2. День второй: Саддам наносит ответный удар

2. День второй: Саддам наносит ответный удар

Во время дипломатических подшучиваний, завершившихся воздушным ударом тем самым ранним утром, и президент США Буш, и госсекретарь США Бейкер оба пытались объяснить иракцам, что они не понимают, каковы в действительности военные возможности Соединённых Штатов. Министр иностранных дел Ирака Тарик Азиз благодушно пояснял, что Ирак прекрасно всё понимает и нанесёт Коалиции постыдное поражение.

«Понимание» иракцев строилось на недавнем опыте Ираноиракской войны. С 1980 по 1989 год Иран и Ирак вели сухопутную войну на истощение. Ни одна из этих стран не знала, что такое современные методы ведения военных действий. Иранская революция избавилась от всех военачальников, которые учились в западных странах. Политическая ситуация в Ираке поощряла посредственность в руководстве вооружёнными силами. Таким образом, обе страны бросали в бой десятки тысяч плохо подготовленных солдат, стараясь задавить одна другую. Никто из них фактически не включал авиацию в состав проводящих операции сил. Массированные артиллерийские удары Ирака косили молоденьких иранских пехотинцев и в конце концов изменили ход войны после ВОСЬМИ долгих кровавых лет.

Не имея квалифицированных военных советников, Саддам Хусейн мог судить о возможностях Коалиции только исходя из опыта Ирано-иракской войны. Он полагал, что созданная им система противовоздушной обороны защитит от любого удара с воздуха, а численное превосходство на земле приведёт к тысячам потерь среди американцев. Для него казалось очевидным, что американский народ не позволит продолжать войну, когда домой повезут такое количество погибших. Саддам Хусейн совершенно не понимал сути современной высокотехнологичной войны и решительного настроя Америки. Он и не представлял, что всю его систему ПВО выведут из строя с первых минут войны. В самых страшных снах он не мог вообразить тот ужас, который скоро обрушится с неба с неумолимой силой и точностью. За первые двадцать четыре часа Коалиция совершила больше самолёто-вылетов, чем Ирак видел за все восемь лет войны с Ираном, сбросив 2270 тонн смертоносного груза на цели по всей территории Ирака и Кувейта.

Через два часа после того, как на Багдад упали первые бомбы, иракцы приступили к слабому ответу на мощную кару союзников. В 5 часов утра иракская артиллерия открыла огонь из 155-мм гаубиц и реактивных установок по городку Хафджи в Саудовской Аравии. Хафджи[7] находится на берегу Персидского залива, примерно в 17 километрах к югу от границы с Кувейтом. Перед началом боевых действий все двадцать тысяч жителей городка были эвакуированы. По окраинам Хафджи располагаются нефтеперегонный завод, опреснительная установка и порт для налива танкеров. Иракские артиллеристы стремились разрушить нефтеперегонный завод.

Во время одного из иракских обстрелов шальной артиллерийский снаряд упал в расположение американских морских пехотинцев из оперативно-тактической группы (ОПГ) «Риппер». Ранения получили санитар и два морпеха. Санитар Кларенс Коннер был удостоен первой за Войну в Заливе медали «Пурпурное сердце». Морпехи вызвали на помощь четыре вертолёта «Кобра» и четыре истребителя «Харриер». «Кобры» ликвидировали иракский наблюдательный пост, а «Харриеры» сбросили восемь 500-фунтовых бомб на иракскую артиллерию, повредив или уничтожив все шесть орудий.

Первый иракский реактивный снаряд не долетел до цели и попал в полевую кухню передового катарского лагеря. Если справедливо утверждение, что «путь к сердцу мужчины лежит через желудок», то так же верно и обратное. Катарцев страшно разозлила потеря кухни, и с каждым последующим холодным ужином ярость их росла.

В 7 часов иракская артиллерия начала обстреливать командный пункт морских пехотинцев у опреснительной установки. Огонь продолжался два с половиной часа, постепенно становясь точнее. В 9 ч. 30 мин. четыре «Харриера» морской пехоты связались с командным пунктом, «ища работы». Начальник передовой оперативной авиабазы подполковник Ричард Барри определил им целью иракскую артиллерию, обстреливающую его позиции. Он сказал пилотам ориентироваться на дым при выстрелах артиллерийских орудий.

Увидев вспышки пушечных залпов, «джамп-джеты» морской пехоты один за другим нырнули вниз на цель. Уклоняясь от массированного огня зениток, пилоты возвращались снова и снова, при каждом заходе сбрасывая по бомбе. На иракскую позицию упало больше дюжины бомб. Подполковник Барри видел, как взорвались боеприпасы иракцев и «пушки полетели [sic] в небо». Позже одиннадцать оставшихся в живых иракских артиллеристов сдались в плен. У всех шла кровь из носа и ушей. Они подтвердили, что все их орудия были разбиты, а командир погиб.

