Дорога смерти

Дорога смерти

8 сентября 1941 г. германские войска захватили Шлиссельбург, небольшой город у выхода реки Невы из Ладожского озера. Однако Шлиссельбургская крепость,[76] находящаяся на острове при этом выходе, осталась в руках советских войск. В ней оборонялся небольшой гарнизон моряков-артиллеристов. Со своих позиций немецкие пехотинцы видели уходящее за горизонт огромное холодное озеро. Многим это тогда показалось победной точкой в наступлении группы армий «Север», длившемся без перерыва два с половиной месяца. Ленинград был отрезан от остальной части Советского Союза и вскоре должен был, несомненно, пасть к сапогам солдат Вермахта.

Положение огромного города и вправду стало критическим. Оставалось одно – снабжать город водным путем, через коварное и мрачное Ладожское озеро. Охрану и противовоздушную оборону конвоев, пересекавших его, выполняла Ладожская военная флотилия.[77] В августе 1941 г. в нее входили 66 кораблей и катеров. Основную ударную силу составляли восемь канонерских лодок – «Бира», «Бурея», «Нора», «Олекма», «Селемджа», «Лахта», «Сестрорецк» и «Шексна», вооруженных 76-мм, 100-мм и 130-мм орудиями, а также 37-мм и 45-мм зенитками. Все они за исключением «Шексны» – бывшего финского ледокола «Ааллакс» водоизмещением 150 тонн – были переоборудованными грунтовозными шаландами.

Интересно, что пять из них – «Бира», «Бурея», «Нора», «Олек-ма» и «Селемджа» – были построены самими немцами в 1939–1941 гг. по заказу советского правительства на судоверфи «Deutsche Werft AG» в Гамбурге. До войны они использовались в составе Балтехфлота, подчинявшегося управлению Спецгидростроя НКВД. Теперь эти корабли с экипажами по 110 человек неофициально называли не иначе как «ладожскими линкорами». И действительно в масштабах озера импровизированные канонерки выглядели внушительно. Длина их корпуса была 60 метров, а ширина – 12 метров, они имели полное водоизмещение 1140 тонн и развивали скорость от 6 до 8 узлов.

«Лахта» и «Сестрорецк» так же были переоборудованы из грунто-возных шаланд, однако еще дореволюционной постройки. Учитывая их почтенный возраст, их вскоре вывели из состава канонерской флотилии, разоружили и переоборудовали в обычные транспорты.

Кроме того, в составе Ладожской военной флотилии имелись два крупных сторожевых корабля «Конструктор» и «Пурга», шесть катеров типа «МО», два бронекатера, 16 тральщиков и другие суда. «Конструктор» являлся старым паровым миноносцем постройки 1906 г., успевшим послужить во флоте царской России под своим первоначальным названием «Сибирский стрелок». Он был вооружен тремя 100-мм и двумя 45-мм орудиями. «Пурга» же была современным боевым кораблем постройки 1936 г. Сторожевик имел длину 71 метр, водоизмещение 600 тонн и был вооружен двумя 102-мм орудиями, двумя 37-мм полуавтоматическими зенитками и одним торпедным аппаратом. Это был самый быстроходный корабль на Ладоге, способный развивать скорость до 21 узла. Экипаж «Пурги» насчитывал 114 человек.

Для перевозок по озеру в распоряжении Северо-Западного речного пароходства (СЗРП) имелось в общей сложности около 120 судов, но что это были за суда! Пять озерных и 72 неуклюжих речных буксира, 49 озерных и речных деревянных барж. Большинство из них не предназначались для плавания по таким крупным водоемам, как Ладожское озеро, особенно в условиях осенних штормов.

Первой жертвой Люфтваффе на Ладоге еще до взятия Шлиссельбурга стала баржа с эвакуированными из Карелии, которую немцы потопили 2 сентября в районе Прохоровской дачи. На следующий день около причала в городке Новая Ладога в результате налета был тяжело поврежден пароход «Симферополь». Среди тяжело раненных

пассажиров оказался известный советский государственный деятель, публицист и шахматист Александр Федорович Ильин-Женевский.[78] Не приходя в сознание, он умер в госпитале, при этом местные героические санитары обокрали покойного, вынув у него из карманов именной револьвер, золотые часы и бумажник. Пораженная столь откровенным мародерством, жена Ильина-Женевского, известная балерина, покончила с собой.

