ОТ АВТОРА

ОТ АВТОРА

 Две даты неразрывно друг от друга навсегда вошли в историю нашей Родины — 22 июня 1941 года и 9 мая 1945 года. Их разделяют 1418 дней и ночей, опаленных яростным пламенем жестокой, разрушительной и кровопролитной войны, принесшей нашему народу неисчислимое горе и страдание.

 22 июня 2012 года исполнится 71 год с того дня, когда фашистская Германия напала на нашу Родину. В Советском Союзе не было, пожалуй, ни одной семьи, которую бы война обошла стороной. Война с фашистской Германией была для нашего народа тяжелейшим испытанием, вместе с тем это была война, в которой на защиту своего Отечества поднялось буквально все население страны — от мала до велика, от рядовых крестьян и рабочих до членов семей высокопоставленных руководителей советского государства.

Великая Отечественная война стала всесторонним экзаменом для советских офицеров, генералов и адмиралов, проверкой их боевого мастерства, морально-психологических качеств и организаторских способностей. Офицеры Красной Армии и Военно-Морского Флота, как истинные патриоты, беззаветно сражались с врагом, проявляя небывалую силу воли, мужество, отвагу и героизм. Они первыми поднимались в атаку, ведя за собой подчиненных, вселяли в них уверенность, когда, казалось бы, уже не было никакого выхода из тяжелого положения, в котором не раз оказывались наши обороняющиеся войска. Зачастую только ценою своей жизни командирам удавалось выполнить поставленные боевые задачи. В годы войны погибло, умерло от ран и болезней, пропало без вести и попало в плен свыше миллиона офицеров, среди них более четырехсот генералов Красной Армии. Точная цифра, к великому стыду нас, живущих, до сих пор не известна. Официальные справочники дают цифру в 416 человек, но она не соответствует действительности.

С первой минуты войны советские командиры и политработники стали той цементирующей силой, которая встала неприступной стеной на пути врага. Уже в первые дни войны в ожесточенных схватках с немецко-фашистскими захватчиками проявили невиданное мужество и героизм пограничники застав под командованием лейтенантов А.В. Лопатина и Н.С. Слюсарева. Героически сражались с врагом защитники Брестской крепости во главе с П.М. Гавриловым, И.Н. Зубачевым, Е.М. Фоминым, С.С. Скрипником. Бесстрашно дрались наши летчики Д.В. Кокорев, Л.Г. Бутелин, СИ. Здоровцев, М.П. Жуков, П.Т. Харитонов, танкисты полковника А.И. Лизюкова, старшего лейтенанта З.Г. Колобанова и тысячи других известных и неизвестных командиров, которые сделали все от них зависящее, чтобы остановить продвижение врага.

Наряду с другими частями и соединениями Красной Армии неувядаемой славой покрыли себя в первые недели войны красноармейцы и командиры 63-го стрелкового корпуса. Воины корпуса не только смогли остановить врага, но и в ходе ожесточенных боев в июле 1941 года отбили у него два районных центра Гомельской области, города Жлобин и Рогачев, посеяв панику среди солдат и офицеров противника и заставив глубоко задуматься немецкое командование о перспективах начавшейся войны.

Важная роль в успехе корпуса принадлежала ее командиру — комкору, впоследствии генерал-лейтенанту Петровскому

Леониду Григорьевичу, личность которого до сих пор не получила в нашей истории должной оценки, которую он по праву заслуживает. Об этом свидетельствует и тот факт, что до сих пор в исторической литературе не слишком много внимания уделено описанию хода боевых действий частей корпуса в районе Рогачева и Жлобина в июле—августе 1941 года, а также обстоятельствам гибели легендарного генерала.

Во многом это было обусловлено тем, что свидетелей гибели генерал-лейтенанта Л.Г. Петровского во время прорыва из окружения в августе 1941 года не осталось. Вырвавшиеся из окружения бойцы и командиры ничего о судьбе командира корпуса не знали. Некоторые из них рассказывали совсем не соответствовавшие правде истории его гибели, услышанные ими, как правило, от третьих лиц, которые сами впоследствии также погибли. Одно было известно доподлинно, получив распоряжение вступить в должность командующего 21-й армией, генерал Л.Г. Петровский ответил: «Оставление корпуса в такой тяжелой обстановке равносильно бегству». Достоверность факта приказа о вступлении Л.Г. Петровского в должность командующего армией подтверждается архивными документами.

