«Лебединая песня» австрийских социал-демократов

«Лебединая песня» австрийских социал-демократов

Несмотря на пассивное поведение руководства Социал-демократической партии, ее рядовые члены желали бороться, хотя баланс сил был нарушен после всех предыдущих отступлений. Вот что написал одному из лидеров движения Отто Бауэру руководитель социал-демократов Верхней Австрии Рихард Бернашек 11 февраля 1934 года:

«Я сегодня встретился с пятью надежными товарищами, и мы после обсуждения приняли решение, которое не отменим. Чтобы выполнить наш план, мы сегодня днем и вечером захватим оружие, которое у нас есть, и раздадим рабочим, которые желают сопротивляться. Если завтра правительство начнет конфисковывать оружие или арестовывать членов партии и Республиканского Корпуса Защиты, то мы начнем сопротивляться. Это решение невозможно отменить. Мы требуем, чтобы в случае такого развития событий Вы дали бы сигнал австрийским рабочим начать выступление. Мы больше не желаем отступать. Если венские рабочие не поддержат нас, то позор падет на их головы.

С наилучшими пожеланиями, R.B.»[131].

Это сообщение было перехвачено полицией города Линца. После короткого совещания было решено арестовать заговорщиков.

Хроника штурма отеля «Шиф» в городе Линце, с которого, собственно, и началось восстание, в советской литературе освещена крайне скупо. А между тем она иллюстрирует высокий уровень профессиональной военной подготовки вооруженных формирований социал-демократов. Если бы лидеры этой партии действовали более уверенно, то у них был бы реальный шанс захватить власть в стране.

Ранним утром 12 февраля 1934 года на площади перед зданием отеля появился полицейский отряд в составе 10 постовых и 10 сотрудников криминальной полиции. Стоящий у дверей часовой сразу же разбудил Рихарда Бернашека. Последний, оценив количество визитеров, приказал приготовиться к бою. Сам он заперся в своей комнате и спешно начал звонить главе правительства Верхней Австрии, члену Христианско-демократической партии Иозефу Шлегелю. Разбуженный политик ответил, что ему ничего не известно об инициативе полиции, и пообещал навести справки. Тогда командир шуцбундевцев позвонил в рабочую палату Линца и произнес набор условных фраз: «Немедленно выступайте на помощь! Объявить всеобщую стачку! Немедленно передать в Вену! Передать в Штейр!» Механизм восстания был запущен. После этого он сдался полиции, и его вывели из здания, осыпая пинками и ударами.

Шуцбундовцы засели в задней части здания. Пулеметчик Кунц держал полицейских под прицельным огнем. Его товарищи отражали атаки, пустив в ход винтовки и ручные гранаты. В 8.45 утра на помощь штурмующим прибыла пятая рота седьмого полка альпийских стрелков. Солдаты заняли позиции в находящемся напротив отеля монастыре кармелитов и Торговой палате. Попытка штурма здания окончилась неудачей.

В районе десяти утра поступило подкрепление в виде пулеметной роты. Только тогда нападавшие смогли занять правую лестницу и первый этаж здания. Затем им удалось проникнуть в столовую и кинозал. А дальше атака захлебнулась.

Один из шуцбундовских отрядов попытался прорваться к осажденным в отеле. Его бойцы приехали на двух грузовиках с пулеметами со стороны Торгового двора. Он не сумел прорваться через оцепление полиции и отступил.

А против отеля «Шиф» была применена артиллерия. Когда горные гаубицы выдвинулись на огневые позиции, то были обстреляны возле больницы – сначала с левого фланга, затем с правого и с тыла. Прежде чем орудия смогли открыть огонь, одному из снайперов, засевшему на колокольне, удалось смертельно ранить в голову пулеметчика Кунста. После этого огонь защитников ослаб и солдаты смогли ворваться в зал заседаний. В 11 часов 45 минут шуцбундовцы сдались[132].

Руководство социал-демократов пыталось выйти из кризиса мирным путем, даже несмотря на то что правительство фактически объявило партию «вне закона». Формально она продолжала существовать, но фактически… После того как 8 февраля 1934 года полиция заняла Партийный дом, находившийся на улице Рехте Винцайле в Вене, вместо правления был создан небольшой исполнительный комитет. Один из его членов, руководитель «Республиканского шуцбунда» Юлиус Дейч опасался ареста. Другие руководители партии тоже старались избегать встреч с полицией.

На заседании исполнительного комитета, которое состоялось днем 12 февраля, было принято решение объявить всеобщую стачку и мобилизовать «Шуцбунд». При этом его командирам были даны строгие указания не предпринимать наступательных действий, а оружие применять лишь для самозащиты. Цель этих мероприятий – оказать давление на правительство и сместить Энгельберта Дольфуса со своего поста. Один из возможных кандидатов – руководитель нижнеавстрийского правительства Йозеф Рейтер (член Христианско-социальной партии). Оно закончилась неудачей. Руководители социал-демократов, которые занимались этим вопросом, были арестованы.

