29 апреля

29 апреля

На 29 апреля командованием 1-го Белорусского фронта был назначен общий штурм окруженной берлинской группировки противника, засевшей в районе парка Тиргартен, к северо-востоку и юго-западу от него. Артподготовка по всему фронту была спланирована продолжительностью 30 минут – с 11.30 до 12.00.

Северная группировка. Войсками 3-й ударной армии 29 апреля был предпринят первый штурм Рейхстага. Армия сохраняла прежнее построение – все корпуса в линии. Очередной оборот ротации дивизий привел к тому, что в первом эшелоне 79-го стрелкового корпуса наступали 150-я и 171-я стрелковые дивизии. Бронетехника была распределена для непосредственной поддержки пехоты (см. таблицу).

СПРАВКА О СОСТОЯНИИ МАТЧАСТИ 9-ГО ТК И ОТДЕЛЬНЫХ ПОЛКОВ 3-Й УДАРНОЙ АРМИИ ПО СОСТОЯНИЮ 28.4.45 Г.

ЦАМО РФ, ф. 317, оп. 4306, д. 05, л. 36.

По таблице хорошо просматривается концентрация бронетехники в 79-м стрелковом корпусе, наступающем на Рейхстаг. Для поддержки 150-й и 171-й стрелковых дивизий была выделена наиболее боеспособная танковая бригада 9-го танкового корпуса, полк ИСУ-152 и сохранивший 16 танков 85-й танковый полк.

Ни по первоначальному плану Берлинской операции, ни по промежуточным директивам Г.К. Жукова 3-я ударная армия не числилась среди потенциальных покорителей Рейхстага. Однако замысловатая логика развития крупного сражения вывела части армии В.И. Кузнецова на дистанцию, с которой было хорошо видно здание с куполом, башенками и колоннами.

Еще в полночь 28 апреля части 171-й стрелковой дивизии полковника А.И. Негоды форсировали Шпрее и завязали бой в 800 метрах от Рейхстага. Однако для решительного штурма требовался захват переправы. Наиболее заманчивым вариантом преодоления Шпрее был захват капитального моста Мольтке у «дома Гиммлера». Планом командира 79-го стрелкового корпуса предусматривалось захватить мост Мольтке в ночь на 29 апреля. Эта задача возлагалась на подразделения 171-й стрелковой дивизии. Они же должны были форсировать р. Шпрее северо-восточнее моста.

Задачи соединениям 79-го гв. стрелкового корпуса были поставлены в боевом распоряжении командира корпуса генерал-майора С.Н. Переверткина № 0025 от 28 апреля 1945 г.:

«…3. 150-й стрелковой дивизии – одним стрелковым полком – оборона на р. Шпрее. Двумя стрелковыми полками продолжить наступление с задачей форсировать р. Шпрее и овладеть западной частью рейхстага…

4. 171-й стрелковой дивизии продолжать наступление в своих границах с задачей форсировать р. Шпрее и овладеть восточной частью рейхстага…»[149]

Для артиллерийской поддержки переправы были установлены для стрельбы прямой наводкой три батареи 1957-го истребительного противотанкового полка (девять 57-мм орудий), три 152-мм гаубицы (из 86-й гаубичной бригады), шесть 45-мм противотанковых орудий, три 76-мм дивизионные пушки (из состава дивизиона 328-го артиллерийского полка). С закрытых позиций действия штурмующих поддерживались дивизионом 328-го артиллерийского полка (без одной батареи) и частью сил дивизионной артиллерийской группы и корпусной группы (3, 4/86 гаубичной бригады, 1/124 тяжелой гаубичной бригады большой мощности, дивизион 50-го минометного полка и дивизион гвардейских минометов).

Танк Т-34-85, подбитый на подступах к мосту Мольтке. На заднем плане виден Рейхстаг

