ПОБЕГИ РУССКИХ ПОЛОНЯНИКОВ ИЗ ТУРЕЦКОГО ПЛЕНА

ПОБЕГИ РУССКИХ ПОЛОНЯНИКОВ ИЗ ТУРЕЦКОГО ПЛЕНА

Казаки, как и простые русские люди, попадали в плен разными путями. Однако чаще всего — в результате сражений с турками. Рабское состояние русских пленников вызывало сильное сопротивление со стороны несчастных. Поскольку далеко не все родственники могли собрать столь значимую сумму за своих родных, а государственных денег всегда не хватало, оставался лишь один верный способ получить свободу — побег. Однако это было не так просто, как кажется. Турки зорко следили за своими рабами и при первом подозрении могли наказать провинившегося самым жестоким образом. И, тем не менее, побеги случались.

Многие из пленников казаков попадали в плен во время боевых операций. Так, весной 1641 года донской атаман Тимофей Яковлев на 12 стругах с 600 казаками выходил в Азовское море для захвата языков. В конечном итоге отряд разделился. 7 стругов вернулись обратно в Азов, а оставшиеся 5 с тремя сотнями казаков направились в Черное море во главе с атаманом Михаилом Тараном Казаки напали на турецкий город Подризу, захватив множество пленных и трофеев. Но на обратном пути, возле устья Дона, им преградил путь турецкий флот. Тогда казаки направились к устью Днепра. Но и здесь их встретили у Очакова 5 галер и 12 полугалер. С трудом казаки вошли в устье Днепра. Выше по течению их встретил польский отряд полковника Душинского. Казаки просили поляков уберечь их от турок, пока устье Дона не освободится, подкрепив свою просьбу богатыми подарками. Полковник взял подарки, но поскольку ненавидел казаков, послал к очаковскому паше весть, чтобы совместно напасть на них. В результате на донцов напали одновременно с двух сторон, перебив несчастных или взяв их в плен. Михаил Таран попал в число тех, кто остался жив, но его схватили. Часть казаков с боем ушла от погони, известив московские власти о случившемся. Те же из казаков, кто оказался в турецком плену, надолго там не задержались. В октябре 1641 года в Москву прибыли Юрка Марченок и еще 6 казаков, захваченных в ходе Очаковского сражения. Они сбежали от своих хозяев и добрались через дикие степи до России. В награду за удачный побег каждый из них получил по два рубля и отрезу сукна и ежедневное содержание в 8 денег.

Среди попавших в плен в том деле оказался и казак Онуфрий Шатров. В ходе сражения он попал в плен к туркам. Его отправили вместе с другими пленными в город Урван (Варну), где продали в рабство турку Кегей-Магомеду. Однако долго в рабстве Шатров так же не задержался. В начале октября 1641 года он сбежал от хозяина и через Валахию вышел в польские земли в город Савран, оттуда добрался до Лысенок, затем до Звенигорода и Киева. Прожив в Киеве две недели, казак отправился в Конотоп, затем в Путивль, откуда и пришел в начале января 1642 года в Разрядный приказ в Москве. Здесь он известил власти о своей судьбе и сообщил о том, что слушал, что при возвращении из Азова в шторм погибли 10 турецких галер. За свой подвиг Шатров получил от правительства два рубля и отрез ткани, а также 8 денег денежного содержания. Еще один казак, участвовавший в сражении под Очаковым, Алексей Седой прибыл в Москву 23 февраля 1642 года Он также попал в плен к туркам, однако пробыл там всего неделю, после чего сбежал. Добрался до Киева, а затем до Камаричей, где сильно заболел и был вынужден прожить там два месяца. Таким образом, значительная часть казаков, взятых в плен под Очаковом, благополучно сбежала из плена и добралась до Москвы.

В феврале 1645 года в Посольский приказ являлся сбежавший из плена донской казак Василий Прокофьев. Он рассказал, что, находясь в Азове, был послан на море на поиски языка, однако попал в плен и был продан на галеру. Но оттуда он вскоре сбежал. За свое терпение и побег Прокофьев получил вознаграждение 5 рублей и отрез сукна.

