Глава 2. «БАБЬЕ ЛЕТО» СЕВАСТОПОЛЬСКОЙ КРЕПОСТИ

Глава 2.

«БАБЬЕ ЛЕТО» СЕВАСТОПОЛЬСКОЙ КРЕПОСТИ

После каждой большой войны появляются горе-теоретики, утверждающие, что успеха во всех последующих войнах можно достичь, используя лишь один вид оружия. Так, после Второй мировой войны американское правительство считало, что Третью мировую войну можно выиграть путем стратегических бомбардировок с применением как ядерных, так и обычных бомб.

В отличие от американцев Сталин в 1945—1953 гг. предпочел гармонично развивать все виды вооружения. Именно в эти годы были созданы атомная и водородная бомбы, принята на вооружение баллистическая ракета Р-2, началась разработка баллистических ракет средней и большой дальности Р-5, Р-12 и Р-7, создавалась стратегическая авиация, мощная система ПВО «Беркут» с зенитными управляемыми ракетами С-25. Но наряду с этим строились и обычные артиллерийские корабли, включая крейсера и линкоры, совершенствовалась береговая оборона.

Сразу же после освобождения Севастополя советские инженеры осмотрели разрушения на башенных батареях № 30 и № 35. Разрушения на батарее № 35 полностью исключали ее восстановление, а вот на батарее № 30 не подлежала восстановлению лишь верхняя часть артиллерийских башен.

В 1947 г. руководством ВМФ был поднят вопрос о восстановлении батареи № 30, но уже не с двух-, а с трехорудийными башнями. Дело в том, что в период с 1925 по 1940 год с линкора «Полтава» («Фрунзе») были сняты 4 трехорудийные башни главного калибра. Две башни были установлены на о. Русском вблизи Владивостока на батарее № 981 (иногда ее называли «Ворошиловской»). Эта батарея вошла в строй в 1934 г. Кстати, она существует и поныне, правда, в законсервированном состоянии. В последний раз 305/52-мм орудия о. Русский стреляли в 1961 г. А в дальнейшем, до 1993 г., стрельба велась с помощью вкладных 45-мм учебных стволиков.

Оставшиеся две башни «Полтавы» в 1941 г. было решено установить на полуострове Ханко, и к 22 июня 1941 г. их погрузили на баржу для отправки к месту монтажа. Война сорвала планы постройки батареи на полуострове Ханко, а сама баржа с башенными установками затонула в 1942 г. и была поднята лишь в 1948 г.

50 лет назад наши инженеры не знали методов сетевого планирования, тем не менее, пока ЭПРОН разрабатывал планы подъема баржи, инженеры Ленинградского Металлического завода прорабатывали варианты переделки корабельных башен в береговую установку МБ-3—12ФМ, а на месте бывшей батареи № 30 уже в 1947 г. начались восстановительные работы.

Интересно, что ни сверхмощные снаряды калибра 60—80 см, ни подрывные заряды немецких саперов не смогли серьезно повредить железобетонный блок батареи № 30. Не было даже сдвигов кирасной брони и кирасного кольца, за исключением небольшой вмятины в кирасе. Взрывной волной были вырваны броневые двери в подбашенных помещениях, но в целом внутренние помещения сохранились.

В 1911 г. инженеры Металлического завода, не мудрствуя лукаво, сделали одинаковые шаровой погон и ряд других установочных частей для трехорудийных башен линкоров и двухорудийных башен береговых батарей. Теперь это оказалось кстати, и трехорудийные башни опускались прямо в колодцы двухорудийных башен 30-й батареи.

В башнях были установлены старые стволы, изготовленные Обуховским заводом в I913 г. Эти стволы были расстреляны еще до войны, но в 1940—1942 гг. их лейнировали (вставили тонкие внутренние трубы) на заводе «Баррикады». Благодаря лейнированию после расстрела ствола его не надо менять целиком, а достаточно вынуть тонкий лейнер. Поэтому эти стволы сохранились до сегодняшнего дня.

Для увеличения дальности стрельбы угол возвышения в трехорудийных башнях был увеличен с +25° (на «Полтаве») до +40°.

Согласно тактико-техническим требованиям орудийный блок и основной командный пункт батареи должны были выдерживать прямое попадание 458-мм снаряда и фугасной авиабомбы ФАБ-2000, а фактически после постройки батареи выяснилось, что они могут выдерживать прямое попадание лишь 406-мм снарядов американских пушек и фугасных авиабомб ФАБ-Ю00.