5 сентября немецким летчикам удалось повредить канонерскую лодку «Селемджа». От близкого взрыва бомбы пострадали левый борт и палуба, вышла из строя часть оборудования. На следующий день во время эвакуации раненых красноармейцев и населения из Шлиссельбурга немецкие бомбардировщики атаковали караван из семи барж и отправили на дно три из них. При этом погибли сотни людей.

12 сентября в порт Осиновец, расположенный приблизительно в 2 км южнее поселка Ладожское Озеро, прибыли две баржи, доставившие туда 800 тонн зерна. Это был первый рейс с грузами для осажденного Ленинграда. В тот же день сторожевой корабль «Пурга» доставил в Осиновец 60 тонн боеприпасов. Так началось функционирование так называемой Дороги жизни, в действительности ставшей для многих дорогой смерти…

Никаких «портов» в прямом смысле этого слова поначалу на берегах озера не существовало. Имелись лишь пристани, рассчитанные на прием одного-двух транзитных пароходов. Из-за малых глубин тяжелогруженые баржи не могли подойти к берегу. Поэтому грузы приходилось перегружать на лодки или попросту сбрасывать в воду, а потом вручную тащить на сушу. В связи с этим в Осиновце в спешке начались работы по сооружению порта. К счастью, под рукой оказалось три исправных земснаряда, один из которых отправили в бухту Морье.

Тем временем удары авиации продолжались. 11 сентября немецкие самолеты подвергли бомбежке строящиеся причалы, а 15 сентября атаковали земснаряд «Северо-Западный-7». На судне была выведена из строя паровая машина, многие члены команды получили ранения. Тем не менее матросам удалось залатать пробоины, устранить повреждения и вскоре ввести земснаряд в строй.

В тот же день – 15 сентября – самолет-разведчик Люфтваффе обнаружил в Ладожском озере караван из трех барж, приближавшийся к западному побережью. С аэродрома Тирково, расположенного южнее города Луга, были срочно высланы несколько Ju-87 из III-й группы StG2 «Иммельман» гауптмана Штеена, которые потопили две баржи.

С буксира успели передать сигнал бедствия, и к месту трагедии поспешил сторожевой корабль «Конструктор». Находившийся на нем инспектор главного политуправления ВМФ А. Т. Караваев вспоминал: «Когда мы на „Конструкторе“ прибыли в район бомбежки, нам открылась ужасная картина. Баржи были разбиты. За их обломки и плавающие мешки с мукой держались окоченевшие люди, по которым с бреющего полета вели огонь из пулеметов фашистские самолеты… Комендоры „Конструктора“ открыли стрельбу по самолетам из всех пушек и спаренных зенитных пулеметов. Гитлеровцы улетели».

После этого команда сторожевика приступила к спасательным работам. Большие волны мешали спускать шлюпки и подходить к обломкам барж. Тогда моряки стали привязывать спасательные круги к пеньковым тросам и бросать их в гущу людей. Попадали редко, посему народ продолжал тонуть. Изнеможденные люди один за другим исчезали в темной пучине. В итоге удалось спасти лишь несколько человек. На следующее утро часть тел погибших вместе с мешками с мукой прибило к берегу в 10 км западнее Новой Ладоги.

16 сентября самолеты Люфтваффе параллельно с атаками кораблей Балтийского флота в Финском заливе потопили на Ладожском озере сторожевой катер КМ-12, а также одну из барж с эвакуированным населением, которую тянул буксир «Орел».

Надо сказать, что путь грузов для Ленинграда был весьма долгим и сложным. Северо-западные районы России издревле являлись глухими и безлюдными. Однообразный ландшафт, вечно хмурое небо, глухие леса, топи и болота лишь кое-где прорезались дорогами. Незначительно улучшилась ситуация с коммуникациями и к середине ХХ в. Сначала грузы поступали по железной дороге на станцию Волховстрой-1. Отсюда вагоны подавались на пристань Гости-нополье, где грузы вручную перетаскивали на речные баржи. Из Гостинополья небольшие буксиры с потугами тащили баржи в устье реки Волхов – в Новую Ладогу. Тут происходила перевалка грузов на озерные суда.

