Боевые машины Григория Николаевича Москвина

Боевые машины Григория Николаевича Москвина

И. В. Бах

Продолжение. Начало см. в «ТиВ» № 10/2013 г.

Новый танк усиленного бронирования

13 апреля 1942 г. в СКБ-2 поступило задание на разработку принципиально нового среднего танка усиленного бронирования — КВ-13. Ведущим конструктором машины был назначен Н.В. Цейц. В рабочую группу вошли: Г.Н. Москвин — общая компоновка, С.В. Мицкевич — конструкция корпуса и башни, а также Е.П. Дедов, Н.М. Синев, Б.А. Красников, В.И. Торотько и другие. Общее руководство проектированием осуществлял заместитель главного конструктора А.С. Ермолаев.

В соответствии с поставленной задачей боевая масса танка была определена до 30 т, скорость — до 65 км/ч, броневая защита лобовых частей — способная противостоять бронебойным снарядам новых немецких пушек калибра 88 мм. Артиллерийское вооружение включало пушку ЗИС-5 во вращающейся башне (углы наводки по вертикали — +25° —5°).

Усиление защищенности должно было достигаться за счет уменьшения габаритов машины и увеличения толщины брони до 120 мм, с приданием обтекаемой формы корпусу и башне. Корпус танка (комбинированной конструкции) предполагалось выполнить из крупных литых и прокатных деталей, а башню — отливать из брони высокой твердости. Соединение отдельных частей корпуса предусматривалось выполнять путем сварки. Доступ к месту механика-водителя и в боевое отделение предполагался через люк в башне и аварийный люк в днище. Орудие в башню должно было заводиться через съемную крышу башни и крепиться при помощи накладных боковин с подшипниками, имеющими шаровые опоры.

Г.Н. Москвин, 1942–1943 гг.

Моторная установка — дизель В-2К мощностью 600 л.с., система охлаждения — с вентилятором центробежного типа, двустороннего всасывания. Радиатор — пластинчатого типа, подковообразной формы. Трансмиссия танка включала главный фрикцион, КПП, бортовые фрикционы и бортредукторы. Бортредуктор — планетарный, одноступенчатый, был вмонтирован в кронштейн ведущего колеса. Ходовая часть — пятикатковая.

Спроектировали два варианта коробки передач: 9-скоростную, конструкции А.Ф. Маришкина и 8-скоростную — Н.Ф. Шашмурина.

В первой КП было три передачи и три ступени редуктора, во второй — четыре передачи и две ступени редуктора-демультипликатора. Шашмурин разработал также одноступенчатый планетарный механизм поворота (вместо бортового фрикциона).

В связи с внезапной кончиной 19 июля 1942 г. Н.В. Цейца работы по КВ-13 приостановили. В сентябре построили опытный образец машины. В октябре 1942 г. он прошел заводские испытания, в ходе которых выявилась недоработанность ряда узлов и агрегатов. Отмечалась также недостаточная численность экипажа — 3 чел.

С учетом недостатков первого образца КВ-13 конструкторы Опытного завода № 100 при ЧКЗ доработали его конструкцию. Боевая масса машины при этом возросла до 38 т. Теперь танк обозначался как «Объект 233». Первьй опытный образец был изготовлен в конце 1942 г.

Опыт боевого применения и эксплуатации тяжелого танка КВ выявил ряд его существенных недостатков. Другой советский танк, средний Т-34, имел практически одинаковое с ним вооружение, незначительно уступал ему в броневой защите, но был более маневренным и имел значительно меньшую боевую массу. Машину хорошо освоили в войсках, а выпуск ее параллельно осуществлялся на нескольких заводах. Вследствие этого в танковом парке Красной Армии средних танков Т-34 было примерно в 6 раз больше, чем КВ.

Когда в середине 1942 г. фронт начал приближаться к Сталинграду, встал вопрос о компенсации сокращения выпуска Т-34 на Сталинградском тракторном заводе (СТЗ), поскольку он мог оказаться в зоне боевых действий. И Государственный Комитет обороны принял решение об освоении производства «тридцатьчетверок» в Челябинске на ЧКЗ-единственном заводе, производившем тяжелые танки КВ.

