ДБ-3М, он же ДБ-3Ф

Уже н конце 1938 г.. когда фактически еще только разворачивалось серийное производство ДБ-3Б. он уже не вполне удовлетворял постоянно повышающимся требованиям ВВС. В итоговом отчете НИИ ВВС за 1938 г. записано: «Самолет ДБ-3 – 2 М87Ас ВИШ- 3. дающий максимальную скорость 435 км/ч. все же по своим летным данным, культуре отделки и расположению агрегатов обслуживания отстает от самолетов такого же типа капиталистических государств». В этом же документе предлагалось внедрить на ДБ-3 винты-автоматы. турбокомпрессоры, протестированные бензобаки, обогрев кабин, увеличить площадь остекления в кабине штурмана, улучшить связь между членами экипажа, усилить оборону нижней полусферы.

ОКБ-39 продолжило модернизацию своего детища. В середине 1938 г. впервые в документах появляется упоминание о новой модификации – ДБ-3Ф с моторами М-88. Постановление правительства требовало от машины максимальной скорости 450-470 км/ч на высоте 6000 м и предельную дальность (с 1000 кг бомб) 4000 км. Вооружение сохранялось по типу ДБ-3. Постройка опытного самолета предполагалась в декабре 1938 г.

В январе 39-го в Кремле прошло совещание. посвященное проблемам модернизации ВВС. В том числе обсуждалось положение с совершенствованием ДБ-3. Ильюшин выступил с докладом, обрисовывающим основные пути решения поставленных перед его конструкторским бюро задач.

После совещания. 17 февраля. ОКБ- 39 получило измененный вариант задания. в котором от ДБ-3Ф требовали уже скорость 485 км/ч на высоте 7000 м. Кроме этого, доработанное задание предусматривало создание двух вариантов машины: цельнометаллического ДБ-3Ф и ДБ-3ФД с деревянным фюзеляжем. Интересно, что на последнем хотели получить еще более высокую скорость – 500 км/ч на той же высоте 7000 м! Параллельно откорректировали и требования по оборудованию и вооружению. Основные требования военных сводились к внедрению более мощных моторов, изменению состава вооружения. повышению боевой живучести и обогащению состава оборудования. Двигатели М-87 предполагалось заменить на новые М-88. являвшиеся дальнейшим развитием того же 14K. Модернизация мотора была осуществлена в ОКБ-29 под руководством С.К Туманского. Усилили картер, коленчатый вал, поршни, ввели двухскоростной нагнетатель. Взлетную мощность подняли до 1100 л.с. Улучшились и высотные характеристики двигателя.

Под названием «самолет 31» в Советском Союзе испытывали захваченный в Испании немецкий бомбардировщик Хейнкель Не 111В.

Носовая стрелковая установка ДБ-3Ф

Кинематические схемы стоек шасси:

а – самолета ДБ-3; б – самолета ДБ-3Ф (Ил-4); 1 – колесо шасси; 2 – амортизационная стойка шасси; 3 – ось вращения шасси при уборке- выпуске; 4 – задний подкос, состоящий из нижней и верхней частей ( см. вид по стрелке А); 5 – шарнир с упором, не позволяющий подкосу прогибаться вниз; 6 – цилиндр подъема шасси; 7 – рычаг аварийного выпуска шасси; 8 – верхняя ферма шасси: 9 – нижняя ферма шасси

По вооружению УВВС считало необходимым усилить среднюю установку, заменив ШКАС на пулемет УШ (Ульт- ра-ШКАС или УША)со скорострельностью до 3000 выстр/мин, а люковую установку снять как бесполезную. Последнее в свете событий финской войны впоследствии будет осуществлено с точностью до наоборот.

Из оборудования требовали массовой установки радиополукомпасов РПК-2 («Чайка»). автопилотов АВП -12, замены ряда приборов. ДБ-3Б не имел стационарно установленного фотоаппарата и. соответственно, не мог полноценно вести фоторазведку. На новой модификации предлагали установить плановую камеру АФА-27Т. Живучесть собирались повысить протектированием всех бензобаков машины.

Ответом на чти требования стало появление самолета ЦКБ-30Ф. Работы по этой модификации начали в середине 1938 г. Сначала это просто называлось «большой модернизацией». От серийных ДБ-3Б новый самолет внешне отличался в первую очередь новой носовой частью веретенообразных очертаний с обширным остеклением. В самом носу в шаровой установке стоял пулемет ШКАС. Такое конструктивное решение было навеяно знакомством с трофейным немецким бомбардировщиком Хейнкель Не 111В. Он был захвачен в Испании летом 1937 г., вывезен в Советский Союз и испытывался в НИИ ВВС под маскирующим обозначением «самолет 31». Летные данные «немца» большого впечатления не произвели, а вот отдельные элементы конструкции показались очень интересными. Не последнее место среди них занимала носовая стрелковая точка фирмы «Икариа», сочетавшая хорошую аэродинамику, значительный сектор обстрела и отсутствие задувания в штурманскую кабину. Носовую установку «самолета 31» рекомендовали к внедрению на отечественных. бомбардировщиках. «Носовая установка типа Хейнкель» стала одной из основных отличительных черт ЦКБ- 30Ф. За счет новой носовой части длина самолета возросла примерно на полметра. Раньше весь фюзеляж клепали заклепками с полукруглой головкой. Теперь передняя часть штурманской кабины имела потайные заклепки.

Одновременно немного (на 1.1 кв. м) увеличили площадь крыла при сохранении прежнего размаха. Относительная толщина крыла при этом уменьшилась.

