Мы всё-таки живы!.

Мы всё-таки живы!.

Признаюсь честно: я не думал, что выйдет 35-й номер. Всё-таки, как не крути, но кризис 2008 г., который наш редакционный коллектив почувствовал почему-то только в конце 2009- го — видимо, мы относимся к жирафам! — накрыл нас «с головой»… Наверно, на этом можно было бы поставить точку… В конце концов, немало довольно интересных изданий по авиации вообще умерли на первом десятке номеров! Вспомним хотя бы харьковский «АВИО»… а мы выпустили целых 34! и пару совсем неплохих спецвыпусков… Словом, кое-что мы в деле написания истории авиации сделали и свой след в ней оставили…

Но однажды ко мне пришло письмо. Написал его один из морских офицеров, служащих в подразделениях спецназа, которых в СМИ принято называть «морскими котиками». Автор письма без обиняков спрашивал, когда выйдет очередной номер «Истории Авиации»?..

Поначалу, я не знал, что ответить… Это было бы ещё труднее, если бы он в этот момент сидел передо мною и смотрел бы мне прямо в глаза… Что вообще можно было сказать человеку, который регулярно реальн(!) рискует своей жизнью, выполняя задания командования?.. Что нет денег?., что с реализацией тяжело?., что абсолютное большинство книжных магазинов вошли в крупные сети, а им наш журнал просто не нужен?..

«…Нас выбросили в горах с вертолёта, так как по ряду причин высадка на берег в гидрокостюмах была невозможна. Пока мы летели, я читал Ваш журнал. Вообще брать на задание лишнее не рекомендуется, но так получилось, что, купив его перед выходом в море, я так и не смог его прочесть во время похода. Вспомнил уже перед вылетом…

Задание наша группа выполнила точно в срок, но уходить пришлось с боем. Нас преследовали почти 18 часов. Несколько раз мы попадали под перекрёстный огонь и у нас появились "трёхсотые". К счастью "двухсотых" не было. Наконец, в одном из ущелий мы оборвали "хвост". Но вызвать "вертушку" было нельзя. Надо было дождаться, когда преследователи поймут, что нас уже не догнать и вернуться обратно…

Костёр исключался. Но при этом ночь была холодной. Несмотря на сделанные перевязки, от усталости и потери крови часть ребят начала терять сознание — у некоторых раны были сложные. И тут я вспомнил про журнал. Достал и при свете прикрытого фонарика дал приказ читать по паре фраз каждому вслух. Сказал, что буду спрашивать смысл прочитанного…

Сначала вяло пошло. Потом было интереснее. Читали. Обсуждали. Всё шёпотом.

А следующим вечером "вертушка" забрала нас с запасной точки, куда мы двинулись утром… С тех пор Ваш журнал, как боевой товарищ для нас. Мы всегда за него пьём. Наш седьмой тост за "Историю Авиации"!..

Удачи Вам!

Встречи не ищите — обратный адрес вымышленный. Если получится, то я сам Вас найду. Удачи!

С уважением, Ваш тёзка.».

Вот такое было письмо. Прочитав его, я понял: сдаться можно успеть всегда! И в этом никакой заслуги нет. При этом потом можно будет рассказывать всё что угодно… Все будут понимающе кивать и вроде бы даже соглашаться… Но сам-то ты будешь знать, что просто не смог, потому что у тебя духу не хватило…. потому, что оказался просто слабым.

А вот продолжить работу в трудных условиях могут не все — только сильные.

ТЫ ПОМНИШЬ, КАК ВСЁ НАЧИНАЛОСЬ?..

«Фарман-IV» с лётчиком поручиком Рудневым, 1910 г.

В начале XX века появились средства, пригодные для использования в воздухе над полем боя. В это время начал зарождаться и быстро эволюционировать в вооруженных силах новый организм — военная авиация. Слово «авиация» произошло от латинского avis — птица. Им стали обозначать совокупность аппаратов тяжелее воздуха, приспособленных для осуществления полетов в воздушном пространстве с использованием законов аэродинамики, организаций, применявших эти аппараты, а также аэродромов, пунктов управления, других сил и средств, обеспечивавших их полеты. С появлением всего этого начала создаваться система подготовки авиационных кадров, важнейшей частью которой стала система подготовки лётных кадров.