В это же время (к середине 1942 г.) произошло изменение в составе руководства Наркомтанкопрома. На пост наркома вместо В.А. Малышева был назначен директор Челябинского Кировского завода И.М. Зальцман. Перед ним была поставлена задача-всемерно наращивать количественный выпуск танков. И.М. Зальцман обещал Сталину стремиться довести суточный выпуск до 100 единиц.

Опытный танк КВ-13.

Тяжелый танк КВ-1C на испытаниях.

Работа над ошибками

Конструктивные недостатки КВ были хорошо известны конструкторам ЧКЗ. Поэтому еще летом, в ходе работ по КВ-13, в СКБ-2 под руководством заместителя главного конструктора Н.Л. Духова началось проектирование новой модификации тяжелого танка КВ.

Этот танк, получивший обозначение КВ-1С, характеризовался уменьшенной толщиной брони борта и днища. Конфигурация машины была изменена за счет уменьшения размеров башни и высоты корпуса в кормовой части. Конструктивные решения узлов и деталей трансмиссии и ходовой части также пересмотрели в сторону уменьшения их размеров и массы. Пятиступенчатая коробка передач, как ненадежная и морально устаревшая, подлежала замене на 8-скоростную (как на КВ-13). Изменили главный фрикцион и опорные катки, уменьшили ширину гусеницы. Кроме того, в гусеничной ленте устанавливались траки (через один) с гребнями и без них. Двигатель остался прежний — В-2К.

Компоновка боевого отделения подверглась существенным изменениям. Эту важную работу выполнял Григорий Николаевич Москвин. В танке КВ-1 наводчик размещался слева от пушки, командир и заряжающий — справа. В КВ-1 С место командира танка перенесли на левую сторону башни и над ним (на крыше башни) установили неподвижную командирскую башенку с пятью зеркальными смотровыми приборами для кругового обзора.

В танке КВ-1 монтаж пушки осуществлялся через окно в передней стенке башни. Сначала внутрь башни заводилась казенная часть орудия, а затем корытообразная бронировка, закрывающая переднюю часть установки пушки и спаренного с ней пулемета, крепилась изнутри башни болтами по периметру окна.

В КВ-1С орудие на стенде с помощью цапф устанавливалось непосредственно в броневом корыте на двух приваренных щеках. Далее броневое корыто вместе с пушкой крепилось к башне с помощью болтов. Это намного сокращало время монтажа пушки в башне.

За новаторское выполнение проекта танка КВ-1С Г.Н. Москвина наградили орденом «Знак Почета».

Опытный танк ИС № 1 («Объект 233»).

Опытный танк ИС № 2 («Объект 234»).

Опытный танк КВ-1 С.

Опытный танк ИС № 2 («Объект 234»).

В результате проведенных мероприятий боевая масса танка КВ-1С снизилась до 42,5 т (вместо 47,5 т у КВ-1), а максимальная скорость возросла с 35 до 43 км/ч. Но достигнуто это было в основном за счет снижения уровня броневой защиты.

20 августа 1942 г. постановлением ГКО танк КВ-1С приняли к серийному производству. Но, как показали дальнейшие события, существенного изменения в расстановку сил на фронте это не внесло. По боевым возможностям (главным образом — по броневой защите) могущество КВ несколько снизилось, а показатели подвижности (проходимости, скорости) — повысились. Но в целом технический уровень модернизированного танка остался практически прежним, хотя качество изготовления КВ-1 С было выше, чем у предшественника.

На фронте в период боев на Курской дуге основу вооружения танковых частей и соединений Красной Армии составляли танки Т-34-76 и даже легкие Т-70 с пушками калибра 45 мм. В небольшом количестве в боях принимали участие также английские тяжелые танки Mk IV «Черчилль», поставленные по ленд-лизу.

Количество новых тяжелых танков КВ-1 С и самоходных установок СУ-152 (на базе КВ-1С), вооруженных 152,4-мм пушками-гаубицами, было еще незначительным. Однако эффект от их применения был достаточно внушительный, особенно — СУ-152.

