27– III-1921

27– III-1921

За семь истекших месяцев руководители жизни в старом свете прилагали все старания, чтобы устроить жизнь с наибольшей выгодой для себя.

Ряд конференций в Англии, Франции и Бельгии; торжественное, но безрезультатное собрание Лиги Наций в Швейцарии; длительные переговоры Англии с большевиками о коммерческих отношениях, исчезновение с политической арены Венизелоса и возвращение короля Константина{453} в Греции; катастрофа генерала Врангеля и очищение им Крыма{454}, заключение и ратификация мирных договоров большевиков с Финляндией, Эстонией, Латвией и Польшей; занятие ими Грузии и остальной части Закавказья и сближение большевиков с кемалистами; пересмотр Севрского договора{455} – главные события за эти восемь месяцев. Внутренняя жизнь всех стран текла не нормально. Производство и торговля умалились и неравенство валюты давало себя чувствовать очень сильно. В начале года (в феврале) в Кронштадте вспыхнул бунт моряков{456}. Ему придали значение национального события, и надежды на падение большевистского режима окрылили многих, больше всего наших прогрессистов. В самой России местные восстания крестьян.

Что посеяно было большевистскими главарями, теперь приходится пожинать и, понятно, никакие сношения с заграницей не в силах изменить бедственное состояние экономической жизни России. Запад желает получить, что ему нужно, что накопилось у него в невероятном количестве.

Самые тяжелые дни для населения России еще впереди. Бедствия голода грозят и эмигрированным, пока живущим еще на остатки и слабо поддерживаемыми правительствами стран, где они расселены.

Опасения о признании большевистских главарей законными правителями преувеличенные. С ними будут говорить, но признавать не будут. Эволюцию большевиков мы считаем невозможной. Они, вероятно, будут устранены, и во главе останется часть большевиков и какие-то новые элементы. Кто они? Не зная ничего и не предпринимая ничего, чтобы знать толком, что делается в России, никто на этот вопрос не может ответить определенно. Я прекращаю свои записи: нет времени и нет сил записывать. Время и заботы уходят на работу для собственного пропитания и для налаживания всех дел по взаимопомощи офицерского Союза, образовавшегося в январе этого года под моим председательством. Плохо идут дела в этом союзе. Препятствия к его развитию даже не извне, а в нас. Почти 3 месяца, что существуем, а не ладится и никак не налаживается работа самого правления, хотя заседаем ежедневно.

Если и через два месяца дело не пойдет, надо будет отказаться от работы. Может быть, причины того, что дело не делается, во мне.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.