Производство

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Производство

Очевидно, ни один из немецких са­молетов не получал такого приорите­та для своего производства, как Ме-262 «Швальбе». В драматичный для Тре­тьего Рейха период конца войны в нем видели одно из чудотворных орудий, которое могло бы помочь избежать поражения и проложить путь в буду­щее. Проблемы производства этого самолета могли бы послужить темой отдельного большого исследования. Но мы рассмотрим эту проблему толь­ко коротко.

Одна часть самолетов Ме-262 про­изводилась на обычных заводах, таких как хотя бы Аугсбург-Хаунстеттен, где строились все прототипы. Но во вто­рой половине 1944 года, когда соб­ственно началось производство Ме-262, ситуация в немецкой промышлен­ности становилась все более трагич­ной. Непрерывные бомбардировки приводили к перебоям в производстве. Практически ни один план, касающий­ся месячных объемов производимых самолетов, не был выполнен. Произ­водственные расходы в несколько раз превышали ожидаемый уровень. Ощу­щался недостаток персонала, топлива, сырья и энергии. Очень часто отклю­чалась электроэнергия, что приводило к большим простоям. Чем ближе был конец войны, тем больше ухудшалась ситуация. Уничтожение во время бом­бардировок фабричных цехов, станков и оборудования, делало выпуск про­дукции вообще невозможным. Случа­лось, что погибала и заводская доку­ментация на выпускаемые узлы. Прав­да, можно было получить ее копии, но до этого производство чрезвычайно осложнялось. Часто заводы не могли отправить готовые узлы на место окон­чательной сборки из-за поврежденных путей сообщения или отсутствия транспорта. Опытные работники, тех­ники и инженеры часто попадали в армию и шли на фронт. Некоторые погибли при бомбардировках фабрик. На их место приходили люди, которые зачастую не имели никакого представ­ления о технике, либо мобилизованные иностранные рабочие. За станки ста­новились женщины, и несовершенно­летние дети. О производительности в таких условиях трудно и говорить.

Решение о децентрализации про­изводства «Швальбе» было принято уже в 1943 году, а привела к этому се­рия налетов союзников на заводы Мессершмитта. 17 августа дневная атака американских бомбардировщиков се­рьезно повредила предприятия в Регенсбург-Пруфенинг. Очередной налет в ночь с 25 на 26 февраля 1945 года ус­корил процесс перевода производства на мелкие предприятия. Реорганиза­ция, решение о которой было принято ранее, проходила поэтапно. На первой фазе должна была быть проведена де­централизация, на второй - производ­ство продукции переносилось в шахты и туннели автострад. Третья фаза пред­полагала новую централизацию на шести крупных, хорошо укрепленных и замаскированных фабриках.

Ме-262 В-Ia» и Ме-262 А-I ( на втором плане) подготовленные для вылета на заводском аэродроме. Обратите внимание на антенны радара у двухместного самолета.

Фюзеляж сбитого Me 262 из JG 7. На заднем плане видны американские солдаты.

Предсерийные самолеты собира­лись на предприятиях в Лейпхейме, а передняя часть фюзеляжа и крылья до­ставлялись из Аугсбурга. Остальные части фюзеляжа прибывали на сборку из Регенсбурга. Названия Аугсбург и Регенсбург могут создать впечатление, что речь идет о единых предприятиях. Но это не так. Аугсбург - это целый ряд находящихся в его районе мастерских, подчиненных материнской фабрике. Та­кая же ситуация была и в Регенсбурге.

Сборка в Лейпхейме происходила в условиях, которые абсолютно нельзя назвать комфортными. Собственно го­воря, это была одна мастерская при аэродроме, которую приспособили к роли производственного предприятия. Надо помнить, что на начальном этапе производства «Швальбе» (конец марта - начало апреля 1944 года) ангары были еще заняты транспортными Ме-323 Gigant и монтаж первых экземпляров Ме-262, доставленных с предваритель­ной сборки завершался... прямо на краю аэродрома.

Очередным этапом рассосредоточения производства была организация малых производственных и сборочных мастерских, складов продукции в юж­ных и юго-восточных районах Герма­нии, а так же в Австрии и Чехослова­кии. Производство деталей для «Швальбе», было поручено так же крупным заводам, находившимся на территории этих стран. Вновь органи­зованные «предприятия» и сборочные участки размещались в местах затруд­нявших их обнаружение самолетами воздушной разведки союзников - в ес­тественных пещерах, туннелях авто­страд, либо просто в лесах.

