МОДЕЛЬ ШТАЙНЕРА

МОДЕЛЬ ШТАЙНЕРА

Наряду с освоением техники боя тактическая подготовка является важнейшей предпосылкой выработки гибкости командного стиля и воспитания думающего бойца-одиночки.

Ф. Штайнер. Приказ по моторизованной дивизии Ваффен СС «Викинг» от 13.5.1941

Феликс Штайнер и Кассий Фрайхерр фон Монтиньи сыграли особую роль в разработке методических и учебно-тренировочных программ, использовавшихся, например, Т. Айке при подготовке дивизии «Мертвая голова», возможно, лучшей в истории Ваффен СС. Штайнер, во время 1-й мировой войны воевавший в штурмовом отряде, стремился организовать войска СС по стандарту штурмовых подразделений. Штурмовые отряды представляли собой небольшие добровольческие группы, вооруженные до зубов не только первыми пистолетами-пулеметами, но и импровизированным оружием (связками гранат, щитами, похожими на те, что использовали средневековые рыцари, и отточенными как бритва саперными лопатками). Это был прообраз легкой пехоты, какой четверть века спустя станут гренадерские части СС. Легковооруженные штурмовики атаковали боевые порядки противника со стрелковым оружием и гранатами в руках, боеприпасами в подсумках и флягой с водой на поясном ремне. По замыслам Штайнера, подобным образом должны были действовать и войска СС, предоставив армии роль пушечного мяса…

Монтиньи во время 1-й мировой войны был капитаном подводной лодки и привык к жесткой флотской дисциплине. Он и Штайнер намеревались создать войска, укомплектованные безжалостными и дисциплинированными солдатами — это им в определенной степени удалось. Молодые немцы, служившие в Ваффен СС, были бесстрашными до безрассудства и отличались абсолютным пренебрежением к человеческой жизни — своей и чужой. Методика Штайнера и Монтиньи существенно отличалась от той, которая практиковалась до сих пор в немецкой армии, но оказалась настолько эффективной, что впоследствии все вооруженные формирования Ваффен СС использовали ее при подготовке личногб состава. К 1939 г. все пехотные подразделения СС были обучены как штурмовые отряды и представляли собой «немецкий ответ» британским коммандос и американским рейнджерам. Эта методика стала базовой моделью учебно-тренировочного процесса и в «Юнкерских школах СС».

Распорядок дня в учебных группах был таков: побудка в 6 утра, часовой кросс по пересеченной местности, гигиенические процедуры и завтрак, состоявший обычно из овсяной каши и минеральной воды. Такой рацион объяснялся, главным образом, приверженностью Гиммлера к диете и… монополией Главного административно-хозяйственного управления СС на эти продукты. После завтрака — в зависимости от учебных планов — личный состав переодевался в рабочую или повседневную форму.

Каждый юнкер обязан был в совершенстве владеть личным оружием. В классных комнатах опытные инструкторы объясняли устройство винтовок и назначение каждой детали. Сначала юнкеров обучали разбирать, чистить и собирать винтовки. Затем в ходе ежедневных многочасовых тренировок навыки и умения доводились до автоматизма. Кроме того, юнкеров обучали устранять простые поломки в полевых условиях.

После вводного курса следовали учебные стрельбы по ростовым и поясным мишеням из разных положений. Если кто-либо из юнкеров демонстрировал «боязнь оружия» или, несмотря на постоянные тренировки, не мог выполнить установленные нормативы, то путь в боевое подразделение был для него закрыт. Сведения заносились в личное дело юнкера, и после выпуска он поступал в распоряжение хозяйственных служб, вливаясь в многотысячную армию связистов, писарей, поваров, конюхов (и т. д.) Ваффен СС.

