ПЕРВЫЕ БОИ С ЧАСТЯМИ КРАСНОЙ АРМИИ

ПЕРВЫЕ БОИ С ЧАСТЯМИ КРАСНОЙ АРМИИ

Пока на территории Генерального комиссариата Белоруссия («Вайсрутения») и в тыловом районе группы армий «Центр» проводились мероприятия по борьбе с партизанами, ситуация на фронте стала приобретать для вермахта очень неприятный оборот. Войска Западного и Калининского фронтов в ходе Смоленской наступательной операции (с 7 августа по 2 октября 1943 г.) вышли к северо-восточной и восточной границе Белоруссии. Войска Центрального фронта в ходе Черниговско-Припятской операции (с 26 августа по 30 сентября 1943 г.) вышли к Днепру, Припяти и Сожу, захватили плацдармы на этих реках и создали условия для освобождения юго-восточных районов Белоруссии и Правобережной Украины[701].

Германское командование предполагало, что следующее наступление, которое собирается провести Красная армия, будет происходить на стыке групп армий «Центр» и «Север». Этот участок считался одним из самых слабых на Восточном фронте. В то же время Генеральный штаб ОКХ, оценивая обстановку, пришел к выводу, что в октябре — ноябре 1943 г. части и соединения РККА не будут вести активных наступательных действий. Осенняя распутица, бездорожье в лесисто-болотистой местности, казалось немецким генералам, будут служить серьезными препятствиями для войск противника, и он не сможет успешно наступать по раскисшим грунтовым дорогам. Все это, по мысли германского командования, позволит 3-й танковой, 2-й, 4-й и 9-й полевым армиям подготовиться к обороне.

С этой целью многие города восточной Белоруссии стали превращаться в опорные пункты. Вокруг Витебска, Орши, Могилева и Бобруйска создавалась круговая оборона, имевшая несколько оборонительных рубежей траншейного типа. На берегах многочисленных рек возводились оборонительные укрепления[702].

Выводы германского командования оказались неверными. 6 октября 1943 г. войска Калининского фронта (с 20 октября 1943 г. — 1-й Прибалтийский фронт, командующий — генерал армии И.Х. Баграмян) начали Невельскую наступательную операцию. В наступление перешли правофланговые армии фронта — 3-я и 4-я ударные (командующие — генерал-лейтенант К.Н. Галицкий и генерал-майор В.И. Швецов). Они нанесли главный удар на Витебск с севера через Невель в стык групп армий «Центр» и «Север». 7 октября РККА взяла город Невель — крупный узел немецкого сопротивления. Понимая всю опасность сложившейся обстановки, командование группы армий «Центр» попыталось отбить Невель. С 11 по 31 октября 1943 г. части и соединения 3-й танковой армии постоянно проводили контратаки. В итоге наступление войск 1-го Прибалтийского фронта было остановлено, но вернуть Невель не удалось[703].

В ноябре 1943 г. боевые действия продолжились. Войска 1-го Прибалтийского фронта получили пополнение, уточнили задачи. 8 ноября 1943 г., как пишет В. Хаупт, 3-й гвардейский кавалерийский корпус «начал фронтальное наступление» на город Витебск. Хотя наступление не достигло намеченной цели, обстановка на северном фланге 3-й танковой армии стала критической. Командующий 3-й танковой армией, генерал-полковник Ганс Рейнгардт, отправил в Ставку Гитлера подробный доклад о положении. Фюрер отдал категорический приказ: «Ни шагу назад! Нанести контрудар!»[704]

13 декабря 1943 г., после получения подкрепления, войска 1-го Прибалтийского фронта возобновили наступление, начав Городокскую наступательную операцию (продолжалась до 31 декабря). Целью операции было нанести поражение 3-й танковой армии и ликвидировать городокский выступ, прикрывавший путь на Витебск. Несмотря на плохие погодные условия, 11-я гвардейская, 4-я ударная и 43-я армии прорвали немецкую оборону на фронте 15 км и к 16 декабря продвинулись вглубь на 25 км. 23 декабря началось решающее сражение за Городок. Вечером 24 декабря советские войска овладели городом и крупной железнодорожной станцией Городок. Развивая успех, части и соединения 1-го Прибалтийского фронта перерезали железную дорогу Полоцк — Витебск и к 31 декабря подошли к оборонительному рубежу северо-западнее Витебска. Однако попытки прорвать его не дали положительных результатов. В соответствии с приказом Верховного Главнокомандования войска 1-го Прибалтийского фронта перешли к обороне[705].