Первые с именем Сталина

Еще в декабре 1942 г. работа по танку КВ-13 возобновилась объединенными силами конструкторов СКБ-2 ЧКЗ и КБ опытного завода. Ведущим инженером машины в тот период был М.Ф. Балжи. Общую компоновку и компоновку боевых отделений с новыми орудиями выполнял Г.Н. Москвин. Спроектировали два варианта опытного танка.

Танк, получивший наименование «Иосиф Сталин» и индекс ИС № 1 («Объект 233»), был вооружен 76,2-мм пушкой Ф-34. Второй опытный образец танка ИС № 2 («Объект 234») оснащался 122-мм гаубицей У-11 (модификацией М-30).

Если в опытном ИС № 1 наводчик размещался слева от пушки, за ним — командир танка, а заряжающий — справа, то в ИС № 2 слева от гаубицы располагались наводчик и первый заряжающий, а справа — командир танка и второй заряжающий. Для наблюдения за полем боя в ИС № 1 над рабочим местом командира на крыше башни установили неподвижную командирскую башенку с шестью смотровыми щелями, закрытыми триплексами. В ИС № 2 командир располагал панорамой ПТК и двумя зеркальными смотровыми приборами.

В феврале-марте 1943 г. обе опытные машины были окончательно собраны. Однако их вооружение уже явно не отвечало требованиям времени. Так, в «Объекте 234» использовалась гаубица У-11, заимствованная вместе с башней от КВ-9 («Объект 229»), разработанного годом ранее. Новую башню для ИС № 2 не изготавливали.

В конце января 1943 г. в Наркомат танковой промышленности из Главного разведывательного управления Красной Армии за подписями начальника 3-го управления ГРУ и начальника 1-го отдела 3-го управления на имя замнаркома Ж.Я. Котина поступила информация следующего содержания:

«Сообщаю сведения о новых типах танков противника, захваченных войсками Ленинградского и Волховского фронтов южнее Ладожского озера:

I тип:

1. Боевой вес 75–80 т.

2. Размеры: длина 6,2 м; ширина 3,6 м; высота 2,95 м.

3. Броня: лобовая 110 мм; бортовая 75 мм; горизонтальная 30 мм; кормовая 80 мм; щиток водителя 190 мм.

4. Вооружение: одна 88 мм пушка; два 7,6 мм пулемета.

5. Экипаж 5 человек».

Как видим, марка танка еще не была названа, а технические параметры были определены визуально с большой долей погрешности.

ГРУ не ограничилось первым сообщением. По данным, отправленным с исходящим от 8 мая 1943 г. за теми же подписями, фигурировали уточненные параметры танка уже конкретной марки — Т-VI:

«1. Боевой вес танка — 56 т.

2. Вооружение: одна 88-мм пушка и два 7,92-мм пулемета.

3. Размеры: а) длина -6,1 м, б) длина с пушкой — 8,12 м, в) ширина — 3,8 м, г) высота — 2,84 м, д) ширина гусеницы -0,7 м. Имеются танки, ширина гусеницы которых — 0,52 м, ширина танка с такой гусеницей -3,4 м.

4. Броня:

а) башня: 1) щит пушки 97 мм; 2) стенка башни 82 мм; 3) крыша башни 26 мм.

б) командирская башня: 1) передняя — 102 мм под углом 10 град.; 2) боковые стенки башни 82 мм под углом 90 град.; 3) тыльная стенка башни 82 мм под углом 20 град; 4) крыша 26 мм.

в) корпус: 1) верхняя лобовая броня 102 мм под углом 20 град.; 2) нижняя лобовая броня 62 мм под углом 60 град.; 3) боковая броня 62 мм под углом 90 град; 4) кормовая броня 82 мм под углом 20 град; 5) дно 26 мм.

5. Пушка снабжена двойным дульным тормозом.

6. С каждой стороны имеется восемь поддерживающих (опорных. — Прим. авт.) колес диаметром 0,9 м».

Тяжелый танк КВ-1C.

Тяжелый танк КВ-85.