Основная стойка шасси ДБ-3Ф

Капот «типа Ф»

Размах элеронов сократили, а за счет этого нарастили площадь щитков, при этом предусмотрели больший угол отклонения их при посадке. Ширина щитков тоже увеличилась. Щитки делились на три секции – на центроплане, у мотогондол и на отъемных консолях.

Шасси выполнили с упрошенной кинематикой – четырехшарнирный ломающийся подкос заменили на одно- шарнирный. Попутно усилили стойки, увеличили ход их амортизаторов, поставили увеличенные (1000x350 вместо 900x300) колеса с двухсторонними тормозами (которые когда-то намечались еще для «стадии А»).

Жесткие бензобаки, являвшиеся частью силовой конструкции крыла, были вытеснены ненесущими «полумягкими». Такой бак изготавливался из металла, но держал форму, лишь пока был пуст. Заливать его можно было только после установки в специальный ящик в крыле. Самих баков стало шесть вместо десяти. Все они протектировались. даже заливные бачки, и оснащались системой «нейтрального газа». Общая емкость составляла 3855 л.

Надо сказать, что силовой набор всего планера существенно изменился. Приспосабливая ДБ-3 к современной плазово-шаблонной технологии, ввели широкое использование штампованных деталей, везде, где можно, убрали стальные трубы, избавились от внутренней клепки «вслепую». В лонжеронах применили открытые профили, предусмотрели штампованные нервюры. Это значительно уменьшило трудоемкость изготовления самолета.

Моторы М-88 закрыли совершенно новыми капотами «типа Ф». плотно прилегающими, с выштамповками над клапанными коробками, хорошо обтекаемой формы. Капоты имели управляемую гидроприводом юбку для регулирования охлаждения. Винты тоже были новые. трехлопастные автоматы ВИШ-23T. Они имели больший диаметр (3,4 м). чем старые ВИШ-3(3,25 м).

Чтобы ускорить создание нового самолета. Ильюшин пошел на прямое нарушение установленного процесса. Он отказался проводить статические испытания нового крыла, ограничившись испытанием лонжеронов. Новая штурманская кабина не проходила официальную макетную комиссию. Изменения н составе и размещении оборудования не согласовывались с НИИ ВВС.

19 мая 1939 г. ЦКБ-30Ф передали на заводские испытания, которые проводил все тот же Коккинаки. Первый полет на новом самолете совершили 21 мая. Прирост летных данных оказался существенным, но новая мотоустановка страдала перегревом. Тот же результат получили и во втором полете. Отзывы Коккинаки были исключительно положительными (что ему потом поставили в вину), но не обратить внимание на недоведенность винтомоторной группы было невозможно. Л тем временем 31 мая вышло постановление Комитета обороны, устанавливавшее сроки госиспытаний и даже серийного производства новой модификации. Опытный самолет требовалось представить на государственные испытания к 1 августа 1939 г., а с 4-го квартала уже начать выпуск на двух заводах № 39 и № 18). Под освоение новой техники наркомату удалось добиться существенного снижения планов для этих предприятий.

ДБ-3Ф с моторами М-87Б и винтами ВИШ-3, июль 1939 г.

Верхняя турель СУ с пулеметом УШ (УША) и прицелом ПТЛ-39А

Понимая, что к сроку добиться устранения дефектов М-88 не удастся. Ильюшин перешел к компромиссу. Появился промежуточный вариант, сочетавший планер ЦКБ-30Ф. моторы М-87Б в капотах «типа Ф» и винты ВИШ-3. Сам Ильюшин называл этот шаг «исключительно временной мерой». Именно такой гибрид выставили на государственные испытания. Они проходили с 31 августа по 18 сентября 1939 г.

По вооружению самолет соответствовал заданию. В носу стоял ШКАС в шаровой установке с 600 патронами, сверху – старая башня СУ. переделанная под пулемет УШ (боезапас 1600 па – тронов). Люковой точки не было. Отсутствовали и подкрыльные бомбодержатели Дер-31. сохранялись только внутренниеДер-21 и наружные Дер-19 для крупнокалиберных бомб. Балки Дер-21 теперь сделали стальными, а не дюралевыми. Предусмотрели подвеску новых вылнвных приборов ЗУХАП-500 (вместо ВАП-500). Бомбосбрасыватель ЭСБР-2 заменили на более современный ЭСБР-5. Выпускную антенну радиостанции РСБ вытеснила жесткая (мачта стояла на гаргроте пилотской кабины). На самолете наконец-то появились посадочные фары.

Облетывал машину экипаж из старшего лейтенанта Л.П. Дудки на (пилота) и майора Н.П. Цветкова (штурмана).

Летные данные оказались ниже, чем у ЦКБ-30Ф с М-88. Максимальная скорость равнялась 445 км/ч (т.е. всего на 6 км/ч больше, чем у ДБ-3Б, а проектная для ЦКБ-30Ф составляла 485 км/ч, она была утверждена постановлением Комитета обороны). Но в отчете отмечены многочисленные достоинства нового варианта. Улучшились взлетно-посадочные характеристики, более эффективны стали щитки и тормоза. Новую кабину штурмана сочли более удобной. Нигде не поддувало, чему очень обрадовались. В одном случае после заедания носового ШКАСа штурман спокойно разобрал и собрал пулемет в полете. На это ушло около десяти минут. За бортом было 39 градусов мороза.

