2. Итоги первых боев

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

2. Итоги первых боев

Однако война началась совсем не так, как сие виделось нашим военным теоретикам: за три месяца боев все запасы танков, созданные перед войной, растаяли, как воск горящей свечи. При этом серийное производство танков Т-34М и КВ-3 развернуто не было, а на вооружении танка Т-40 остался 12,7-мм крупнокалиберный пулемет, спаренный с 7,62-мм пулеметом.

Буквально с самых первых дней фронт разразился множеством сообщений о массах немецких танков, которые, казалось, были везде. На протяжении всей летней кампании немцы уверенно применяли свои «танковые клещи», начиная их с вбивания «клиньев» в оборону не успевшей закрепиться Красной Армии. В. Малышев так писал в своем дневнике:

«28 июля 1941 г. Прочел в газетах сообщение с фронтов о том, что происходят гигантские танковые сражения. Участвует от 4000 танков одновременно. Хотя мы вступили в войну с порядочным запасом танков, но если так дело пойдет, то этих запасов будет мало. Очевидно, наши расчеты по потребности танков оказались заниженными. Надо раздувать дело с выпуском танков вовсю.

Написал записку т. Сталину, в которой предлагаю ряд крупных машиностроительных заводов срочно перестроить на производство танков. Сегодня вызвал т. Сталин, говорил по моей записке. В общем одобрил, сказал подготовить конкретные предложения.

3 августа 1941 г. Часть моих предложений по переводу заводов на производство танков приняты. Вышли решения Государственного комитета обороны. Характерно то, что постановления… № 1 и № 2 вышли по танкам. История когда-нибудь отметит этот факт».

В самом деле, первое свое постановление вновь образованный ГКО уделил именно танкам, сориентировав на выпуск танков предприятия наркомсудпрома – в частности, завод № 112 «Красное Сормово».

В августе стало ясно, что все танкостроение следует сосредотачивать в одних руках и располагать его предприятия по возможности ближе друг к другу на Урале.

12 сентября 1941 года на основании решения Государственного Комитета Обороны (ГКО) путем слияния предприятий Наркомсредмаша (НКСМ), Наркомтяжмаша (НКТМ) и ряда предприятий Наркомсудпрома (НКСП) был создан Наркомат танковой промышленности СССР (НКТП) под руководством бывшего наркома среднего машиностроения В. Малышева. Главной задачей нового наркомата было резкое увеличение объемов выпуска танков. Однако сделать это, особенно в условиях начинающейся эвакуации и наполовину утраченных кооперационных связей, было практически невозможно.

«Выпуск танков, и без того небольшой в начале войны, в сентябре-октябре упал донельзя. Нарком чуть ли не поштучно отпускал их в армию», – вспоминал Л. И. Горлицкий.

Единственным предприятием, сохранившим хоть какое-то ритмичное производство в июле-сентябре 1941 года, был завод № 37 в подмосковном Черкизово.

Вполне понятно, что именно на нем было желание организовать выпуск остро требовавшихся Красной Армии танков Т-50. Но в тех условиях для завода № 37 этот танк стал недостижимым идеалом.

В самом деле, здесь никогда не имели дела с броней толщиной более 10–15 мм, тогда как Т-50 был защищен цементованными бронелистами толщиной 37 мм. Не было опыта и по изготовлению трансмиссии, так как завод имел дело в основном с автомобильной КПП и автомобильными же двигателями. Правда, ГАЗ-202 был все-таки двигателем танковым, но коренных изменений в процессе установки и регулировки относительно автомобильного ГАЗ-АА или ГАЗ-М это практически не потребовало.

Не было здесь и оборудования для нарезки зубчатых венцов большого диаметра для башен Т-50 (да и вообще зуборезное производство было слабым местом на заводе № 37), прессов для штамповки широких гусеничных траков, печей для закалки больших танковых корпусов… Короче – освоение нового танка требовало коренной перестройки производства на заводе в Черкизово. Понятное дело, что в условиях войны, нарушенных связей и колоссальных потерь в танках все это было несбыточной мечтой.

Правда, танков Т-40 завод теперь выдавал почти вдвое больше по сравнению с прежними планами, но их ценность в бою была невысока. Поэтому уже 17 июля 1941 года по заданию ГБТУ КБ завода № 37 продолжило проектные работы над танком Т-45 (неплавающий вариант танка Т-40 с усиленной броней и 45-мм пушкой), начатым еще до войны.