Рождение танка Победы

Уже 24 февраля 1943 г. ГКО принял постановление об изготовлении двух опытных образцов танков ИС. Таким образом, наименование «ИС» было узаконено. Предусматривалось, что будет использован конструктивный и производственный задел, созданный на Опытном заводе № 100 при разработке танков «Объект 233» и «Объект 234». В постановлении определялись пределы массы танков ИС-1 (38,5 т) и ИС-2 (39,5 т). Максимальная скорость была задана не менее 55 км/ч. Толщина лобовой брони -120 мм, бортовой — 90 мм.

5 мая 1943 г. ГКО рассмотрел результаты обстрела на полигоне трофейного танка «Тигр», на основании чего было принято постановление о существенном усилении артиллерийского вооружения наших танков и самоходных установок. Согласно постановлению, было решено установить в КВ-1 С и опытные танки ИС новые танковые пушки с зенитной баллистикой калибра 85 мм. Проработка вариантов установки 85-мм пушек Д-5Т-85 и С-31 выявила необходимость увеличения диаметра погона башни в свету, что, в свою очередь, вызвало необходимость увеличения длины корпуса и количества опорных катков до шести на борт. А это потребовало существенно переработать уже готовую чертежно-техническую документацию.

Усиление вооружения привело к возрастанию массы танка ИС до 40 т и к снижению показателей удельной мощности и максимальной скорости. Новый танк ИС-85 получил заводское обозначение «Объект 237». На нем устанавливались дизель В-2ИС мощностью 520 л.с., доработанные главный фрикцион и коробка передач с демультипликатором, обеспечивавшая восемь передач вперед и две заднего хода. Впервые был применен разработанный А.И. Благонравовым двухступенчатый планетарный механизм поворота. От завода № 100 ведущим инженером машины был назначен Н.Ф. Шашмурин.

Теперь требовалось в кратчайшие сроки начать серийное производство нового тяжелого танка ИС-85 (или ИС-1).

В конце июля первые образцы танка «Объект 237» были собраны и отправлены на полигон для испытаний. Там отдали предпочтение пушке Д-5Т-85 перед С-31. Однако подготовка производства новой машины затягивалась. Необходимо отметить, что в этот период напряжение во взаимоотношениях между службами главного конструктора завода № 100, ЧКЗ и производственно-технологическими подразделениями завода вылилось в открытую конфронтацию. Каждая из них ссылалась на другую в оправдании задержки выпуска новых танков.

В этой связи было решено башню танка ИС с расширенным погоном и пушкой Д-5Т-85 установить на серийный КВ-1С с расширенным погоном и организовать его выпуск под маркой КВ-85 («Объект 239») до начала серийного производства танка ИС-85.

К этому времени были собраны и два опытных образца танка КВ-1 С с 85-мм пушкой С-31, установленной в штатной башне («Объект 238»). Ведущим инженером машины был Н.Ф. Шашмурин. Однако этот вариант отвергли.

Тяжелый танк КВ-1С с 85-мм пушкой С-31 в штатной башне.

Тяжелый танк КВ-85.

Тяжелый танк ИС-1.

Вскоре были приняты серьезные организационные меры, приведшие к изменениям в руководстве Наркомтанкопрома, Кировского и Опытного завода № 100 при нем. От высшего руководства страны ответственным за танковое производство назначили члена ГКО Л.П. Берию, а Наркомат танковой промышленности вновь возглавил В.А. Малышев, являвшийся одновременно заместителем Председателя Совнаркома СССР.

При личной встрече с автором этих строк Исаак Моисеевич Зальцман, вспоминая те драматические события, связанные с приездом на Кировский завод в Челябинске Берии и отстранением его с поста наркома, произнес: «До сих пор не понимаю, как я тогда жив остался». В итоге бывший нарком И.М. Зальцман вновь стал директором Челябинского Кировского завода. Замнаркома Ж.Я. Котина назначили директором и главным конструктором Опытного завода № 100. Главным конструктором ЧКЗ стал Н.Л. Духов. Опытный завод № 100 был отделен от ЧКЗ.

С августа 1943 г. Г.Н. Москвин — старший инженер-конструктор Опытного завода № 100.

