Последний бой Олега Ильина

Последний бой Олега Ильина

1

Подполковник Олег Ильин возвратился из Чечни за две недели до бесланских событий. Командировка на Северный Кавказ была долгая, напряженная… Бойцы устали. Казалось, теперь самое время отдохнуть, отоспаться, побыть с семьей, только вот не получалось. Приходилось ездить на объект, в подразделение: то отчет составлять, то писать представления на награждение.

31 августа он сказал жене: «Все, я в отпуске. Завтра старшего отправлю в школу, младшего в сад, и ложусь спать».

Однако не получилось. Утром позвонил на службу, оказалось, можно получить отпускные. А деньги нужны позарез: через день-другой они с женой Аней собирались махнуть к друзьям в Мурманск. Начинался благословенный период времени, называемый отпуском.

Машину он уже подремонтировал, оставалось забросить кое-какие вещички и, как в песне поется: «На три дня, на три дня вы забудьте про меня».

Но пока надо было заехать в родную Балашиху, на объект, и расписаться в финансовой ведомости.

Они поехали вместе, поскольку Анна служила вместе с ним в «Вымпеле» и ей тоже причитались отпускные.

Деньги супруги Ильины получили, но вместо отпускного напутствия Олега вызвал к себе командир и объявил о захвате террористами школы в Беслане.

«А если бы вы уехали в Мурманск?» – спросил я позже Анну Ильину. Она, не задумываясь, ответила: «Отпуск? О чем вы говорите? Олег вернулся бы с полдороги, узнай о захвате».

Так он оказался в Беслане. Разумеется, не один, а со своим отделением в составе спецподразделения «Вымпел», убывшего к месту событий.

Аня осталась дома, с детьми. Об отпуске теперь только приходилось мечтать.

В отпуск они поедут позже, намного позже, уже без мужа и отца. Олег всегда мечтал отвезти их в горы, научить кататься ее, сыновей на лыжах, на сноуборде. Аня отвечала, что отдых на горнолыжном курорте не по их офицерской зарплате. Но Олег не соглашался, говорил: «Надо мечтать, и все исполнится».

Сам он очень любил горы. Возвращаясь из командировок, куда сотрудники «Вымпела» выезжали на горную подготовку, с упоением рассказывал об Эльбрусе.

После его гибели Аня исполнила мечту мужа: взяла сыновей, и они поехали на Эльбрус. «Увидела всю эту красоту и поняла, почему Олег так любил горы, – скажет она, – а я ревновала его к горам».

Однако ничего этого Анна Ильина тогда еще не знала, да и знать не могла. Собрала мужа в дорогу, попрощалась. Все как обычно, не в первый ведь раз. Правда, Олег показался ей каким-то тихим, уставшим, что ли. Она так и подумала: отдохнуть, отойти от прежней командировки не успел.

Обычно, когда муж уезжал на подобного рода мероприятия – теракты, захваты, в их доме устанавливалась традиция – Анна телевизор не смотрела.

3 сентября с утра она себя почувствовала плохо, разболелась голова. Отпросилась со службы, пришла домой. За день до этого заболел старший сын Григорий. Дала ему лекарства и, когда он уснул, прилегла сама. Задремала. Вдруг телефонный звонок. В трубке – голос родственницы:

– Аня, ты телевизор смотришь?

– Нет…

– Ну и правильно, не смотри.

Перебросились еще фразой-другой, на том и закончился разговор. Однако уснуть опять не смогла, со страшной силой тянуло включить телевизор. Прежде никогда с ней такого не было. Долго боролась с собой, потом сдалась, включила. И уже не смогла оторваться от экрана. Показывали штурм школы в Беслане спецподразделениями «Альфа» и «Вымпел». Где-то там ее Олег.

Еще не было никаких известий: ни хороших, ни дурных, – а ей становилось все хуже.

Звонили подруги, жены офицеров, мужья которых находились в Беслане. Все успокаивали друг друга, говорили, что все будет хорошо.

Вечером она заставила себя выйти на улицу, в магазин. Знакомые спрашивали, как дела. Она лишь пожимала плечами, не зная, что ответить.

А потом было самое страшное. Вовсе обессиленная дурным предчувствием, она сидела на кухне. Старший, больной сын спал, младший смотрел телевизор, и у нее не хватило сил уложить его в постель.

