«Рука Москвы»

«Рука Москвы»

В августе – сентябре 1923 года в Берлин из Москвы была направлена «группа товарищей» из Разведупра. Так, для помощи немецким коммунистам в числе других приехал «главный разведчик – спецназовец Разведупра», старый боевик Христофор Салнынь. Он занимался созданием отрядов нелегальной боевой организации КПГ в Тюрингии и оборудованием тайных складов с оружием. Вольдемар Розе стал организатором «немецкой ЧК» и «немецкой Красной Армии». Вместе с Артуром Сташевским («Гиршфельдом») он разработал план проведения восстаний в промышленных центрах Германии. Семен Фирин, находившийся в Германии под фамилией М. Петров и «прикрытием» военного агента полпредства СССР, организовал на советские деньги закупку оружия, якобы для Красной Армии, а на самом деле предназначавшегося для восставших. Узнав об этом, германские власти потребовали его выдворения из страны, и в начале 1924 года он был отозван из Берлина.

Советские инструктора располагались открыто, без конспирации – в здании советского представительства в Берлине. Их группа была известна как «аппарат на Унтер-дер-Линден», или как «группа Алоиза». «Алоизом» называли в Германии еще одного видного деятеля Коминтерна и Разведупра Стефана Жбиковского.

Ближайшими помощниками Стефана Жбиковского в Германии были латыш Август Гайлис и финн Тууре Лехен, зять одного из организаторов Компартии Финляндии, видного деятеля Коминтерна Отто Куусинена. Как известно, из германской авантюры ничего не вышло, однако следствием серьезной работы Коминтерна в этой стране стало создание мощного нелегального Военного аппарата Компартии Германии (М-аппарат) [110].

Этот аппарат был создан в 1923 году под руководством уже упоминавшегося Стефана Жбиковского и его помощников. Он включал в себя пять отделов («рессортов»): обучения, вооружения, разведки, абвера (фактически политической разведки и контрразведки) и подрывной работы. Это была серьезная организация, бюджет которой составлял 15 тыс. долл. в месяц; только освобожденных работников в ней насчитывалось 90 человек. Военный аппарат имел 11 нелегальных школ и курсов, издавал тиражом 15 тыс. экземпляров подпольный журнал под достаточно выразительным названием «К гражданской войне», руководил 18 лабораториями и мастерскими по производству вооружения. Вся Германия была разбита на несколько крупных округов, те, в свою очередь, на области, области на районы и т.д. Ту же структуру имела молодежная организация. Руководителем Военного аппарата был первоначально комдив РККА Вольдемар Розе, затем, после его ареста немецкими властями в начале 1924 года, военный разведчик Семен Фирин, затем Стефан Жбиковский и некто «Оскар», с апреля 1925 года прошедший обучение в СССР сотрудник Разведупра Ганс Киппенбергер. Разведкой руководил Феликс Вольф (Вернер Раков).

Непосредственно с работой Военного аппарата КПГ был связан разразившийся в начале 1925 года громкий скандал, серьезно подорвавший авторитет германской Компартии. Речь идет о так называемом «деле ЧК», одним из главных фигурантов которого был советский военный разведчик Вольдемар Розе.

В 1923 году при подготовке «германского Красного Октября» Розе был главным военным советником при Военном аппарате КПГ. Тогда же при этом аппарате была сформирована специальная группа, так называемая «германская ЧК». По одним данным, она была создана по инициативе самого Розе, по другим, его убедил ее создать будущий руководитель группы Феликс Нейман. После поражения восстания первый не вернулся в СССР, продолжал работу в Германии, при этом жил в Польше на территории советского посольства.