Было очевидным, что для восстановления престижа тяжелого танка недостаточно заменить пушку калибра 76,2 мм на 85-миллиметровую. Со стороны В.Г. Грабина — начальника Центрального артиллерийского КБ — последовало предложение установить более мощную пушку калибра 100 мм. Такую пушку С-34 изготовили в нескольких образцах. При калибре 100 мм заряжание орудия унитарным выстрелом не должно было вызвать проблемы, что также могло положительным образом сказаться на практической скорострельности.

Однако предпочтение отдали варианту танка ИС с орудием калибра 122 мм. Конструкторы артиллерийского завода-изготовителя пушки Д-5Т-85 (главный конструктор — Ф.Ф. Петров) после конструктивной доработки корпусной пушки А-19 обр. 1931 г. приспособили ее к установке в люльку пушки Д-5Т-85. Для того чтобы мощная 122-мм пушка более полно соответствовала требованиям, предъявляемым к танковому орудию, укоротили длину ее ствола, проработали замену поршневого затвора клиновым, снабдили ствол орудия дульным тормозом. Углы вертикальной наводки новой пушки, получившей марку Д-25, несколько снизились по сравнению с Д-5 (от +21*30’ до -2° вместо +25° —5°). Боекомплект танка уменьшился с 59 до 28 выстрелов. В связи с применением раздельно-гильзового заряжания скорострельность также снизилась. Но состав экипажа остался прежним — четыре человека. Танк получил обозначение ИС-2 (или ИС-122) «Объект 240».

Производство узлов и деталей танков ИС постепенно нарастало. В результате в декабре 1943 г. изготовили 40 танков ИС-85 (ИС-1) и 35 ИС-122 (ИС-2), а всего до конца января 1944 г. собрали 107 ИС-85.

В 1944 г. Кировский завод, после напряженного подготовительного периода, когда все конструкторские и производственные службы решали основную задачу — освоение выпуска тяжелого танка нового типа, перешел к следующей фазе производства — к наращиванию суточного выпуска машин с одновременным повышением их качества. С середины марта 1944 г. сборку танков Т-34 на ЧКЗ полностью прекратили. Совершенствовалась технология производства тяжелых танков, выстраивались новые поточные линии, задействовались новые виды оборудования, использовались все имеющиеся резервы производства. Постановлением ГКО завод обязывался довести ежемесячный выпуск танков ИС до 500 шт.

Следует отметить, что начиная с 1943 г. ЧКЗ выпускал практически поровну два типа тяжелых боевых машин — танки и САУ. Количественное соотношение между ними менялось не столь существенно, чтобы влиять на общее число выпускаемых машин. А зависело оно, в основном, от поставок заводу артиллерийских орудий различного типа и калибра предприятиями Наркомата вооружения.

За разработку и внедрение в производство новых тяжелых танков ИС Г.Н. Москвин в числе других работников Кировского и Опытного заводов в 1944 г. был награжден орденом Ленина.

Тяжелый танк ИС-1.

Тяжелый танк ИС-2.

Тяжелый танк ИС-2.

«Зверобои»

Выполненная зимой 1941–1942 гг. работа по созданию «артиллерийского» танка КВ-7, в которой непосредственное участие принял Г.Н. Москвин, нашла свое продолжение в 1942 г.

Необходимость наличия в войсках мощных самоходных артиллерийских установок как средства прорыва обороны противника была окончательно осознана к концу 1942 г. К этому времени уже были спроектированы, построены и поступили на вооружение Красной Армии САУ двух типов: легкие и средние. Боевые действия 1942 г. подтвердили необходимость разработки мощных средств непосредственного сопровождения средних и тяжелых танков орудиями, способными вести огонь прямой наводкой, поражать ДОТы и разрушать оборонительные сооружения. Полевая артиллерия, буксируемая гусеничными тягачами, с подобной задачей справиться не могла. Средние СУ-122 на базе танка Т-34 и, тем более, легкие СУ-76М на узлах танка Т-70, также имели весьма ограниченные возможности.