Некоторые пленники попадали в рабство по нескольку раз. Так, мае 1646 года челобитную о вознаграждении за побег из турецкого плена подал донской казак Андрей Евдокимович Клепиков. О себе он сообщил, что еще в детстве он был взят в плен ногайскими татарами и пробыл у них в услужении пятнадцать лет. После этого Клепиков сбежал от хозяев и ушел на Дон, где служил царю около тридцати лет. Так продолжалось, пока его снова не взяли в плен в 1643 году азовские татары. На этот раз его отправили в Крым, где продали новому хозяину в Константинополь. Четыре года Клепиков терпел рабство, пока снова не сбежал. Его путь на свободу пролегал через Валахию и Польшу в Севск, откуда он и прибыл в Посольский приказ в Москве. За свое терпение и побег из плена Клепиков получил из казны четыре рубля и отрез ткани, также дневное содержание 6 денег на месяц.

Путь через Балканы в Россию был для русских пленников самым близким, поэтому им пользовались достаточно часто. В 40–50-е годы XVII века этой дорогой попали на Родину многие из бывших турецких пленников. Так 21 октября 1645 года из турецких владений пришел в Путивль русский полоняник Петр Кузьмин. Он был крестьянином Комарицкой волости, откуда в 1637–1638 годах ушел на Дон. В 1644–1645 годах он участвовал в неудачном морском походе полутора сотен донских казаков. Турки подстерегли их на Донце и перебили, когда те возвращались с моря. Убив около 10 человек, турки увели остальных в плен. Их привезли в Азов, откуда распродали по разным городам, а их предводитель атаман Родион Карагич был отправлен в Константинополь, где по указу султана казнен. Кузьмина также продали в Константинополь, где он и провел восемь лет в рабстве, пока не сбежал. Царь Алексей Михайлович по челобитной пленника, поданной в марте 1646 года, повелел дать ему двор и корм по восемь денег в день на неделю. По второй челобитной Кузьмина с просьбой выдать ему денег на прокорм, было велено выдать ему 4 рубля из приказа Большого прихода.

В 1646 году в Москву прибыл другой донской казак Наум Афанасьевич Шихотник, также сбежавший из турецкого плена. В 1644 году он вместе с другими донскими казаками ходил за языками к Темрюку. Разгромив татар и захватив пленных, казаки двинулись в обратный путь на Дон. Однако на Мертвом Донце их перехватили азовцы, крымские и ногайские татары. Три дня 300 казаков отбивались от превосходящих сил врага. Раненого Наума Шихотника взяли в плен. Его продали в рабство в Константинополь, где он пробыл два года, пока не совершил побег и не вернулся обратно в Россию, пробираясь, видимо, через Балканы.

В августе 1648 года из турецкого плена сбежал донской казак Андрей Елисеев. В 1646 году во время похода отряда Ждана Кондырева в Азовское море, его отправили с донесением с Кривой косы в Черкасский городок. Однако до конечной точки Андрей не добрался. В степи его перехватили азовские татары. Изначально его отправили в Константинополь ко двору султана, где подвергли допросу, а затем должны были казнить. Однако казака «спас» визирь. Он всячески пытался переманить Елисеева в ислам, однако тот категорически отказался. Тогда визирь отправил его в тюрьму, где тот просидел с января по апрель 1647 года. После этого его отдали рабом на галеру. Елисееву повезло, во время стоянки в Константинополе он сбежал и начал пробираться на родину по суше через Балканы, Валахию и польские земли, откуда добрался до Путивля. За свое терпение в плену и удачный побег Елисеев получил 4 рубля и кусок сукна.