После того как юнкера сдавали нормативы по стрель бе, начиналось обучение технике рукопашного боя, во время которого под присмотром инструктора они яростно потрошили примкнутыми штыками мешки с песком. Инструкторы-преподаватели внушали новобранцам, что только безжалостность к противнику позволит им победить в бою и уцелеть, перефразируя знаменитое изречение Моль-тке о том, что «наиболее гуманным отношением к противнику будет жестокость, дабы не продлевать его мучения». Наконец, квалифицированные специалисты по воинским искусствам обучали будущих командиров приемам защиты и нападения без оружия, после чего эсэсовцы отрабатывали эти приемы в учебных боях между собой. Во время спаррингов часто использовались винтовки с прим-кнутым штыком, штык, нож или саперная лопатка. Чтобы поддерживать в учебных группах постоянный уровень агрессивности, между ними постоянно проводили соревнования по боксу. В поединках бойцы учились преодолевать болевой порог и стремились первыми нанести удар. «Прав тот, кто бьет первым», — учил их Штайнер.

В программе подготовки эсэсовцев большое внимание уделялось проведению спортивных соревнований. Юнкера занимались всевозможными видами спорта не только для активного отдыха, как это было в армии, но и для самоподготовки, развития ловкости и оттачивания рефлексов. Разумеется, им приходилось постоянно участвовать в бесконечных марш-бросках и кроссах с полной выкладкой, во время которых развивались выносливость и стойкость.

В середине дня курсанты обедали, затем приводили в порядок казармы и свою униформу. В свободное время они могли пользоваться библиотекой, заниматься спортом «для укрепления командного духа». Особенно поощрялись шахматы и скат — игры, «способствующие развитию логического мышления и изворотливости ума». Счастливчики, не получившие каких-либо взысканий и выполнившие все требования командиров, могли получить увольнительную в город.

Еще одно отличие между подготовкой курсантов вермахта и юнкерами СС заключалось в том, что в учебных классах эсэсовских школ не менее трех раз в неделю проводились идеологические чтения и политзанятия, на которых юнкерам разъясняли политику НСДАП, рассказывали о превосходстве «арийской» нации над «унтерменшами». На политических занятиях будущим командирам Ваффен СС настойчиво внушалась мысль, что они — «арийские властители, миссионеры нового порядка, которые должны распространить власть «Черного ордена» на весь мир». Многие солдаты искренне верили в то, что все это требуется для возвращения былого могущества Германии и наказания ее врагов. Подобное промывание мозгов в сочетании с личной преданностью фюреру превращало эсэсовцев в дисциплинированных и исполнительных солдат, способных без колебания принести в жертву свою, а тем более, чужую жизнь на поле боя. Но все-таки главными козырями «новых викингов» были управляемая агрессивность и виртуозное владения оружием.

После прохождения начальных курсов физической и идеологической подготовки курсанты как достаточно опытные бойцы приступали к изучению основ тактики и стратегии воинского искусства. Штайнер и его инструкторы учили будущих солдат Ваффен СС сохранять выдержку и хладнокровие в быстро меняющихся условиях современного боя, молниеносно адаптироваться к любым обстоятельствам, быть в полной боеготовности днем и ночью, в любую погоду.

Одновременно с индивидуальными тренировками проводились занятия по отработке группового взаимодействия: сначала на уровне отделения (восемь человек), затем взвода и так далее вплоть до полка. Обучение огневому взаимодействию в группе происходило на нескольких уровнях. Юнкера учились взаимодействовать с взводами огневой поддержки (пулеметными, минометными или огнеметными), работали первыми и вторыми номерами в противотанковых расчетах и обучались боевому использованию панцерфаустов и панцершреков. При отработке огневого взаимодействия использовались ролевые игры, хотя методически они и не были разработаны так хорошо, как в наши дни. Ролевые игры и практические занятия вырабатывали у бойцов автоматизм и адекватную реакцию на стандартную угрозу. Так, гренадеры СС умели самостоятельно выбрать наиболее эффективный в каждой конкретной ситуации тип оружия: винтовку, пистолет-пулемет или пулемет. Юнкера были обучены сводить на нет преимущества противника, навязывая бой на невыгодных для него условиях, прогнозировать и моделировать подобного рода ситуации в бою.