Территория, на которой в начале войны вел боевые действия корпус, в течение почти трех лет была оккупирована врагом. Поэтому узнать всю правду об обстоятельствах гибели командира 63-го ск генерала Петровского не представлялось возможным, вследствие чего он и был зачислен в категорию лиц, пропавших без вести.

Со временем стали появляться сведения о том, что генерал Петровский погиб в районе деревни Скепня и где-то в том районе был похоронен солдатами противника. Ходили слухи, что немцы даже установили на его могиле большой деревянный крест, на котором на немецком языке была написана его фамилия.

Подобное, естественно, никак не вписывалось в идеологию правящей в СССР партии, тем более что товарищ И.В. Сталин крайне болезненно реагировал на случаи попадания в плен наших генералов и подобные сообщения. Такие факты хотя и не часто, но имели место, особенно в первый год войны. Когда в апреле 1942 года появилось сообщение о том, что немецкими войсками в селе Слободка Смоленской области захоронен командующий 33-й армией генерал-лейтенант М.Г. Ефремов, также погибший при прорыве из окружения, Сталин буквально не находил себе места, видя в этом какой-то подвох со стороны гитлеровского командования. Особенно негативно он стал реагировать на подобную информацию, когда появились данные о том, что попавший в плен генерал А.А. Власов, согласился сотрудничать с врагом. Сталин, вспоминая о своей беседе с Власовым в Кремле, был просто в ярости. Не многие командармы Красной Армии удостаивались в войну такой чести, которую он оказал в свое время предателю № 1. Теперь в каждом пленении наших генералов он видел личную угрозу своему авторитету.

И вот теперь новое сообщение о захоронении противником советского генерала. И.В. Сталин даже понять не мог, за какие это заслуги враг хоронит наших генералов. Говорить об этом тогда запрещалось даже среди ближайших соратников вождя. Да и много лет после смерти Сталина, вплоть до конца 80-х годов прошлого столетия, в средствах массовой информации запрещалось поднимать и вести разговоры на подобную тему. Поэтому советские командиры и военачальники, удостоившиеся подобных «почестей» от противника, не слишком часто упоминались в истории Великой Отечественной войны и тем более никто и никогда не говорил о факте их захоронения врагом.

Только с наступлением эпохи гласности стало известно, что не только генералы М.Г. Ефремов и Л.Г. Петровский были захоронены противником, но и командующий 6-й армией генерал-лейтенант A.M. Городнянский, погибший в ходе Харьковского сражения, и командующий 18-й армией генерал-лейтенант А.К. Смирнов, застрелившийся в октябре 1941 года во время выхода из окружения близ С. Поповка Запорожской области, и ряд других генералов.

Нельзя не отметить того, что Леонид Григорьевич Петровский был незаурядной личностью. В период многолетней службы в рядах Красной Армии на различных командных и штабных должностях Леонид Григорьевич Петровский пользовался среди подчиненных красноармейцев и командиров заслуженным авторитетом. Вся жизнь этого замечательного человека — пример для подражания многим поколениям. В пятнадцать лет (!) надеть военную форму и, ничего не страшась, окунуться в гущу событий того сложного времени: революция, Гражданская война, полные неразберихи и разрухи послевоенные годы, годы сталинских репрессий, которые он сполна испытал на себе, и вот новая война.

Человек удивительной судьбы, Леонид Григорьевич Петровский поражал всех своей неиссякаемой энергией, величайшей волей и не знающей преград целеустремленностью. О чем со всей очевидностью свидетельствует приветственный адрес, который преподнесли ему от имени всего личного состава 87-го стрелкового полка в марте 1925 года, в первую годовщину командования им полком. Подобную дату редко кто вообще помнит, но всей видимости, подчиненным было, что сказать своему командиру. Вот выдержка из него:

«Дорогой Леонид Григорьевич, сегодня исполняется год, как ты вступил в должность...