Лесные фабрики были скрыты под псевдонимом Kuno. Одна из них, Kuno I, находилась недалеко от Лейпхейма. Фабрика, состояла из сборочной ли­нии, участков для выверки стрелково­го вооружения и прогона двигателей, а так же из деревянных и металлических бараков. Однако центральной частью Kuno I, был замаскированный бетонный бункер. Все ее составные части были хо­рошо замаскированы среди деревьев и незаметны с воздуха. Строительство Kuno I началось в марте 1944 года, а пер­вый самолет покинул сборочный «цех» уже через месяц. В середине апреля производство развернулось уже на полную мощность.

Kuno I играло роль сборочного предприятия. Туда доставлялись гото­вые узлы с других фабрик и здесь они собирались в единое целое. Полностью собранные крылья присылались с фаб­рики расположенной в двухэтажном тоннеле автострады около Леонберга недалеко от Штутгарта. Однако пред­приятие в Леонберге в январе 1945 года, по меньшей мере, раз в неделю лишалось электроэнергии, что приво­дило к неритмичности поставок. Фю­зеляжи поступали из нескольких рассосредоточенных мастерских располо­женных в Оберзелл вблизи Пассау, а так же с лесной фабрики в Хагельштадт. Оба этих подразделения непос­редственно подчинялись Регенсбургу. Передние части фюзеляжей поставля­ли предприятия из Гунсбурга. Гондо­лы двигателей присылались из Лаунгена, а элероны и закрылки из Вассербурга. Обе мастерские находились вблизи Лейпхейма. Все упомянутые предприятия получали детали для про­изводства своих сборочных узлов от других небольших мастерских.

24 апреля 1944 года для базы в Лейпхейме настали тяжелые часы. Амери­канские бомбардировщики предпри­няли на нее атаку, в ходе которой были уничтожены 53 готовых самолета Ме-262, из Kuno I, стоящие перед ангара­ми и готовых к отлету. Близлежащие мастерские избегали бомбардировок до 18 ноября 1944 года, когда они так же пострадали от очередного налета союзников.

Ночной «Швальбе» – «красная 6» St.Dizier, уже в британской окраске.

Ме-262 ll-la/Ul (W.№. 110635) – «красная 10» – бывший самолет Велтера, на снимке уже с обозначениями RAF на месте крестов, в St.Dizier летом 1945 года.

Следующий центр Kuno был раз­вернут в конце лета - начале осени 1944 года. Он получил название Kuno II и размещался к востоку от Kuno I, кото­рый был ему подчинен. Другая окон­чательная сборка Ме-262, могла про­изводиться в лесных мастерских Швабиш-Халл, в Обертраублинге вблизи Регенсбурга и в Нейбург-Доннау. Са­молеты из Швабиш-Халл начали по­ступать в боевые части в марте 1944 года, из Обертраублинга в декабре 1944 года и из Нейбург-Доннау в са­мом конце 1944, начале 1945 года. В общей сложности во время первых двух фаз программы сохранения производства - децентрализации, произ­водственные задания которые выпол­няли до этого 27 крупных заводов, были распределены между 300 фирма­ми, объединяющими более 700 малых мастерских и сборочных участков. Ти­повой лесной фабрикой Мессершмитта было предприятие вблизи Хоргау, в одиннадцати километрах на восток от Аугсбурга, производящее переднюю и хвостовую части фюзеляжа, а так же крылья. Производство работало с двухсменном режиме, а количество работающих составляло 845 человек. Предприятие располагалось в 21-ом деревянном здании, из которых семь были жилыми бараками. «Цех», в ко­тором собирались крылья, имел 92 м в длину и 15 м в ширину. Поблизости находился склад, куда доставлялись изготовленные узлы, а так же автостра­да, с которой самолеты стартовали в свой первый полет. Это был типичный, известный уже по предприятиям Kuno, элемент производственного процесса.

102-й километр автострады Монахим-Штутгарт, которой пользовались лес­ные фабрики, характеризовался исключительно длинными и ровными участками. На двухкилометровом от­резке эта дорога имела боковую бетон­ную полосу, окрашенную в зеленый цвет. Именно отсюда и производился первый вылет новых изготовленных машин. Посадка осуществлялась уже на аэродроме назначения, где произво­дились окончательные испытания пе­ред принятием их в состав боевых час­тей. Таким образом, облетывалось по одному самолету в несколько дней. Основными объектами, где производи­лись проверки в полете, были: база Лейпхейм, база Меммингем, база Швабиш-Халл, база Нейбург-Доннау, аэродром предприятия Obertraubling, заводской аэродром Бранденбург-Брест, заводской аэродром предприя­тия Eger.