Вскоре после полуночи 18 января над целями появилась вторая волна из стратегических бомбардировщиков B-52, которые семь часов летели с базы ВМС США на Диего-Гарсия. Некоторые из них выполняли боевые задания в северных районах Ирака. Капитан Дэйвид Росс вёл свой B-52 над гористой местностью, пилотируя грохочущую громадину на высоте всего 90–150 метров над землёй. Подойдя к цели, он с малой высоты отбомбил располагавшийся в долине аэродром противника, постоянно маневрируя, чтобы уйти от ударов зенитной артиллерии. Поскольку Росс разворошил это осиное гнездо, его ведомый решил, что второй B-52 уже не сможет пройти долину на малой высоте. Пилоты развернулись и понеслись обратным курсом на максимальной скорости, доступной их машинам.

В 2 ч. 30 мин. на выполнение первого задания взлетели восемь итальянских «Торнадо». Один из них вернулся по техническим причинам, шесть самолётов не смогли выполнить необходимые операции для дозаправки в воздухе от американского самолёта-заправщика KC-135 и тоже возвратились на базу. На единственном оставшемся из группы бомбардировщике подполковник Джанмарко Беллини и капитан Маурицио Коччолоне продолжили полёт. Их сбила зенитная артиллерия в небе над Кувейтом. Оба члена экипажа катапультировались, но оказались в плену.

К более опасным ответным действиям иракцы приступили в 3 часа утра 18 января, начав обстреливать ракетами «СКАД» территорию Израиля и Саудовскую Аравию. В течение четырёх часов семь «СКАДов» было выпущено по Израилю и шесть по городам Эр-Рияд и Дахран в Саудовской Аравии. Телерепортажи из Тель-Авива, Иерусалима, Эр-Рияда и Дахрана заставили весь мир бояться, что иракцы ударят по населённым районам химическим оружием. Люди сидели у телевизоров в своих домах, напряжённо наблюдая, как завывают сирены, предупреждающие о воздушном налёте, а взволнованные, иной раз даже объятые ужасом репортёры надевают противогазы.

Той ночью миру стало понятно, что такое «неясность обстановки». Средства массовой информации распространили недостоверные сообщения о химических атаках. Когда же первый из многочисленных обстрелов «СКАДами» завершился, их детали прояснились. Многие из запущенных по Саудовской Аравии «СКАДов» упали в безлюдных районах, не нанеся никакого вреда. По меньшей мере один «СКАД» перехватила и уничтожила ракета «Пэтриот», посланная из батареи «А» 2-го батальона 7-го полка зенитной артиллерии, но как минимум один «СКАД» рухнул на здание в столице Саудовской Аравии Эр-Рияде. В Израиле несколько «СКАДов» попали в населённые районы: многие люди получили ранения, но никто не погиб. Ни одна из иракских ракет «СКАД» не имела боеголовки с химическим оружием.

Советский Союз создавал «СКАД» как оперативно-тактическую ракету малой дальности с ядерной боеголовкой для применения в Европе. При атомном заряде точности попадания не требуется. Достаточно, чтобы он взорвался поблизости от цели, как, например, ручные гранаты. А «СКАДы» с обычными боеголовками как тактическое оружие практически бесполезны. Поскольку они дают большой разброс, мало шансов (если вообще таковые существуют), что «СКАД» попадёт прямо в назначенную цель и таким образом нанесёт существенное повреждение.

Саддам Хусейн планировал использовать «СКАДы» со стратегической целью. Он полагал, что обстрелы «СКАДами» территории Израиля вынудят эту страну начать военные действия. Иракцы рассчитывали, что входящие в Коалицию арабские государства не станут сражаться вместе с евреями против братского арабского народа и антииракская коалиция развалится. Израиль так и не вступил в войну, и Коалиция сохранилась.

Однако нельзя сказать, что стратегия Ирака со «СКАДами» полностью провалилась. Чтобы удержать Израиль от односторонних действий, США пообещали выделить значительные ресурсы для нейтрализации угрозы обстрелов «СКАДами». Воздушную войну в Ираке задержали примерно на неделю, поскольку слишком солидное количество средств было отвлечено на поиск и уничтожение оставшихся мобильных пусковых установок ракет «СКАД».

