День третий

Еще в июле в воздушных боях на дальних подступах к Сталинграду советское командование обратило внимание на то, что в составе авиационной группировки противника, действовавшей на этом направлении, появились самолеты с какими-то особыми опознавательными знаками и эмблемами. Так, на фюзеляжах некоторых из них красовались искусно расписанные пиковые тузы, у других – красно-белый щит и меч. Дрались они упорно и ожесточенно. Их «почерк» отличался точностью и расчетливостью.

В наших полках, только что получивших пополнение из училищ, резко возросли потери. Кто эти асы? Откуда они? Какова их тактика?

Вскоре оперативная и стратегическая разведка выявили, что на этом участке фронта в составе 4-го воздушного флота Рихтгофена появились отборные асы фашистской Люфтваффе, имевшие опыт сражений во Франции, Бельгии, Голландии и Польше.

Остро встал вопрос – как воевать с ними? Что им противопоставить?

Крепко задумались тогда и летчики, и командование. Разбирали прошедшие воздушные бои, анализировали ошибки. Выходило так, что надо противнику противопоставить свою тактику, свое умение и выдумку. Ведь били их в небе Испании, били под Москвой. А почему сейчас проигрываем? Ведь можно и здесь сражаться на равных.

Однажды, прямо после взлета пара истребителей эскадрильи Ковачевича завязала бой с «драконами». Дрались отчаянно на виду у всех вблизи аэродрома. Вертикаль, бочка, полупетля…. Никто не хотел уступать друг другу. И все же наши подловили одного после того, как он завис на вертикали. Пришлось ему идти на вынужденную на наш аэродром. Сбитый летчик оказался непростым пилотом. Был он из особой 77 эскадры 8-го корпуса ПВО Берлина, специально присланной под Сталинград. На его счету было свыше сорока сбитых в небе Западной Европы самолетов. Да и родословную, даже по тем гитлеровским временам, он имел непростую – был правнуком Бисмарка. Вначале потомок «железного канцлера» упорно молчал, боясь, что его тут расстреляют, но потом, убедившись, что его жизни не угрожает опасность, разговорился. По его словам выходило, что немецкие летчики хорошо изучили тактику русских. По «почерку» знают русских асов и в бой с ними не ввязываются. Знают они то, что наши летчики связаны районом, высотой, скоростью. Поэтому атакуют сверху, сзади и после атаки всегда стремятся уйти на высоту к солнцу. Чего они боятся? Лобовых атак! Как правило, русские не сворачивают. А воевать с фанатиками – не его принцип.

В сентябре по рекомендации командующего 8-й воздушной армией генерала Т. Т. Хрюкина Военным Советом Сталинградского фронта было принято решение создать на базе 9-го гвардейского истребительного полка полк советских асов во главе с командиром полка Героем Советского Союза майором Л. Л. Шестаковым.

Краткая справка. Майор Лев Львович Шестаков в должности с августа 1941 г. Имел большой боевой опыт в войне с фашистскими летчиками в небе Испании, при обороне Одессы. Только в 1941 г. возглавляемый им полк произвел 6068 боевых вылетов, сбив 94 вражеских самолета.

Условия отбора в полк были жесткие: иметь не менее десяти сбитых самолетов, хорошую огневую подготовку, возраст не старше 26 лет. Преимущественно – холостяки.

Это об этом полке напишет в своей документальной повести «Боем живет истребитель» дважды Герой Советского Союза маршал авиации Н. М. Скоморохов: «…О героических делах шестаковцев писалось тогда в газетах. Мы знали об их беспримерном мастерстве и мужестве… Глядя на Шестакова и его орлов-гвардейцев, мы воочию убеждались, что нет на земле силы, которая могла бы сломить советского человека, пошатнуть его веру в непобедимость нашего великого дела. В полку двадцать шесть Героев Советского Союза, четыре человека – Владимир Лавриненков, Алексей Алелюхин, Павел Головачев, Амет-Хан Султан – удостоились этого высоко звания дважды. Слава полка гремела всю войну».

15 октября 1942 года заместитель командира 27 иап старший лейтенант А. Ф. Ковачевич был откомандирован в этот полк на должность командира эскадрильи.

Жизнь в новом полку вдали от Сталинграда началась с конференции и переучивания на самолет Як-1.

Краткая справка. В то время это был один из самых легких истребителей смешанной конструкции. Крыло деревянное, оклеенное шпоном. Вооружение – одна пушка калибра 20 мм и два скорострельных пулемета. Скорость 600 км/ч. В воздухе устойчив, в пилотировании весьма прост.

На конференции разобрали все ошибки, рассмотрели предложения. Их было много, разных, но смысл был один – бить врага в любой ситуации. Навязывать ему свою манеру боя, как на виражах, так и на вертикалях. Общеизвестно, что немцы не выдерживают лобовых атак, уклоняются от боя на виражах, избегают делать правый разворот, чаще всего применяют левые фигуры. Значит, врага надо заставить делать то, что выявляет конструктивные недостатки «мессершмитта». Если «мессер» пошел вниз, не гонись за ним – на пикировании он уйдет. Лучше уйти вверх, набери высоту, встреть врага, атакуй его сверху или в лоб. Менялись боевые порядки, менялась тактика. Полк набирал высоту.

…Наконец, пришел долгожданный приказ: всем полкам перелететь под Сталинград. На ровной, как блюдце, степи стояли лишь рыжие копны сена. Днем жизнь на аэродроме замирала и только ночью то там, то тут вспыхивали огоньки фонариков. Так тянулось несколько дней. Все устали от ожидания чего-то важного, необычного. Ночью, когда разрешалось выходить из укрытий, спешили к командиру, к замполиту, просились в бой. Но приказ был один – ждать!

И вот 20 ноября весь полк был поднят по тревоге. Знаменосец и ассистенты вынесли знамя. Все замерли, в строю подтянулись.

– Товарищи! Настал час грозной и справедливой расплаты с немецко-фашистскими захватчиками, – взволновано начал командир полка. – Пришла пора и нам вступить в бой!..

Но погода была нелетной. Густой, как молоко, туман закрыл всю заволжскую степь. Только после обеда полк вылетел на боевое задание. Ударную группу возглавлял командир полка Л. Л. Шестаков. Выше ее и правее шла эскадрилья Алелюхина, еще выше и правее – эскадрилья Ковачевича. Боевой порядок – правый пеленг «этажерки». Он не раз отрабатывался там, вдали от фронта. В полку это была новинка. И эта новинка оправдала себя. Все отлично видят друг друга, никто внезапно такой строй не атакует. Появилось взаимодействие, возможность маневра.

В первом же вылете полком сбито шесть «мессершмиттов». Но враг, еще не осознав происходящего, продолжает держаться самоуверенно. Во втором вылете восьмерка Ковачевича развернутым строем встретила 30 «юнкерсов». Один за другими сбито 16. Когда восьмерка краснозвездных «яков» традиционно прошла над окопами нашей пехоты, вверх взлетели солдатские шапки…