В период 0.30 до 1.30 29 апреля 380-й стрелковый полк 171-й стрелковой дивизии под прикрытием артиллерийско-минометного огня захватил мост Мольтке, овладел домом юго-восточнее моста Мольтке и закрепился. Не останавливаясь, части двух дивизий бросились к Рейхстагу. В атаке участвовал 756-й стрелковый полк 150-й стрелковой дивизии, 380-го и 525-го стрелковых полков 171-й стрелковой дивизии. В 15.00 атакующие части приступили к штурму Рейхстага. Однако захватить здание или хотя бы закрепиться в Рейхстаге им не удалось. Как было записано в журнале боевых действий 79-го стрелкового корпуса, «немцы в предсмертных судорогах, с оружием в руках с исключительным упорством обороняли каждое окно, каждую дверь и каждую лестничную клетку». Части двух дивизий залегли в непосредственной близости от главного здания Рейхстага. В 23.00 29 апреля, подтянув артиллерию, части двух дивизий предприняли второй штурм Рейхстага. Одной из помех для штурма стал огонь противника из Кроль-оперы, стоявшей напротив Рейхстага. Несмотря на неуспех штурма 29 апреля, частями 150-й и 171-й стрелковых дивизий был захвачен «дом Гиммлера» – здание МВД. Потери соединений в форсировании Шпрее и неудачном штурме Рейхстага были умеренными. 150-я стрелковая дивизия потеряла 29 апреля 18 человек убитыми и 50 ранеными, 171-я стрелковая дивизия – 14 убитыми и 31 ранеными.

Поскольку к тому времени хальбский «котел» к юго-востоку уже был обжат наступающими советскими войсками до небольшого лесного района к востоку от Хальбе, штурмующие Берлин получили пополнение. 3-й ударной армии был передан 38-й стрелковый корпус из состава 33-й армии. На 30 апреля корпус получил от В.И. Кузнецова задачу наступать вдоль Ферберлинер штрассе.

12-й гв. танковый корпус 2-й гв. танковой армии в ночь на 29 апреля силами 34-й гв. мотострелковой бригады захватил исправный мост через Ландвер-канал, чем обеспечил быструю переправу через канал. Днем 29 апреля части корпуса расширяли плацдарм. Попытки форсировать канал частями соседнего 1-го механизированного корпуса успехом не увенчались.

Юго-восточная группировка. «Крепким орешком» для 5-й ударной армии 29 апреля стал комплекс зданий гостипографии. Противник засел в прочных каменных зданиях и простреливал всю впереди лежащую местность. Стрельба из легких пушек никакого эффекта не давала. На прямую наводку было выведено 203-мм орудие. Его огнем было разрушено три больших здания, и только небольшой группе защитников удалось спастись. Остальные погибли под развалинами. Отступившие части засели в следующих домах, к которым нельзя было подтащить тяжелые артсистемы. Здесь пригодились 300-мм трофейные немецкие реактивные снаряды. Они были приспособлены к пускам с лотков из окон. Огнем с этих импровизированных установок здания стали разрушаться одно за другим. Противник поспешно отошел, часть защитников квартала сложила оружие.

Еще одна «тридцатьчетверка», подбитая на подступах к мосту Мольтке

Командир штурмовавшего типографию 9-го стрелкового корпуса И.П. Рослый вспоминал:

«В это же время трудную задачу решала и 230-я стрелковая дивизия, встретившая на своем пути громадное, на целый квартал, здание государственной типографии. Бой здесь шел без малого два дня. Противник, построив круговую оборону, держал под огнем все подходы к типографии. В этих условиях решающую роль сыграли действия штурмовых групп»[150].

9-й стрелковый корпус на тот момент был ближе всех к Рейхсканцелярии. Его 301-я стрелковая дивизия была у здания Гестапо. От него до бункера Гитлера оставалось буквально несколько улиц. Соседний 32-й стрелковый корпус наступал в полосе до р. Шпрее. Этим двум корпусам 5-й ударной армии на тот момент противостояли части дивизии «Нордланд», включая батальон французов дивизии СС «Шарлемань», и батальон из латышской 15-й дивизии СС. Не следует думать, что два советских корпуса (четыре дивизии в первом эшелоне) противостояли только одной потрепанной добровольческой дивизии. Собственно эсэсовцы были ядром, стержнем обороны, связующим батальоны фольксштурма и отдельные части. В полосе действий всей армии разведчики 5-й ударной насчитали полтора десятка батальонов фольксштурма.

26-й гв. стрелковый корпус армии Берзарина все еще был на восточном берегу Шпрее. С западного берега реки по советским частям у моста Шлосс 29 апреля били с предельной дистанции два из шести оставшихся к тому моменту в городе «Королевских тигров» 503-го батальона тяжелых танков СС.