В специальных погребах каждой башни помещалось снарядов: дальнобойных — 90, полубронебойных — I80, бронебойных — 180, фугасных — 90.

Замечу, что большинство 305-мм снарядов в боекомплекте батареи было изготовлено до 1917 г. В 1960-х годах для 305-мм береговых башен в СССР был спроектирован специальный выстрел с ядерной боевой частью. Однако доставлялись ли эти выстрелы на 30-ю батарею и на Ворошиловскую батарею на острове Русском, автору установить не удалось.

Военные инженеры в 1913 г. выбрали место для батареи на открытой местности почти на гребне холма. Для своего времени они поступили вполне грамотно — такая посадка башен обеспечивала максимальный сектор стрельбы, а о точных приборах управления стрельбой тогда и не мечтали. К началу 1950-х годов такое расположение батареи уже не устраивало руководство ВМФ. Но что делать — не начинать же с нуля, тут и временной фактор, и огромные расходы. Тогда пошли на хитрость. Рядом с бывшей батареей № 30 на расстоянии 1 и 2 км с двух сторон от нее стали строить новые береговые батареи, в точности повторявшие очертания новой трехорудийной батареи. Причем новые батареи строили с учетом всех современных требований маскировки, и они удачно вписались в рельеф местности. С вводом в строй новой батареи вошли в строй две «соседки». Туда ездили автомобили, проводились учения личного состава, и т. д. Надо ли говорить, что «соседки» были ложными батареями. Причем был проведен целый комплекс мероприятий с целью убедить вероятного противника в том, что батарея на месте 30-й является ложной, а «соседки» — боевыми. Сама же батарея № 30 была замаскирована так, как будто она и осталась разрушенной.

Приказом главкома ВМС от 13 февраля 1954 г. батарея была принята в эксплуатацию. Позднее на базе батареи был сформирован Отдельный дивизион № 1545 береговой обороны Черноморского флота. 29 октября 1959 г. дивизион был переименован и получил № 459.

Личный состав дивизиона состоял из 223 человек, из которых 8 были офицеры. Для зенитной и противодесантной обороны дивизиону были приданы восемь 57-мм зенитных пушек С-60 и четыре счетверенные 14,5-мм зенитные пулеметные установки ЗПУ-4.

Для управления стрельбой 305-мм орудий на командном пункте батареи была установлена радиолокационная станция орудийной наводки «Залп-Б», созданная в 1953 г. Станция работала в 3-см диапазоне и обеспечивала автоматическое сопровождение цели по двум координатам. Артиллерийский огонь корректировался по всплескам от попадания снарядов в воду. В ходе испытаний РЛС «Залп-Б» устойчиво вела эсминец проекта 30бис в режиме сопровождения на дистанции 320 кабельтовых (58,5 км). Всплески от падения 305-мм снарядов надежно обнаруживались РЛС «Залп-Б» на дистанции 28,7 км, а разрывы дальнобойных снарядов — на дистанции 33,9 км. Кроме РЛС для обнаружения вражеских кораблей на батарее был установлен теплопеленгатор «Астра-2». Опознавание «свой — чужой» производилось с помощью аппаратуры опознавания «Факел-М3».

Государственные испытания батареи были проведены с 5 по 30 октября 1954 г. При стрельбе воздушная волна была столь сильна, что привела к разрушению нескольких жилых строений в совхозе им. Софьи Перовской на расстоянии 300—800 м от башен. Жертв среди населения не было, поскольку ему было предписано заранее покинуть дома.

С 1954 г. и, по крайней мере, до 1959 г. батарея в среднем ежегодно делала 20—30 выстрелов боевыми и уменьшенными зарядами.

В 1966 г. дивизион (то есть башенная батарея) вошел в состав 51-го отдельного ракетного полка, преобразованного в дальнейшем в 417-й отдельный ракетный артиллерийский полк. В 1991 г. дивизион включен в состав 521-й отдельной береговой ракетно-артиллерийской бригады (ОБРАБР). А в 1996 г. 459-й отдельный башенно-артиллерийский дивизион вошел в состав 632-го отдельного ракетного артиллерийского полка.

В настоящее время батарея находится на консервации и принадлежит Российскому Черноморскому флоту. Ее хотят обратить в музей, но статус батареи (дивизиона) до сих пор не определен.

Для защиты южной части района Севастополя вместо 305-мм батареи № 35 после войны было начато строительство 180-мм башенной береговой батареи, которая получила наименование объект «Буря».