Полное протектирование всех баков и наддув их углекислым газом обеспечивали повышение боевой живучести. Обслуживание винтомоторной группы стало проще. На демонтаж капота уходило в три-четыре раза меньше времени. чем на ДБ-3Б. Многие агрегаты теперь осматривались и регулировались через лючки, без снятия капота. Легче стало заменять бензиновые и масляные баки. Время заправки самолета сократилось втрое. В то же время мотоустановку сочли неотлаженной: двигатели перегревались на максимальной скорости и переохлаждались на планировании. Для борьбы с перегревом впоследствии установили не один, а два масло- радиатора на каждый мотор.

На высоте загустевала гидросмесь, и трудно было управлять юбками капота. Давления воздуха от компрессора не хватало для уборки шасси.

Изменение центровки ЦКБ-30Ф также ухудшило продольную устойчивость. Специалисты НИИ ВВС потребовали также восстановить люковую стрелковую установку. Дефекты необходимо было устранить к 10 октября, после чего выставить самолет на повторные испытания. но этого не сделали.

Почему? 1 октября 1939 г. Военный совет ВВС уже согласился получать самолеты этой переходной модификации. А что ему оставалось делать? Некомплект ДБ-3 в войсках составлял около 40%. Запланированные резервы отсутствовали. Из-за этого многие части продолжали летать на старых ТБ-3, которым давно пора было на покой – кому в металлолом, а кому – в транспортную авиацию.

Тем не менее заводы, получившие чертежи ЦКБ-30Ф. начали выпуск с «сырого» варианта с М-88 – сказалась инерция. В Москве производство стали разворачивать еще с июля 1939 г. До конца года рассчитывали сделать 60 машин. В ноябре из сборочного цеха завода Л'« 39 уже появились первые ДБ-3М (так они первоначально назывались. причем под этой вывеской шли потом и самолеты с М-87Б). К 10 декабря военной приемке предъявили пять машин, ни одна из которых не была принята. На заводе № 18 первый ДБ-3М собрали в конце октября, а 2 ноября его передали на летные испытания. К 22 декабря на приемку там поступили 14 бомбардировщиков. С декабря параллельно пошла сборка машин с моторами М-87 и винтами ВИШ-3 и М-88 и ВИШ-23. Кроме двигателей и винтов они ничем не отличались. Завод № 39 до марта комплектовал свои машины только М-88. Последний официально даже не был принят на вооружение, это произошло только 24 января 1940 г.

Самый первый серийный ДБ-3Ф, изготовленный заводом № 39, самолет А/9 390101, не попал в ВВС. Он был разбит 31 января 1940 г. – воздухозаборники двигателей на взлете забило снегом.

ДБ-3Ф одной из первых серий с моторами М-88

Ни одного самолета с М-88 военные не приняли, ссылаясь на то. что опытный образец не прошел государственных испытаний и не был утвержден. Опытный самолет с М-88 и винтами ВИШ-23ТА рискнули выставить на госиспытания только 12 декабря 1939 г. Он совершил в НИИ ВВС всего три полета и вернулся на завод № 39 для устранения многочисленных дефектов. Кроме уже набившего оскомину перегрева моторов, отметили ненадежность замков шасси, течи маслорадиаторов.

заедание привода юбки капота, а также ряд недостатков по вооружению. На всех первых серийных ДБ-3М стояла старая установка СУ. а нижняя (согласно заданию) не ставилась вовсе.

УВВС пришлось поспешно корректировать планы. Если раньше план по ДБ-3 с М-87 оставляли только предприятию в Комсомольске, то теперь в него внесли 75 машин дня завода Л? 18 и 25 – для завода № 39. Самолеты с М-88, фактически изготовленные, но не сданные в 1939 г.. занесли в план на 1940 г. как дополнительные.

Поспешный запуск в производство крайне «сырой» модификации обошелся промышленности очень дорого. Руководство завода № 39 потом честно признавало: «…производство разворачивалось полным ходом, выпуская машины, заведомо обреченные на переделки…». К огрехам, возникающим при освоении любой новой техники, добавлялись многочисленные конструктивные просчеты и просто ошибки инженерно-технического персонала. План по выпуску М-88 выполнили в 1939 г. не более чем наполовину. Поставки в 1 – м квартале 1940 г. обеспечивали производство лишь на 50- 60%. Да и качество двигателей оставляло желать много лучшего. Значительная часть продукции, сдававшейся на заводе Л'? 29. браковалась входным контролем на самолетостроительных предприятиях. Около 100 моторов пришлось за 1 -й квартал снять уже после заводского облета. Освоить М-88 обязали завод № 24, делавший двигатели Микулина и Швецова. Там от «чужих» моторов отбивались руками и ногами, резонно полагая. что рушить уже налаженное производство не стоит. В конечном итоге все вылилось только в лишние затраты на изготовление так и не потребовавшихся чертежей и оснастки. Сделали лишь партию двигателей из деталей завода № 29. Выпуск винтов ВИШ-23 начали только в 4-м квартале 1939 г.. сделав их всего 11 штук (причем разных модификаций). Нехватка то того, то другого вынуждала выводить из цехов полусобранные бомбардировщики. На 1 апреля 1940 г. в Воронеже стояли на аэродроме 19 машин без моторов. 50 без винтов. Не хватало резины, стальных труб, листового дюраля. приборов.

Измененное шасси ДБ-3М поначалу имело тенденцию к складыванию. Самолеты бились еще до поступления в строевые части – при облете на заводах. На посадке замки не удерживали стойки в выпущенном положении, они складывались, и машина вместо приемки попадала в ремонт. На заводе № 18 произошло подряд семь таких случаев, в Москве – еще три. Военная приемка в апреле 1940 г. потребовала от заводов переделать шасси в общей сложности на 245 бомбардировщиках, еще не поступивших в части.