В мае 1924 года был арестован Феликс Нейман. При аресте у него нашли адрес одной из конспиративных квартир, на которой полиция и арестовала Розе. Кроме них, были задержаны еще 14 членов «германского ЧК». Вскоре Нейман, тяжело больной человек, стал давать показания. Согласно им, «террористические группы под руководством Скоблевского (Розе. – Прим. авт.) должны были устранять всех лиц, которые были известны как враги коммунистов». «Готовилось убийство генерала фон Секта[111], уничтожение Штиннеса, вюртембергского министра внутренних дел Больца, промышленника Борзига, криминаль-вахтмейстера Шлотера, оружейного фабриканта в Тюрингии, который обманул коммунистов, и 19-летней предательницы… Феликс Нейман, который руководил террористической группой, получил от Скоблевского поручение прикончить шпиона Рауша». Правда, планы группы были реализованы только в отношении Рауша, которого Нейман застрелил собственноручно. Следующим на очереди был генерал фон Сект, однако покушение на него не состоялось. Кроме того, Нейман показал на суде, что группа намеревалась использовать бактериологическое оружие. Им удалось достать бациллы холеры, тифа и дизентерии, которые затем были переданы одному из членов группы, Мерцису.

На суде трое обвиняемых – Скоблевский, Мерцис и Нейман – были приговорены к смертной казни, замененной тюремным заключением, остальные – к длительным срокам заключения.

Закончилась же история с процессом весьма своеобразно. В июне 1925 года в Москве были арестованы немецкие студенты – Карл Киндерман, Теодор Вольшт и Максим фон Дитмар. Они были обвинены в шпионаже и подготовке террористических актов. Все трое были приговорены судом к смертной казни, которую затем заменили тюремным заключением. Таким образом, руководство СССР дало понять, что не остановится перед тем, чтобы брать в заложники находившихся в России немецких граждан. Ситуация обострилась настолько, что стоял даже вопрос о прекращении военного сотрудничества между Германией и СССР.

Однако германское правительство решило, что дружественные отношения с Советской Россией важнее политических демаршей. 20 августа 1926 года президент П. Гинденбург подписал указ о помиловании Розе. В сентябре 14 осужденных в СССР немцев были обменены на четырех советских граждан. Розе вернулся в СССР, был награжден вторым орденом Красного Знамени. Однако больше к разведывательной работе он не привлекался[112].

Интересные подробности деятельности Феликса Неймана и «германского ЧК» можно узнать, прочтя текст доклада секретаря военной комиссии ЦК КПГ Вильгельма Кресса. Документ датирован 13 мая 1924 года. Процитируем его полностью:

«Организована террористическая группа ГКП Феликсом Нейманом в ноябре или начале декабря. Относительно решения, вызвавшего организацию, я не совсем осведомлен, т[ак] к[ак] в середине декабря, когда я принял секретариат Воен[ной] Комиссии, она уже работала, и я до времени не занимался ей, полагая, что она не является частью воен[ной] организации. Однако я скоро узнал от разных не причастных к делу товарищей о задачах, возложенных на Феликса Неймана, а вскоре и он сам посвятил меня в свою работу, хотя я его никоим образом о том не спрашивал. По моему мнению, организация террористической группы произведена не без ведома ЦК, и тов[арищи] Брандлер и Гельмут (советский военный разведчик В. Розе. – Прим. авт.) являлись только лицами, обсуждавшими и поручавшими ей конкретные задания с согласия ЦК. Это мнение опирается главным образом на то, что и после устранения т[оварища] Брандлера от председательства, при совещаниях с руководящими тогда товарищами] Ульбрихтом[113] и Штекером[114] обсуждались вопросы террористической группы, а в деле Секта, по моим данным, весь пленум ЦК голосовал за или против проведения плана. Дальнейшим доказательством согласия партии приведу одну директиву военного центра, разосланную только после осведомления и утверждения ЦК; в ней сообщалось областным военным управлениям, что разоблаченные шпики должны нами устраняться и округам воспрещается самостоятельно принимать меры против таких элементов ранее получения разрешения от нас. Из заседаний, на которых обсуждались дела террористической группы и устранения шпиков, я определенно помню одно: в ресторане Тухера у вокзала Уландштрассе, с участием Штекера, Ульбрихта и Дитриха. Другое – в квартире на Сольмштрассе, с участием Штекера и Ульбрихта, и третье – в квартире на Лихенерштрассе, в котором участвовали Ульбрихт, Штекер и тов[арищ] Феликс Вольф (советский военный разведчик Вернер Ракав. – Прим. авт.), на котором было определенно подтверждено, что устранение шпиков является задачей воен[ной] организации, при которой и создан соответствующий орган, а отдел разведки никакого отношения к этому делу не имеет.