В середине декабря 1648 года в Москву прибыл еще один беглец, донской казак Степан Молинский, и житель Рыльска Василий Иванов. Молинский попал в плен за десять лет до побега, во время похода на Черное море. Его отвезли в Константинополь, где он и находился в рабстве. Василий Иванов попал в плен в 1646 году во время набега крымских татар на Рыльский уезд. Его продали на галеру, где он и пробыл два года. Не известно, как встретились беглецы, но в Россию они пробирались через Венгрию, Валахию и Польшу, пока не достигли границы, откуда и были отправлены в Москву. За побег Молинский получил 4 рубля и отрез ткани.

В январе 1649 года в Москву прибыл донской казак Михаил Липовскии, сбежавший из турецкого плена. На допросе он рассказал, что попал в плен в 1646 году во время похода под Азов. Его продали в рабство в Константинополь, где он и пробыл до осени 1648 года, пока не сбежал. Добираясь через Балканы, он 28 декабря явился в Путивль и предстал перед воеводой, который и отправил его в Москву. За побег казак получил вознаграждение в 4 рубля и отрез ткани.

В феврале 1649 году в Москву прибыл другой турецкий полоняник Федор Иванов. Этот казак, как и Липовскии, попал в плен под Азовом в 1646 году и два года провел в турецком плену в Константинополе. Дальнейший его путь на свободу пролегал по тому же пути, что и его товарища по несчастью — через Венгрию, Валахию, Польшу в Россию. Как и Липовского, его наградили 4 рублями и отрезом сукна

Зачастую побеги из плена превращались в настоящий авантюрный роман. Такова, например, история побега стрельца Андрея Дербышева. Он появился в Царицыне 7 августа 1668 года. В ходе расспросов он рассказал, что служил в Терском городке, в конных стрельцах. Зимой 1666/67 года его отправили в составе отряда из двадцати стрельцов сопровождать Сергея Протопопова с отпиской терского головы в Москву. Проводив гонца до Черного Яра, стрельцы собрались в обратный путь. В степи недалеко от Белого озера во время обеда на них напали ногайские татары. Стрельцы вступили в сражение, однако силы были неравными. Двое были убиты, а остальные восемнадцать человек попали в плен. После этого их разделили и отвели по разным улусам. Судьба Дербышева была весьма печальной. Его привели в Азов, где продали туркам за 60 талеров. Бывшего стрельца отправили к новому хозяину Сандалу Асанову в Константинополь. Пять месяцев Дербышев жил у него, выполняя роль слуги, пока Сандал не отправился по торговым делам в Азов. По дороге они зашли в порт Теф, где пробыли четыре недели. Пока хозяин занимался своими делами, Дербышев подговорил других русских невольников в городе к побегу. Собрав отряд из пятидесяти человек и вооружив их всем, что они могли найти в домах своих хозяев, Дербышев повел их в порт. Заранее запасаясь небольшим количеством припасов, они захватили один из стругов и спешно вышли в море. Пять дней они двигались вдоль берега, рассчитывая достичь устья Дона. На их беду в море они повстречали флотилию из пятидесяти стругов запорожцев, находившихся на службе крымского хана. Поскольку выхода у беглецов не было, они вступили с ними в бой. К сожалению, силы были неравны. Несмотря на то, что полоняники убили десять черкас, все они снова попали в плен. В очередной раз они оказались в подземельях, на этот раз в городе Тамань. Здесь Дербышев узнал о том, что в городе находится его бывший хозяин Сандал. За несчастного стрельца он выложил в качестве откупа пятнадцать талеров, забрав с собой в Азов. Остальные пленники остались ожидать своей судьбы в Тамани. Дербышев прожил в Азове еще пять недель, а чтобы он не убежал, его заковывали в ножные кандалы, скованные с кольцом на шее. Но и это не остановило отважного стрельца. В одну из ночей он сбил свои оковы и перелез через городскую стену. Дальше ему пришлось пробираться пешком по степи, пока не достиг Черкасского городка. Прожив у казаков около трех недель и восстановив силы, он отправился дальше в Царицын, где и предстал перед местным воеводой.