ОКБ-39, впопыхах пытаясь устранить основные дефекты ДБ-3М, вносило огромное количество поправок в документацию. К 1 апреля 1940 г. изменили 7290 чертежей. Старые и новые документы путались, вызывая все новые переделки машин, уже прошедших сборку. Их разбирали и собирали вновь, теряя время н деньги. Оправдываясь за невыполнение плана, военная приемка на заводе Л« 18 жаловалась: «Неудовлетворительная доводка самолета со стороны главного конструктора тов. Ильюшина срывала нормальную работу завода».

Основные силы ОКБ-39 вместе с заводом № 29 вкладывало в доводку мотоустановки, совершенствование мас- лосистемы. Из Запорожья к Ильюшину прибывали доработанные М-88 с более мощными маслонасосами, магистралями увеличенного диаметра, измененной системой дренажа. Беспокойство военных низкой надежностью М-88 привело к тому, что в мае 1940 г. комиссия во главе со Смушкевичем предложила вообще прекратить доводку этого двигателя и искать альтернативные варианты (в качестве которых рассматривались М- 81 нАМ-35). В Запорожье еще с октября 1939 г. готовили двигатель М-88А с усовершенствованным нагнетателем, усилением ряда деталей и развитым оребрением головок цилиндров. Испытания его начались 10 января 1940 г. Но лишь в марте М-88А удалось пройти 50-часовую программу совместных испытаний, после чего постепенно развернулось его серийное производство.

Серийный ДБ-3Ф с капотами «типа Ф» и верхней турелью МВ-3 в полете

Два маслорадиатора, установленные параллельно

Самолет № 390204 имел моторы М-88 и винты ВИШ-23 А. На снимке – машина до переделки под турели МВ-2 и МВ-3, апрель 1940 г.

Ко всему этому на самолетостроителей обрушилось правительственное постановление от 11 января 1940 г.. требующее заменить устаревшую стрелковую установку СУ на МВ-3 и ввести опять нижнюю точку, но уже с МВ-2. От применения пулемета УШ уже отказались. его серийное производство так и не освоили. В январе 1940 г. УШ официально исключили из планов, заменив перспективным пулеметом СИ (Савина-Норова), но и этот последний не достиг стадии серийного выпуска. В результате вооружение ДБ-3М должно было по-прежнему состоять из трех ШКАСов.

В январе не сдали ни одного ДБ-3Ф. в феврале с завода № 18 ушли первые 10 машин с М-87. Приемку самолетов с М-88 начали только в марте – четыре бомбардировщика на заводе №18 и три – на заводе № 39. В итоге к 1 апреля 1940 г. в ВВС поступили всего 40 ДБ-3М с М-88 вместо 330 по плану. Уяснив реальную обстановку. Комитет обороны значительно урезал план выпуска новых самолетов: заводу № 18 – на 100 штук, заводу № 39 – на 50.

В апреле 1940 г. один из ДБ-3М 2-й серии завода № 39 (.V? 390204) рискнули опять выпустить на госиспытания. Около месяца он летал в НИИ ВВС – до 7 мая. Эта машина сохраняла старую башню СУ. Носовую установку немного переделали, она стала надежнее, хотя и за счет некоторого уменьшения углов обстрела. В нижней точке стояла усовершенствованная установка УЛУ.

Мотоустановка была типичной для ранних ДБ-3М с М-88. Двигатели стояли в плотно прилегающих капотах «типа Ф» с выштамповками и вращали винты ВИШ-23А. 15 отличие от первой машины с М-87 на каждый мотор работали два маслорадиатора. снабженные жалюзи.

Самолет имел еще несколько небольших отличий от более ранних машин: рамочную антенну РПК-2 из-под гаргрота пилотской кабины перенесли в каплевидный обтекатель под носовой частью фюзеляжа, стойку радиоантенны – на штурманскую кабину. Все изменения увеличили вес самолета на 217 кг.

Результаты испытаний оказались буквально катастрофическими. Скорость оказалась даже меньше, чем при установке М-87Б – на 20 км/ч. Дальность за счет увеличения расхода топлива упала до 3300 км. При этом вариант с М-87Б имел дальность полета 3800 км. а постановление Комитета обороны требовало 4000 км! Правда, практический потолок «подрос» на 1050 м. а время набора высоты 5000 м сократилось более чем на 3 мин.

Схема обстрела ДБ-3Ф с установками МВ-3 и МВ-2

Турель МВ-3 на ДБ-3Ф N9 390204

Вход в канал подвода воздуха к маслорадиаторам

Резкой критике подвергли качество сборки бомбардировщика. Грубая клепка. плохо пригнанные перекрывные ленты, обшивка с «хлопунами». нестыковка листов, грубая окраска. Все это ухудшало аэродинамику машины. Центровка самолета стала еще более задней, нарушая продольную устойчивость.

Общая оценка – «неудовлетворительно». Самолет опять испытаний не прошел. М-88 сочли недоведенными. Кроме того. ПИИ ВВС потребовал ввести МВ-2 и МВ-3. усовершенствовать управление юбкой капота, сменить две фары ФС-155 на одну ФС-240 (ФС-155 признали негодной еше в августе 1939 г.).