Что касается самой террористической группы и особенно ее организатора, Феликса Неймана, то, как мне удалось установить, Нейман был взят товарищем Брандлером из имперской типографии, где он до того работал, и назначен на должность секретаря ЦК. Вскоре он стал секретарем Клейне и после того секретарем Ревкома. В качестве последнего он принял на работу в центральный военный аппарат Эриха Пеге из Лейпцига, как кажется, на основе старого знакомства. (Личная политика Неймана вообще имела сомнительный характер, т[ак] к[ак] он почти всех людей для этого аппарата извлекал из крута своих личных знакомых, нисколько не пытаясь обсуждать назначения с надлежащими партийными товарищами).

В октябре он отправил Пеге в качестве адъютанта Нейбауэра[115] в Веймар; после увольнения Пеге был некоторое время в Лейпциге, а в дни организации террористической группы был снова вызван Нейманом в Берлин. Задачи, поставленные Гельмутом террористической группе, но, как указано выше, в согласии с ЦК, были следующие: 1 – Сект; 2 – Рауш, 3 – Ветцель в Штутгарте. Других заданий, кроме установления местожительства и деятельности некоей Аннелизы Гербер, исключенной из КС молодежи за шпионство, Нейман не получал. Первое и последнее задания вообще были даны под условием принятия окончательного решения на основании произведенного обследования; в обоих случаях окончательное решение было отрицательное. Задание на устранение Рауша было дано после того, как было определенно установлено, что он является оплачиваемым и по роду своей прежней партийной работы (сотрудник Берлинского аппарата по заготовке оружия, временно имперский курьер) чрезвычайно опасным полицейским шпиком; основания для этого заключения: сводки Берлинского аппарата по заготовке оружия, развед. отдела, сведения из областей (в Ганновере он хотел выдать полиции покушавшегося на здание правительства). Установлено, что провал 3–4 складов оружия в Берлине является следствием его работы.

Дело же Ветцеля еще ясней, т[ак] к[ак] о нем неопровержимо доказано, что он получал от полиции 100 марок золотом в неделю и действительно выдал ей целый ряд товарищей. В заключение я хотел бы сказать, что, по моему мнению, организована была террористическая группа по инициативе тов[арищей] Гельмута и Брандлера, ЦК был согласен с ее организацией и что после отказа от выполнения первого задания тов[арищ] Гельмут принял решение распустить террористическую группу, что явствует из письменного сообщения Феликсу Нейману, продиктованного мной по поручению Гельмута, в котором Нейман освобождался от всех заданий и вообще от работы. В том же смысле гласит и разъяснение, сделанное Феликсу Нейману, что он в дальнейшем не может располагать средствами на содержание аппарата. Это решение было аннулировано только после совещания с товарищем Брандлером, при котором, насколько мне известно, случайно присутствовал Феликс Нейман и во время которого дело дошло до кулачного нападения со стороны Неймана на Гельмута»[116].

В Москве пришлось давать показания по делу «германского ЧК» не только функционерам КПГ[117], но и руководству советской военной разведки. Процитируем доклад заместителя начальника Разведупра И. Уншлихта в ИККИ:

