30 марта 1942 года

30 марта 1942 года

Противник, не сумев достигнуть поставленной цели в северной части занимаемого им района, с раннего утра

30 марта начал наступление с юга.

После сильного артиллерийского и минометного обстрела подразделения немецких войск при поддержке танков и авиации перешли в наступление в полосе обороны 338-й СД. Особенно упорные бои разгорелись за населенные пункты Коршуны и Малые Коршуны. В Коршунах был сосредоточен довольно крупный гарнизон, насчитывавший 326 человек, на вооружении которого, помимо стрелкового вооружения, состояло три 76-мм пушки, два миномета, два противотанковых ружья и шесть пулеметов. Бойцы и командиры оказали противнику ожесточенное сопротивление, отразив несколько атак противника силою до батальона. Нарастив усилия, противник во второй половине дня овладел деревней Коршуны, потеснив подразделения 1136-го СП к д. Цынеево, где располагался штаб дивизии. На Малые Коршуны у него уже не осталось сил, хотя деревню защищал небольшой гарнизон в 85 человек, основную часть которого составляли воины специальных подразделений: артиллеристы, связисты, тыловики. Так называемых активных штыков было всего 10 бойцов, на вооружении которых, кроме винтовок, было два пулемета и одна 76-мм пушка.

110-я и 222-я СД продолжали огневую перестрелку с противником, не ведя активных действий. Дивизионная артиллерия вела огонь по разведанным огневым средствам противника, по местам скопления его пехоты и тылов.

Авиация армии в течение ночи с 29 на 30 марта нанесла бомбовые удары по населенным пунктам Пажога, Ивановское, а также вела разведку дорог Марьино, Вязьма; Темкино, Вязьма. По-прежнему «большая работа» велась по идеологической обработке войск противника – было сброшено 104 тысячи листовок, в то же время свои войска довольствовались 250 экземплярами газет и 15 пачками писем[369].

Несмотря на все эти мелкие глупости, просто нельзя переоценить ту многогранную работу, которую проделали политорганы всех уровней, как в стране, так и в армии, в годы Великой Отечественной войны. Без активной партийно-политической работы победа в войне была бы просто НЕВОЗМОЖНА!

Большие потери в ходе проводимого войсками Красной Армии контрнаступления под Москвой вызывали недоумение и непонимание даже со стороны И.В. Сталина, который не особенно жалел павших, да и живых тоже. Многочисленные письма, поступавшие в его адрес, в адрес Наркомата обороны и политуправления Красной Армии, свидетельствовали о том, что значительной части этих потерь можно было избежать. Сталин потребовал от всех командующих фронтами принять решительные меры по пресечению ничем не обоснованных потерь в личном составе. Следствием этого стало появление ряда приказов, подписанных начальником Генерального штаба Красной Армии и командующими фронтами, в которых ставились конкретные задачи по сохранению жизней бойцов и командиров.

В адрес командующих армиями Западного фронта ушло письмо Военного совета фронта под грифом «совершенно секретно» следующего содержания:

«Всем командующим АРМИЯМИ,

командиру 1 КК.

Объявляю копию директивы Военного совета Западного фронта № 3750/Ш от 30.3.42 – для неуклонного руководства.

В Ставку Верховного Главного Командования и Военного совета фронта поступают многочисленные письма красноармейцев, командиров и политработников, свидетельствующие о преступно-халатном отношении командования всех степеней к сбережению жизни красноармейца пехоты.

В письмах и рассказах приводятся сотни примеров, когда командиры частей и соединений губят сотни и тысячи людей при атаках на неуничтоженную оборону противника, на неуничтоженные пулеметы, на неподавленные опорные пункты, при плохом подготовленном наступлении…

Я ТРЕБУЮ:

1. Каждую ненормальную потерю людей в 24-часовой срок тщательно расследовать и по результатам расследования немедленно принимать решение, донося в высший штаб. Командиров, преступно бросающих части на неподавленную систему огня противника, привлекать к строжайшей ответственности и назначать на низшие должности.

2. Перед атакой пехоты вся система огня противника, могущая нанести большие потери, обязательно должна быть уничтожена, подавлена и нейтрализована, для чего каждый командир, организующий атаку, должен иметь тщательно разработанный план уничтожения противника огнем и атакой. Такой план обязательно должен утверждаться старшим командиром, что одновременно должно служить контролем старшего командира.

3. К докладам о потерях прилагать личное объяснение по существу потерь, кто является виновником ненормальных потерь, какие меры приняты к виновным, и чтобы не было их в дальнейшем.

4. При отделе по укомплектованию фронта создать

5 постоянных разъездных инспекторов для наблюдения за сбережением пополнения и для быстрого выявления причин и виновников чрезмерных потерь пехоты.

ЖУКОВ, ХОХЛОВ, ГОЛУШКЕВИЧ»[370].

Данный текст является ознакомительным фрагментом.