Получив рапорт о результатах этих испытаний, тогдашний начальник ВВС РККА Алексеев отдал приказ прекратить приемку самолетов с М-88. На следующий день появился ответный приказ Наркомата авиапромышленности. В нем, как полагается, «раздали слонов населению», обязав «улучшить», «устранить», «мобилизовать» и т.п. В числе прочего от Ильюшина потребовали всего за 15 дней разработать меры по доведению скорости самолета до норматива, установленного Комитетом обороны. Разумеется, ничего кардинального за такой срок сделать было нельзя. Бомбардировщики застряли на заводских аэродромах. 10 мая нарком А.И. Шахурин обратился лично к Сталину с просьбой принимать ДБ-3М с М-88 как есть «до утверждения результатов госиспытаний улучшенного образца данного самолета». Не выбрасывать же было бомбардировщики, которых собрали уже немало. И 14 мая постановление Комитета обороны обязало ВВС принимать «самолеты ДБ-3Ф 2М-88 с пониженными данными…».

Но то же постановление требовало от Ильюшина к 1 июля выставить на испытания усовершенствованный образец. В качестве такового опять выступил самолет Л» 390204. уже с комплектом из МВ-2 и МВ-3. Новое вооружение одобрили, хотя установка МВ-3 увеличила расход бензина ни много ни мало – на 15%. По оценке экипажа неубирающееся хвостовое колесо уменьшало углы обстрела на 6-7 градусов (примерно такие же выводы сделали в ходе войны с Финляндией). Впоследствии это стало причиной разработки варианта с убирающимся костылем. Мотоустановка оставалась прежней.

Капот «типа Б»

Компоновка масляных радиаторов:

а – на опытном и первых серийных самолетах ДБ-3Ф; б – на серийных самолетах ДБ-3Ф (Ил-4); 1 – воздухозаборник; 2 – масляные радиаторы; 3 – выход охлаждающего воздуха: 4 – ось переднего лонжерона крыла

Опытная носовая стрелковая установка НУ MB

Турель МВ-2

К марту 1940 г. разработали новый капот «типа Б», похожий на тот. что применялся на ДБ-3Б. Он имел цилиндрическую форму и больший диаметр, но сохранил управляемую юбку. Вслед за этим внедрили утопленные в крыло маслорадиаторы. Капоты «типа Б» позволили привести в норму температурный режим двигателей, радиаторы же – немного (на 7-10 км/ч) поднять скорость. С сентября новый начальник ВВС РККА Рычагов приказал принимать ДБ-3 со всех заводов только с новой установкой радиаторов. Тем не менее завод X® 18 некоторое время продолжал ставить их по-старому.

Параллельно с доработкой мотоустановкн в самолет внесли и ряд других усовершенствований. 19 января 1940 г. ОКБ-39 предложило внедрить выдвижную нижнюю установку BJIУ. но. поскольку это вошло в противоречие с правительственным постановлением, в апреле ее сменили на утвержденную «наверху» МВ-2. 1 апреля также ввели МВ-3. Веневидов и Можаровскнй. стремясь завершить перевооружение ДБ-3М турелями своей конструкции, предложили и свой вариант носовой установки – НУМВ. Она испытывалась в июле 1940 г. В ней стоял тот же пулемет ШКАС с боезапасом 500 патронов. Экран с амбразурным окном прикрывался жестким подвижным щитком. Ствол поворачивался на 35 градусов в любую сторону. На испытаниях отметили, что НУМВ проста в обращении и производстве, но из-за ряда дефектов конструкции в производство ее не запустили.

Реально до конца мая 1940 г. завод № 39 продолжал предъявлять военной приемке ДБ-3М с комплектом старых стрелковых установок СУ и УЛУ, с середины нюня пошли вперемежку самолеты с сочетаниями МВ-3 и УЛУ или МВ-3 и МВ-2 (это была 9-я серия, на ДБ-3М нумерацию серий начали заново). Полный переход на новые турели произошел только на 12-й серии в сентябре. На заводе Л"» 18 в Воронеже МВ-2 и МВ-3 ввели одновременно, на 16-й серии, точнее, с самолета № 180416, в июле 1940 г.

Учитывая опыт финской войны, внедрили бронеспинки пилотских кресел. На первые серии ДБ-3М их ставили уже в войсках, затем заводы стали их досылать на ранее выпущенные машины и. наконец, спинки начали монтировать прямо в цехе (в Воронеже с 39-й серии).

В ноябре 1940 г. спинку толщиной 6 мм заменили на более мощную – 8.5 мм. из цементированной брони.

ДБ-3Ф с моторами М-88, капотами «типа Ф» и последовательно установленными маслорадиаторами в толще крыла, 37-я серия завода №18

ДБ-3Ф с моторами М-88, капотами «типа Ф» и сдвоенными выступающими из крыла маслорадиаторами, вооруженный турелями МВ-3 и МВ-2

ДБ-3Ф N9 390801. с гаргротом-обтекателем и убирающимся хвостовым колесом

Хвостовое колесо, убираемое гидроприводом

В ассортимент вооружения ДБ-3М вошли бомбы БЕТАБ- 150ДС и БРАБ- 1000 (для машин морской авиации). Для моряков в июле разработали чертежи установки на ДБ-3М торпедной подвески Т-18. создав таким образом модификацию торпедоносца, аналогичную ДБ-3Т (в документах того времени ее иногда именовали ДБ-3ФТ). В сентябре начали ставить специальные ночные бомбовые прицелы НКПБ-3. Вместе с чтим вносилось огромное количество изменений в электросистему самолета. С 7-й серии завода № 39 появились трубы для сброса парашютных осветительных ракет в хвостовой части бомбардировщика.