Позвонили, дверь открыл младший Сережа и прибежал на кухню:

– Мама, к тебе из части приехали…

На пороге стояли начальник отдела, еще один офицер. «Я сразу все поняла, – признается потом Аня, – хотела только одного: услышать, что он ранен». Но услышала совсем другое: «Крепись, Олег погиб».

А ведь как она просила его быть осторожным. Он лишь улыбался, успокаивал: «Ты же знаешь, я хитрый, никуда сломя голову не полезу. Людей и себя берегу.»

Не сберег.

2

Олег Ильин пришел в «Вымпел» в мае 1995 года. Элитное некогда подразделение Первого Главного управления (внешней разведки) КГБ переживало тяжелые времена. Полтора года назад, после событий октября 1993 года, оно, по сути, было «разгромлено». За отказ идти штурмовать Белый Дом Борис Ельцин и его окружение расправилось с бойцами отряда специального подразделения: «Вымпел» передали в систему МВД.

Мне рассказывал тогдашний командир «Вымпела» генерал Дмитрий Герасимов, что не мог поверить этим, казалось, невероятным слухам. Ведь в группу собирали лучших из лучших оперативников КГБ, готовившихся для работы за рубежом, владеющих иностранными языками, высокопрофессиональных спецов, – словом, гордость внешней разведки. И вдруг этих людей в милиционеры? Быть этого не может.

Оказалось, в нашей стране все может быть. И генерал Герасимов это понял, когда ему вручили приказ, что в системе госбезопасности больше не существует специального подразделения «Вымпел».

Через несколько дней у КПП выстроилась вереница иномарок. Коммерсанты, в отличие от государственных мужей, по достоинству оценили профессионализм сотрудников спецподразделения.

В общем, из 700 бойцов и командиров в «Вымпеле» осталось 117 человек. Некоторые уволились со службы, приняв предложения коммерческих структур, иные ушли в другие службы ФСБ.

Новое руководство стало перед проблемой – следовало начинать заново строить подразделение. Стали строить. Тогда, как говорят, было не до жиру. Брали людей из разных структур, в том числе и из милицейских подразделений. Как оказалось потом, далеко не самых лучших. Они привносили свои «ментовские» привычки, менталитет, которые не всегда вписывались в традиции «Вымпела». Приходилось со временем освобождаться от таких «подарков».

Искали людей и в системе Министерства обороны. В особенности среди спецназовцев ГРУ, десантников.

Однажды офицеры из «Вымпела» приехали к десантникам в Медвежьи Озера. Посидели, пообщались, познакомились. Некоторые из «межвежьеозерцев» выразили желание перейти служить в подразделение.

Правда, на той встрече не присутствовал командир роты связи капитан Олег Ильин. О приезде «покупателей» из «Вымпела» узнал случайно от своих товарищей-десантников. К тому времени один его знакомый, тоже десантник, уже ушел в «Вымпел». Олег к нему: мол, замолви словечко. Тот доложил руководству. Познакомились, проверили, изучили… и в мае 1995 года Ильин был зачислен в подразделение.

В отличие от некоторых «проходняков», которые попадали в «Вымпел» в те годы, чтобы «засветиться» и потом всю жизнь козырять, мол, служил в легендарном спецназе, Ильин пришел в подразделение надолго, навсегда. И не «светиться», зарабатывать дешевый авторитет, а работать.

Судьба отвела ему девять лет жизни, девять лет службы в «Вымпеле».

Какими они были, эти годы, для Олега Ильина? Каким он был в эти годы?

3

После зачисления в штат подразделения Ильин оказывается в 4?м отделе, в горном отделении. Не забудем: после «разгрома» «Вымпела» прошло всего полтора года. Отдел, в котором теперь служит Олег, находится в стадии становления. Все подразделение методом проб и ошибок пытается найти наиболее оптимальную тактику применения.

Проходят занятия, учения – полевые, тактико-специальные. Лучшие, самые здоровые силы группы «Вымпел» пытаются сплотить коллектив, жить единой семьей. Осознавая, что сложные боевые задачи под силу только крепкому, сильному, профессиональному спецподразделению.

Олег Ильин, как всегда, очень энергичен, инициативен. Некоторые даже поглядывают на него с настороженностью. Вот, мол, какой, всюду хочет успеть.

