Помещик села Жураново

Помещик села Жураново

Что касается Гавриила Невельского, то, несмотря на то, что все только и говорили о его подвиге, герой ничем награжден не был. Впрочем, он, со своей стороны, получить бело-эмалевый крест и не пытался. Когда друзья-товарищи спрашивали, почему его обошли наградой, отшучивался:

– Не надо ордена, жила бы Родина!

Рана у Невельского была тяжелая и, хотя разбитую челюсть хирург ему кое-как собрал, да зубы фарфоровые поставил, но говорил Невельской теперь очень невнятно. Начальство указание императора о том, что отныне не назначать Невельского ни к кому в подчинение, а только в командиры, исполняло прилежно. После излечения Гавриил Иванович принял под команду галиот № 3. Тоже не бог весть, какое судно, но все же поболее тендера. В 1812 году с началом Отечественной войны он получает фрегат «Быстрый», на котором плавает в течение всей войны, совершая походы в составе эскадры к берегам Англии и Франции. По окончании войны Невельской получает еще один фрегат «Меркуриус», потом бриг «Олимп», на котором совершает достаточно продолжительное плавание к испанским берегам. В 1816 году Невельской все же получает давно причитавшийся ему Георгий 4-й степени за 18 морских кампаний. Наконец, в 1922 году вершина его командирской карьеры – линейный корабль «Георгий Победоносец», а еще два года спустя становится капитаном 1 ранга. Несмотря на свою известность на флоте, особой карьеры Невельской так и не сделал. Скорее всего, виной тому его излишняя самостоятельность и независимость, как во взглядах, так и в поступках. Строптивого капитана еще кое-как терпеть можно, но строптивого адмирала, уж извините!

После 38-летней флотской службы капитан 1 ранга Невельской выходит в отставку «с пенсией и мундиром». Покидая «Георгий Победоносец», Невельской поцеловал на прощание Андреевский флаг. В глазах мужественного моряка стояли слезы…

Шума больших городов ветеран никогда не любил, а потому, по выходу в отставку, сразу же уехал с женой в усадьбу Жураново близь города Кологрива, что в его родной Костромской губернии.

Там вдали от столичной суеты, жил наш герой с супругой своей Ольгой Афанасьевной, не смотря на свой не простой характер, в мире и согласии. Вырастил дочерей Анну да Катерину. Выдал замуж. Заметим, что Екатерина Ивановна вышла замуж за кологривского помещика Михаила Жохова. Она стала бабушкой знаменитого полярного мореплавателя лейтенанта Алексея Жохова, участника первой сквозной экспедиции Северным морским путем в 1914 году, умершего у побережья Таймыра в 1915 году во время зимовки. Алексей Жохов оставил потомкам, наверное, самое пронзительно поэтическое признание в любви, которое сочинил перед смертью и просил начертать над своей могилой:

Под глыбой льда холодного Таймыра,

Где лаем сумрачным испуганный песец

Один лишь говорит о тусклой жизни мира,

Найдет покой измученный певец.

Не кинет золотом луч утренней Авроры

На лиру чуткую забытого певца —

Могила глубока, как бездна Тускароры,

Как милой женщины любимые глаза.

Когда б он мог на них молиться снова,

Глядеть на них хотя б издалека,

Сама бы смерть была не так сурова

И не казалась бы, могила глубока.

Что и говорить, правнук был столь же мужественен, как и его храбрый прадед!

В последние годы жизни любил Гавриил Иванович заниматься и хозяйственными делами, однако подлинной хозяйкой усадьбы была все же его властная супруга.

Исследователь дворянских родов Костромской губернии А. А. Григоров так пишет о супруге Невельского: «Она (Ольга Афанасьевна – В. Ш.) была смелой и мужественной женщиной. От соседских помещиков и окрестных крестьян она получила прозвище „Медведица“. Гавриил Иванович имел необычайно вспыльчивый характер и, иногда на него находили такие минуты (а то и часы) гнева, что к нему, буквально, нельзя было подступиться. Он терял всякое самообладание, особенно в тех случаях, когда сталкивался с какой-либо подлостью или нечестным поступком. Совершенными, как соседями-дворянами, так и крестьянами, как его собственными, так и окрестных помещиков. И в такие минуты только одна „Медведица“, горячо его любившая, могла его успокоить. Ольга Афанасьевна была очень сильная. Особенно любила заниматься с лошадьми и сама выезжала и объезжала лошадей, причем, ей доставляло удовольствие объезжать лошадей самых горячих, необузданного нрава. Наряду с верховой ездой, зимой она сама выезжала и сама правила, то есть держала вожжи, на парах и на тройках, запряженных „гусем“. И никогда не брала с собой кучера».

13 декабря 1841 года в возрасте 68 лет герой скончался в своем имении. Хоронили его в старом флотском мундире, который Невельской берег именно для данного случая. На крышке гроба лежал позеленевший в морях кортик. Проводить в последний путь заслуженного моряка съехались окрестные старики-помещики, тоже многие в прошлом флотские офицеры.

– Прощай, Гавриил Иваныч! – говорили они, комья стылой земли в могилу ему бросая. – Окончил ты плавание земное, а ныне отправляешься уже в плавание небесное!

А спустя три года трагически погибла и его «Медведица».

Снова обратимся к запискам А. А. Григорова: «Ей, как „вещему Олегу“, приключилась „смерть от коня“. Однажды, запрягши в сани пару самых горячих лошадей, она поехала их „проезжать“, но не смогла справиться. Лошади понесли, сани опрокинулись, однако, Ольга Афанасьевна не выпустила вожжей из рук, и лошади протащили ее по дороге очень большое расстояние. Бедная женщина получила сильные ушибы. Лошади были остановлены при въезде в усадьбу, а бедная „Медведица“ получившая очень тяжелые телесные повреждения, через несколько дней скончалась».

Что можно еще добавить ко всему вышесказанному? Наверное, то, что спустя несколько десятилетий внучатый племянник Гавриила Невельского адмирал Геннадий Иванович Невельской поднимет русский флаг в устье Амура и этим, навсегда, закрепит эту дальневосточную землю за Россией.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.