Эсэсовцы продолжали регулярно тренироваться даже в полевых условиях и использовали при этом боевые патроны. Армейские руководство не одобряло «игры с оружием», которые часто приводили к несчастным случаям. Зато крещение огнем в условиях, максимально приближенных к боевым, давало тренированному солдату намного больше шансов остаться в живых во время реального боя. Гиммлер неоднократно повторял:

«Поверьте, мне очень жаль каждого немецкого юношу. Но не забывайте о том, что каждая капля крови, пролитая сегодня, не даст ей хлынуть реками завтра…»

Как это ни парадоксально, но именно великолепная специальная и стрелковая подготовка сослужили для Ваффен СС плохую службу: молодые солдаты возомнили себя «непобедимыми и неуязвимыми», что вместе с недостаточно четким оперативным руководством привело к неоправданно большим потерям на первом этапе войны.

Каждый солдат Ваффен СС испытывал непоколебимую уверенность и доверие к своим боевым товарищам, потому что знал, что они прошли ту же школу, что и он. Штайнер и полевые офицеры СС старались не допустить возникновения традиционного для прусской армии барьера между солдатами и офицерами. В «Юнкерских школах СС» и в Ваффен СС юнкера, рядовые и офицеры (естественно, в свободное от службы время) общались на равных и обычно обращались друг к другу «камерад», а не по званию. В раздираемой социальными противоречиями Германии начала 30-х годов сама возможность существования товарищеских взаимоотношений внутри скованного жесткой субординацией военного формирования очень многим могла бы показаться не более чем пустым прожектом, однако в Ваффен СС привыкли оценивать друг друга не по знатности рода, а по личным качествам. И наилучшим свидетельством этому стал взлет «Зеппа» Дитриха, который в армейской среде вряд ли смог бы получить звание выше унтер-офицерского, а в рядах СС стал сначала штандартенфюрером, а затем и обергруппенфю-рером.

Примерно ту же политику проводил в свое время Наполеон, утверждавший, что «в каждом солдатском ранце лежит маршальский жезл». Гитлер принял на вооружение и другой принцип Наполеона — «Дайте мне больше медалей, и я выиграю любое сражение», когда учредил такие награды, как, например, «Рыцарский крест» «Железного креста». В результате появилась армия, которую можно было победить только числом, поскольку в умении она превосходила все другие армии мира. Так был заложен фундамент будущего успеха войск СС.

В Ваффен СС честь мундира берегли, наверное, так же ревностно, как в полках английской гвардии. Штандарты СС комплектовались на добровольной основе, личный состав с гордостью носил на обшлагах нарукавную ленту с почетным названием своего полка, а узы боевого братства были намного прочнее, чем в аналогичных армейских частях. Но главное — это взаимоотношения между офицерами и рядовыми, которые в войсках СС были намного более доверительными, чем в других армиях мира. Дело заключалось не только в том, что каждый офицер СС на заре своей карьеры обязан был прослужить 2 года рядовым. Каждый командир Ваффен СС должен был объяснить подчиненным мотивы своих приказов (разумеется, после боя). Командование стремилось к тому, чтобы войска СС стали своеобразным «братством по оружию». В результате в подразделениях Ваффен СС в полной мере проявил себя феномен абсолютного доверия, совершенно не свойственный старой армии, где между офицерами и солдатами пролегала невидимая кастовая черта. Однако в дальнейшем эта идея единства утратила свою былую силу, особенно быстро процесс разобщения начался, когда на службу стали принимать добровольцев негерманского происхождения.

После нападения на СССР в разряд «унтерменшей» попали славянские народы, а прибалты — в разряд «арийцев». Вскоре к «арийцам» причислили чеченцев, украинцев, азербайджанцев и всех других, кто выступал против СССР, поскольку на фронте стала ощущаться острая нехватка живой силы. Затем право называться «арийцами» было предоставлено индусам, палестинцам и гражданам всех европейских стран (за исключением Великобритании). Первоначальный идеализм постепенно предали забвению, а войска СС превратились в интернациональную организацию, члены которой даже приблизительно не соответствовали тем жестким требованиям, которые в свое время выдвигала «старая гвардия»— Гауссер, Дитрих, Монти-ньи, Штайнер и другие.