Конкретное задание на проектирование тяжелой САУ поступило в первом полугодии 1942 г. на УЗТМ. Тогда было предложено смонтировать 152,4-мм корпусную пушку-гаубицу типа МЛ-20 в рубке построенного КВ-7. В конце года задание на установку аналогичной пушки поступило на ЧКЗ. В начале января 1943 г. ГКО обязал ЧКЗ создать САУ на базе тяжелого танка, получившую обозначение КВ-14. Ведущим конструктором проекта назначили Л.С. Троянова, переведенного в Челябинск с Омского завода № 174. В конструкторскую группу вошли Г.Н. Москвин, Г.Н. Рыбин, К.Н. Ильин и другие.

Наиболее приемлемым признали вариант с размещением казенной части орудия в закрытой рубке, изготовленной из катаных листов брони, расположенной в передней части машины. Размещение моторнотрансмиссионного отделения в этом случае сохранялось в задней части машины, как и в базовом танке КВ-1С. Изменение конструкции орудия предусматривало перенос оси цапф

вперед с целью уменьшения вылета орудия, ограничивающего маневренность машины. Уравновешивание орудийной системы обеспечивалось за счет броневой маски.

Конструктивно установка орудия была жестко связана с лобовым листом рубки толщиной 75 мм. Орудие, снабженное щелевым дульным тормозом, крепилось в мощной рамке посредством цапф, обеспечивавших две степени свободы, по отработанной на КВ-7 схеме карданного подвеса.

Проектирование этой машины осуществили в рекордно короткие сроки. Опытный образец САУ «Объект 236» изготовили 24 января 1943 г. 14 февраля, после проведения ускоренных полигонных испытаний, СУ-152 приняли на вооружение. Ее серийное производство параллельно с базовым танком продолжалось до декабря 1943 г. С марта 1943 г. было сформировано несколько тяжелых самоходно-артиллерийских полков — ТСАП, успешно участвовавших в боях. СУ-152 прекрасно зарекомендовали себя в борьбе с новыми немецкими танками «Тигр» и «Пантера». Прицельная дальность стрельбы САУ достигала 6200 м при максимальной дальности 13 км, а прямой наводкой — 3800 м.

В каждом ТСАП насчитывалось 12 самоходных установок (по мере освоения и расширения производства тяжелых САУ их количество в ТСАП увеличилось до 21 шт.). К одному из первых ТСАП в 1943 г. прикомандировали конструктора завода B.C. Старовойтова (впоследствии — директора ВНИИтрансмаш). В его обязанности входило оказывать помощь артиллеристам в изучении материальной части, вести учет всех замечаний и пожеланий, касающихся функционирования машины, и пересылать эти сведения на завод. Непосредственно в боевых действиях Старовойтов участия не принимал.

Поскольку в конструкцию СУ-152 требовалось внести ряд существенных изменений, а выпуск базового танка КВ-1 С прекращался, с июня 1943 г. в КБ завода № 100 началась разработка самоходной установки на базе танка ИС. Г.Н. Москвин стал ведущим конструктором этой машины.

В новой САУ значительно усилили броневую защиту (толщину лобовой брони довели до 90 мм), улучшили характеристики подвижности. В систему уравновешивания качающейся части для 122-мм орудия был введен пружинный механизм. Надежность машины в целом возросла. В ноябре 1943 г., после проведения цикла заводских и полигонных испытаний, ИСУ-152 («Объект 241») приняли на вооружение и к производству.

Программа выпуска ИСУ-152 напрямую зависела от производственных возможностей артиллерийского завода, поставлявшего орудия МЛ-2 °C. Поскольку лафеты полевых орудий А-19 и МЛ-20 были во многом схожи, было решено использовать это обстоятельство для установки в САУ также пушки А-19. А она, в свою очередь, послужила основой танковой пушки Д-25. Таким образом, в зависимости от поставок пушек трех типов, стало возможным (после некоторой доработки базового шасси) выпускать тяжелые САУ следующих типов: ИСУ-122 («Объект 242») с пушкой А-19 обр. 1931/37 гг., ИСУ-122-2 (ИСУ-122С, «Объект249») с пушкой Д-25С обр. 1944 г. и ИСУ-152 («Объект 241») с пушкой МЛ-2 °C обр. 1937/43 гг.