И он успевает. С головой окунается в проблемы горного отделения. Первым делом исследует экипировку горных бойцов. На слово не верит никому, какими бы громкими «брендами» не прикрывались фирмы. Натягивает куртку и залезает под душ, потом приходит к руководству: «Это обмундирование не годится, протекают швы.» Берет спальный мешок и вместо теплой кровати под боком у жены проводит ночь на улице, проверяя на себе качество «спальника».

Он встречается с представителями фирм-производителей, выходит на ведущих альпинистов страны.

«Когда у нас появлялись определенные образцы обмундирования, – рассказывает начальник отдела группы „Вымпел“ полковник Александр Б., – Олег начинал их испытывать, проверять и делал свои заключения: в этой экипировке сотрудник проживет в горах полчаса, а в другой – сутки. И аргументированно доказывал.

Помню, когда мы начинали, у нас были первые горные ботинки коричневого цвета. Они, конечно, получше армейских, но все равно не то. Ильин доказал, что им можно найти замену.

Многие вещи добывал для отдела лично. Какие у нас были „спальникираньше, а какие достал он! Олег вышел на специалистов, наладил с ними контакт, провел анализ, и в результате прекрасными „спальникамиобеспечено не только его отделение, но и все остальные. А ведь он не был альпинистом, горником до прихода в „Вымпел“«.

И так в каждом деле, за которое брался Олег Ильин. Он доходил до сути, изучал его, становился спецом экстра-класса.

Взять те же парапланы. До того времени, как Олег стал заниматься ими, в подразделении были парапланы, на которых, как сказал один из командиров «Вымпела», «можно разве что с небольшой горки съехать». Он же выдвинул весьма дельное предложение – головной дозор в горной местности выдвигается на… парапланах. И в самом деле, поднялся на полторы тысячи метров и передавай нужную развединформацию. Попробуй достань такого разведчика.

Предложение это по определенным причинам принято не было, но он всегда был уверен: признание такого тактического приема – дело времени. Возможно, он прав, кто знает?

Многие офицеры и до сих пор помнят, как испытывал Олег мотодельтаплан, по утрам летал над территорией части.

Разумеется, будучи человеком неугомонным, упрямым в достижении своей цели, кое-кому он не давал спокойно жить. В буквальном смысле «доставал» своими рацпредложениями. Его часто можно было видеть в отделе материально-технического обеспечения. Олег спорил, требовал. Не всем это нравилось. Но он думал не о косых взглядах и испорченных отношениях с «МТОшниками», а о деле.

В результате кадровых перестановок вышло так, что Ильин оказался в другом отделе. И здесь он нашел приложение своей энергии.

«С приходом Олега, – признался один из руководителей отдела, – мы создали группу нештатных водолазов. А ведь до него только задумывали, планировали ее организовать. Он пришел и добился своего. Не будем забывать: для этого нужно время и большое желание. Человек, задумавший что-то новое, всегда сталкивается с какими-то административными барьерами. Иной предложит раз, два – и махнет рукой. А Олег все доводил до конца».

Думается, никому не надо доказывать важность огневой подготовки для бойцов спецподразделения. И тем не менее мне встречались командиры, которые считали, что стрельбы по несколько раз в месяц – это вполне приемлемый максимум для поддержания огневого мастерства. Тем более если стреляли уже не новички, а офицеры с опытом.

К счастью, в отделе, где служил Ильин, так не считали. Как сказал полковник Александр Б.: «Сотрудник должен заниматься огневой подготовкой каждый день. Только тогда он становится настоящим профессионалом». Однако при такой интенсивности занятий своей базы не хватало. Первым, кто внес дельное предложение, был Ильин. Он решил выйти на другие стрельбища, тиры. Стали выезжать туда, тренироваться. Как итог – уровень подготовки значительно возрос.

Откровенно говоря, Олег был тем человеком, которому до всего было дело.

«У нас есть занятия, – рассказывает сослуживец Ильина Николай В., – на которых мы отрабатываем, например, проникновение в помещение по веревке. Речь идет об альпинистской подготовке.

Вот ситуация: надо договориться о привлечении вертолета, чтобы организовать спуск на веревке. А просто так, по первому звонку вертолет никто не даст.

Олег умел правильно, грамотно подготовить документы, все обосновать, и смотришь, у нас есть вертолет для проведения занятий.

Из других отделов ребята приходят, спрашивают: „Где это вы да как вертолет взяли?“.

А мы их к Ильину отправили, мол, он содержит вертолетную эскадрилью».

