ОТ АВТОРА

ОТ АВТОРА

«Партизанская республика»… Если спросить любого человека, который получил школьное образование в Советском Союзе, о чем идет речь, то он, вне всякого сомнения, ответит, что речь идет о Белоруссии. Да, именно так это, независимое ныне государство, еще недавно определялось во всех работах, посвященных Великой Отечественной войне. В этом названии отразилось все: и прекрасные условия для «малой войны», и количество партизанских отрядов, и героизм «народных мстителей» в их борьбе против немецких оккупантов. Однако, и внимательный читатель не мог этого не понимать, дело было не только в партизанах. Давая Белоруссии такое название, историки и публицисты как бы подразумевали, что всё, без исключения, население этой республики либо было «народными мстителями», либо сочувствовало им. Без сомнения, фактически так оно и было. Но, и это сейчас уже не является секретом, были и те, кто вполне искренне мог произносить слова, взятые эпиграфом данной работы, то есть идти на сотрудничество с врагом во имя каких-то своих целей.

В научной литературе деятельность этих лиц определяется одним словом — коллаборационизм. Надо ли говорить об актуальности этой проблемы? На наш взгляд, она несомненна. И не только с чисто академической точки зрения. Многие общественно-политические «вызовы» современности, на которые вынуждено «отвечать» все наше постсоветское общество, уходят своими корнями именно в годы Второй мировой войны и связаны именно с проблемой коллаборационизма. Более того, эти «вызовы» не просто связаны с ней, а являются прямым следствием тех неоднозначных и трагических событий, когда более миллиона советских граждан разных национальностей встали в ряды германской армии и сражались против своих соотечественников до самых последних залпов войны.

Советская историография трактовала выбор коллаборационистов однозначно отрицательно. Что ж, такая позиция, конечно, не давала возможности даже приблизиться к объективному пониманию этой проблемы. Тем не менее, как это ни парадоксально, на то были свои причины. Как сейчас известно, большинство коллаборационистских проявлений было густо замешано на проявлениях национализма и русофобии. И это другая сторона проблемы сотрудничества советских граждан с военно-политическими структурами Третьего рейха. Кто-то делал это, исходя из социальных и антикоммунистических мотивов, а кто-то — руководствуясь мифами своей националистической идеологии.

Сейчас трудно сказать, что в тех условиях было лучше: замалчивать или всесторонне обсуждать эту болезненную тему? Фактом остается только то, и все мы тому свидетели, что в непростых социально-политических условиях, сложившихся после распада Советского Союза, националистическая подоплека коллаборационизма проявилась полностью. Во многом это было связано с так называемым национальным возрождением в бывших советских республиках. Зачастую этот процесс сводился к пересадке на постсоветскую почву тех идей, которые духовные предшественники нынешнего поколения националистов выработали до Второй мировой войны, а уже развили и попытались реализовать при содействии нацистов. И как бы дико это ни прозвучало, по целому ряду причин, главными из которых были «борьба с коммунизмом и русским империализмом», большинство коллаборационистов были объявлены национальными героями. Так, например, произошло во всех республиках Прибалтики. Кое-где, как, например, на Украине, вопрос об их признании таковыми был поставлен на повестку дня, но благодаря сопротивлению большинства населения так и не сдвинулся с «мертвой точки». Чем все это можно объяснить? Скорее всего, короткой историей государственности этих народов, когда в ее «актив» записывается любое событие, даже самого сомнительного характера. С подобной точкой зрения можно соглашаться или нет, однако и не замечать ее тоже не стоит. И события так называемой «оранжевой революции», которая не так давно произошла на родине автора, яркое тому подтверждение.

В целом все сказанное касается и белорусских коллаборационистов. Нельзя сказать, что эта проблема была «обойдена вниманием» исследователей и не нашла своего отражения в историографии Второй мировой войны. И хотя интерес к ней значительно уступает интересу, например, к украинскому национализму и коллаборационизму, вопросы, связанные с их белорусской разновидностью, затрагивали в своих работах и советские, и зарубежные, и эмигрантские авторы. Однако, пытаясь в меру своих возможностей и взглядов быть объективными, все они не смогли избежать одной и той же, но разнонаправленной тенденции: либо принизить роль белорусских коллаборационистов, низведя их до уровня обычных предателей, либо поднять эту роль до таких высот, какой она не мыслилась даже этим коллаборационистам. Как обычно, истина лежит где-то посередине.

Разумеется, ни автор, ни его исследование не претендуют на эту истину. Как ни парадоксально прозвучит, но, даже опираясь на самые редчайшие и достоверные документы, трудно быть объективистом. «Чем же тогда является эта книга?» — спросит читатель. Скорее, это своего рода приглашение к дальнейшему конструктивному обсуждению поставленных вопросов, к дискуссии, какой бы острой она ни была. Тем не менее автор надеется, что его книга станет еще одним, пусть небольшим, но шагом к пониманию такой болезненной, сложной и многогранной проблемы, какой и по сей день еще является проблема коллаборационизма.

* * *

Автор выражает глубокую признательность всем тем, кто любезно согласился предоставить свои материалы и помощь для подготовки данной работы. Прежде всего мне хотелось бы поблагодарить Антонио Муньоса (Нью-Йорк, США), без всесторонней поддержки которого этот проект был бы вряд ли осуществим. Кроме него большая помощь была оказана со стороны следующих лиц: Эдгар Бюттнер (Фрайбург, Германия), Джордж Нэйфзигер (Уэст-Честер, Огайо, США), Самуэль Митчем (Монро, Луизиана, США) и, к сожалению, ныне покойный доктор Иоахим Хоффманн (Эбринген, Германия).

Отдельную большую благодарность автор выражает всем сотрудникам Государственного архива Автономной Республики Крым (Симферополь, Украина), Национального архива Республики Беларусь (Минск, Беларусь), Белорусского Государственного архива кино-, фото- и фонодокументов (Дзержинск, Беларусь) и Федерального военного архива ФРГ (Фрайбург, Германия), которые оказали неоценимую помощь в подборе документов и материалов для этой книги.

Романько О. В., кандидат исторических наук, Симферополь, Крым, сентябрь, 2007 года