Дальность стрельбы прямой наводкой ИСУ-122 достигала 5000 м, а максимальная — 14300 м.

За создание семейства новых тяжелых артсамоходов Г.Н. Москвин был удостоен Сталинской премии I степени.

Тяжелая самоходная установка СУ-152 (КВ-14).

Тяжелая самоходная установка ИСУ-122.

Тяжелая самоходная установка ИСУ-122С.

«Щучий нос»

Рост выпуска тяжелых танков накануне развертывания масштабных фронтовых наступательных операций Красной Армии сдерживался производством бронекорпусов нового типа. Технология механической обработки основных литых деталей под сварку была намного сложнее обработки деталей из катаной брони.

Узловая сборка отдельных деталей корпуса и их окончательная сборка (сварка) в бронекорпус осуществлялись на стенде с применением автоматической сварки.

Постепенно усилиями специалистов различных направлений (в первую очередь, Броневого ЦНИИ) удалось доработать технологический процесс и сделать приемлемой длительность производственного цикла сборки.

Дальнейшее возрастание противоснарядной стойкости бронекорпуса тяжелого танка в значительной степени зависело от конфигурации его носовой части. Весьма желательным виделся вариант спрямленного носа, где верхний броневой лист из катаной брони устанавливался под значительным углом к вертикали. А величина угла наклона лобового листа напрямую зависела от компоновочного решения машины в целом.

В целях усиления броневой защиты танка ИС-2 конструкция передней части его корпуса претерпела изменения: начиная с мая 1944 г., машины со спрямленным литым, а затем — и с катаным верхним лобовым листом стали выпускаться серийно.

К концу 1944 г. модернизация, проводившаяся в ходе серийного производства ИС-2, приобрела одну направленность — качественное усиление броневой защиты, что предполагало полностью отказаться от литых конструкций элементов корпуса.

Но Г.Н. Москвина как компоновщика волновали еще некоторые аспекты улучшения снарядостойкости спрямленного носа. Во-первых, в верхнем листе было необходимо выполнять сквозную прорезь (смотровую щель) для обеспечения обзорности механика-водителя, что нарушало прочность и снижало противоснарядную стойкость лобовой части танка. Альтернативой могла стать установка перископических зеркальных приборов, но для их размещения места было недостаточно. Кроме того, для посадки-выхода механика-водителя сохранялся лишь один способ — через люк в крыше башни.

В итоге Г.Н. Москвин предложил выполнить верхний лобовой лист не плоским, а двускатным, т. е. с продольным перегибом посредине. В этом случае в верхней части листа вблизи башни освобождалось место для люка механика-водителя треугольной формы. Кроме того, крышка люка, имеющая два основных положения (нижнее и верхнее), в сочетании с двумя положениями сиденья механика-водителя (также нижним и верхнем), будучи повернутая вокруг вертикальной оси, расположенной в одном из боковых углов крышки, позволяла механику-водителю в верхнем положении сиденья вести наблюдение на марше за местностью.

Подворот крыльев верхнего лобового листа дополнительно повышал броневую стойкость лба корпуса.

Проконсультировавшись со специалистами Броневого НИИ, Г.Н. Москвин спроектировал макет бронекорпуса с двумя «носами» — плоским и с перегибом посредине. Обстрел макета, проведенный на полигоне, подтвердил целесообразность замены плоского верхнего лобового листа на лист с перегибом. Эффект усиления бронезащиты был достигнут при всех заданных курсовых углах.

Разрабатывавшийся на ЧКЗ в период июль-ноябрь 1943 г. проект танка «Кировец-1» (ведущий конструктор — М.Ф. Балжи, главный конструктор — Н Л. Духов), получившего вскоре обозначение ИС-3, имел сварной из катаной брони корпус с почти не применяемым на ЧКЗ плоским и широким (от борта до борта) верхним лобовым листом толщиной 120 мм. Опытный образец этого танка в декабре 1944 г. был рекомендован Государственной комиссией, проводившей полигонные испытания, к принятию на вооружение. Качественно переработанная конфигурация носовой части танка ИС-2, с применением двускатного верхнего лобового листа, предложенная Опытным заводом № 100, на ЧКЗ была принята весьма сдержанно.