Так подполковник Олег Ильин осваивал сам и учил своих подчиненных осваивать горную, воздушно-десантную, водолазную, огневую, тактико-специальную подготовку.

А вскоре накопленное мастерство и профессионализм проверит война, бой. В Первомайском, в Чечне, в «Норд-Осте».

4

…Первой боевой операцией Ильина мог стать Буденновск. Но «старички» поберегли молодежь, Ильина в командировку не взяли. Олег только что пришел в подразделение, и капитану предстояло многому научиться. Теперь-то он это понимает, а тогда было обидно. «Ничего, – успокаивали их „деды“, – войны и терактов на ваш век хватит».

Так оно и получилось. Прошло еще полгода после Буденновска, и Радуев захватил больницу в Кизляре.

Первоначально было известно, что три сотни боевиков, вооруженные стрелковым оружием, атаковали вертолетную площадку г. Кизляра, уничтожили две «вертушки» и топливозаправщик, захватили жилой дом. Они расстреливают и берут в заложники мирных жителей. Потом доходят до местной больницы и тоже захватывают ее. А в больнице – старики, женщины-роженицы, дети.

Генерал Герасимов, бывший командир «Вымпела», участник тех событий, однажды признался: «Там, в Первомайском, был натюрморт спецподразделений – 24 сотрудника управления спецопераций, часть „Альфы“ поскольку в такой напряженный момент нельзя было оставить без прикрытия Москву, и небольшая по числу „Вега“«.

В составе этой небольшой по числу «Веги» и находился, в сущности, еще начинающий боец группы антитеррора Олег Ильин.

Там он шел вместе со всеми на штурм села Первомайское, которое террористы превратили в хорошо оборудованный опорный пункт. Запомнился дикий январский холод, снег с дождем, бандиты, засевшие в теплых домах, сказки президента Бориса Ельцина о 38 снайперах и, конечно же, пулеметный и автоматный огонь по наступающим.

Таким было его первое боевое крещение и первая награда – медаль «За отвагу».

Потом был орден Мужества в 1999 году, позже, через год, – медали ордена «За заслуги перед Отечеством» I и II степени с изображением мечей и, наконец, орден «За военные заслуги».

Награды говорят сами за себя. Начиная с 1999 года Ильин получал государственные награды практически каждый год.

Выезжая в Чечню, он действовал так же энергично и инициативно, как и в мирное время на учениях, занятиях. Ведь там тоже можно работать по-разному: есть оперативная информация – действуем, нет – ждем.

Но Олег Ильин не мог сидеть и ждать. Он добывал эту информацию сам со своими ребятами, искал новые, более эффективные схемы воздействия на террористов.

Вот как вспоминает об одной из командировок в Чечню начальник отдела подразделения «Вымпел» полковник Александр Б.

«Наш отдел, в состав которого входило и отделение Ильина, работал в Веденском районе. Там мы применили иную, непривычную схему действий – создали своеобразную пограничную зону, в которую входило пять сел. Постоянно контролировали въезд, выезд, анализировали, кто выезжает, кто въезжает. Если в селе появлялся новый человек, который не фиксировался на КПП, значит, он спустился с гор. Сразу возникал вопрос: что это за человек?

Придумали с Олегом и новую поисковую схему. Она оказалась довольно эффективной.

Для начала навели порядок в селе. Там до этого улицы не имели названий, дома – нумерации. Мы вместе с местной властью повесили таблички с названиями улиц, номера домов. Попросили, как положено, завести домовые книги, вписать всех живущих родственников.

Пособники бандитов хитрили, разумеется, кого-то не вписывали в книгу. Стало быть, мы знали: в этой семье может появиться неожиданный „гость“.

Олег сумел установить хороший контакт с местным населением.

И как результат – за сравнительно короткую командировку изъято 70 единиц огнестрельного оружия, схроны вскрывались один за другим».

Как-то Ильин со своими ребятами приехал по «адресу», однако нужного чеченца там не оказалось. Где он, никто сказать не мог. Предупредили брата и главу администрации о том, чтобы отсутствующий заглянул к «вымпеловцам».

Он вскоре появился, стал рассказывать, что он мирный житель, строитель. «Если ты мирный житель-созидатель, – спросил его Олег, – зачем вертолет обстрелял?» «Строитель» сразу сник, понял, что в руках офицеров есть надежная оперативная информация.