Еще в октябре 1943 г., когда проводилась Невельская наступательная операция, в тылу 3-й танковой армии активизировали свои действия бригады «народных мстителей» Россонско-Освейской зоны. Части и соединения 1-го Прибалтийского фронта находились в 30–35 км от партизанского края. Положение для немцев было угрожающим. Гитлер лично отдал приказ Баху подготовить операцию и ликвидировать «бандитов». Операция получила кодовое наименование «Генрих» (Heinrich).

На борьбу с «народными мстителями» была направлена боевая группа Курта фон Готтберга, в которую вошли:

— особый батальон Дирлевангера;

— 2-й полицейский полк СС (11-й, 13-й, 22-й полицейские батальоны);

— 13-й полицейский полк СС (6-й, 85-й, 301-й полицейские батальоны);

— 24-й полицейский полк СС (83-й, 133-й, 307-й полицейские батальоны);

— 1-я, 4-я, 9-я и 12-я полицейские танковые роты;

— оперативная команда полевой жандармерии «Крайкенбом»;

— 13-й, 19-й и 49-й моторизованные взводы полевой жандармерии.

Так как боевые действия предстояло вести и в тылу группы армий «Север», к операции «Генрих» подключили боевую группу Еккельна, высшего фюрера СС и полиции на Севере России. В боевой группе были следующие части и подразделения:

— 26-й полицейский полк СС (251-й, 255-й и 256-й охранные батальоны);

— 9-й полицейский полк СС (61-й, 112-й и 132-й охранные батальоны);

— 16-й полицейский полк СС (56-й, 102-й и 305-й охранные батальоны);

— 33-я, 42-я и 307-я полицейские роты связи;

— 10-й и 20-й моторизованные взводы полевой жандармерии;

— команда полевой жандармерии «Розенов»;

— полицейская рота СС особого назначения[707].

Однако успешно завершить операцию «Генрих» немцам не удалось.

После того, как часть Дирлевангера достигла района Полоцка, ведя по дороге бои с партизанами, ее спешно перебросили на фронт. Вот как об этом рассказывает анонимный ветеран:

«Нас подняли по тревоге в конце октября 1943 г. Мы подчинялись боевой группе фон Готтберга. Она состояла в основном из полицейских частей и собиралась в районе Полоцка. В Логойске в то время были собраны все подразделения команды: три немецкие и две русские роты, вышедшие в исходный район. Погода была плохой, время от времени шел снег. Между тем, мы получили из Минска комплекты зимнего обмундирования — ватные брюки и куртки. 1 ноября 1943 г. пришел боевой приказ. Мы выехали на санях в указанные нам населенные пункты. Во время движения доходило до ожесточенных боев, которые вряд ли можно сравнить с предыдущими операциями против партизан. Партизаны были готовы к нашему появлению… Они располагали артиллерийскими орудиями и минометами. Мы здесь были в невыгодном положении, так как погода и разбитые дороги становились главным препятствием для людей, все время находящихся в движении.

В моей группе появились первые раненые — три человека, отправленные в военный госпиталь СС в Минске. Вскоре наше боевое применение против партизан окончилось, так как Красная армия из Невеля нанесла удар на запад и стремилась в районе Дретуни выйти на север и юг… Вся боевая группа фон Готтберга заняла оборону и прикрывала фронт на востоке»[708].

Приказ о переводе боевой группы Готтберга на фронт поступил 5 ноября 1943 г. Все части оперативного соединения, включая и батальон Дирлевангера, срочным порядком перебросили в район севернее Полоцка, где предстояло остановить наступление войск 1-го Прибалтийского фронта. Особый батальон СС занял позиционную оборону недалеко от населенного пункта Дретунь[709].

Судя по воспоминаниям анонима, у штрафного формирования было время, чтобы подготовить оборонительные позиции. Боевой порядок батальона в обороне строился в два эшелона. Перед передним краем обороны были сооружены противотанковые и противопехотные заграждения. Личный состав части отрывал траншеи в полный профиль, что вполне объяснимо, так как от скопления на дне окопов снега, грязи и льда глубина их постоянно уменьшалась. Земля была промерзшей, и приходилось прикладывать огромные усилия, чтобы отрыть окопы хотя бы на глубину одного метра и положить смерзшийся грунт на бруствер. Система опорных пунктов и огневых позиций батальона включала в себя опорные пункты рот, объединенные в батальонный район обороны.