Трасса Новая Ладога – Осиновец имела протяженность 115 км. При этом боевые корабли, охранявшие транспорты, сами были доверху загружены и к тому же играли роль буксиров. Затем грузы на телегах и грузовиках, а часто и на людях доставляли из Осиновца на станцию Ладожское Озеро, которая была конечной на Иринов-ской железной дороге. Там они перегружались в вагоны и следовали на противоположную «конечную» – Финляндский вокзал в Ленинграде. Никакой техники и механизации в местах перевалок не было. Вся тяжесть погрузочно-разгрузочных работ лежала на плечах людей, непригодных после ранения к несению службы на фронте, – так называемых нестроевиков. Значительную часть огромного контингента грузчиков составляли девушки.

Ладожская водная коммуникация сама по себе была экстремальной. Озеро является крупнейшим в Европе и одним из самых глубоких водоемов этого типа на планете. Еще у средневековых торговцев и путешественников Ладога считалась опасным и гиблым местом. Штормы с волнами высотой пять-шесть метров здесь повседневная обыденность. Поэтому наспех организованная переправа с самого начала действовала с большими потерями. Путь занимал в среднем

16 часов, причем плавать по свирепому озеру приходилось в основном в темное время суток, дабы сократить потери от ударов авиации.

Крупнейшая трагедия произошла в ночь на 17 сентября, когда старый буксир «Орел» с потугами потянул деревянную баржу № 725, переполненную беженцами и военными. По самым скромным подсчетам, на полусгнившую баржу уселись более 1200 человек. Уже в начале пути на озере разыгрался шторм, и в районе банки Северная Головешка старый корпус баржи не выдержал ударов волн и проломился. Баржа начала постепенно погружаться в воду. Пассажиры один за другим смывались за борт и тотчас исчезали. Некоторые пытались спастись вплавь, но тоже гибли. Холодные темные волны забирали все новые жертвы. Отчаяние людей дошло до того, что один офицер, эвакуировавшийся с семьей, сначала застрелил свою дочь и жену, а потом застрелился сам. К тому же в разгар катастрофы начался налет германской авиации. В результате близких разрывов бомб баржа получила дополнительные повреждения. От нее отломились рубка и часть верхней палубы. Тем не менее оставшийся остов в притопленном состоянии продолжал путь к спасительному восточному ладожскому берегу.

Владимир Солонцов, спасавшийся на крыше рубки, вспоминал об этих ужасных минутах: «Находясь на крыше, я сразу не понял, что этот водяной вал сорвал рубку с палубы и вынес ее за борт. Никто не мог даже предположить такого варианта. Рубка стала быстро погружаться почти без крена. Кричали оставшиеся на палубе люди. Врубке все было как-то тихо – женщины и дети, вероятно, в первый момент даже не поняли, что случилось. Рубка ушла на дно меньше чем за минуту, и когда вода хлынула в нее, матери скорее всего успели лишь прижать детей к себе. Их личная борьба за жизнь бъша проиграна… Это бъши страшные мгновенья в моей жизни. Я – сильный мужчина – стоял на уходившей под воду рубке и ничего не мог сделать для спасения людей. Когда вода дошла до пояса, я оттолкнулся и поплыл в сторону „Орла“. Трудно сказать – за какое время, но мне все же удалось добраться до буксира. Матрос бросил мне веревку и помог подняться на палубу».

Когда баржа окончательно скрылась под водой, буксир «Орел» и оказавшаяся неподалеку канонерская лодка «Селемджа» начали спасение оказавшихся в холодной воде людей. Всего ими были подобраны около 240 пассажиров.

Одновременно на помощь устремился тральщик ТЩ-122 под командованием старшего лейтенанта Ф. Л. Ходова. Этот «боевой» корабль, наскоро переоборудованный из списанного буксира, сам едва перекатывался с волны на волну. Тем не менее капитану удалось довести тральщик до места катастрофы, и матросы увидели плавающие среди волн обломки баржи, за которые из последних сил хватались окоченевшие люди. Спустить шлюпку при девятибалльном шторме оказалось нереально, посему матросы обвязывались тросами и прыгали за борт, вытаскивая пострадавших. В итоге героическими усилиями удалось спасти еще 130 человек.

Но и положение самого ТЩ-122 стало критическим. От ударов волн разошлись швы, вода начала затоплять котельное отделение. Ходов немедленно взял курс прямо на берег, дабы в крайнем случае выброситься на мель. Так, борясь со стихией, корабль проваландался до рассвета. Однако дойти до берега ему все же не дали.