Отто Бауэр и Юлиус Дейч направились в венский район Фаворитен, где должен был находиться штаб центрального «боевого руководства». Он действительно дислоцировался в указанном месте, но из-за того, что его члены не знали о решении руководства партии о проведении всеобщей стачки, они ничего не сделали для остановки предприятий в Вене.

Стачка и мобилизация «Шуцбунда» начались по другой причине. Забастовали работники электростанции. В 11 часов 48 минут весь город остался без электричества. Руководство социал-демократов заранее предупредило пролетариат, что такое ЧП – условный сигнал ко всеобщей забастовке. Хотя и здесь не обошлось без «сбоев». Многие не знали, что это – условный сигнал, акт саботажа или техногенная авария.

К восстанию не было готово и правительство. В первые часы боя в Ленце власти считали, что это – местное столкновение. О нем даже не проинформировали министра обороны князя Шенбург-Хартенштейна. А канцлер Энгельберт Дольфус с 8 до 12 часов находился на торжественном богослужении по поводу юбилея папы римского в соборе Св. Стефана. Там же находились все члены правительства, за исключением вице-канцлера Эмиля Фея и статс-секретаря безопасности Карвински.

Полиция была приведена в состояние боевой готовности только к 11 часам. Армия – чуть раньше. В 10 часов 15 минут венский полицай-президент доктор Ойген Зейдель передал сообщение о начале боев в Линце командующему венским гарнизоном генерал-майору Ойгину Лушински с просьбой «привести войска в полную боевую готовность». В 10 часов 45 минут командующий отдал приказ о возвращении солдат гарнизона в казармы.

В полдень было принято решение о необходимости привести в боевую готовность 16 артиллерийских орудий. Затем их количество было удвоено.

В 12 часов 15 минут вся полиция Вены уже была приведена в состояние боевой готовности. Было организовано патрулирование.

В 14 часов в полицай-президиуме состоялось совещание по вопросу дальнейших действий. Дирекция предложила, чтобы армейские части заняли электростанцию и газовый завод. Однако военные считали, что это только распылит силы. Было принято решение взять под усиленную охрану «внутренний город» (зона, где находилось большинство правительственных учреждений) и защитить его от возможных атак шуцбундовцев.

Правительство объявило осадное положение. Оно распространило по радио (социал-демократы даже не попытались захватить радиостанцию), через печать и путем расклейки на стенах воззвание, в котором сообщалось, что «насильственная акция» в Линце подавлена. Далее в документе говорилось:

«В Вене часть рабочих – социал-демократов – прекратила работу на городской электростанции. Поэтому также в Вене введено осадное положение. Используя весь аппарат власти, правительство приняло все меры, чтобы в зародыше подавить эти заранее запланированные преступные акции большевистских элементов».

Во второй половине дня армейские части заняли мосты через Дунай. Примерно через час они оградили по периметру «внутренний город» колючей проволокой. Полицейские получили стальные шлемы и сменили резиновые дубинки на карабины.

После полудня Совет министров, заседавший в здании военного министерства на улице Штубенринг, разрешил ввести в бой занявшую позиции артиллерию и обстреливать жилые дома гранатами, а также из минометов. До сих пор не ясно, кто первым предложил это сделать. Согласно одной из версий, предложение исходило от военного министра, генерал-полковника Шенбург-Хартенштейна, бывшего немецкого офицера. Он обосновал это следующим: «Если мы хотим быстро и с наименьшими жертвами подавить восстание, необходимо применить артиллерию».

Его предложение не сразу нашло поддержку в правительстве. Канцлер якобы был против применения артиллерии и настаивал на использовании слезоточивого или раздражающего газа. Лишь сейчас он узнал, что в соответствии с Сен-Жерменским мирным договором (подписан в 1919 году между Австрией с одной стороны и США, Францией, Англией и рядом других стран – с другой) в армии не было запасов слезоточивого газа. После этой новости он бросил телефонную трубку со словами: «Вот идиоты, это же сумасшествие!» Затем он с неохотой уступил настояниям Эмиля Фея применить артиллерию. Вице-канцлер воскликнул: «Ну, теперь мы им покажем!»

До 14 часов 30 минут у шуцбундовцев был реальный шанс захватить объекты, расположенные на территории «внутреннего города». Почему они не воспользовались им? Вспомним о приказе, который гласил, что первыми на правительственные войска не нападать.

Считать «пацифистами» шуцбундовцев сложно. Например, первой жертвой восстания стал районный полицейский инспектор Йозеф Шиль, который попытался задержать вооруженного рабочего Франца Хавличека. Это произошло в 11 часов 10 минут в XI венском районе (Зиммеринг).