В 1674 году из турецкого плена сбежали рейтар из Ельца Федор Феоктистович Дорохин и крестьянин из Нежина Андрей Астафьев. Дорохин на допросе сообщил, что был взят в плен под Чудновом и пробыл в плену в Крыму около двух лет, пока его не продали в рабство в Константинополе. Дальнейшая его судьба сложилась весьма своеобразно. Он занял место турка на военной службе. Заработав денег, зимой 1673/74 года Дорохин выкупился у хозяина. Перезимовав вместе с турецкой армией, он весной перешел Дунай и вскоре добрался через Валахию до Киева, откуда вернулся в Россию.

Андрей Астафьев заявил, что попал в плен к татарам под Нежином, за пятнадцать лет до побега. Его продали в рабство на рынке в Константинополе. Несколько лет он работал в столице, затем его продали Мутянскому (Валашскому) владетелю, где он пробыл около двух лет. Когда Польша начала войну с Турцией и валашский правитель объединился с поляками, Астафьева, в числе многих других подданных, мобилизовали на войну с турками. Долго воевать ему не пришлось, и вскоре он сбежал со службы, пробыв в Валахии еще год. Однако его сильно тянуло в родные места, и он стал пробираться домой через польские земли, а затем добрался до Киева, где и встретился с товарищем по несчастью Федором Дорохиным.

Однако не всегда беглецам так везло. Те, кто бежал от турок, зачастую, проделывали весьма долгий путь на родину, возвращаясь не напрямик, а окружным путем, через персидские земли. Этот путь был значительно более длинным и не гарантировал безопасность, однако у полоняников, оказавшихся в глубинных районах Малой Азии, не оставалось иного пути на свободу. Добравшись до границы с Персией, которая всегда была враждебна Османской империи, русские рабы надеялись встретить русских купцов или послов, которые практически каждый год выезжали в Персию для торговли и переговоров.

В 1644 году из турецкого плена сбежали полоняники Антон Артемьев из Ливен, Никифор Онофриев из Костромы и Петр Дмитриев из Ельца. На расспросе в Посольском приказе они рассказали, что были среди оборонявших Азов во время «великого сидения», однако после того как казаки покинули город, они вместе с товарищами на 30 стругах отправились в поход на Черное море. В Духонском лимане их отряд наткнулся на турецкий флот из 90 галер. Отступая, казаки два месяца отбивались от турок, пока у них не закончился порох и пули. После этого турки захватили казацкие струги, частично перебив, а частично взяв в плен казаков. Пленников разделили и продали в разные города. Однако Артемьев, Онофриев и Дмитриев сбежали от своих хозяев и разными путями случайно сошлись в персидских владениях в Шемахе. Оттуда их взяли на борт русские купцы, которые и доставили их на бусах в Астрахань. После этого астраханский воевода Борис Александрович Репнин отправил их в Москву для составления подробного отчета об обстоятельствах побега. За нахождение в плену они получили по 5 рублей и по отрезу сукна, а на дневное содержание по 8 денег.

В декабре 1649 года в Москву прибыл сбежавший из турецкого плена донской казак Конон Нестеров. Он попал в плен во время обороны Азова от турецких войск. В ходе вылазки из крепости он был схвачен и обращен в рабство. Его доставили в Константинополь, где он выполнял разные службы, в том числе был гребцом на галере девять лет, пока не сбежал. Через Персию он добрался до Астрахани, а затем был доставлен в Москву.