Тем не менее действия Коалиции не ограничивались воздушными налётами. В 0 ч. 42 мин. 18 января 6-й батальон 27-го полка полевой артиллерии, оснащенный реактивными системами залпового огня (MLRS), ударил ракетой АТАКМС (ATACMS) по стартовой позиции иракских ракет класса «земля – воздух» юго-западнее столицы Кувейта. Вторая ракета АТАКМС по техническим причинам не была выпущена по иракскому зенитно-ракетному комплексу, назначенному ей в качестве цели. В 5 ч. 30 мин. были выпущены ещё два АТАКМСа, осыпавшие противника сотнями небольших бомб. Воздушная разведка обнаружила, что обе цели полностью разрушены, включая ту, по которой ударила только одна ракета. Удар оказался настолько эффективным, что в дальнейшем по цели всегда выпускали по одной ракете АТАКМС.

Также 18 января фрегат ВМС США «Николас» (FFG-47) при поддержке армейских вертолётов и кувейтского сторожевого катера атаковал одиннадцать нефтепромысловых платформ в 65 километрах от побережья Кувейта. Иракцы оборудовали на этих платформах наблюдательные пункты и объекты ПВО. Пилоты ВМС и морской пехоты докладывали, что оттуда их обстреливали ракетами «земля – воздух» с плеча. Сначала вертолёты выпустили по платформам ракеты точного наведения, затем «Николас» открыл огонь из 76-мм орудия. Двадцать три фугасных снаряда упали на каждую платформу, прежде чем капитан «Николаса» приказал прекратить огонь. Несколько иракцев попытались уйти на небольшой лодке, остальные сразу сдались. В ходе операции пять иракцев погибли, трое получили ранения. Наблюдательные пункты и системы ПВО были уничтожены, двадцать три иракца оказались в плену.

Когда воздушная война возобновилась, в числе выполнявших вылеты союзников были лейтенант-коммандер Марк Фокс и лейтенант Ник Морджилло. Они взлетели с авианосца ВМС США «Саратога» на новейшем самолёте военно-морских сил «Хорнет», который быстро становился рабочей лошадкой флота. A6E «Интрудер» времён Вьетнамской войны уходил в отставку, и F/A-18 превращался в единственный штурмовик ВМС. «Хорнеты» – небольшие, быстрые и маневренные. Они настолько юркие, что могут использоваться также в качестве истребителей. Вылетев на задание по бомбардировке, Морджилло и Фокс продемонстрировали универсальность своих машин, встретившись во время полёта с двумя иракскими истребителями МиГ-21. Оба пилота немедленно перешли на режим воздушного боя, сбили по самолёту противника, затем вернулись к прежнему режиму, зашли на цели и выполнили бомбометание.

Французы продолжили вносить свой вклад в воздушную войну в 5 часов утра. Двенадцать французских «Ягуаров» атаковали большой военный склад в Рас-эль-Килайя к югу от Эль-Кувейта. Они отбомбились двумя волнами со средней высоты, нанеся объекту сильные повреждения. Через двадцать четыре часа французы вернулись, чтобы завершить работу.

В 5 ч. 45 мин. 18 января на своё второе задание взлетел подполковник Клиффорд Эйкри со старшим уорэнт-офицером Гаем Хантером-младшим. Их машина, OV-10 «Бронко» Корпуса морской пехоты, представляла собой маломаневренный самолёт-корректировщик, который использовался для поддержки артиллерии и штурмовой авиации перед наземными наступлениями морских пехотинцев. По лётным характеристикам «Бронко» прекрасно подходил для выполнения такой задачи, однако невысокая скорость делала его уязвимым для зенитного огня противника, поэтому пилотировать этот самолёт над оборудованными огневыми позициями иракской армии было чрезвычайно рискованно.

Уже в самом начале полёта подполковник Эйкри засёк несколько пусковых установок ракет типа «ФРОГ», которые наводят в направлении Саудовской Аравии. Он решил убедиться. Докладывая об обнаружении стартовой позиции, Эйкри заложил вираж и медленно пошёл в круг над противником. Иракцы ударили по самолёту зенитной ракетой. Невысокая скорость «Бронко» не оставляла ему шанса уйти от смертоносной ракеты. Она вошла в левый двигатель, выбросив шрапнель в кабину. После попыток восстановить контроль над самолётом Эйкри понял, что его усилия напрасны – крушение неминуемо. Он никак не мог связаться с сидящим сзади Гаем Хантером: самолётное переговорное устройство не работало. Эйкри пронзительно звал его, но Гай не отвечал. Подполковник не знал, убит Хантер или только потерял сознание, поэтому он резко рванул ручку аварийного управления, которое катапультирует их обоих. Оказалось, что Гай действительно только потерял сознание от взрыва. Если бы полковник Эйкри не катапультировал Хантера, он бы погиб вместе с самолётом. Клифф спас своему другу жизнь.