Часть Дирлевангера была придана 24-му полицейскому полку СС. Полицейские подразделения полка привлекали к оборудованию системы опорных пунктов и огневых позиций, конвоированию захваченных в плен красноармейцев и гражданского населения[710].

7 ноября батальон Дирлевангера вступил в первый свой бой против частей Красной армии. Бой оказался ожесточенным. На следующий день, 8 ноября, боевые действия продолжились, и штрафная часть понесла потери. Было убито 11 рядовых СС: Теодор Кальбе, Фриц Крюгер, Вильгельм Бренгель, Георг Гребнер, Эрих Бакс, Карл Шмидт, Генрих Мюле, Герберт Цан, Людвиг Бенегер, Вальтер Вегнер и Огго Грабе. 10 ноября был убит рядовой СС Понтер Винтер, 11 ноября — рядовой СС Карл Флеш, 13 ноября — рядовые СС Альфред Чижевски, Рудольф Фауст, Фриц Реел, Вальтер Ланге и унтерштурмфюрер СС Август Целлер.

Во время контратак батальон нес большие потери. Много штрафников погибло в период с 8 по 17 ноября 1943 г. Это показывает донесение от 4 декабря 1943 г. об убитых в бою, подготовленное гауптштурмфюрером Куртом Вайссе, который с конца ноября 1943 г. временно исполнял обязанности командира батальона (Дирлевангер убыл в Рейх для награждения золотым Немецким крестом, который ему вручили 5 декабря 1943 г., а после этого он отправился в отпуск, в Эслингин). Только с 13 по 17 ноября безвозвратные потери части составили 20 человек убитыми. В их числе был и командир 2-й роты, гауптштурмфюрер Рудольф Штовено, павший 14 ноября[711].

13 ноября 1943 г. часть атаковала населенный пункт Козари. 11 декабря 1943 г. Вайссе обратился в штаб 13-го полицейского полка СС с просьбой уточнить, является ли эта атака достойной того, чтобы вручить ее участникам Штурмовые пехотные знаки или шланги «За ближний бой»[712]. Командование полка посчитало действия штрафников достойными награды[713].

13 ноября 1943 г. командиром боевой группы «фон Готтберг» был назначен штандартенфюрер СС Гейнц Ламмердинг, исполнявший до этого обязанности начальника штаба оперативного соединения высшего фюрера СС и полиции в Центральной России и Белоруссии. Назначение Ламмердинга на эту должность в принципе было логичным. У него был большой боевой опыт. С начала Второй мировой войны Ламмердинг воевал в составе дивизии СС «Мертвая голова». Он отличился во время Французской кампании и был награжден Железным крестом I и II классов. Некоторое время Ламмердинг исполнял обязанности начальника штаба в своем соединении. С 1941 г. он сражался на германосоветском фронте, прекрасно показал себя во время тяжелых боев в Демянском «котле», командовал 5-м гренадерским полком СС «Туле» дивизии «Мертвая голова». 23 апреля 1943 г. он был награжден золотым Немецким крестом. Словом, Готтберг передавал свою боевую группу в надежные руки[714].

Однако командовать Ламмердингу пришлось недолго. Уже 6 декабря 1943 г. его сменил полковник полиции Штан. В приказе по боевой группе Ламмердинг отмечал: «Я выражаю всем офицерам, младшим командирам и рядовым, продемонстрировавшим под моим руководством выдающуюся преданность делу, мою благодарность. Я желаю боевой группе "фон Готтберг" успешного применения во фронтовых операциях. Я сообщу рейхсфюреру СС об удачном применении частей СС и полиции»[715].

Смена командира боевой группы не улучшила положения сражавшихся частей. Им по-прежнему приходилось вести борьбу с численно превосходящими силами противника. Как вспоминал один из членов батальона, «мы находились на передовой… Личный состав нашей части, занимая оборону, сдерживал удар русских на фронте. Это принесло нам большие потери»[716].

20 декабря особый батальон СС вел оборонительные бои. 23 декабря Курт Вайссе, руководивший действиями усиленного разведывательного подразделения, атаковал советские позиции в районе Малая Пуща — Дретунь. Эсэсовцы вели огонь с близкого расстояния, между штрафниками и советскими пехотинцами произошли рукопашные схватки. Результатом этой вылазки стало то, что подчиненные Вайссе уничтожили несколько огневых точек противника и внесли сумятицу в ряды готовившихся к атаке красноармейцев[717].

Данный текст является ознакомительным фрагментом.