды глубиной до 5 м с жесткой трубой-«шнорхелем» или 15 м с гибкой трубой-шлангом и дополнительным насосом (в 1941 г. имелось оборудованных таким образом 120 танков Pz.Ill,40 танков Pz.IV и 40 Stug III). Первоначально эти танки и штурмовые оружия должны были использоваться в операции «Морской лев» — вторжении в Англию. Их предполагали сгружать с барж неподалеку от берега, чтобы они затем по дну шли к побережью и с ходу вступали в бой. Утром 22 июня «ныряющие» танки были использованы для преодоления по дну пограничного Буга.

Гудериан позднее вспоминал об этих событиях: «В роковой день 22 июня 1941 г. в 2 часа 10 мин. утра я поехал на командный пункт группы и поднялся на наблюдательную вышку южнее Богукалы (15 км северо-западнее Бреста). Я прибыл туда в 3 часа 10 мин., когда было темно. В 3 часа 15 мин. началась наша артиллерийская подготовка. В 3 часа 40 мин. — первый налет наших пикирующих бомбардировщиков. В 4 часа 15 мин. началась переправа через Буг передовых частей 17-й и 18-й танковых дивизий. В 4 часа 45 мин. первые танки, 18-й танковой дивизии форсировали реку. Во время форсирования были использованы машины, уже испытанные при подготовке плана „Морской лев“. Тактико-технические данные этих машин позволяли им преодолевать водные рубежи глубиной до 4 м.

В 6 час. 50 мин. у Колодно я переправился на штурмовой лодке через Буг. Моя оперативная группа с двумя радиостанциями на бронемашинах, несколькими машинами повышенной проходимости и мотоциклами переправлялась до 8 час. 30 мин. Двигаясь по следам танков 18-й танковой дивизии, я доехал до моста через р. Лесна, овладение которым имело важное значение для дальнейшего продвижения 47-го танкового корпуса, но там, кроме русского поста, я никого не встретил. При моем приближении русские стали разбегаться в разные стороны. Два моих офицера для поручений вопреки моему указанию бросились преследовать их, но, к сожалению, были при этом убиты.

В 10 час. 25 мин. передовая танковая рота достигла р. Лесна и перешла мост. За ней следовал командир дивизии генерал Неринг. В течение всей первой половины дня я сопровождал 18-ю танковую дивизию; в 16 час. 30 мин. я направился к мосту, дорога через который вела в Колодно, и оттуда в 18 час. 30 мин. поехал на свой командный пункт».

В дальнейшем соединения XXXXVII моторизованного корпуса успешно продвигались вперед. В 12:00–13:00 18-я танковая дивизия корпуса столкнулась с частями двигавшейся к границе 30-й танковой дивизией 14-го мехкорпуса. Состоялся первый танковый бой в полосе Западного фронта. Советская танковая дивизия (командир — полковник СИ. Богданов, будущий командующий 2-й гв. танковой армии) была вооружена только танками Т-26, и ее частям удалось только приостановить наступление немцев. Командующий группой армий «Центр» Федор фон Бок записал в дневнике: «Пока у всех все идет гладко; только у Лемельсена [командир XXXXVII моторизованного корпуса] наблюдаются трудности с переправой через Буг. Должно быть, потому, что подъездные пути к военным мостам здесь проложены по болотистой местности».

К югу от Бреста утром 22 июня Буг форсировал XXIV моторизованный корпус Гейера фон Швеппенбурга. 3-й танковой дивизией этого корпуса командовал Вальтер Модель, будущий фельдмаршал и один из самых известных в наши дни немецких военачальников Второй мировой войны. Если для захвата мостов в районе Бреста были задействованы «бранденбургеры», то к югу от него никаких специальных операций не планировалось. В 3-й танковой дивизии было несколько «ныряющих» Pz. HI, а для постройки наплавного моста соединению был придан батальон понтонеров. Деятельный Модель решил, что он и без «Бранденбурга» сможет захватить мосты внезапной атакой. Для этого с разрешения Гудериана им было сформировано специальное подразделение пехоты саперов. Они должны были за 20 минут до первых выстрелов атаковать гарнизон и разминировать мост. План Моделя сработал на все 100 %, и в 3:11 22 июня офицер XXIV корпуса сообщил в штаб Гудериана, что мост захвачен. Когда фронт сотрясала артиллерийская подготовка, танки дивизии Моделя уже переправлялись через Буг по захваченному мосту.

Часовое прерывание связи между штабом 4-й армии и штабом округа привело к тому, что на восточном берегу Буга части 3-й танковой дивизии поначалу никто встретил. Первые донесения командиров боевых групп в штаб соединения звучали даже немного странно:

3:25 Боевая группа «Клееман» сообщает, что не встречает никакого сопротивления противника.

3:30 Боевая группа «Аудорш» сообщает, что вражеской реакции в ее секторе нет.