А первые боевые столкновения начались в 13 часов дня в жилом массиве Зандлейтен (XVI венский район – Оттакринг). Полиция попыталась взять штурмом огромный комплекс домов, но была вынуждена отступить из-за сильного ружейного и пулеметного огня. Во второй атаке участвовала прибывшая в качестве подкрепления полицейская рота, вооруженная пятью пулеметами. В 16 часов дня на помощь атакующим прибыл 1-й моторизированный батальон 3-го пехотного полка с 8-й батареей горных орудий отдельного артиллерийского полка. Вместе с полицией солдаты подвергли Зандлейтен-хоф многочасовому обстрелу. В 18 часов вечера обороняющиеся внезапно прекратили стрельбу, якобы по указанию специальных курьеров. А когда наступила ночь, то скрытно покинули свои позиции.

В 14 часов дня правительственные войска попытались захватить муниципальный дом Рейман-хоф на улице Маргаретенгюртель (V венский район – Маргаретен). Неподалеку от этих домов в одном из отелей дислоцировалась рота «Шуцбунда» «Маттеотти». Взвод, которым командовал Эммерих Зайлер, получил приказ занять танцевальный зал в Рейман-хофе, который находился в подвале под лестницей. Подразделение было вооружено лишь пистолетами и так называемыми «вазами» – заполненными взрывчаткой трубками из чугуна или латуни, которые применялись в качестве ручных гранат. Бикфордов шнур около пяти сантиметров со специальным наконечником зажигался от спичек, после чего через пять минут следовал взрыв. Каждый боец получил по две такие самодельные гранаты.

Штурм Рейман-хофа начался в 14 часов дня и продлился до поздней ночи. Двадцать восемь шуцбундевцев (двое сбежало перед первой атакой) в течение более десяти часов сдерживали натиск превосходящих сил противника, сначала полицейских, а потом военнослужащих 4-го самокатного батальона егерей. Бойцы Эммериха Зайлера сдались лишь после того, как снова вспыхнул электрический свет, что означало провал всеобщей стачки. В 6 часов 20 минут утра 13 февраля солдаты вернулись в казарму, но окончательно подавить очаг сопротивления в Рейман-хофе удалось только к 14 часам. До этого времени шуцбундовцы вели огонь из соседнего Маттеотти-хофа, а также из Мейдлинга. Именно при штурме впервые были задействованы члены «Хеймвера».

Третий объект, где 12 февраля начались бои, которые продлились трое суток, – Рабочий дом в районе Отткринг. Здесь полиция впервые применила броневики, а шуцбундовцы возвели несколько уличных баррикад. Властям удалось установить контроль над этим объектом только с помощью армейских частей: трех стрелковых рот, одной пулеметной роты с 12 легкими и 4 тяжелыми пулеметами, 2 минометами и 4 пулевыми гаубицами, которые произвели 21 выстрел.

После штурма Рабочий дом по описанию корреспондента одной из берлинских газет выглядел так: «Квартал домов возле Рабочего дома производит ужасное впечатление. На большом расстоянии нельзя найти ни одного окна, которое не было бы разбито. Пулеметными очередями прошиты фасады домов. Артиллерийские снаряды полностью разрушили Рабочий дом и нанесли тяжелые повреждения соседним зданиям». Большинство обороняющихся смогли покинуть свои позиции через канализационные каналы, по крышам и брандмауэрам.

Аналогичные бои происходили и в других районах Вены. Мы не будем подробно рассказывать о каждом из них. Отметим лишь, что против шуцбундевцев сражались сотрудники правоохранительных органов и военнослужащие австрийской армии. Вопреки распространенному мнению члены «Хеймвера» почти не участвовали в этих боевых операциях.

Исключение составил штурм Энслейтена (один из пригородов Штейра – второго по величине города Верхней Австрии). В ночь на 13 февраля к армейским частям присоединились отряды хеймверовцев из Вены и Амштеттена, которыми командовал граф Эрнст Рюдигер Штаремберг. Вот только «Хеймвер» не сыграл какой-либо роли, хотя в газетах прославились его «геройские действия». Как говорилось в официальном сообщении, в атаке на Энслейтен участвовали только армейские части. Хеймверовцы вступили в поселок лишь после того, как туда вошли солдаты. Они особенно активно участвовали в обысках и грабежах. А в угольном районе Вольфсэгг-Траунталь и в Эбензее местные шуцбундовцы разоружили и арестовали всех хеймверовцев.

Восстание было окончательно подавлено 18 февраля. На следующий день открылись школы. А 20 февраля состоялись государственные похороны военных, погибших во время боев. Правительство объявило, что было убито 118 военнослужащих (из них 55 в Вене) и ранено 486 (из них 302 в столице). Точное количество погибших полицейских и гражданского населения, а также шуцбундевцев неизвестно[133].