Непоколебимой силой воли, своим личным примером и знаниями, умело переданными красноармейскому и комполитическому составу, ты в течение нескольких месяцев устранил те недочеты, которые имелись в полку к твоему приезду. Подвода итоги твоей годовалой работы в полку и оценивая ее, мы, красноармейцы, командиры, политработники, считаем тебя достойным, оправдавшим доверие представителем Российской коммунистической партии (большевиков), упорным трудом добившегося полной боеспособности, сплоченности и хозяйственного обеспечения полка».

Для любого командира эти слова подчиненных — самая высокая оценка его труда. Кто как не подчиненные красноармейцы и командиры, могли лучше всех оцепить работу своего командира в этой ответственной должности.

И таким он, Леонид Григорьевич Петровский, был всегда. Служба Родине, воинский долг были для него не набором пышных фраз, а смыслом всей его жизни. И когда за ним, оказавшимся в августе 1941 года вместе со своими частями в окружении, прилетел самолет, чтобы вывести на Большую землю для вступления в должность командующего армией, он наотрез отказался сделать это. Оставить своих подчиненных в этой драматической обстановке командир 63-го стрелкового корпуса генерал Петровский не мог ни при каких обстоятельствах. В этот трагический момент не о себе думал Леонид Григорьевич, а о тех красноармейцах и командирах, которые волей судьбы оказались вместе с ним в кольце врага. Он обязан был принять все возможные меры, чтобы спасти людей, технику и прорваться к своим. И до последнего своего вздоха генерал-лейтенант Петровский находился рядом со своими бойцами: и когда сражались в окружении, и когда пошли на прорыв. И никто не виноват в том, что, когда он принял свой последний бой, рядом уже не было ни адъютанта, никого из командиров и красноармейцев. Все они, честно выполнив свой воинский долг, навечно остались лежать в белорусской земле.

Одним из немногих, кому посчастливилось тогда вырваться из окружения, был командир 318-го гаубичного артиллерийского полка большой мощности, входившего в состав 63-го ск, полковник Г.П. Кулешов. Через всю войну, через всю свою жизнь пронес Георгий Петрович светлую память о генерале Л.Г Петровском, написав о нем такие проникновенные строки:

«Как командиру полка, а затем командиру бригады резерва Верховного Главнокомандования, которые во время войны перебрасывались с одного участка фронта на другой, мне посчастливилось работать со многими командирами, но такого военачальника, как Леонид Григорьевич Петровский, мне уже не довелось встретить. Для нас он был эталоном поведения — и в бою, и в жизни».

Георгий Петрович Кулешов много лет по крупицам собирал материал, рассказывавший о ходе боевых действий 63-го ск в июле—августе 1941 года. Результатом его работы стала статья «На Днепровском рубеже», вышедшая в 1966 году в Военно-историческом журнале. Из этой статьи впервые широкая читательская аудитория узнала о подвиге воинов 63-го ск и его командира генерал-лейтенанта Л.Г. Петровского в районе Жлобина и Рогачева. Нет никакого сомнения в том, что Георгий Петрович мог бы рассказать намного больше, но, увы, времена были другие.

Только через двадцать лет Георгию Петровичу удалось издать в издательстве «Политическая литература» в серии «Герои Советской Родины» небольшую по своему объему книгу под названием «Независимо от звания», рассказывавшую о жизни и подвиге генерала Петровского. И вновь, несмотря на цензуру, он смог рассказать некоторые интересные факты из жизни Леонида Григорьевича, пусть даже в слишком пафосном варианте. Но все равно это был несомненный успех.

Нельзя не отметь большую работу, которую провели белорусские исследователи и историки Н.С. Царьков и Г.Д. Кнатько. В местной прессе они опубликовали ряд очень интересных статей, основанных на воспоминаниях ветеранов и посвященных подвигу воинов 63-т корпуса и судьбе генерала Петровского. Правда, по неизвестным причинам им не удалось создать целостное произведение, рассказывавшее о ходе боевых действий корпуса в июле—августе 1941 года в районе Рогачева и Жлобина, несмотря на то что тогда уже был открыт доступ к ранее запретным материалам в наших архивных фондах. Именно Г.Д. Кнатько впервые попытался рассказать всю правду об обстоятельствах гибели генерала Петровского, пусть и в слишком сжатом варианте.