«Вопрос об отзыве и снятии руководителя М-аппарата в Германии тов[арища] «Володьки» (Вольфа)[118] Международной Комиссией[119] был решен уже в средних числах февраля месяца текущего года. Одновременно с этим соответствующее письменное приказание 16/II мною было послано товарищу, поддерживающему связь с ЦК ГКГР. 20/II мною были посланы официальные письма по этому же поводу на имя тов[арища] Клейна (Август Кляйн-Гуральский, член ЦК КПГ. – Прим. авт.) и самого «Володьки». Так как приезд «Володьки» по неизвестным мне причинам задерживался, я 11/III вновь телеграммой напомнил о необходимости немедленного снятия т[оварища] «Володьки» и откомандирования в Москву. Кроме того, мною через тов[арища] Бронека[120] 19.III, 25.III и 26.III в категорической форме предлагалось немедленно выслать «Володьку» в Москву. Все вышеуказанные мои предложения не были исполнены, несмотря на то что времени для приезда «Володьки» (до провала) было более чем достаточно (почти 2 месяца).

Тов[арищ] Бронек, через которого я вел переписку по делам воен[ного] бюро, мне писал, что отправка «Володьки» в Москву задерживается ЦК КПГ, который, подчиняясь решению о снятии, все же хочет «Володьку», как хорошего работника, оставить для другой работы в Германии. Это упорное нежелание ЦК КПГ возвратить «Володьку» в Москву и привело его к провалу, ответственность за который целиком должна быть возложена на ЦК КПГ.

Что касается дела, в связи с которым был арестован «Володька», то оно заключается в следующем.

Помимо существующей партизанской организации, имеющей свои ударные боевые группы, тов[арищем] «Володькой» была с ведома и согласия ЦК КПГ организована своя террористическая группа. Целью этой группы, как впоследствии выяснилось, было уничтожение некоторых враждебных партии политических деятелей (ген[ерала] Секта, Ценфундта, Ветцеля и др.) и также провокаторов. Подготовляемые покушения на Секта и некоторых других, как видно из переписки, окончились ничем. Группой было совершено всего лишь одно покушение на предполагаемого провокатора – некоего Рауша, который был ранен, но не убит. После этого группе было дано новое задание, и она почему-то на партийном автомобиле, без сомнения известном полиции, была направлена в Штутгарт, где один из группы в пьяном виде был арестован в ресторане, а затем по его указанию и другие. После провала этой группы и начавшихся других провалов, что было известно «Володьке», явки, известные отдельным членам группы, однако, не были отменены и на одной из таких явок «Володька» и был арестован.

Подготовка террористических актов против Секта и других, а также покушение на Рауша было произведено с ведома если не всего ЦК КПГ, то, во всяком случае, с ведома отдельных его членов. Об этом свидетельствуют показания тов[арища] Фреда (Стерна)[121].

Боясь увлечений террористическими актами со стороны ЦК КПГ, я в свое время при создании партийной организации не подчинил таковую военному руководителю и распорядился без моего ведома никаких актов не предпринимать. Тов[арищ] Степанов, которому была подчинена партизанская организация, все время отрицательно относился к террористическим актам и отказывался их исполнять. Я же в бытность тов[арища] П. в Москве ему в категорической форме указал на недопустимость террористических актов и просил не санкционировать таких дел, если вопрос о них кем-либо будет поднят. Очевидно, в связи с этим организация террористических актов со стороны «Володьки» конспирировались от Москвы. Ни в одном из докладов тов[арища] «Володьки» террористическая группа не упоминается. Не знал о ее создании также руководитель партизанской организации тов[арищ] Степанов (советский военный разведчик Артур Сташевский. – Прим. авт.). Подбор членов группы, как теперь выясняется, был недостаточно серьезен, а отдельные члены недостаточно проверены.

В данное время существует предположение, что один из членов группы с самого начала ее создания состоял одновременно и в нац[ионал-]фашистской организации.

Как видно из прилагаемой сводки материалов по делу «Володьки», арестованные члены группы Нейман, Пеге, Кениг и Сон рассказывают все, что знали о деятельности и связях военной организации, а также предают всех известных им деятелей. По их показаниям устанавливается связь военной организации с миссией и получение оттуда денег, хотя конкретных данных об этом в деле не имеется. Из всего материала видно, что конспирация в работе военного центра почти что отсутствует и руководители воен[ной] организации, в том числе и представитель ЦК ГКП, относились к делу весьма легкомысленно.