После разговора «строитель» принес снаряды, которые закопал в огороде, сдал оружие.

«Такая информация, – сказал один из сослуживцев Ильина, – сама в руки не приходит, надо пахать, чтобы ее добыть».

Однако командировки в Чечню – это не только оперативная, профилактическая деятельность, выезды по «адресам», но и самая что ни на есть боевая, если так можно выразиться, фронтовая работа. Что я имею в виду? Прежде всего, жестокие боестолкновения с бандами террористов.

Об одном таком столкновении и хочется рассказать.

…Разведгруппа под руководством подполковника Ильина находилась в поиске семь суток. Стояло лето, но погода была осенняя – холодно, постоянно шел дождь, под ногами непролазная грязь.

Когда дождь утихал, над землей висел густой туман. Вырытый окоп сразу по колено заполняла вода.

На одной из точек, в засаде, бойцы Ильина провели трое суток – бандиты не появились. Вскоре поступил приказ сменить дислокацию, переместиться в другой квадрат. Прошла оперативная информация, что там должна появиться банда террористов.

Ильин вошел в заданный район. Они осмотрели участок местности, закрепились на господствующих высотах. Хотя было крайне сложно спрогнозировать, каким маршрутом пойдут бандиты.

И тем не менее интуиция Олега не подвела. Террористы вышли прямо на него.

Ночью, в тумане их удалось обнаружить заранее. Передвигались они осторожно, грамотно, впереди – головной дозор. Боевики головного дозора по тропе на высоту не пошли. Выключив фонарики, стали огибать вершину по кругу. Вскоре они оказались с другой стороны «вымпеловской» засады.

Складывалась весьма сложная тактическая обстановка. Теперь уже бойцы засады оказались окруженными с обеих сторон. Куда сосредоточивать огонь? Если по основной группе боевиков, то их головной дозор ударит с тыла. Распылять огонь небольшой группы в разные стороны тоже не имело смысла. Бандитов было в два раза больше.

Напряжение росло. Решение должен был принять командир. Однако он терпеливо ждал.

В это время основная группа террористов тоже начала огибать высоту. И тут они почему-то решили выйти на вершину. Развернулись и цепью, осторожно стали приближаться к позициям наших бойцов.

Темно, видимость плохая, слышался только хруст валежника под ногами бандитов. Ильин подпустил их метров на семь, и «вымпеловцы» почти в упор открыли огонь.

Было убито четверо боевиков, судя по следам крови, многие ранены. В группе Ильина ранены два человека. Одного из боя вытащил сам командир.

Надо отдать должное: подполковник Олег Ильин умел ориентироваться в сложной боевой обстановке, принимал грамотные и взвешенные решения.

Вот как он действовал во время событий в «Норд-Осте». «При подходе к зданию театрального Центра на Дубровке, – вспоминает боец „Вымпела“ Владимир К., – на нашем пути был освещенный участок – 1?я Дубровская улица. А мы должны преодолеть мост и выйти к Институту человека. Тут по нам и ударили из автоматов с третьего этажа. Удалось укрыться за бетонными ограждениями. Можно было, конечно, попытаться прорваться, но это не лучший выход.

Олег Ильин с ребятами находился в разведдозоре. Быстро послал двух человек на доразведку, они нашли новый безопасный маршрут, и группа перебежками покинула опасное место и вышла на рубеж штурма „Норд-Оста“».

Теперь и командиры, и сослуживцы, вспоминая о нем, говорят, что Олег Ильин – это огромная потеря в коллективе и заменить его в полной мере пока некем.

Вот лишь некоторые отзывы о нем.

«Он знал, кого и куда поставить, как действовать в сложной ситуации. Просчитывал все варианты».

«Есть люди, которые сами знают, опыт имеют, а передать другому не могут. Он мог, умел…»

«Стоит, к примеру, сложная боевая задача. Олег эту задачу каждому разъяснит, растолкует, разложит по полочкам. Каждому своя полочка. Смотришь, любо-дорого, все готовы, ничего не забыли, ничего не упустили».

«Ильин был человек легкий на подъем, взрывной. Быстро мог вывести из состояния апатии, оцепенения. Ускорителем был, скажем так».