Вместе с тем остается только гадать, по какой причине командир 154-й сд, генерал-майор Я.С. Фоканов не только не оставил никаких воспоминаний относительно событий, происшедших тогда, но и не откликнулся на просьбу Г.П. Кулешова рассказать о событиях, имевших место в тот период в районе юго-восточнее Жлобина, и об обстоятельствах гибели генерала Петровского.

Яков Степанович Фоканов воевал до последнего дня войны. В 1943 году стал командиром 29-го стрелкового корпуса, генерал-лейтенантом. Вышел в запас в 1959 году, но до самой смерти в 1985 году так ничего и не поведал о тех событиях. Генералу Фоканову было, что рассказать, ведь именно он находился рядом с генерал-лейтенантом Петровским, когда части корпуса пошли на прорыв. И те сведения, которые были сообщены им после войны Маршалу Советского Союза А.И. Еременко по поводу обстоятельств гибели Леонида Григорьевича Петровского, больше запутывали имевшиеся на тот момент данные, чем проливали свет на происшедшее.

Нет никакого сомнения в том, что те исследователи, кто пытался в послевоенные годы докопаться до истины о событиях, связанных с ходом боевых действий 63-го ск в окружении в районе Жлобина и обстоятельствах гибели генерала Петровского, просто не имели на это никакой возможности и были вынуждены довольствоваться рассказом генерала Фоканова, напечатанным в мемуарах маршала Еременко. Так и гуляют до сих пор по библиотекам книги, а в Интернете — статьи, в которых мало что соответствует действительности.

Взяв за основу сохранившиеся архивные документы, результаты многократных поездок автора в район ведения боевых действий 63-м ск в июле—августе 1941 года, рассказы свидетелей тех событий, работы Г.П. Кулешова, Н.С. Царькова и Г.Д. Кнатько, воспоминания жены и ныне здравствующей дочери генерала Л.Г. Петровского Ольги Леонидовны, а также людей, знавших его, автор предпринял попытку восстановить жизненный путь и обстоятельства гибели легендарного советского генерала.

Надеюсь на то, что среди читателей непременно окажутся люди, которые смогут пополнить представленный на суд широкой читательской аудитории материал, что позволит еще более детально разобраться в обстоятельствах гибели генерала Леонида Григорьевича Петровского.

Считаю своим долгом сказать слова искренней благодарности за неоценимую помощь, оказанную в написании книги, моей глубокоуважаемой жене Мельниковой Любови Михайловне, которая к тому же была и моим первым слушателем, и «цензором».

Выражаю сердечную благодарность за помощь, оказанную в работе над книгой: М.Н. Топоркову, В.И. Стрелкову, В.В. Ковалеву, Кхан Мд. Фироз Ул Аллам, А.А. и А.В. Мельниковым, П.Г. Нихаеву, И.Г. Баришку, сотрудникам Жлобинского государственного историко-краеведческого музея и Центрального архива Министерства обороны РФ. От всего сердца признателен дочери генерала Петровского — Ольге Леонидовне за предоставленные ею фотографии и документы из семейного архива.

Низко кланяюсь вам, советские бойцы и командиры, за ваш бессмертный подвиг, за то, что вы, не пожалев жизней своих, в нечеловеческих условиях отстояли в суровые годы Великой Отечественной войны Честь, Свободу и Независимость нашей Родины. Преклоняю голову перед каждым из участников этой войны, будь то командир, боец или труженик тыла, а также простыми мирными жителями деревень, сел и городов нашей Родины, испытавшими на себе все ужасы этой войны.

...Вечная Слава Героям!..

Вечная слава!..

Вспомним всех поименно,

горем вспомним своим...

Это нужно — не мертвым!

Это надо — живым!

(Р. Рождественский. Реквием)

В. Мельников