М.Е. Катуков поставил корпусам своей армии задачу очистить от противника парк Тиргартен и частями 8-го гв. механизированного корпуса войти в связь с 2-й гв. танковой армией. На 8.00 29 апреля в 11-м гв. танковом корпусе насчитывалось боеготовыми 42 Т-34, 10 СУ-100, 5 СУ-85, 2 СУ-57, 8 СУ-76, в 8-м гв. механизированном корпусе – 56 Т-34, 9 ИС-2, 9 СУ-100, 3 СУ-85, 2 СУ-57, 17 СУ-76. В 12.00 29 апреля после 30-минутной артподготовки из всех огневых средств войска 1-й гв. танковой армии и 8-й гв. армии перешли в наступление.

Разрушенный внутренним взрывом ИС-2 у башни ПВО, предположительно в зоопарке

Части 8-го гв. механизированного корпуса в результате ожесточенных боев к 21.00 вышли к Будаперштер штрассе на участке южнее Зоологического сада. Дальнейшее продвижение задерживалось сильным огнем противника из сада. М.Е. Катуков вспоминал: «Зоологический сад, за которым виднеется зеленый массив парка Тиргартен, обнесен железобетонным забором двухметровой высоты. В самом парке возвышались железобетонные бункера, а каменные здания были заранее подготовлены к обороне. Все улицы, ведущие к зоосаду, были перекрыты баррикадами, которые простреливались артиллерийско-пулеметным огнем. Гарнизон сада насчитывал до 5 тысяч человек. Ликвидировать этот последний узел обороны нам предстояло совместно с гвардейцами 39-й стрелковой дивизии»[151].

Если быть точным, то в Зоологическом саду возвышались не «бункера», а один бункер – башня ПВО Flaktuerm I. Башня использовалась немцами как укрытие от огня советской артиллерии. Обстрел башни 152-мм артиллерией был безрезультатным. С наступлением темноты корпус И.Ф. Дремова продолжал бой за Зоологический сад штурмовыми группами и сильной разведгруппой 8-го гв. мотоциклетного батальона. К 4.00 были захвачены дома и церковь южнее Зоологического сада.

В районе парка Тиргартен штурмовики 16 ВА применяли необычный способ содействия атакам наземных войск. Штурмовики 9 шак в период 18.05–18.15 двенадцатью Ил-2 без бомбовой нагрузки в сопровождении четырех Як-9 вылетали для производства ложных атак по парку Тиргартен в Берлине. С высоты 200–800 м семью заходами производили ложную атаку, чтобы заставить противника уйти в укрытия, а тем временем дать наступающей пехоте прорваться вперед. Бросать бомбы было опасно ввиду возможности задеть свои войска, а о том, что заходы ложные, знали только атакующие, а не обороняющиеся.

Тем временем 11-й гв. танковый корпус подошел вплотную к комплексу правительственных зданий, в который входила Рейхсканцелярия. Однако 40-я гв. танковая бригада, которая в течение дня вела бой за переправу через Ландвер-канал, успеха не имела. Танкисты даже не подозревали, что от бункера фюрера бригаду отделяли буквально несколько улиц.

Бабаджанян впоследствии вспоминал: «В ночь на 30 апреля танки 44-й и 45-й гвардейских танковых бригад били из своих пушек прямой наводкой по имперской канцелярии. Никто из нас не знал тогда, что именно здесь, в бронированных подземельях, прячутся Гитлер, Геббельс, Борман и другие главари фашистской Германии и что именно тут разыграется финальная сцена трагедии, кончившейся как бессмысленный фарс» [152].

На этом направлении оборонялись остатки 24-го танко-гренадерского полка дивизии «Нордланд». 44-я и 45-я гв. танковые бригады корпуса А.Х. Бабаджаняна продолжали боевые действия в районе Ангальтского вокзала. Здесь же действовал совместно с пехотой 82-й гв. стрелковой дивизии 104-й танковый полк 7-й гв. тяжелой танковой бригады. Советским войскам противостоял разведывательный батальон «Нордланд» и батальон Фене из состава дивизии СС «Шарлемань». Ввиду неуспеха с форсированием канала 11-й гв. танковый корпус был развернут от Рейхсканцелярии на запад, к Тиргартену. Свои позиции корпус сдал 4-му гв. стрелковому корпусу 8-й гв. армии.

Юго-западная группировка. После перенарезания разделительных линий между 1-м Белорусским и 1-м Украинским фронтами вечером 28 апреля перед 3-й гв. танковой армией осталось всего около 4 квадратных километров берлинского района Вильменсдорф. В новых границах между фронтами пришлось развернуть 9-й механизированный корпус на северо-восток. Теперь 3-я гв. танковая армия ударами по сходящимся направлениям стала очищать западную часть Берлина.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.