Прекрасные слова, что говорить. Однако из всего предыдущего повествования можно сделать вывод: мол, Олег Ильин кроме службы ничего не знал, этакий прожженный вояка, влюбленный в профессию. Многие из его товарищей так и говорили: он круглые сутки думал о работе, о службе. Но лучше всех, на мой взгляд, сказала его жена, Аня, сама прапорщик, в прошлом десантник, имеющая за плечами десятки парашютных прыжков: «Знаете, это правда – он был предан работе и вместе с тем был предан семье».

5

С будущей женой они познакомились в родной десантной части в Медвежьих Озерах. Аня была единственной женщиной в батальоне, а Олег – командовал сначала взводом, потом ротой связи. Вместе выезжали на парашютные прыжки, там и присмотрелись друг к другу.

Вскоре поженились. У обоих это был второй брак. Сына Анны от первого брака он принял как своего, родного. Хотя относился к нему требовательно, а порою и жестко. Воспитывал мужчину, защитника.

Младший, Сережа, родился в 1998 году. Он был любимый, желанный. Однако, положив жену в роддом, Олег «вылизал», вычистил квартиру и уехал в командировку. Тогда Аня крепко обиделась, но теперь понимает: он не мог не поехать, это была знаковая командировка.

Правда, забрать ее из роддома с маленьким сынишкой он все-таки успел.

Теперь она запуталась в его командировках, сколько их было за эти девять лет. Помнит только, что пропустил он всего одну, когда лег на операцию по поводу язвы желудка.

Зато когда возвращался из дальних странствий, он полностью принадлежал жене и сыновьям. Аню, например, терпеливо учил водить машину. И когда она въехала в столб и готова была расплакаться с досады, долго смеялся и успокаивал: мол, что расстроилась, это же железо. И добавлял: «А водить ты машину научишься классно, поверь мне».

После «Норд-Оста» им дали, наконец, квартиру. Олег сам, своими руками делал ремонт, благоустраивал ее.

Любил сыновей. Сегодня Аня говорит, что у нее никогда не было сомнений относительно их будущего. Она знала: Олег не оставит их.

Из-за вечной занятости на службе Олега и ее самой в доме они не могли завести какую-либо живность, собаку, например. Но однажды, приехав с учений, Олег привез в сумке нечто крохотное и едва живое. Сбежалась вся семья.

Он показал животное маленькому сыну.

– Кто это такой?

– Мышка, – ответил тот.

– Нет, – смеется папа.

– Крыска.

– Нет… Это бельчонок.

Отказывается, они нашли его в лесу, брошенного, еле живого. У него не было еще зубов, и сыновья кормили бельчонка из пипетки, потом, когда он подрос, давали ему орехи, грибы-шампиньоны.

А когда бельчонок вырос в пушистую белку, выпустили его на волю, в лес.

В их семье и до сих пор хранится фотография – Олег лежит на диване, а на груди у него играет белка.

После гибели Ильина одна из газет, раздобыв у кого-то из сослуживцев эту фотографию, опубликовала ее. Фото и вправду симпатичное. Однако Аня считает, что оно не понравилось бы Олегу. Он бы сказал: «Ведь люди подумают, что я валяюсь на диване».

Да, действительно, спецназовец Олег Ильин диван не уважал. Уважал спорт, свою боевую профессию, беспокойную и опасную жизнь сотрудника подразделения антитеррора.

Может быть, поэтому судьба распорядилась так, что умер этот целеустремленный, смелый человек не в собственной постели, а в бою, защищая бесланских детей.

6

Последний бой подполковника Олега Ильина. Каким он был?

Пусть о нем расскажут его боевые товарищи, которые шли с ним бок о бок.

Александр Б.:

«В Беслане Олег Ильин находился в одной группе со мной, которой была поставлена задача провести разведку на местности. Мы с ним излазили все, но самый лучший безопасный маршрут выдвижения выбрали. Ведь прежде, чем штурмовать объект, захваченный террористами, до него надо дойти.

В дальнейшем Олег получил задачу провести окончательную доразведку, то есть промерить все дистанции, вплоть до каждого окна, из которого вели огонь террористы.

Потом согласовали наш план с приданной бронетехникой 58?й армии.

Он руководил группой сотрудников в составе 5 человек.

Происходит взрыв в захваченной школе. Об этом мне докладывает снайпер. Я подаю команду „Тревога!“. Пока мы прибежали из штаба, группа Ильина уже вступила в бой, прикрывая выбегающих из здания заложников. Они вели огонь по окнам, чтобы подавить террористов, которые расстреливали детей.

