«Верные сыны Эйзенхауэра»

«Верные сыны Эйзенхауэра»

1 августа 1957 года на заседании Совета национальной безопасности донесение ЦРУ спровоцировало настоящий взрыв. Аллен Даллес заявил, что Сукарно «переступил роковую черту» и «теперь запоет под коммунистическую дудку». Вице-президент Никсон поддержал тему и предложил, чтобы «Соединенные Штаты действовали через военную организацию Индонезии, чтобы мобилизовать оппозицию против коммунизма». Фрэнк Виснер заявил, что ЦРУ по силам поддержать восстание, но он не может гарантировать «абсолютный контроль», как только оно начнется: «Всегда возможны неожиданности». На следующий день он сообщил коллегам, что «осложнение ситуации в Индонезии рассматривается со всей серьезностью в самых высоких кругах американского правительства».

Фостер Даллес целиком и полностью окунулся в подготовку государственного переворота. Бывшего посла Хью Камминга, пять месяцев назад вернувшегося из Индонезии, он назначил ответственным за комитет, возглавляемый сотрудниками ЦРУ и Пентагона. 13 сентября 1957 года группа представила свои рекомендации. И в итоге побудила Соединенные Штаты оказать тайную военно-экономическую помощь рвущимся к власти армейским офицерам.

Но все это также подняло и немаловажные вопросы о последствиях американской секретной операции. Вооружение мятежных офицеров «могло увеличить вероятность расчленения Индонезии, – страны, которая была фактически создана с помощью американцев, – отметили члены группы Камминга. – Так как США сыграли весьма важную роль в создании независимой Индонезии, разве не очевидно, что наша страна сдаст немало позиций в Азии и остальной части мира, если Индонезия рассыплется на части, тем более если станет известно, что мы сами приложили к этому руку?» Вопрос так и остался без ответа.

25 сентября президент Эйзенхауэр приказал ЦРУ принять срочные меры по Индонезии. Он поставил три задачи. Во-первых, обеспечить «оружием и оказать иную военную помощь» «настроенным против Сукарно военачальникам» на всей территории Индонезии. Во-вторых, «укрепить решимость, волю и единство» офицеров мятежных войск на островах Суматра и Сулавеси. В-третьих, поддержать и «стимулировать к действию, отдельно или совместно, не– и антикоммунистические элементы» среди политических партий на главном острове Ява.

А всего лишь три дня спустя индийский информационный еженедельник «Блиц» – издание, которое контролировалось советской разведкой, – опубликовал длинную статью с провокационным заголовком: «АМЕРИКАНСКИЙ ЗАГОВОР ПО СВЕРЖЕНИЮ СУКАРНО». Индонезийская пресса энергично подхватила тему. Оказалось, что секретная операция оставалась таковой всего около трех суток…

Ричард Бисселл организовал полеты U-2 над архипелагом и разработал маршруты поставки оружия и боеприпасов мятежникам морским путем и по воздуху. Прежде он никогда не управлял военизированными операциями и не составлял военные планы. Новое занятие он нашел весьма увлекательным…

Планирование операции заняло три месяца. Для непосредственной подготовки операции Виснер отправился из северной части Суматры через Малаккский пролив в резидентуру ЦРУ в Сингапуре. Алмер учредил командные посты на авиабазе Кларк и военно-морской базе в заливе Субик на Филиппинах, двух самых крупных американских базах в регионе. Джон Мейсон, оперативный шеф Дальневосточного подразделения во главе с Алмером, собрал небольшую военизированную команду на Филиппинах; многие из ее состава были ветеранами военных операций ЦРУ в Корее. Они вступили в контакт с горсткой индонезийских мятежников на Суматре и контингентом местных командиров, стремящихся к власти на острове Сулавеси, к северо-востоку от Явы. Мейсон работал в тесном сотрудничестве с Пентагоном, чтобы собрать партию автоматов, карабинов, винтовок, гранатометов, минометов, ручных гранат и боеприпасов, достаточную для вооружения и экипировки 8 тысяч солдат, и планировал снабжать мятежников на Суматре и Сулавеси морским путем и воздушным путем. 8 января 1958 года первая партия оружия вышла из залива Субик на военном корабле США «Томастон», взявшем курс на Суматру. Мейсон следовал за судном на подводной лодке «Блюджилл». На следующей неделе оружие прибыло в северный порт Суматры Падангу, приблизительно в 225 милях к югу от Сингапура. Разгрузка произошла без всякого намека на секретность. И привлекла к себе внушительную толпу.

10 февраля индонезийские мятежники бросили вызов Сукарно с недавно установленной при поддержке ЦРУ радиостанции в Паданге. Они потребовали, чтобы в течение пяти дней было созвано новое правительство, а коммунизм – объявлен вне закона. Не получив никакого ответа от Сукарно, который развлекался в гейша-барах и банях Токио, они объявили об учреждении революционного правительства, министром иностранных дел которого являлся полковник Малудин Симболон, англоговорящий христианин, специально выбранный для этой цели и оплаченный кандидат ЦРУ. Зачитывая свои требования по радио, мятежники предупредили, чтобы иностранные державы не вмешивались во внутренние дела Индонезии.

Тем временем ЦРУ готовило новые партии оружия из Филиппин и ждало первых признаков общенационального народного восстания против Сукарно.

Резидентура ЦРУ в Джакарте сообщила в штаб, что ожидается длительный, медленный и довольно вялый период политического маневрирования, в котором «все фракции будут стремиться избегать насилия». Но восемь дней спустя, 21 февраля, индонезийские ВВС разбомбили в пух и прах радиостанции революционеров на Центральной Суматре, а индонезийский военно-морской флот блокировал позиции мятежников вдоль побережья. Индонезийские агенты ЦРУ и их американские советники отступили в джунгли.

Оказалось, что агентство не приняло во внимание такой немаловажный факт, что некоторые из самых влиятельных военачальников индонезийской армии проходили обучение в Соединенных Штатах и именовали себя «сыновьями Эйзенхауэра». Армия во главе с антикоммунистами находилась в состоянии войны с ЦРУ.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.