Докладывая об изложенном, я хочу подчеркнуть, что создание террористической группы и попытка организовать террористические акты против Секта и др[угих] произошли по инициативе «Володьки» с ведома и согласия ЦК ГКП, не считаясь с диаметрально противоположными директивами с нашей стороны…

2) что о существовании группы и ее целях, а также организуемых террористических актах тов[арищ] «Володька» мне ничего не сообщал и я об этом узнал лишь после провала;

3) что, несмотря на мои многократные и категорические требования об откомандировании «Володьки» в Россию, таковое по воле ЦК ГКП не состоялось;

4) что ответственность как за создание террористической группы, организацию отдельных актов и, наконец, за провал группы, а также «Володьки», целиком падает на ЦК ГКП, под непосредственным руководством и наблюдением одного из членов коего работал «Володька» и его аппарат»[122].

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ГИДЕОН И «РАКЕТНАЯ РУКА» ФАРАОНА

Из книги 100 великих военных тайн автора Курушин Михаил Юрьевич

ГИДЕОН И «РАКЕТНАЯ РУКА» ФАРАОНА (По материалам А.С. Степанова.)К концу Второй мировой войны немецкие конструкторы лихорадочно бились над проектами потрясающего воображение «чудо-оружия». В 1943 году в конструкторском бюро Вернера фон Брауна родился проект «A-9/10», который


150 км западнее Москвы

Из книги Мы дрались с «Тиграми» [антология] автора Михин Петр Алексеевич

150 км западнее Москвы 23 июля 1942 года Старинный русский город Ржев стоит в ста пятидесяти километрах западнее Москвы. 14 октября 1941 года он был оккупирован немцами. Разгром немцев под Москвой приблизил советские войска ко Ржеву, а Ржевско-Вяземская стратегическая


Прочь от Москвы

Из книги Наступление маршала Шапошникова [История ВОВ, которую мы не знали] автора Исаев Алексей Валерьевич

Прочь от Москвы Одной из черт, которые объединяют военные поражения разных армий, а иногда и разных эпох, является неверное определение ближайших планов противника. Не имея достоверной информации о планах другой стороны, командование стоящей на краю катастрофы армии


«Стальная рука» инженера Сафронова

Из книги Техника и вооружение 2012 09 автора Журнал «Техника и вооружение»

«Стальная рука» инженера Сафронова По материалам РГВА подготовили к печати А. Кириндас и М. Павлов. К 1938 г. автомобильные стартеры (эдакие стальные руки, раскручивающие винт самолета), используемые для пуска авиационных двигателей, стали непременным атрибутом


КОГДА ПРАВАЯ РУКА НЕ ЗНАЕТ, ЧТО ДЕЛАЕТ ЛЕВАЯ, ИЛИ ПОЧЕМУ РОССИЯ ПРОИГРАЛА РУССКО-ЯПОНСКУЮ ВОЙНУ?

Из книги Забытые битвы империи автора Музафаров Александр Азизович

КОГДА ПРАВАЯ РУКА НЕ ЗНАЕТ, ЧТО ДЕЛАЕТ ЛЕВАЯ, ИЛИ ПОЧЕМУ РОССИЯ ПРОИГРАЛА РУССКО-ЯПОНСКУЮ ВОЙНУ?  Прежде чем перейти к рассмотрению непосредственно истории осады Порт-Артура, необходимо прояснить важный аспект, который оказывал непосредственное влияние как на событие в


СЛЕД МОСКВЫ?