Вскоре подтянули бронетехнику. Бандиты стали стрелять по БТРам из гранатометов.

Вот тут Ильин и Пудовкин получили ранения. Олегу осколок угодил в лицо, а Денису разбило приклад снайперской винтовки. Я предложил им выйти из боя, но они наотрез отказались, попросили оставить их.

После этого террористы стали перемещать заложников в классы на первом этаже и в столовую.

После того, как поступил приказ на штурм, Ильин руководил передовой группой. Его бойцы стали проникать в помещение через окно. А здесь – сильный пулеметный огонь, коридор школы простреливался.

Мы поднялись на второй этаж. Террористы стали оттягиваться. Наши шли двумя подгруппами. Олег двигался впереди».

Денис Т.:

«Второй этаж зачистили весь и сконцентрировались на самом опасном направлении – лестнице. Вышли на лестничную площадку. Вроде никого, внизу, правда, слышались какие-то перемещения. Но мы не могли стрелять или забрасывать гранатами: а если там свои?

А „духи“ пошли на прорыв через эту лестницу. Они метнули гранаты и бегом вверх.

Мы открыли по ним огонь, а они не падают. Всаживаешь 2–3 пули в бандита, а он бежит».

Александр Б.:

«У убитых потом обнаружили вколотые в вену катетеры для внутривенных инъекций, закрытые пробкой. Представляете, в бою трудно попасть шприцем, так у них уже иголка вставлена в вену, закрыта и примотана к руке. Для того чтобы быстро ввести наркотик.

Словом, они пытались прорваться через наши боевые порядки».

Денис Т.:

«Впереди бежал пулеметчик. Он вел огонь, а в другой руке у него граната. В него всадили две пули, а он все двигался. Потом наш снайпер наконец прикончил его. Но он успел ранить нашего сотрудника в колено.

Мы заняли оборону. Вбегает второй бандит, снайпер кладет и его.

После этого они остановились на лестнице и стали забрасывать нас гранатами. Нам уходить некуда. Если побегут, будем стрелять в упор.

Они кидают гранаты и вперед. В этот момент мы уничтожаем троих террористов, но еще трое прорываются в актовый зал.

А у нас ситуация такова – раненый сотрудник, и трое бандюг прорвались, по сути, в наш тыл. Надо эвакуировать раненого. Но делать этого нельзя, следует сначала добить террористов.

Разбились на две двойки и пошли по разным сторонам вперед. Олег двигался первым вдоль противоположной стены.

Тем временем „дух“, как оказалось потом, затаился на лестничной клетке. Он струсил и не побежал за остальными».

Александр Б.:

«Олег Ильин, подойдя к углу, практически лоб в лоб столкнулся с террористом. Они начали стрелять друг в друга. Если бы пули попали в бронежилет, это бы спасло Ильина, но они пошли снизу, под шлем, в незащищенные места.

Получилось так, что Олег Ильин фактически закрыл собой группу, приняв основной удар на себя. Это был ближний бой на расстоянии штыкового удара».

…Когда это случилось и командиру передали, что Ильин «двухсотый», он не верил. Олег был одним из опытнейших бойцов. Однако бой есть бой. Видимо, неспроста написал поэт: «Последний бой – он трудный самый.»

Данный текст является ознакомительным фрагментом.



Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг:

ПОСЛЕДНИЙ БОЙ

Из книги автора

ПОСЛЕДНИЙ БОЙ Едва взошло солнце, как прямо по носу появились густые шапки дыма— Это, несомненно, ушедший вперед Небогатов! — опустил бинокль командир. — Курс на дымы!Расталкивая волны, «Ушаков» повернул на дым На бак набегала вода, из труб снопами летели искры, дрожал,


ПОСЛЕДНИЙ БОЙ

Из книги автора

ПОСЛЕДНИЙ БОЙ Итак, 6 августа в 13 часов 25 минут канонерские лодки «Сивуч» и «Кореец» под общим командованием капитана 2-ю ранга Черкасова начали свой прорыв из западни Рижского залива. Впереди притаившееся море. Штиль. Влажная мглистая дымка легкой завесой легла между


ПОСЛЕДНИЙ ИЗ «МОГИКАН»

Из книги автора

ПОСЛЕДНИЙ ИЗ «МОГИКАН» Название хорошего романа может стать и часто становится метафорой исторической ситуации, отсылая ее к контексту романа. Так произошло и со знаменитым романом Фенимора Купера, заголовок которого мы использовали для названия настоящей главы.