Через несколько секунд после Хантера из неуправляемого «Бронко» был катапультирован подполковник Эйкри. Так началась самая долгая битва в операции «Буря в пустыне». Опускаясь к земле на парашютах, Эйкри и Хантер вступали в личное сражение с отчаянием, болью и голодом, сражение со злом! Иракцы быстро нашли их, и начались избиения.

Получив известие о судьбе своего командира, начальник разведки VMO-2 сильно горевал о подполковнике Эйкри: «Это настоящий кошмар. Командир был всё для нас. Он был нам отцом, мы только что потеряли отца».

Соединённым Штатам потребовалось приложить максимальные усилия, чтобы удержать Израиль от мести за атаки иракских «СКАДов». Были предприняты серьёзные дипломатические шаги, призванные убедить израильтян, что США защитят их от нападений в будущем. Министерство обороны Соединённых Штатов отказалось предоставить израильским ВВС ежедневные коды радиолокационного опознавания самолётов «свой – чужой», без которых их самолёты могли быть сбиты авиацией Коалиции. Кроме того, что вступление Израиля в войну было неприемлемо с политической точки зрения, оно создало бы организационные затруднения: в группировку ВВС Коалиции входило столько формирований разных стран, что появление в небе над Западным Ираком еще и израильской авиации могло спровоцировать многочисленные столкновения в воздухе.

Однако кто мог отказать Израилю в праве защищать себя, не сделав всё возможное для его защиты. С этой целью союзники предприняли «большую» охоту на «СКАДы». Штурмовики F-15E и A-10 начали прочёсывать Западный и Южный Ирак, разыскивая и уничтожая мобильные пусковые установки «СКАДов». Применялись две тактики. По одному F-15 патрулировали районы, где с наибольшей вероятностью находились ПУ «СКАД». Каждому самолёту отводился поражаемый участок местности. Когда разведывательный спутник или самолёт ДРЛОиУ (АВАКС) засекали запуск «СКАДа», на место запуска направляли соответствующий самолёт, чтобы уничтожить пусковые установки. Иногда самолёт сразу не бомбил, а сопровождал пустые установки к месту их обслуживания и там уничтожал как можно больше пусковых установок и складских сооружений.

Пилоты штурмовиков А-10 использовали другую тактику. Они летали над дорогами, выслеживая из своих более медленных самолётов пусковые установки ракет «СКАД» в движении. Радар «Джистарс» был в состоянии заметить идущие по дорогам большие грузовики и направить туда A-10, чтобы выяснить, что же движется. К сожалению, и системе «Джистарс», и самим пилотам A-10 было нелегко отличить установку «СКАД» от простого гражданского тягача с прицепом. Однажды на дороге в Иорданию A-10 разбомбил несколько иорданских грузовиков, все находившиеся в машинах люди погибли.

Когда на Юго-Западную Азию снова опустилась ночь, пятьдесят самолётов морской пехоты произвели новый массированный авианалёт. На этот раз «Хорнеты», «Интрудеры» и «Праулеры» 11-й авиационной группы морской пехоты (АГ МП 11) атаковали Басру и окружающую город территорию. Капитан Джей «Гиннесс» Стаут, закалённый за девять лет службы в авиации морской пехоты боец, и его ведомый-новичок, лейтенант Джон «Като» Марион, оба повели свои F/A-18 на первое задание этой войны. Стаут и Марион вылетели в составе группы из шести машин на бомбардировку электростанции в 16 километрах к югу от Басры.

Каждая боевая группа неслась к целям в Ираке почти со скоростью звука, поддерживая полное радиомолчание. Группа Стаута разделилась на три части по два самолёта и спикировала на цель сквозь мощный заградительный огонь зенитной артиллерии и ракет «земля – воздух». Друг за другом шесть бомбардировщиков сбросили на электростанцию по пять 1000-фунтовых бомб MK83, круто развернулись наверх и на форсаже стремительно набрали безопасную высоту.

К концу второго дня боевых действий стало известно о потере ещё четырёх американских самолётов. Таким образом, общее число потерь составило восемь союзных бортов за четыре тысячи самолёто-вылетов. Кроме «Бронко» подполковника Эйкри было сбито два A-6E. Лейтенант Джеффри Зон и лейтенант Роберт Ветцель катапультировались из повреждённых машин и попали в плен. Лейтенантам Чарлзу Тёрнеру и Уильяму Костену не так повезло. Их самолёты A-6 были сбиты, и пилоты погибли. Майоры Донни Холленд и Томас Коуриц тоже погибли вместе со своими F-15E. Однако, при всей горечи этих смертей, даже самые оптимистичные довоенные оценки не предполагали столь низкого уровня потерь.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.