Крыши бараков Хоргау были ок­рашены в зеленый цвет и «оборудова­ны» ветками и кустами. Дополнитель­ную маскировку обеспечивали маски­ровочные сети, натянутые на вершинах растущих по близости деревьев, благо­даря чему обнаружить фабрику с воз­духа было практически невозможно.

Производство Ме-262 на заводах Мессершмитта до 19 апреля 1945 года

Год 1944 1945 Заводы* Augsburg Regensburg Augsburg Regensburg Январь - - 163 65 Февраль     166 130 Март 1 - 165 75 Апрель 15   64 37 Май 7   - - Июнь 28 - - - Июль 58 - - - Август 15 - - - Сентябрь 92 2 - - Октябрь 108 10 - - Ноябрь 87 14   - Декабрь 108 23 - _ Всего 519 49 558 307 Общее количество 1433

* Заводы Messerschmitt AG Ausburg вместе с Leiphcim, Kuno I, Scwabish Hall. Заводы Messerschmitt AG Regensburg вместе с Oberttraubing и Neuburg Donau.

«Красная 8» во время заправки перед перелетом на Британские острова.

Однако союзники знали о децент­рализации и существовании лесных фабрик. Информация поступала от уг­нанных работников, чей труд исполь­зовался при производстве. Другим ис­точником информации были немецкие военнопленные. Уже в марте 1944 года один из них, допрошенный союзной разведкой, оказался бывшим работни­ком заводов Мессершмитта в Аугсбурге. Из его показаний следовало, что большая часть технического и конст­рукторского отделов была переведена в бараки, находящиеся к востоку от Обераммергау, получивших название Nachrichten Kaserne. Этот переезд был произведен в октябре 1943 года, а в марте 1944 года, только работники обслуживающие аэродинамическую трубу, а так же несколько сотрудников конструкторского бюро оставались, в Аугсбурге. Общее количество персо­нала конструкторского и техническо­го бюро достигало в этот период 2000 человек, а сам профессор Вилли Мессершмитт находился в Обераммергау.

Децентрализация была лекарством на короткий период. С самого начала все заинтересованные лица отдавали себе в этом полный отчет. Союзничес­ким бомбардировщикам трудно было уничтожить фабрики, разбросанные на большой территории, и замаскирован­ные среди деревьев. Однако ценой за этот успех была необходимость орга­низации четко работающей транспор­тной системы связывающей производ­ственные подразделения и сборочные участки. В случае если только одно из них не поставило бы своевременно сво­их деталей, это привело бы к значи­тельной задержке и дезорганизации производства. Нельзя было отправлять самолеты, например без колес, поэто­му незавершенные машины оставав­шиеся в подобном состоянии перед сборочными участками и демаскировали их перед союзной авиацией. В ре­зультате все это оканчивалось воздуш­ным ударом. Очевидно, что таким же образом атаковались и дороги, по которым детали и узлы Ме-262 достав­лялись на сборку. Это приводило к большим потерям и часто вообще де­лало производство невозможным. Не­достаток бензина так же вел к перебо­ям производства. Союзники после ок­купации районов, в которых были рас­положены предприятия, находили на обочинах дорог десятки брошенных узлов, и даже целые самолеты. Разбро­санные на большой территории фаб­рики не имели перспектив. Эту пробле­му должна была решить третья фаза сохранения производства - создание крупных, самодостаточных фабрик, которые были бы в то же время необ­наруживаемыми с воздуха. Возникла концепция постройки бетонных, полу­подземных бункеров, полностью вме­щающие производственные линии. Было принято решение о постройке шести таких фабрик вместе с необхо­димой инфраструктурой - железнодо­рожными путями, подъездными доро­гами и т.д. В общей сложности на них должно было производиться до 4000 самолетов ежемесячно. Вся программа получила       кодовое       название «Ringeltaube» (деревянный голубь), а надзор за ней осуществлял Jagerstab. Положение Германии в военной и хозяйственной сферах, в тот период, не позволило окончить ни одну из этих фабрик. Но все же одна из них, наряду с еще продолжающимися строитель­ными работами, начала производство «Швальбе». Ее строительство развер­нулось в апреле 1944 года под зашиф­рованным названием «Werke А» в рам­ках так называемой «Reichsmarschall Hermann Goring Werke» (фабрика Гер­мана Геринга), сокращенно «Reimahg». Она находилась вблизи Кахла в Тюрингии и была админист­ративно подчинена AGO-Flugzeugwerke GmbH из Осхершлебен. В отличие от описанного ниже бунке­ра Weingut II, это не был объект пол­ностью построенный заново. В данном случае были использованы уже суще­ствующие подземные галереи шахты по добычи каолиновой глины в Валперсбурге вблизи Гроссетесдорфа. Подземные пещеры были соединены туннелями. Главная галерея оканчива­лась обширным залом, устойчивым к взрывам союзных бомб любого калиб­ра. Широкими подземными коридора­ми готовые самолеты, транспортиро­вались на огневое стрельбище для про­верки вооружения, после чего, по до­роге почти километровой длины, про­низывающей гору, на участок провер­ки двигателей и заправку. Эта трасса одновременно являлась и стартовой полосой. Однако ее ширина в конце равнялась только пяти метрам, и старт с нее мог быть осуществлен только с использованием ракетных ускорите­лей. Посадка была невозможна. Пи­лотам нужно было любой ценой до­лететь до находящегося на расстоя­нии 130 км аэродрома Зербст, на ко­тором производился осмотр, а затем самолеты передавались в боевые под­разделения.