Проектирование 180-мм двухорудийных береговых башенных установок МБ-2—180 началось еще в 1931 г. на Ленинградском Металлическом заводе, а заводские испытаний первой башенной установки были закончены 31 декабря 1935 г.

К. началу Великой Отечественной войны батареи с башенными установками МБ-2—180 имелись на Северном, Балтийском и Тихоокеанском флотах. На Черном же море только строились или были намечены к постройке шесть 180-мм башенных батарей (Евпатория, мыс Фиолент у Севастополя, Батуми, мыс Панагия и Коп-Такиль, Новороссийск).

180-мм береговая батарея № 330 (объект «Буря»), имела следующее расположение:

Огневая позиция — отрог балки Бермана в 2 км севернее мыса Фиолент.

Командный пункт — оконечность мыса Фиолент (бывшая батарея № 18). Удаление КП от центра батареи — 1648,3 м.

Боковой наблюдательный пункт № 1 — район Языковой балки.

Боковой наблюдательный пункт № 2 — бывший правый компост батареи № 35.

Боковой наблюдательный пункт № 3 — гора Каябаш (бывшая батарея № 21).

Прожекторный пост № 1—2,5 км северо-западнее мыса Фиолент.

Прожекторный пост № 2—0,5 км западнее бывшего Георгиевского монастыря.

Разрез 180-мм башенной установки Мб-2—180 на береговой батарее №330.

Директриса стрельбы: 270° (241?30 справа через 0 до 121°30 слева).

Позиция: полузакрытая. Мертвое пространство — 37,5 кабельтовых.

Вооружение; две 180-мм двухорудийные башенные установки МБ-2—180. Боекомплект — 408 снарядов и 840 полузарядов на башню. Расстояние между башнями — 364,8 м.

Система ПУС «Буй». Два 8-метровых стереодальномера ДМС-86 (в бронированной рубке РД-2—8). Один визир центральной наводки ВБК-1. Два башенных прицельных перископа ГУ, Одна радиолокационная станция «Залп-Б». Два прожектора. Два теплопеленгатора.

Батарея была хорошо замаскирована. Башенные установки, боевая и дальномерная рубки окрашены в тон местности и покрыты маскировочными сетями на стационарных каркасах; орудийные блоки обсажены деревьями, массив командного пункта обсыпан грунтом. Место жилого городка батареи выбрано с таким расчетом, чтобы его постройки заслоняли огневую позицию батареи от обзора с моря (со стороны бухты Камышовая).

Штат батареи № 14/106 составлял 269 человек, из них 12 офицеров. 73 мичманов и старшин, 184 рядовых.

Стоимость постройки (согласно проектному заданию): 15 600 000 рублей.

Основная часть блока обеспечивала защиту от попадания 203-мм снаряда или 250-кг фугасной авиабомбы, пристройки — защиту от осколков.

Силовое оборудование включало: дизель-генератор «Ruston and Gornsby» (Великобритания) постоянного тока мощностью 90 кВ, напряжением 220 В при 750 об/мин, электромашинный преобразователь 380/220 В мощностью 100 кВт для питания переменным трехфазным током от внешнего источника (трансформаторная подстанция 6000/380 В заглубленного типа между орудийными блоками).

Запас дизельного топлива составлял 2200 л: две емкости по 2000 л и расходный бак емкостью 220 л. (на 135 часов непрерывной работы дизеля).

Водоснабжение блока (часовое потребление 2,64 кубометра) обеспечивалось от внешней сети (артезианская скважина и запасной подземный резервуар емкостью 50 кубометров).

Система воздуха высокого давления (для артустановок) состояла из электрокомпрессора К-7 и 9 баллонов (в блоке) суммарной емкостью 450 л.

Вентиляция помещений блока — приточно-вытяжная искусственная (электровентиляторы). На заборных и выбросных каналах имелись волногасительные камеры и герметические клапаны. Средств коллективной противохимической защиты не имелось.

Система отопления водяная с котлом на твердом топливе и естественной циркуляцией.

Командный пункт оборудован в бетонном массиве бывшей 152-мм четырехорудийной батареи № 18.

Запасные погреба боезапаса — два вместимостью по 200 снарядов и 400 полузарядов каждый.

Убежище — одно вместимостью 40 человек с зашитой от 250-кг фугасной авиабомбы. Газоубежище — одно (в жилом городке) на 45 человек с защитой от 250-кг фугасной авиабомбы.

Дальность стрельбы батареи №330 пол у бронебойным снарядом обр. 1928 г. весом 97,5 кг составляла 37,5 км, а фугасным снарядом того же веса — 38,6 кг.