Моряки и сидевшие на палубе пассажиры с баржи № 725 с ужасом увидели, как из облаков вывалились четыре самолета. Никто не питал иллюзий, надеясь увидеть истребители со звездами. Все знали, что над Ладогой летают только одни свастики. Матросы в отчаянии открыли огонь из единственной 45-мм зенитки и пулемета. Но самолеты как ни в чем не бывало продолжали пикировать на тральщик. Две бомбы взорвались рядом с ним, подняв огромные фонтаны воды, но две другие попали точно в цель. Взрыв буквально вырвал кусок левого борта. ТЩ-122 начал быстро погружаться, вскоре под воду ушла палуба, но потом последовал глухой удар – тральщик сел на грунт.

Бомбардировщики улетели, а уцелевшие члены экипажа и спасенные с баржи пассажиры, ухватившись за рубку, трубу и мачту, стали дожидаться своей участи. Периодически кто-то терял сознание, сползал в воду и тотчас исчезал из виду. Остальные молились, чтобы помощь пришла. В конце концов через тринадцать часов к затонувшему тральщику подошли канонерская лодка «Нора» и озерный буксир «Морской лев», которые спасли уцелевших матросов и нескольких беженцев. Таким образом около тысячи пассажиров баржи № 725 нашли смерть в холодных ладожских водах.

В ту же ночь на 17 сентября затонули пароходы «Козельск», «Вой-ма» и «Мичурин», огромные волны выбросили на камни пароход «Ульяновск». Это были отнюдь не единичные случаи. Штормы и бомбежки выводили из строя одно судно за другим. В итоге всего через две недели после начала водных перевозок на плаву остались лишь девять озерных и тринадцать речных барж.

В то же время суда продолжали подвергаться ударам авиации. 26 сентября самолеты 1-го авиакорпуса Люфтваффе, совершившие в тот день очередной налет на Кронштадт, подвергли также бомбежке цели на побережье Ладоги, в районе местечка Ваганово, расположенного в 5 км южнее поселка Ладожское Озеро, а также суда на подходе к Осиновецкой гавани. И все же в первый месяц блокады действия Люфтваффе над озером носили в основном эпизодический характер. Зато в октябре, в полной мере оценив значение новой коммуникации, немцы приступили к систематическим ударам.

4 октября 1941 г. спасательный корабль «Водолаз» и пароход «Сталинец» отправились на поиски очередной терпящей бедствие в озере баржи. На Ладоге бушевал шторм, и огромные серые волны бились о борта судов. Несмотря на долгие поиски, обнаружить место кораблекрушения так и не удалось, причем корабли при этом сами потеряли друг друга из виду. Вскоре «Сталинец» повернул обратно в Новую Ладогу, а «Водолаз» продолжал поиски. Около 21.00, несмотря на плохую погоду, в районе Северной Стрелковой банки из темных облаков вывалился двухмоторный самолет и над самыми волнами пошел прямо на судно.

Вскоре над «Водолазом» с ревом пронесся Ju-88A, сбросив четыре бомбы. Первая пробила насквозь спасательную шлюпку и взорвалась в котельном отделении, две другие попали в корму. Корабль сразу же начал валиться на правый борт и стал погружаться в мрачные бушующие воды. Пар из котла со зловещим свистом вырывался в воздух, словно предсмертный вопль. Уцелевшая часть команды кое-как спустила оставшуюся шлюпку и немедленно отчалила, остальные прыгали прямо в воду. После этого «Водолаз» затонул вместе с капитаном В. С. Зениным. Однако испытания на этом не закончились. «Юнкерс» развернулся и со второго захода обстрелял шлюпку и плавающих в воде людей. Оставшиеся в живых шесть человек с большим трудом довели лодку до берега. Более 60 матросов поглотило ненасытное озеро.

5 октября немецкие бомбардировщики добились крупного успеха. Они атаковали и повредили канонерскую лодку «Олекма», которая обстреливала позиции финских войск в районе поселков Верхние и Нижние Никулясы, приблизительно в 37 км севернее поселка Ладожское Озеро. Повреждения, полученные канонеркой, оказались настолько тяжелыми, что на следующий день она затонула около мыса Морьин Нос.

В тот же день пилоты Люфтваффе добились еще одного успеха, тяжело повредив в ходе налета на порт Осиновец канонерку «Бира». Прямым попаданием фугасной бомбы у нее разворотило корму, после чего вода залила кормовые отсеки. Однако корабль остался на плаву и через несколько дней, кое-как залатанный, вернулся в строй. Кроме того, 5 октября атаке с воздуха подвергся рейд порта Новая Ладога.