В конце 1940 г. производство новой модификации начал осваивать завод № 126. По плану ему к концу года надлежало выпустить головную серию из пяти бомбардировщиков. Но реально выпуск начали лишь во 2-м квартале 1941 г. В мае завод попытался стать первые ДБ-3Ф, но военная приемка задержала их из-за неполной комплектации. На них не хватало прицелов НКПБ-3, вместо РСБбис и СПУ-Збис стояли старые РСБ и СПУ-3, мотогондолы клепали не впотай. Но вскоре основные вопросы решили, и бомбардировщики завода № 126 встали в строй ВВС. Машины из Комсомольска и далее немного отличались от московских и воронежских. Бензобаки имели иные габариты и несколько большую емкость. Например, консольный вместо 1055 л вмешал 1076 л, а центропланные по объему совпадали, но имели другие размеры. На заводе № 126 позднее внедрили МВ-2. МВ-3 и систему нейтрального газа.

К середине 1940 г. уже приняли 413 ДБ-3М. Выпустили существенно больше, на заводах скапливалось по несколько десятков машин, забракованных приемщиками. Кстати, название ДБ-3М к этому времени почти вышло из употребления. Да и ранее оно использовалось лишь в техописаниях и отчетах НИИ ВВС. Военная приемка делила бомбардировщики лишь на "ДБ-3Ф М-87 и «ДБ-3Ф М-88». а чаще просто считала машины «типа Ф». Со второй половины 1940 г. во всех документах новые бомбардировщики Ильюшина фигурируют как ДБ-3Ф независимо от марки моторов.

Всю сумму изменений, внесенных в машину за 1 -е полугодие, внесли в самолет. названный «эталоном на 2-ю половину 1940 г.». На нем стояли М-88 в капотах «типа Б», причем всасывающий патрубок вытянули до переднего обреза капота. Маслорадиаторы были упрятаны в крыло. Гидравлическое управление юбками заменили механическим (тросиками). Козырек пилотской кабины опять сделали гнутым. На самолете были смонтированы турели МВ-2 и МВ-3.

Впоследствии на «эталоне» добавили уборку хвостового колеса пневматикой и длинный фанерный гаргрот от пилотской кабины до турели МВ-3. Гаргрот должен был улучшить обтекание громоздкого фонаря турели. Таким способом хотели уменьшить расход горючего и хоть немного поднять скорость.

Самолет испытывался в НИИ ВВС до 29 октября 1940 г. Капоты «типа Б» себя оправдали, так же как и маслорадиаторы в крыле. Зато гаргрот оказался бесполезным. Прирост скорости составил всего 2 км/ч, зато существенно уменьшились углы обстрела в передней полусфере. Гнутый козырек искажал обзор. Убирающееся хвостовое колесо одобрили, но отметили, что оно сократило угол обстрела вверх почти на два градуса.

Так что эталоном «эталон» не стал, но капоты «типа Б» и механическое управление юбками внедрили на серийных машинах со второго полугодия. В октябре прошли испытания новые зимние жалюзи для самолетов с капотами «типа Ф». Сделали их в Москве, но образцом послужили уже упоминавшиеся жалюзи завода № 126. Они надежно и эффективно работали. Предписали укомплектовать новыми жалюзи все ранее выпущенные бомбардировщики.

В декабре того же года на заводе №39 провели интересный эксперимент по повышению боевой живучести ДБ-3Ф. Бензобак расположили в герметизированном отсеке, тоже заполнявшемся нейтральным газом. Идею позаимствовали у немцев. Так размешались бензобаки на изучавшихся у нас бомбардировщиках Юнкерс Ju 88 и Дорнье Do 215. Изготовили экспериментальное крыло, которое расстреливали из пулемета на полигоне. Но результат от новинки оказался невысоким. Сказалось низкое качество изготовления. Отсек, который должен был герметизироваться, уплотнили плохо.

ДБ-3Ф, оборудованный для обучения слепым полетам, октябрь 1940 г.

ДБ-3/ДБ-3Ф в ВВС РККА на 1 мая 1940г.

Идея была хорошей, но подвела технология. На серийных самолетах баки изготовлялись по-старому.

Всего за 1940 г. изготовили 1106 ДБ-3, незначительную долю из них с М- 88. Последних было бы больше, если бы не приостановка производства М-88 в августе-ноябре. Сборку двигателей прекратили и возобновили только после ликвидации основных дефектов и усовершенствования технологии. После этого начала выпускаться модификация М-88Б. На ней усилили шатуны и поршень, опять увеличили площадь оребрения головок и гильз, усовершенствовали маслосистему и карбюратор. Практически все лето и осень собирались только самолеты с М-87. Лишь 28 ноября через приемку на заводе № 18 прошли три бомбардировщика с М-88.

В войска ДБ-3Ф начали поступать с марта 1940 г. Планировалось провести войсковые испытания машины на финском фронте, передав по 10 самолетов в ВВС 7-й н 14-й армий, но война с Финляндией кончилось, а ДБ-3Ф еще не были готовы.