Ме-262 B-Ia/VI (W.№. 110305) – «красная 8» найденная англичанами в Шлезвиг-Ягел.

К тому времени как американские войска заняли неповрежденным это предприятие, оно успело выпустить 27 Ме-262, а еще десять находились в про­цессе сборки. Следующие пять штук были собраны из находившихся здесь частей уже под надзором американцев.

Программа строительства полнос­тью новых фабрик-бункеров была на­чата практически одновременно с «Werke А». В начале марта 1944 года в лесу Иглингер в окрестностях Кауферинга, в 56 км от Ландсберга на широ­кой скале были начаты строительные работы, смысл которых союзники рас­крыли только по окончанию войны. Только посвященные знали, что здесь рождается крупная фабрика по произ­водству самолетов, «бомбоустойчивая» и не обнаруживаемая с воздуха.

Место, выбранное для ее строитель­ства, было не случайным. В окрестно­стях Ландсберга имелись залежи гра­вия, который был необходим для стро­ительства цехов. Комплекс Ringeltaube должен был включать в себя три полу­подземных бункера, представляющие по существу производственные цеха размером 84 на 400 м (Примечание автора. Бункер никогда не был достро­ен. Окончательное состояние: длина 283 м, ширина 82 м). Бункеры, размещенные на некотором удалении друг от друга, получили названия Walnuss II, Weingut II и Diana II. Наиболее за­конченным строительством был Weingut II. Над землей возвышался полукруглый бетонный свод толщиной 5,5 м, спроектированный профессором Дисхингером из Берлина. Он изготав­ливался следующим способом - на фун­даменте из смеси земли битого камня и гравия насыпался холм в форме фраг­мента свода внутренней части цеха, после чего эту «форму» обливали бе­тоном, подаваемым тремя мощными насосами. После его затвердевания за­полнитель выбирался из-под уже гото­вого свода и использовался для изго­товления «формы» свода следующего сегмента помещения. Весь цех состоял из четырех таких поочередно отлитых сегментов. В конце строительства кам­ни и щебень направлялись в камнедробилку, а затем использовались при ус­тройстве внутренних колонн и стен. Залы закрывались стальными ворота­ми, приводимыми в движение гидроприводом, они были спроектированы так, чтобы выдержать взрыв союзных бомб любого калибра. После своего окончания постройка должна была быть засыпана сверху слоем земли толщиной достаточной для того, чтобы на ней можно было высадить раститель­ность, подобную росшей вокруг. Та­ким образом, фабрика стала бы абсо­лютно нераспознаваемой с воздуха. Планировалось, что готовые самолеты могли бы стартовать после разбега на подземной стартовой полосе. Этим способом до минимума уменьшался бы риск случайного обнаружения бункеров разведывательными самолетами.

На базе Furstenfeldbruck даже нача­лись испытания, имевшие своей целью установить минимальные дистанции разбега Ме-262 и Me-163, чтобы в со­ответствии с этим подготовить подзем­ную полосу. Оказалось, что если Ме-163 могли бы подниматься в воздух уже за воротами, то для Ме-262 возможная длина полосы в цеху была слишком короткой, даже при разбеге с исполь­зованием стартовых ускорителей. Пла­нировалось продолжить ее между стро­ениями и замаскировать сверху. Само­леты должны были взлетать в воздух с минимальным запасом топлива, необ­ходимым для старта, перелета на ближайший аэродром (Лехфельд, Пензинг либо Мемминген) и посадки. Фаб­рика должна была получить собствен­ную железнодорожную ветку, соединя­ющую ее с Монахим и с Аугсбургом. Строительство этой второй трассы на­чались, но работы прервал конец войны.