ПОСЛЕДНИЙ БОЙ ГЕРОЯ

Из книги автора

ПОСЛЕДНИЙ БОЙ ГЕРОЯ Шёл год 1807-й. Июнь уже перевалил за середину, и российская эскадра под флагом вице-адмирала Сенявина наглухо закрыла Дарданелльский пролив, блокировав неприятельский Стамбул. Флот султана попытался было отогнать русских моряков от своих берегов, но,


Последний бой

Из книги автора

Последний бой К началу 1915 года Россия на фронтах Первой мировой войны потеряла 1,35 миллиона человек убитыми, ранеными и пленными из 5,5 миллиона, которые у нее были до начала войны. Русские артиллерийские батареи молчали из-за нехватки снарядов.В таких условиях Россия


Глава 6. Донесение Олега Верховному Главнокомандующему

Из книги автора

Глава 6. Донесение Олега Верховному Главнокомандующему Любая операция в разведке завершается отчетом о результатах ее проведения. Возвратившись из Варшавы, Иван Андреевич Колос подготовил подробный отчет о своих встречах в польской столице и впечатлениях о действиях


Два Игоря, три Олега

Из книги автора

Два Игоря, три Олега Распад Руси происходил не только отделением различных племен. Но и по обычной «феодальной» схеме. Так, в последующем обнаруживается княжество в Полоцке, где правит самостоятельная варяжская династия. Может быть, землю полочан дали в удел кому-то из


Титович Владимир Васильевич (интервью Олега Корытова и Константина Чиркина)[1]

Из книги автора

Титович Владимир Васильевич (интервью Олега Корытова и Константина Чиркина)[1] Родился я 5 марта 1921 года на Украине, в пригороде Донецка, в селе Авдотино. Моя семья была — папа, мама и трое детей: брат, сестра и я. Мама моя была домохозяйкой. Отец с тринадцати лет работал на


Яковлев Владимир Осипович (интервью Олега Корытова и Константина Чиркина)

Из книги автора

Яковлев Владимир Осипович (интервью Олега Корытова и Константина Чиркина) Зовут меня Яковлев Владимир Осипович, а раньше я был Рак Владимир Осипович. Фамилию поменял — жене не понравилась, а мне какая разница… Теперь все меня знают как Яковлева. И товарищи-фронтовики


Глава 18 Последний бой

Из книги автора

Глава 18 Последний бой В сосняке у деревни Жары. Ефремовцы уходят к Угре мелкими группами. Снова под прицелом автоматчиков. Кто руководил последним боем? Последнее право русского офицера После неудачной попытки переправиться через реку Угру у деревни Костюково группа


Последний раунд

Из книги автора

Последний раунд На следующее утро я получил из штаба приказ отправляться на две недели в отпуск, но я обнаружил, что после аварии не пострадал физически, и руки не начали трястись, поэтому 20 июня я снова поднялся в небо на одолженной машине. Я добился 14-й победы, сбив


Последний год жизни

Из книги автора

Последний год жизни В 1958-ом и в 59-ом Курчатов много занимался установкой Огра — «один грамм нейтронов», как в шутку называли её сами физики. Один из них, Николай Семашко, впоследствии рассказывал:«На время визита Дж. Кокрофта осенью 1958 года Игорь Васильевич познакомил его


Последний бой

Из книги автора

Последний бой После прорыва обороны противника южнее озера Балатон части 61-й гвардейской стрелковой дивизии в составе 57-й армии продолжали наступление с целью выхода к границам Австрии. В один из апрельских дней 1945 г. наш полк оказался в редкой географической точке,на


Последний бой

Из книги автора

Последний бой В смежной камере шли допросы.Инженер Макс, маленький, очкастый, его обвиняли в диверсии на электроподстанции, «колдовал» у стены, стараясь подслушать… Ничего не получалось.Анатолий Кожевников не находил себе места. «Как сообщить в лес о предательстве


ПОСЛЕДНИЙ БОЙ

Из книги автора

ПОСЛЕДНИЙ БОЙ Гаврилов не терял надежды выбраться из крепости. Он продолжал бороться за жизнь, но был уверен, что если придется, то отдаст ее как можно дороже.День за днем Петр Михайлович ел комбикорм, а ночью пил воду из канала до тех пор, пока не началась острая резь в