Но усиление броневой защиты даже до толщины 25–30 мм приводило к тому, что в танке Т-40 ставить крест нужно было не только на плавании. В этом случае уже мог не «потянуть» имеющийся двигатель ГАЗ-202. Поэтому задание было сложнейшим.

В июле 1941 года конструкторская группа завода № 37 под руководством Н. Астрова, занятая работами по созданию Т-45, получила промежуточный результат в виде танка «030» (неплавающий вариант Т-40) с усиленной до 25 мм лобовой броней без значительного увеличения массы. Удаление водоходных агрегатов танка и упрощение его внутреннего устройства позволило поднять бортовую броню танка до 15 мм и до 25 мм броневую защиту лба подбашенной коробки. Убедившись в том, что полученный танк при броневой защите, эквивалентной танку Т-26, имеет прежнюю подвижность и проходимость при меньшей массе и цене, Н. Астров и старший военпред завода № 37 В. Окунев написали об этом письмо лично И. Сталину, которое было опущено в ящик личной корреспонденции вождю у ворот Кремля.

В письме они обосновали невозможность выпуска на заводе № 37 в условиях военного времени танка Т-50, но возможность быстрого освоения на тех же площадях нового танка «030», который мог выпускаться здесь в значительно больших количествах, нежели Т-40. Уже утром следующего дня на завод приехал В. Малышев, которому было поручено заниматься новой машиной. Нарком одобрил танк, предложенный вместо Т-40 – но рекомендовал вооружить его хотя бы легкой авиационной 20-мм пушкой. И уже вечером того же дня вышло постановление ГКО о принятии танка «030» на вооружение под индексом Т-60 и срочной организации его массового выпуска в 1941 году в количестве 10 000 единиц.

Ожидалось, что простота нового танка позволит выпускать его на смежных предприятиях, поэтому для его производства предполагалось задействовать пять заводов НКСМ и НКТП: № 37 (Москва), ГАЗ (танковое производство – завод № 176), Коломенский паровозостроительный (КПЗ) имени Куйбышева, завод № 264 (Сталинградская судоверфь в Сарепте) и Харьковский тракторный (ХТЗ).

Тогда же по НКВ был объявлен конкурс по вооружению танка Т-60 20-мм пушкой. Испытания установки в его башне 20-мм авиационной пушки ШВАК, предложенной ОКБ-15, были признаны неудачными – пушку заедало от пыли. Куда лучшие результаты показала установка ОКБ-16 Э. Нудельмана, которая использовала систему перезаряжания крыльевой и турельной установок ШВАК, а ствол мотор-пушки МП-20. Для скорейшего освоения орудия было решено вести его дальнейшую доводку силами ОКБ-15 параллельно с освоением серийного производства.

С 1 августа 1941 года этот танк под индексом Т-60 («030») пошел в войска – правда, пока еще с вооружением из 12,7-мм пулемета. Но уже в конце сентября первые образцы Т-60 получили 20-мм пушки, а в октябре появилась модификация Т-60, имеющая пониженный корпус А. Богачева с увеличенной толщиной брони до 25–35 мм во лбу, 20–25 мм в бортах и корме и граненой башней Ю. Юдовича. Стоимость этой машины была ниже, чем Т-40, тогда как боевые возможности значительно возросли.

Фактически Т-60 был первым танком, спроектированным под ограниченные возможности и выпускавшимся в условиях эвакуации. Однако даже невысокая стоимость этого танка не позволила спешно организовать его выпуск на всех предприятиях, где планировалось дать стране 10000 танков до конца года.

Так, ГАЗ смог организовать выпуск танков лишь после прибытия туда Н. А. Астрова на опытном образце Т-60, а первые танки были отгружены армии только в октябре. КПЗ им. Куйбышева и завод № 264 в 1941 году смогли освоить производство бронекорпусов и частично башен Т-60, а ХТЗ до эвакуации смог начать отгрузку трансмиссии и подвески танка соисполнителям.

Оказалось, что даже самый простой и слабый в боевом отношении танк не так прост для освоения на непрофильных предприятиях. Стало понятно, что для быстрого насыщения Красной армии бронетанковой техникой нужны новые, более простые образцы боевых машин.

Средние и тяжелые танки в первую военную кампанию проявили себя в боевом отношении с хорошей стороны, но впечатление портили многочисленные механические поломки, усугублявшиеся недостатком средств эвакуации и ремонта машин массой 30 тонн и более. Более того, тяжелые танки КВ вследствие начавшегося процесса их экранировки оказались малоподвижными на поле боя из-за перегрузки ходовой части и трансмиссии.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.