Фактически освоение ДБ-3Ф в полках развернулось в мае-июне 1940 г.. когда они пошли в 8-й, 11-й, 12-й, 42-й и другие полки. Всего только за первую половину 1940 г. предполагалось сформировать семь дальнебомбардировочных полков на ДБ-3Ф. а всего за год – одиннадцать (плюс два на ДБ-240). В дополнение к этому только за первый квартал хотели перевооружить десять полков. Кроме того, ДБ-3Ф давали и в некоторые разведывательные полки, например, в 167-й в Рязани. Только для новых формирований за июль-декабрь нужно было получить 682 ДБ-3Ф. На 15 марта ВВС недоставало 711 ДБ-3 (при том. что в наличии имелось 866, на которых летал 21 строевой полк и два резервных). Из-за нехватки самолетов в октябре 1940 г.. когда укомплектование новых полков уже должно было подходить к концу, во многих из них вообще не было ни одного самолета. На 20 октября в 200-м и 203-м дбап имелось по шесть машин (из 62). в 221-м – 15. в 223-м – семь. Семь полков не получили ничего!

Тем не менее уже к июлю 1940 г. появились части, практически полностью укомплектованные ДБ-3Ф. Например, в 8-м дбап на 25 июля значатся даже 72 ДБ-3Ф с моторами М-88. Новые самолеты стали поступать в Московский. Ленинградский. Северо-Кавказский и другие округа. Лишь на Дальнем Востоке монопольно царили старые ДБ-3. Там сохранилось еще немало машин с М-85 и М-86. «…в 5-й аб имеется 48 самолетов ДБ-3 первого выпуска разных заводов. Все эти самолеты требуют модернизации и в настоящее время небоеспособны из-за отсутствия запчастей, т.к. запчасти серийных самолетов не подходят». – сообщали оттуда.

Внедрение ДБ-3Ф в строевых частях поначалу вызвало много неприятностей. «Первый же месяц эксплоатации этих самолетов выявил ряд серьезнейших дефектов и недостатков конструктивно-производственного порядка…», – писал в июне 1940 г. заместитель начальника ВВС Смушкевнч новому наркому обороны маршалу Тимошенко. Расход горючего оказался почти вдвое больше, чем у ДБ-3Б. Впоследствии выявили дефект карбюраторов АК-88. дававших переобогащенную смесь. Карбюраторы еще периодически и горели при заходе на посадку. Жаловались на недостаточную прочность капотов моторов и всасывающих патрубков – трескаются. Полужесткие баки деформировались. Из-за неудачной конструкции заборников в баках оставался значительный невырабатываемый запас горючего, превышавший 150л. И. наконец, в носовой кабине плохо закреплялось сиденье штурмана: «При резких толчках на рулении сиденье вместе со штурманом попадает в педали управления самолетом…».

ДБ-3Ф не вызывал восторга и у пилотов. Изменение центровки привело к значительному снижению устойчивости. «Пилотажные качества самолетов ДБ-3Ф в значительной степени ухудшились по сравнению с качествами самолета ДБ-3», – писал Смушкевнч.

Этот ДБ-3Ф в марте 1941 г. в снегопад разбился в Воронежской области

Бомбардировщик ДБ-240 (позднее переименованный в Ер-2), который должен был сменить ДБ-3 в дальнебом- бардировочных полках

К началу 1941 г. ДБ-3 в значительной мере уже исчерпал свой потенциал. На 1940 г. для дальних бомбардировщиков планировалось достичь скорости 500- 550 км/ч. а ДБ-3Ф не дотягивал и до 450 км/ч. В связи с этим ставку сделали на перспективные самолеты нового поколения – ДБ-4 Ильюшина и ДБ-240 Ермолаева. План по ДБ-4 дали московскому заводу № 39 (100 машин на 1940 г.). а освоение ДБ-240(Ер-2) поручили заводу в Воронеже. Первый проект плана на 1941 г. (от 11 ноября 1940 г.) предусматривал выпуск 1480 ДБ-240 и всего 350 ДБ-3Ф (в Комсомольске). На ДБ-240 хотели перевооружить 24 полка с машин Ильюшина. Но трудности с освоением бомбардировщика Ермолаева вынудили уже через месяц изменить цифры на 100 ДБ-240 и 750 ДБ-3Ф. На ДБ-240 теперь решили перевести поначалу всего два полка.

Но и при этом выпуск ДБ-3Ф постепенно сворачивался. Тем не менее совершенствование конструкции продолжалось. хотя очень немногое из опробованного тогда попало в серию. Работа шла в двух основных направлениях: мотоустановка и оборудование.

Установка моторов большей мощности могла поднять скорость самолета. Проработали вариант с двумя двигателями М-89. Этот мотор, сделанный под руководством Е.В. Урмина. представлял собой дальнейшее развитие того же «Гном-Рона». Его мощность доходила до 1300 л.с. Серийный выпуск ДБ-3Ф с этими моторами планировался на 1941 г. Пара М-89 испытывалась на ДБ-3Ф в Запорожье в марте-мае 41 -го. Никак не могли справиться с перегревом головок цилиндров. Затем началась война. Рассматривался вопрос о применении на ДБ-3 еще одного потомка GR 14К, дизеля М-87Д, обещавшего за счет уменьшения расхода топлива увеличить дальность полета, но этот двигатель не дошел даже до стадии опытного образца.

Еще в октябре 1939 г. Ильюшину предписали попробовать еще один новый двигатель, М-81 А. Д. Швецова мощностью 1600 л.с. тоже 14-цилиндровый двухрядный звездообразный. Два таких мотора смонтировали на серийном ДБ-3Ф. 30 марта 1940 г. он совершил свой первый полет. Предполагалось, что увеличение тяги доведет скорость до заданных 500 км/ч. Но моторы работали крайне ненадежно, постоянно перегреваясь. Кроме того, винт ВИШ- 37 плохо подходил к параметрам М-81. не давая возможности полностью использовать его мощность. Этот вариант отставили. Сам же мотор М-81. так и не дошедший до серийного производства. вскоре уступил место новому М-82.