Строительство батареи началось 25 сентября 1946 г, 17 ноября 1951 г. эта батарея была реорганизована в 330-й отдельный артиллерийский башенный дивизион. В 1996 г. этот дивизион был передан Украине. В настоящее время батарея находится в стадии разборки, а говоря, по-русски — расхищения.

А теперь перейдем к последней построенной в послевоенное время береговой батарее.

Стационарная 130-мм четырехорудийная береговая батарея № 623 была сформирована приказом командующего Черноморским флотом № 00354 от 21 мая 1944 г., то есть через 9 дней после завершения советскими войсками штурма и освобождения Севастополя от немцев. Первоначально батарея входила в состав 118-го артиллерийского дивизиона береговой обороны главной базы Черноморского флота.

Для установки батареи Инженерным отделом Черноморского флота была выбрана бывшая огневая позиция (бетонный массив с четырьмя орудийными двориками еще дореволюционной постройки) 152-мм батареи № 18 на самой оконечности мыса Фиолент. В нескольких десятках метров юго-восточнее огневой позиции был построен командный пункт батареи.

Поскольку в районе мыса Фиолент началось строительство башенной 180-мм батареи № 330 (объект «Буря»), командный пункт ее решили разместить в массиве бывшей 18-й батареи. Поэтому 623-ю батарею пришлось переместить на новую огневую позицию. Место для нее было выбрано на пологом склоне возвышенности примерно в I км южнее. На новое место на западном берегу мыса Фиолент был перенесен и командный пункт батареи.

Вскоре после переноса на новую позицию батарея была поставлена на консервацию. В марте 1957 г, она вошла в состав вновь сформированного в Севастополе 778-го отдельного артиллерийского полка береговой обороны Черноморского флота (войсковая часть № 90135). До начала 1990-х годов территория новой огневой позиции батареи находилась в ведении Береговых ракетно-артиллерийских войск Черноморскою флота. Из этого района ежегодно производились учебные стрельбы подвижных береговых ракетных и артиллерийских комплексов. Подземные сооружения бывшего батарейного КП также использовались во время учений.

После распада СССР и начавшегося сокращения Черноморского флота территория батареи была передана городскому совету Севастополя. Последние годы здесь ведется активное дачно-коттеджное строительство. В результате часть огневой позиции с орудийными блоками № 1 и № 2 попала под застройку, но блоки № 3 и № 4 с прилегающими к ним подземными сооружениями, а также командный пункт пока сохранились и доступны для осмотра.

Орудийные блоки батареи представляют собой железобетонные сооружения, имеющие в плане вид восьмиугольника. В центре блока расположен круглый орудийный дворик с фундаментом под 130-мм морскую артиллерийскую установку системы Б-13-ЗС. Казенная часть орудия и наводчики были защищены стальным броневым щитом (так называемой полубашней), а сам дворик прикрывался сверху вращающимся на роликах броневым куполом системы инженера Вылкоста (такие же купола были установлены на 130-мм орудиях 1020-й (бывшей 19-й) батареи в Балаклаве). Орудия и купола были демонтированы с батареи еще в начале 1960-х годов, но их крепления и массивные литые роликовые погоны сохранялись до последних лет, пока не были уничтожены мародерами охотниками за металлом.

Внутри блока вокруг орудийного дворика проходит закрытая кольцевая галерея с окнами для подачи снарядов и пороховых зарядов к орудиям. В полу галереи имеются каналы для кабельных трасс, а на стенках сохранились крепления для приборов. С двух сторон к галерее примыкают помещения с нишами для хранения окончательно снаряженного боезапаса первой подачи. Эти ниши имеют металлические стеллажи для снарядов и пороховых зарядов и могли герметически закрываться стальными дверцами, ныне украденными.

Все четыре орудийных блока соединяются между собой потерной, сложенной из бутового камня с железобетонным перекрытием. Сейчас примерно половина этой потерны отгорожена дачниками глухой каменной стенкой во избежание несанкционированного проникновения на их фазенды из-под земли. Входы в потерну располагались в промежутках между орудийными блоками. Для естественного освещения потерна имеет световые люки, защищенные металлическими решетками и съемными стальными крышками (разумеется, ныне украденными). К потерне примыкали помещения основных снарядных и зарядных погребов. Снаряды хранились в погребах в штатных деревянных ящиках, отдельно от взрывателей. Пороховые заряды, упакованные в герметические пеналы, лежали на специальных стеллажах (остатки стеллажей до сих пор сохранились в погребе 4-го орудия). Погреба имели систему принудительной вентиляции: напротив них в стенах потерны имеются ниши с выходящими в них маховиками герметических клапанов и фундаментами вентиляторов.