В апреле 1650 года в Москву прибыл беглый полоняник донской казак Михаил Петров. В 1646 году он участвовал в походе Пожарского и Кондырева под Азов, где раненый и попал в плен. Петрова опознали как войскового писаря, после чего азовский наместник Мустафа-бей приказал пытать его, желая выведать тайны Донского войска. Поскольку казак так и не выдал никаких секретов, его отвезли в Крым, где продали в рабство паше города Кафа. После того как в город пришел турецкий флот, Петрова снова подвергли пытке. Его жгли огнем и били плетьми, после чего посадили за весло гребца на одной из галер. Восемнадцать дней он провел прикованным к веслу. Только после этого турки убедились, что он либо ничего не знает, либо слишком упрям и ничего не расскажет. Тогда они решили освободить его за выкуп в 2000 золотых. Полтора года его возили по разным селениям. Ему почти повезло, когда его привезли в Азов на размен пленных, но и в этот раз он не получил свободу. В конечном итоге его продали в Константинополь, откуда доставили к новому хозяину в город Суваз. Несколько лет он терпел унижения, пока в августе 1649 года не сбежал из рабства. Он пересек границу с Персией. Его дальнейший путь лежал через Кавказ в кумыцкие степи, а затем на Терек, откуда он и попал в Астрахань. В пути к нему присоединились такие же беглецы из Турции, всего 8 человек, в основном донских казаков и служилых людей. В Астрахани их принял воевода князь Оболенский, который и отправил их всех в Москву для расспроса.

7 апреля 1668 году в Приказную палату прибыл бывший рейтар Степан Иванович Ценин. На допросе он сообщил о том, что проходил службу у воеводы Василия Борисовича Шереметева в Запорожье. Там он попал в плен к крымским татарам. Те привели его в Крым, а затем продали туркам. Его новый владелец проживал в городе Деврен недалеко от Константинополя. Два года он находился на службе у турецкого янычара, пока не сбежал. После этого он жил в самых разных местах около трех лет. В конечном итоге он был вынужден вернуться обратно к своему хозяину в Деврен. Однако его в очередной раз продали в город Аван к Алею-паше. Новое место жительства было недалеко от Кызылбашской земли (Персии). Прожив в услужении еще два года, Ценин снова сбежал в город Кут, откуда через Персию добрался до Шемахи. Здесь его подобрал русский купец Андрей Третьяков, который и доставил его в Астрахань.

Случались аналогичные побеги и в более позднее время. Сохранилась челобитная костромского служилого человека Василия Васильевича Полозова к царю Федору Алексеевичу, который сбежал из турецкого плена. Еще в малолетстве Василий с отцом отправился на службу к воеводе Борису Александровичу Репнину в Яблонев, где Полозов попал в плен к крымским татарам. Полтора года костромич находился в плену, пока не был отправлен в качестве подарка султану. Василию повезло, поскольку его оставили при дворе, и он 12 лет прислуживал султану. Все это время он сохранял свою веру, что в конечном итоге и вызвало гнев султана. В ярости он захотел казнить слугу, но от смерти его «спас» Ахмед-мурза, который отдал его на галеру. Следующие девять лет несчастный провел за веслом, скованный цепями по рукам и ногам. В конечном итоге Полозову снова «повезло». Галера затонула вместе со всем экипажем во время шторма Спаслись лишь Полозов и его сосед по веслу. Прикованные цепями к обломку, они держались за него, пока их не выбросило на берег. Дальнейшая судьба Полозова весьма необычна. За долгие годы во дворце и на галере Полозов хорошо выучил турецкий язык, что очень ему помогло. Смуглый костромич с идеальным турецким произношением и в восточных одеждах не вызывал подозрения, поэтому его всегда принимали за подданного султана. Бывший невольник не стал сразу возвращаться на родину, а прежде решил выполнить обет, который дал еще на галере — совершить паломничество на Святую землю, если Бог избавит его от рабства. Поэтому, распрощавшись с товарищем, Полозов направился в Иерусалим. Посетив все святые места Палестины и Сирии, Полозов направился в Египет, где прожил еще полтора года. За это время он посетил все возможные святыни. Выполнив обет, Полозов решил добираться на родину, которую не видел с самого детства. Через турецкие владения достиг Грузии, Дагестана и, пристав к персидскому купцу Кондрату, добрался через Каспийское море до Астрахани. Здесь он представил властям подробный отчет о своих приключениях, составив описание городов Османской империи.