Лишь немногим шуцбундовцам удалось уйти в горы и добраться до чехословацкой границы. Некоторые из них попали в СССР, где жили довольно долго. Еще в семидесятые годы прошлого века в Казанском университете, например, и других вузах Татарии преподавали несколько человек из той когорты[134].

Многих из тех шуцбундовцев, что остались в Австрии, ожидала печальная судьба. Даже сумев уцелеть при австрофашистском режиме, они погибли после аншлюса (захвата Австрии нацистами).

Была еще одна категория шуцбундовцев – участники Гражданской войны в Испании. По официальным данным, их было 1700 человек. Большинство прибыли из Австрии, где «приобрели основы военных знаний в отрядах «Шуцбунда», в группах коммунистической рабочей самообороны; определенный боевой опыт имели участники февральских боев 1934 года». А один из руководителей «Шуцбунда» – член правления Социал-демократической рабочей партии Австрии Юлиус Дейч[135] – вскоре стал генералом в испанской республиканской армии[136]. С 1936 по 1938 год в Испании воевал один из инструкторов нелегального «Шуцбунда» в 1934–1935 годах – майор Йозеф Дицка («Курт»). В годы Великой Отечественной войны он был заброшен на территорию Польши в немецкий тыл, где и погиб[137].

Многие граждане Австрии – ветераны войны в Испании – вернулись домой и приняли активное участие в вооруженной борьбе с фашизмом.

Бывший командир австрийского батальона в Испании Гуго Мюллер (Фишер) организовал в 1941 году, после нападения Германии на Советский Союз, партизанские группы в окрестностях Линца и нанес значительные удары по коммуникациям фашистов и военной промышленности. Другой ветеран испанской войны – начальник оперативной части штаба и командир XI Интернациональной бригады Эмиль Рейтер (Бергер) из Штирии – также в 1941 году организовал партизанские отряды в горах Штирии, взорвал несколько мостов и складов военного снаряжения[138]. Оба в 1939 году, после возвращения из Испании, работали инструкторами Всесоюзной школы инструкторов альпинизма в ущелье Адыл-су на Кавказе.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Сопротивление австрийских социал-демократов

Из книги Спецназ ГРУ: самая полная энциклопедия автора Колпакиди Александр Иванович

Сопротивление австрийских социал-демократов После кратковременного революционного подъема 1918–1919 годов положение в Австрии стабилизировалось. Страна превратилась в буржуазно-демократическую республику, а завоеванные трудящимися социальные гарантии сделали


Песня о герое Титаеве

Из книги Сталинградская битва (оборона) и битва за Кавказ. Часть 2 автора Побочный Владимир И.


Лебединая песня русской императорской армии

Из книги Броненосцы Австро-Венгерской империи. Часть I. автора Полуян Виталий Валентинович

Лебединая песня русской императорской армии Обучение будущего унтер-офицера Жукова продолжалось до июня 1916 года, когда генерал Брусилов начал свое наступление, самое успешное наступление сил союзников на тот момент. В несколько дней Юго-Западный фронт разгромил четыре


Нам песня строить и жить помогает…

Из книги Лицензия на вербовку автора Атаманенко Игорь Григорьевич

Нам песня строить и жить помогает… Всегда под нами сотни тонн воды и океан без края и конца штурмуют глубь могучие винты стучат в отсеках верные сердца! М. Рейтман / М. Жарковский (спокойно, задушевно) Строевая подготовка — вещь для военного святая и жизненно необходимая.


Лебединая песня Плевицкой

Из книги Чекисты [Сборник] автора Дягилев Владимир

Лебединая песня Плевицкой Французские власти были весьма обозлены тем, что на территории страны, как дома, действуют иностранные разведчики и террористы. За несколько лет до этого советской разведкой был похищен генерал Кутепов. Затем хорватским террористом были убиты


ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ. ЛЕБЕДИНАЯ ПЕСНЯ

Из книги автора

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ. ЛЕБЕДИНАЯ ПЕСНЯ Всё стало на свои места только через две недели, 2 августа 1985 года, когда в районе тайника остановилась белая «Волга» и из неё вышел привлекательной наружности молодой мужчина в майке-футболке и с хозяйственной сумкой в


16. ПЕСНЯ НЕ УМИРАЕТ

Из книги автора

16. ПЕСНЯ НЕ УМИРАЕТ Полина Черная шла быстро. До захода солнца нужно было выйти из города. У шлагбаума опять стояла толпа. Проверяли документы. Маячила опять фигура Фрица.— Платточек! — увидев ее, закричал немец.Всегда, проходя шлагбаум, она пела. Фриц и другие немцы