Для самообороны огневой позиции батареи между орудийными двориками и на флангах были построены 4 стрелковые огневые точки в виде небольших цилиндрических железобетонных колпаков с амбразурами. По команде «оборона с суши* колпаки занимались бойцами с ручными пулеметами. В последние годы дачники использовали два из них в качестве фундаментов для бетонных водяных резервуаров.

Амбразуры могли закрываться изнутри стальными заслонками. Доступ в огневые точки осуществлялся через люки в потолке потерны. Как ни странно, но и заслонки и крышки люков до сих пор уцелели.

Командный пункт батареи расположен примерно в 500 м юго-западнее, практически на самом обрыве западной части мыса Фиолент. КП построен в виде заглубленного в землю бункера с каменными стенами и железобетонным перекрытием толщиной около метра.

В потолке рубки имеется круглое отверстие, через которое выходила наружу верхняя часть оптического визира (перископа) центральной наводки ВБК-1. В боевой обстановке на этом визире работали командир батареи и матрос-наводчик. Здесь же располагалась часть приборов системы управления стрельбой «Москва-ЦН».

Основные приборы «Москвы» располагались этажом ниже — в помещении центрального поста. Здесь были установлены центральный автомат стрельбы (аналоговое вычислительное устройство разработки еще конца 1930-х годов) и ряд других устройств.

И в заключение стоит сказать еще об одной уникальной береговой батарее, аналогов которой не было ни в СССР, ни на Западе. В отличие от других батарей она была мобильной, то есть могла перевозиться штатными армейскими тягачами АТТ. В состав батареи входили 4 артсистемы 152-мм СМ-9.

Это была самая мощная в СССР, да и, видимо, во всем мире специальная береговая мобильная установка. Проектирование 152-мм подвижных береговых установок началось еще в 1941 г. Так, в конце 1941 г. в томской группе ОКБ-172 были выполнены эскизные проекты установки 152-мм качающихся частей МУ-2 и Б-38 на гусеничные лафеты полевой 203-мм гаубицы Б-4, а также проект установки МУ-2 на возимом основании (проект МУ-2П).

В 1941 г. в Артиллерийском НИИ (АНИИ) был разработан аванпроект 152-мм береговой подвижной установки АМ-1—152 с качающейся частью от МУ-2. Угол вертикального наведения установки составлял 0?; +40?; угол горизонтального наведения 360°. Приводы наведения ручные, скорость вертикального наведения 3 град./с, скорость горизонтального наведения 2 град./с. Подача боеприпасов ручная.

На основе аванпроекта АМ-1—152 в МАЦКБ[67] под руководством А. Г. Гаврилова была начата разработка 152-мм установки на мехтяге СМ-9. Технический проект был закончен в 1945 г., а в 1947 г. заводу № 172 (г. Пермь) был выдан заказ на изготовление одного опытного образца установки СМ-9. Выбор этого завода для изготовления СМ-9 непонятен, поскольку он в советский период не изготавливал подобных орудий. Поэтому качающаяся часть и нижнее основание с шаровым погоном изготавливались заводом № 232. К концу 1948 года завод № 172 изготовил все заказанные ему конструкции, но собрать установку не мог, так как основания с шаровым погоном не были доставлены с завода № 232. В начале 1949 г. установка была собрана и прошли заводские испытания в Перми. С 25 августа 1949 г. по декабрь 1949 г. на НИАПе проведена вторая часть заводских испытаний, которая не могла быть выполнена по условиям полигона завода № 172. Испытания выявили много конструктивных недоработок. В мае — июне 1950 г. в Ленинграде прошли полигонные испытания, а в феврале 1952 г. — Государственные испытания. Однако СМ-9 на вооружение принята не была, а направлена на доработку.

В ЦКБ-34 под руководством Б.С. Короткова система была доработана и получила индекс СМ-9-1. В конце 1954 г. 4 качающиеся части к СМ-9-1 были изготовлены на заводе № 232, затем отстреляны на НИМАПе[68] на полигонном станке, приняты ВМФ и в I квартале 1955 г. отправлены на завод № 221.

В 1955—1956 гг. на заводе «Баррикады» было изготовлено 4 установки СМ-9-1. Комплекс в составе четырехорудийной батареи в сентябре — ноябре 1956 г. в районе Севастополя прошел государственные испытания.