Из книги Военно-морской шпионаж. История противостояния автора Хухтхаузен Питер

СЛЕД МОСКВЫ?  В июне 1988 г. шведская газета «Афтонбладет», ссылаясь на «советского правительственного чиновника», заявила, что СССР несет ответственность за отправку подводных лодок во внутренние воды Швеции с конца 1970-х годов до 1985 г., прекратив подобные вторжения только


21.3. Молчание Москвы

Из книги Досье Сарагоса автора де Вильмаре Пьер

21.3. Молчание Москвы Нет нужды в длинных комментариях, чтобы объяснить оглушающее молчание Кремля по этому поводу. Вы уже прочли здесь, что пришлось дождаться 2000 года, чтобы репортаж, завизированный «новым» КГБ, наконец-то признал, что Борман умер в Асунсьоне в 1959 году. Но


Оставление Москвы

Из книги Описание Отечественной войны в 1812 году автора Михайловский-Данилевский Александр Иванович

Оставление Москвы Вступление войск в Москву. – Смятение в улицах. – Благонравие народа. – Войско и народ выходят за город. – Князь Кутузов у Коломенской заставы. – Затруднительное положение арьергарда. – Отправление Акинфова переговорщиком. – Разговор с ним


На крыльях «Москвы»

Из книги Великий Ильюшин [Авиаконструктор №1] автора Якубович Николай Васильевич

На крыльях «Москвы» Резервы, заложенные в ЦКБ-30, со временем позволили продемонстрировать возможности машины в рекордных полетах. Особенно подкупала перспектива установления рекорда дальности. В начале 1938 года правительство СССР приняло решение к 15 мая оборудовать для


Гидеон и «ракетная рука» фараона[47]

Из книги 100 великих военных тайн [с иллюстрациями] автора Курушин Михаил Юрьевич

Гидеон и «ракетная рука» фараона[47] К концу Второй мировой войны немецкие конструкторы лихорадочно бились над проектами потрясающего воображение «чудо-оружия». В 1943 году в конструкторском бюро Вернера фон Брауна родился проект «А 9/10», который в обиходе называли


«Рука вождя» — Вышинский

Из книги Нюрнбергский набат [Репортаж из прошлого, обращение к будущему] автора Звягинцев Александр Григорьевич

«Рука вождя» — Вышинский * * *Говоря о деятельности советской делегации на Нюрнбергском процессе, нельзя не упомянуть об А. Я. Вышинском, известном юристе, занимавшем в то время пост заместителя наркома иностранных дел СССР. Союзники хорошо его знали и были уверены, что


«РУКА» МОСКВЫ

Из книги Военные разведчики XX века автора Толочко Михаил Николаевич

«РУКА» МОСКВЫ Во время второй мировой войны у Москвы было более 200 агентов, работавших в Великобритании и США, в том числе и ключевые фигуры в кембриджской шпионской сети, сообщается в опубликованных секретных документах.Около 2500 закодированных сообщений, которые были


1. Не отдадим Москвы!

Из книги Битва за Москву. Полная хроника – 203 дня автора Сульдин Андрей Васильевич

1. Не отдадим Москвы! 30 сентября 1941 года Войска гитлеровской группы армий «Центр» перешли в наступление на орловском и курском направлениях и к исходу дня прорвали оборону 50-й и 13-й армий Брянского фронта, не успевших занять оборону. Началась битва под Москвой. Главное


Реакция Москвы

Из книги Мост шпионов. Реальная история Джеймса Донована автора Север Александр

Реакция Москвы Ночью 1 сентября 1918 года у себя на квартире в Москве был арестован Локкарт. На вопросы Петерса он отвечать отказался под предлогом дипломатической неприкосновенности, а утром по указанию председателя ВЦИК Якова Свердлова, который на время болезни


Ответ Москвы

Из книги Территория войны. Кругосветный репортаж из горячих точек автора Бабаян Роман Георгиевич

Ответ Москвы Так получилось, что накануне отправки ноты из Лондона, Москва отправила свою. Вот ее текст:«Заявление Народного Комиссара Иностранных Дел по поводу участия дипломатических представителей Англии и Франции в организации заговоров против советской власти.6


От Москвы до Найроби

Из книги автора

От Москвы до Найроби Летом 1998 года я полетел в Найроби — столицу Кении, где турецкие спецназовцы взяли курдского лидера. Мне нужно было снять места, где происходила завершающая стадия многоходовой спецоперации. Прежде чем приступить к работе по съёмкам, я окинул