Но завод № 100 и Броневой НИИ (директор — А.С. Завьялов) вышли с предложением пересмотреть рекомендованный госкомиссией проект и принять вариант с двускатным лобовым листом и с днищем корытообразной формы, дающим ощутимое снижение массы танка за счет уменьшения высоты брони борта (также предложение Г.Н. Москвина). Проведенный в Наркомтанкопроме сравнительный анализ двух вариантов бронирования ИС-3 позволил сделать вывод, что носовая часть корпуса разработки завода № 100 имеет неоспоримое преимущество. Корытообразное днище также встретило одобрение, а в отношении конструкции башни предпочтение все же отдали варианту ЧКЗ, разработанному конструктором Г.В. Крученых.

Нарком В.А. Малышев нашел компромисс, определив, что танк ИС-3, созданный с использованием серийных агрегатов ИС-2, будет иметь двускатный нос завода № 100 и полусферическую башню ЧКЗ. Боевая масса ИС-3 не должна была превышать 46 т.

НКТП и командующий БТ и MB РККА приняли совместное решение о проведении в феврале-марте 1945 г. полигонных испытаний, по окончании которых танк ИС-3 («Объект 703») был рекомендован к постановке на серийное производство.

Самоходная установка ИСУ-152.

Опытный тяжелый танк «Кировец-1».

Тяжелый танк ИС-3.

Учитывая боевой опыт

Итоги Курской битвы позволили достаточно объективно выявить как сильные, так и слабые стороны вооружения бронетанковых войск Красной Армии. Значительные масштабы людских потерь и потерь материальной части свидетельствовали, в частности, о недооценке военно-технического потенциала противника, применившего бронированные машины новых типов.

Количество в танковых частях армии «Юг» танков «Тигр» оценивалось в пределах 8 %. Более широкое применение нашли танки «Пантера» («Пантера-А»), но и их количество оценивалось в пределах 16 %. К тому же, «пантеры» конструктивно были недоработаны, выход машин из строя по техническим причинам оказался высоким. Ни до, ни после Курской битвы в вермахте не было сформировано столь мощной танковой группировки.

Но всего через год с небольшим на вооружение вермахта поступил еще более мощный танк «Тигр II» (или «Тигр В»), известный больше как «Королевский тигр». Их использование на поле боя не могло остаться незамеченным. Тревогу вызывало то обстоятельство, что их появление произошло в период массированных бомбардировок авиацией союзников промышленных объектов Германии. Но роль 68-тонных «королевских тигров» оказалась значительно менее значимой, чем танков «Тигр». Во-первых, их количественный выпуск был в 3 раза меньшим, чем «Тигра». Во-вторых, в этот период в Германии резко снизилось производство танкового моторного топлива.

Сопоставление технического уровня наших танков с немецкими (в первую очередь — с «Тигром») свидетельствовало о том, что отечественный танкопром после появления в 1943 г. на поле боя новых немецких тяжелых танков смог существенно изменить ситуацию. Если по техническому уровню Т-34-76 уступал «Тигру» в 1,2 раза, то в сравнении с КВ-85 эти показатели почти сравнялись. Танк ИС-2 уже имел превосходство в 1,2 раза, а у ИС-3 преимущество возросло в 1,57 раз. Но проведенные впоследствии сравнительные оценки позволили сделать вывод, что показатели технического уровня и боевых возможностей (огневая мощь и броневая защита) «Королевского тигра» по сравнению с «Тигром» возросли более чем в 2 раза. В показателе «технический уровень» учитывались не только вооружение и защита, но и подвижность (скорость, проходимость и т. д.)[* Данная оценка технического уровня проведена по методике сотрудников ВНИИТрансмаш А.П. Юхневича и М.К. Краморова, опубликованной в журнале "Вопросы оборонной техники», серия 6, № 2(126), 1986 г.].

Разработка проектов отечественных тяжелых танков боевой массой свыше 50 т становилась абсолютно необходимой.

Окончание следует.

Использованы фото из семейного архива Г.Н. Москвина и архивов М. Павлова и М. Путникова.