Артустановка государственные испытания выдержала, а комиссия по результатам испытаний отметила, что артустановка легко осваивается личным составом, имеет лучшую кучность по сравнению с железнодорожной при одинаковой баллистике, устойчива на походе при достаточной проходимости и маневренности, но переход из походного положения в боевое занимает много времени. В состав комплекса рекомендовано включить систему ПУС «Бурея» и артиллерийскую радиолокационную станцию управления огнем «Бурун».

В 1957 г. Артиллерийское управление ВМФ приняло решение о нецелесообразности принятия на вооружение ВМФ установки СМ-9-1, так как ее тактико-технические характеристики имеют незначительные преимущества перед 130-мм установкой CM-4-I.

Здесь стоит заметить, что руководство Артуправления сравнило нечто с пальцем, а затем заявило, что у нечто есть лишь незначительные преимущества перед пальцем.

На самом деле боеприпасы и баллистика у 130-мм установок СМ-4-1 были идентичны 130-мм установкам СМ-2-1, установленным на эсминцах проекта 56, а у СМ-9-1 боеприпасы и баллистика идентичны 152-мм установкам МК-5бис, установленным на крейсерах проекта б8бис.

Установки СМ-4-1 давали дальность 22,2 км. Вес снаряда 33,4 км, вес ВВ в фугасном снаряде 1,4 кг. Сравним: у СМ-9-1 дальность стрельбы 30,2 км, вес снаряда 55 км, вес ВВ в снаряде 6,3 кг.

А в перспективе в 1970-х годах у нас и у американцев на вооружение поступили 152-мм специальные снаряды с ядерными боевыми частями, а 130-мм так и не смогли сделать.

152-мм самонаводящиеся (корректируемые) снаряды у нас состояли на вооружении свыше 20 лет, а над аналогичными 130-мм снарядами свыше 30 лет бьются сотрудники целого ряда институтов. Проектов много, а родить ничего не могут.

Ни в одной стране мира не нашлось умников, которые бы сказали, зачем строить крейсера со 152-мм артиллерией, когда они по сравнению с артиллерией эсминцев имеют лишь «незначительные преимущества».

Приказом главкома ВМФ № 0065 от 12 марта 1957 г. 152-мм установка СМ-9-1 в составе батареи была принята к боевой эксплуатации на Черноморском флоте, в серийное производство не рекомендована.

К 1 января 1984 г. все четыре установки СМ-9-1 находились на складе Черноморского флота.

Качающаяся часть СМ-9-1 взята от артустановки МУ-2МБ. Ствол состоит из лейнера, моноблока и казенника. Затвор поршневой двухтактный. Привод затвора ручной, усилие на рукояти затвора до 10 кг. Заряжание картузное. Снаряд досылается ручным прибойником, а заряд — вручную.

Люлька литая цилиндрической формы. Тормоз отката гидравлический веретенного типа. Накатник пневматический. Механизм вертикального наведения секторного типа, привод ручной, усилие на маховик до 10 кг. Механизм горизонтального наведения имел также ручной привод. Шаровой погон имел один ряд шаров.

Основание представляло собой сварной корпус с 6 сварными станинами, из которых две хребтовые и четыре откидные. В концы станин вмонтированы винтовые домкраты. На походе основание является рамой лафетной повозки.

Бронирование состояло из правого и левого щитов, прикрывающих наводчиков, а также двух съемных щитов, прикрывающих заряжающих.

Установка СМ-9-1 перевозилась на двух повозках: лафетной и ствольной. Обе повозки имели передний и задний двухскатные хода с торсионным подрессориванием. Колеса 12x20 с шиной ГК. Возка системы производилась гусеничным тягачом АТТ со скоростью до 30 км/час. Боекомплект и различное имущество перевозилось на автомобилях ЯАЗ-210А.

Специально для установки СМ-9-1 ЦКБ-34 сконструировало командно-дальномерный подвижный пост СМ-30-1. Завод «Баррикады» изготовил один такой пост. Высота линии визирования над местом установки — от 7,5 до 20 м. Вес повозки поста в походном положении — 12,6 т. Наибольшая скорость передвижения повозки 30 км/час.

1991 год стал концом существования береговой артиллерии в Крыму. В настоящее время все береговые батареи Севастополя, за исключением башенного дивизиона № 459, являются местами добычи «старателей», уничтожающих уникальные сооружения, которые могли бы стать достопримечательностями Севастополя и привлекать десятки тысяч экскурсантов за сезон.