3:50 3-й пехотный полк уже форсировал Буг, так же как и первые танки танкового полка.

Первые березовые кресты. Уже к вечеру 22 июня простые немецкие солдаты поняли, что многие из них останутся в России навсегда.

К югу от Бреста по плану прикрытия должна была занимать позиции советская 75-я стрелковая дивизия. Приказ о приведении в боевую готовность командир дивизии генерал-майор С. И. Недвигин получил только после 4 часов утра. Никаких предварительных распоряжений полкам он не отдавал. Полки соединения, хотя они не были так скучены, как части в Брестской крепости, понесли большие потери от артиллерийского огня и авиации противника. В первые часы войны продвижение 3-й танковой дивизии в большей степени сдерживалось дорожными условиями, нежели сопротивлением советских войск. Заболоченная местность даже заставила развернуть дивизию Моделя немного вправо, в полосу наступления соседней 4-й танковой дивизии. Два немецких соединения двинулись в затылок друг другу в обход Бреста с юго-запада. Фактически Брест словно оказался между двух бушующих стальных потоков — с севера и юга город и крепость обходили немецкие моторизованные корпуса.

Еще одной жертвой мышеловки брестских казарм стала 22-я танковая дивизия 14-го механизированного корпуса. При выборе ее расположения удобство размещения точно так же, как и в случае с 6-й и 42-й стрелковыми дивизиями, было принесено в жертву безопасности. Дивизия размещалась в южном военном городке Бреста всего в 2,5–3,5 км от государственной границы. Он находился на ровной местности, хорошо просматриваемой со стороны противника. Утром 22 июня на городок обрушился артиллерийский огонь, за которым последовали налеты авиации. Дивизия не была поднята по тревоге к началу артподготовки и поэтому в результате артобстрела погибли и получили ранения многие солдаты и командиры, а также члены семей командного состава. Усугубило ситуацию скученное расположение частей дивизии. Солдаты спали на 3—4-ярусных нарах в общежитиях, а офицеры с семьями жили в домах начсостава поблизости от красноармейских казарм. От ударов артиллерии и авиации 22-я танковая дивизия также потеряла значительное количество техники. Утром 22 июня в расположении дивизии был настоящий ад. Загорелись и затем взорвались артиллерийский склад и склад горюче-смазочных материалов дивизии.

Крестьяне покидают пылающую деревню.

С началом артиллерийского налета была объявлена боевая тревога. По плану прикрытия дивизия должна была следовать в район Жабинки, к востоку от Бреста. В условиях мирного времени это была бы рутинная процедура. В условиях, когда городок дивизии оказался на направлении главного удара противника, выход к Жабинке стал продолжением утреннего ада. Как только артиллерийский огонь противника начал затихать, начался сбор людей, танков и автомашин. С 6 до 8 часов части 22-й танковой дивизии под огнем противника беспорядочно переправлялись через р. Мухавец по мостам юго-восточнее Бреста и у Пугачево, стремясь возможно быстрее выйти в район Жабинки. Те подразделения дивизии, которые не имели танков и оказались без автомашин, под командованием заместителя командира дивизии полковника И. В. Коннова направились через Пугачево на Радваничи. Это были подразделения мотострелкового и артиллерийского полков, пешие подразделения танковых полков, а также отдельные части и тыловые подразделения дивизии. Личный состав их следовал на Радваничи пешком, причем многие солдаты из числа вновь призванных не имели оружия. Значительная часть артиллерии дивизии была уничтожена огнем противника или из-за отсутствия средств тяги осталась в парках. Это предопределило весьма ограниченное использование остатков дивизии в боях первых дней войны.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ИСТРЕБИТЕЛИ ТАНКОВ

Из книги Техника и вооружение 2000 11-12 автора Журнал «Техника и вооружение»

ИСТРЕБИТЕЛИ ТАНКОВ Все возрастающее число советских танков на фронте требовало от немцев все больше эффективных противотанковых орудий. Ни хорошо себя зарекомендовавшие пушки 8.8 cm Рак36 и Рак43/ 41 на механической тяге, ни противотанковые самоходные установки Pz Jag, ни


ИЛ -2 Против танков

Из книги Техника и вооружение 2001 07 автора Журнал «Техника и вооружение»


Появление танков

Из книги Техника и вооружение 2001 11-12 автора Журнал «Техника и вооружение»

Появление танков Такой явно нереализуемый «гусеничный бронепоезд» с командой в 200 человек, вооруженный пушками и митральезами, по мнению Буйена, должен был стать «самым грозным орудием войны» (1874 г.)15 сентября 1916 года на реке Сомме вышли в бой первые 32 английских танка.