Самолеты 10./NJG II в Шлезвиг-Ягел вскоре после занятия аэродрома британскими войсками. На первом плане «красная 6» – самолет фельдфебеля Беккера, второй – это «красная 8» – машина обер-лейтенанта Эрхарда.

«Красная 12» – Ме-262 В-Ia/Ul из 10./NJG II – именно на нем 2 мая прилетел в часть Курт Ламм.

Внутри бункера должно было на­ходиться, пять этажей (начато строи­тельство только трех), их общая высо­та составила бы 46 м (внутренняя вы­сота от уровня земли до кровли 26 м). Каждый этаж имел перекрытие из бе­тона толщиной 5 м, усиленное брони­рованными стальными плитами тол­щиной 38 мм. Планировалось, что бла­годаря трехсменной работе, в течение месяца здесь будет производиться 1000-1200 самолетов Ме-262 . Обеспечивать это производство должен был персонал, насчитывающий 90000 человек!

На нижних этажах работали меха­ники. На следующих этажах произво­дились детали, которые затем собира­лись в узлы, комплектовался фюзеляж, крылья и т.д., а так же производилась окончательная сборка самолета. Вер­хний этаж занимала взлетная полоса.

Управление и организация работ была поручена организации Тодта, а при строительстве Weingut II работа­ло 300000 рабочих в основном плен­ных. Строительство бункера было ук­рыто от разведывательных самолетов маскировочными сетями растянутых на кронах высоких деревьев. В строи­тельных и отделочных работах прини­мали участие (либо должны были их выполнять) следующие фирмы:

L. Moll из Монахим - выполняли свод и противовоздушные убежища.

Dyckerhoff & Widmann Utting так же из Монахим - занимались отделоч­ными работами.

Ditto - внутренние работы

Rudolf Otto Meyer из Гамбурга - за­нимались вентиляцией и отоплением

Energe-Ost из Берлина - выполня­ла установку электрического оборудо­вания

Rays & Freitag из Монахим - зани­малась оборудованием водопровода и канализации.

Сначала для наиболее тяжелых ра­бот использовали советских военноп­ленных, но выяснилось, что темп их работы недостаточен, в результате чего их перевели в лагерь Кауферинг расположенного в пяти километрах. Затем на строительную площадку ста­ли прибывать группы из концентраци­онного лагеря Дахау, находящегося в 60 км от Ландсберга. Их разместили в 11 небольших лагерях вблизи строи­тельства. Условия их жизни не намно­го отличались от тех, в которых они находились в Дахау. Скудная еда, и то в минимальных количествах, общая изможденность от предыдущего зак­лючения, грязь, отсутствие нормаль­ных помещений, тяжелая работа, по четырнадцать часов в день, семь дней в неделю - все это приводило к тому, что жизнь этих работников продолжалась здесь только несколько недель. Принимая во внимание необходимость соблюдения секретности, они были бы и так уничтожены, как не нужные сви­детели. Невозможно установить точ­ное число заключенных погибших при строительстве Weingut II. Но это чис­ло находится в пределах 10000 - 20000 человек. Значительную часть из них составляли евреи. Такой была крова­вая жатва «деревянного голубя».

Этот же самолет после закраски немецких крестов и нанесения британских кокард.

Ни одна из шести запланирован­ных к постройке немецких фабрик-бункеров не была окончена. Дальше всего продвинулись работы над Weingut II, но и она была далека от начала выпуска своей продукции. Правда, линия по производству кры­льев, а так же станки с фабрики Леонберг были перевезены в еще не окон­ченный бункер в апреле 1945 года, но до окончания войны никакой продук­ции произвести не успели. В самом конце войны начались работы над вто­рым бункером Walnuss II, но они даже не вышли из фазы подготовки терри­тории.

Сам Weingut II после захвата аме­риканскими войсками 20 апреля 1945 года, не использовался до 1956-57 го­дов, когда его приспособили под во­енный склад.

Несмотря на гигантские проблемы с производством, а так же проблемы связанные с децентрализацией, до окончания воины удалось выпустить 1930 «Швальбе» (Примечание автора. Некоторые источники приводят циф­ру 1933). Однако это число является несколько завышенным, так как в него входят и те самолеты, которые были уничтожены во время налетов союзной авиации на производственных линиях, во время ожидания вылета на промежуточных аэродромах, а так же во вре­мя транспортировки в части. Таких машин было 611 штук. 114 из них уда­лось отремонтировать, поэтому безвоз­вратные потери составляют только 497 Ме-262. В результате можно считать, что в части поступило 1433 самолета.

Ме-262 В-Ia/UI -серийный номер 110305 – «красная 8» на котором летал обер-лейтенант Эрхард.