Постепенное старение ДБ-3. который уже никак нельзя было назвать скоростным бомбардировщиком, заставило задуматься о его ночном применении и вообще о проблемах «слепого» самолетовождения. Еще до этого в состав оборудования дальних бомбардировщиков пытались включить радиополукомпас РПК-2. С ними выпускались отдельные серии или просто одиночные машины. С 25 апреля 1940 г. собирались ставить радиополукомпасы на каждый второй самолет для ВВС и каждый третий – для морской авиации (вот эта логика мне не очень понятна). С 1 июля РПК-2 требовали на всех ДБ-3Ф. Реально количество машин с РПК-2 определялось поставками их от радиопромышленности. Завод № 39 ставил их примерно на каждый третий бомбардировщик. № 18 – на каждый пятый.

Еще на ДБ-3Б началось внедрение автопилотов. Первые три самолета с ними сдали еще в октябре 1939 г. Всего за тот год их сделали 16. Перебрав много конструкций: гидравлических, электромеханических и пневматических, остановились на АВП-12 – копии американского «Сперри». Практически на всех ДБ-3Ф предусматривалась возможность его установки, но фактически монтировали их достаточно редко. В марте 1941 г. появилось решение Совнаркома о комплектации автопилотами 300 бомбардировщиков, причем 170 машин – уже во второй половине года. К этому времени ставку делали на модель АПГ-1. Но и она не стала массовой. Всю войну автопилоты на ДБ-3Ф оставались большой редкостью.

На ДБ-3Ф опробовались также «эхолот» (радиовысотомер) БК-3 и система слепой посадки «Ночь-1» («Кордон»), Последнюю разрабатывали сначала для ТБ-3, затем испытывали на ДБ-3Б в сентябре-октябре 1939 г. и опробовали на фронте в финскую войну (в 85-м полку). На земле стоял зонно-глиссадный радиомаяк. Монтировавшееся на самолете устройство воздействовало на автопилот, постоянно возвращая машину в равносигнальную зону. В июле 1940 г. завод № 240 должен был поставить опытную партию системы «Ночь» для установки на эталонных самолетах, а с 1 августа – начать сдачу серийной продукции. Все ДБ-3Ф с июля 1940 г. должны были предусматривать ее установку. Уже упоминавшееся выше постановление СНК требовало ее монтажа на 300 самолетах. Но и здесь количество реально оборудованных машин было ничтожно.

Все ДБ-3 до середины 1940 г. не имели штатного фотоаппарата, штурман работал с ручной камерой. Затем появился перспективный аппарат в штурманской кабине. По бумагам же еще с начала 1940 г. требовалось ставить плановый АФА-27Т (АФА-Б) на каждый третий бомбардировщик. Фактически их стали монтировать (точнее, предусмотрели установку) лишь в конце года.

Все эти доработки довели нормальный взлетный вес ДБ-3Ф до 8030 кг и свели на нет небольшие достижения в области аэродинамики и доводки винтомоторной группы.

Некоторые важные новинки, к сожалению, в этот период не были доведены до стадии серийного производства. В финскую войну часто отмечали отсутствие на ДБ-3 антиобледенителей. Рассматривались две конструкции: химический (НИИ ГВФ) и термический (Зуева). Химический разработал в НИИ ГВФ инженер Фейгельсон. Антифриз постепенно «выпотевал» через кожаную накладку. Вся конструкция весила менее 20 кг. Опытный образец смонтировали на ДБ-3Б в декабре 1939 г. Смушкевич тогда требовал срочно оборудовать 10 бомбардировщиков и отправить их на фронт для войсковых испытаний. Он также просил Комитет обороны разрешения заказать еще 50 экземпляров. Но система была недоработанной. Кожа затвердевала на морозе и высыхала летом. Лишь 31 января 1941 г. появилось решение о государственных испытаниях антиобледенителя Фейгельсона к 1 мая. С августа его хотели внедрить на серийных бомбардировщиках.

В октябре 1940 г. на заводе № 39 опробовали ДБ-3Ф с термической системой, скопированной с немецкого бомбардировщика Ju 88. После испытаний заказали 20 комплектов, из них 10 завод установил на серийных самолетах. Судя по тому, что от других десяти ВВС отказались, и этот антиобледенитель получился не очень удачным.

В апреле 1941 г. в Воронеже полностью переключились на Ер-2 и Ил-2, но продолжали сдавать машины из задела. Последний ДБ-3Ф прошел там приемку уже после начала войны с Германией, в июле. В Москве ильюшинские машины вытеснялись из цехов пикировщиками Пе-2 конструкции В.М. Петлякова. Производство их прекратили в ноябре 1940 г., но еще 44 ДБ-3Ф сдали в начале следующего года. Далее весь имевшийся задел отправили в Комсомольск, в том числе 55 самолетов – в виде полных комплектов.

Однако в ВВС ДБ-3 в разных вариантах оставался основной машиной дальней авиации. ДБ-4 (ЦКБ-56) вышел на заводские испытания только в октябре 1940 г. и страдал множеством конструктивных недостатков. Его построили в двух экземплярах, но даже не выставляли на госиспытания. Ер-2, хотя и начал выпускаться в довольно больших количествах, страдал множеством «младенческих болезней» и в строевые части попал только в июле 41-го. Большую войну дальняя авиация начала на ДБ-3.