ПЕХОТА ПРОТИВ ТАНКОВ

Из книги Техника и вооружение 2002 02 автора Журнал «Техника и вооружение»

ПЕХОТА ПРОТИВ ТАНКОВ


ПАНЦЕРЫ ПРОТИВ ТАНКОВ

Из книги Великая танковая война, 1939–1945 автора Барятинский Михаил

ПАНЦЕРЫ ПРОТИВ ТАНКОВ Итак, итогом сражений июня — июля 1941 года стал разгром практически всех механизированных корпусов, дислоцировавшихся в приграничных военных округах. С 22 июня по 9 июля 1941 года потери Красной Армии составили 11 712 танков (среднесуточные 233


Назначение танков

Из книги Великая Отечественная катастрофа — 3 автора Морозов Андрей Сергеевич

Назначение танков Танки появились в самый разгар Первой мировой войны. Их необходимость была вызвана «позиционным тупиком», в котором неожиданно для себя оказались тогда воюющие стороны. Ничейная полоса, насквозь простреливаемая бесчисленными пулеметами и шрапнелью,


Истребители танков

Из книги Panzerhaubitze 2000 автора Боевые машины мира Журнал

Истребители танков Истребители танков, или противотанковые самоходные артиллерийские установки (САУ), создаваемые на основе шасси боевых танков, появились в результате необходимости создания менее дорогостоящего оружия. Их разработка следовала тому же принципу, что и


«Мясорубка» на реке Псёл: пехота против танков

Из книги Прохоровское побоище. Правда о «Величайшем танковом сражении» автора Замулин Валерий Николаевич

«Мясорубка» на реке Псёл: пехота против танков Не менее сложно развивался контрудар и в полосе наступления 5-й гв. А генерал-лейтенанта А. С. Жадова. Особенно тяжелые и кровопролитные бои вели ее стрелковые дивизии в излучине Псёла. Здесь действовали два соединения 33-го


«Панцеры» против «непробиваемых» французских танков

Из книги «Танковая дубина» Сталина автора Мелехов Андрей Михайлович

«Панцеры» против «непробиваемых» французских танков В чем отличие судеб немецких «панцеров» Pz.III и Pz.IV в сравнении с военными биографиями советского Т-26 и легких чешских танков? Прежде всего в том, что после рождения, обладая соответствующим потенциалом, «немцы»


Июнь 1941 года: «панцеры» против советских танков

Из книги Как России победить Америку? автора Маркин Андрей Владимирович

Июнь 1941 года: «панцеры» против советских танков Были ли германские танки после описанной выше модернизации способны на равных вести бой со средними и тяжелыми советскими боевыми машинами в июне 1941 года? Заглянем в таблички и твердо ответим: нет! Я специально составил


Заслоны против танков

Из книги Истребитель ЛаГГ-3 автора Якубович Николай Васильевич

Заслоны против танков Разумеется, описанные выше китайские заслоны не были в состоянии воспрепятствовать проходу танков, а равно обеспечить полную непроходимость дороги для американцев. Стрелковым оружием и минометами танки не остановишь. Использования китайцами


Про вшей и ДОТы

Из книги Солдатский долг [Воспоминания генерала вермахта о войне на западе и востоке Европы. 1939–1945] автора фон Хольтиц Дитрих

Про вшей и ДОТы В 1944/45 гг. возможность удержания позиции, опирающийся на ДОТ или иное подобное сооружение во многом определялось артиллерийской поддержкой из глубины[368].Другим фактором была возможность обстрела местности вокруг них с соседних немецких позиций[369].В этой


ПРОТИВ ТАНКОВ

Из книги Танковые войны XX века автора Больных Александр Геннадьевич

ПРОТИВ ТАНКОВ Звено самолётов К-37 (Гу-37) с пушкой Ш-37 впервые использовалось в боях на московском направлении в октябре 1941 г. в составе 43-й авиадивизии. Тогда мощное вооружение этих машин не удалось использовать в полной мере из-за многочисленных конструктивных и


ПРОТИВ ТАНКОВ

Из книги автора

ПРОТИВ ТАНКОВ Звено самолётов К-37 (Гу-37) с пушкой Ш-37 впервые использовалось в боях на московском направлении в октябре 1941 г. в составе 43-й авиадивизии. Тогда мощное вооружение этих машин не удалось использовать в полной мере из-за многочисленных конструктивных и


Применение танков

Из книги автора

Применение танков Танк появился во время Первой мировой войны. Первоначально он предназначался исключительно для прорыва застывших фронтов позиционной войны, для того, чтобы открывать путь пехоте, наступая непосредственно перед ней. Таким образом, вначале он был


XX ВЕК ТАНКОВ

Из книги автора

XX ВЕК ТАНКОВ ЕСЛИ ТАНКИ БУДУТ ИМЕТЬ УСПЕХ, ПОСЛЕДУЕТ ПОБЕДА Что такое танковая война? На этот наивный вопрос без малейших затруднений отвечают военные энциклопедии. СВЭ, например, дает такое определение: «Танковая война (иностр.) — понятие, выражающее главенствующую