6 октября налет на бухту Осиновца повторился. На сей раз немцам удалось потопить несколько транспортов с продовольствием, землечерпалку и плавучий кран. На следующий день из облаков над Новой Ладогой неожиданно вывалился и начал пикировать на порт одиночный Ju-88A. Вскоре на высоте около 800 метров от него отделились четыре бомбы, разорвавшиеся среди кораблей. В итоге были потоплены сторожевой катер КМ-1403 и баржа с мукой, а также повреждены сторожевой корабль «Конструктор», тральщик ТЩ-127, пароход «Сталинец» и транспорт «Совет» тоннажем 300 брт.

8 октября 1941 г. по приказу первого секретаря Ленинградского обкома ВКП(б) Жданова началась секретная операция по эвакуации из Ленинграда заключенных. В закрытых машинах их тайно вывозили из тюрем на Финляндский вокзал, спешно грузили в вагоны и отправляли в порт Осиновец. Там 2500 «врагов народа» погрузили на озерную баржу «Берлинка», буквально битком набив трюмы. При этом соседями по «каюте» стали уголовники, «политические» и случайные люди, задержанные в ходе проверки паспортного режима. Пароход взял баржу на буксир и потащил ее в озеро. Однако вскоре начался налет немецкой авиации, и буксир, оставив баржу на рейде, вернулся в порт выполнять некое срочное задание. К вечеру на ней поднялся бунт. Люди, изнывавшие от голода, жажды, духоты и тесноты, полезли из трюмов на палубу и попытались разоружить энкавэдэшников. Начался бой, причем конвоиры открыли огонь из пулемета. Бунт был подавлен, трупы убитых сбросили в озеро.

Баржа простояла на рейде трое суток, обезумевшие люди с отчаянием обреченных еще несколько раз пытались вырваться из трюмов, но в ответ получали пулеметные очереди. Убитых и умерших от голода сбрасывали за борт. Потом буксир все-таки подцепил баржу и дотащил ее до Волховстроя. При перекличке недосчитались пятисот человек. Оставшиеся на «Берлинке» трупы заключенных погрузили на речную баржу и отбуксировали на реку Сясь, где бойцы местного истребительного батальона захоронили их на берегу.

В вахтенном журнале канонерской лодки «Бира», постоянно сопровождавшей конвои, 9 октября были зафиксированы шесть налетов немецких самолетов, 10 октября – столько же, 11 октября – пять, 12 октября – четыре, 13 октября – пять, 14 октября – четыре, 17 октября – пять и так далее. 16 октября немецкие самолеты потопили в бухте Морье баржу и катер. Всего, по советским данным, в течение октября на стоянки судов у мыса Осиновец было совершено 58 воздушных налетов. Обычно удары наносились днем группами из четырех-пяти бомбардировщиков.

Все это заставило советское командование, несмотря на нехватку самолетов на фронте, всерьез озаботиться ПВО ладожской трассы. На западном берегу был размещен 123-й ИАП ПВО подполковника Ф. М. Мищенко, а на восточном – 13-й ИАП ВВС КБФ.[79] При этом последний полк был оснащен старыми И-16. Сил явно не хватало. Над озерными пространствами постоянно летали три-четыре истребителя, еще не более пяти-шести машин дежурили на аэродромах.

Нехватка судов заставила русских в срочном порядке 16 октября организовать в Сясьских Рядках, на восточном берегу озера, ремонтный пункт. Там в течение 10 дней были дооборудованы для плавания по озеру еще девять речных барж. 26 октября они отправились в первый рейс, но четыре сразу же погибли в результате бомбардировок и шторма. Не помогло и введение на баржах должности политруков из числа ленинградских коммунистов. Снабжение Ленинграда осуществлялось из ряда вон плохо, поэтому и без того низкие нормы выдачи продуктов неуклонно снижались. Вместо планировавшихся четырех суток грузооборот одной баржи в среднем занимал не менее восьми, а иногда и двенадцати.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Дорога в бессмертие

Из книги Их послал на смерть Жуков? Гибель армии генерала Ефремова автора Мельников Владимир Михайлович

Дорога в бессмертие 13 апреля 1942 годаЭтот день стал своеобразной точкой отсчета для всех бойцов и командиров окруженной группировки войск 33-й армии. Большинство из них вместе с командующим армией генерал-лейтенантом М. Г. Ефремовым, честно выполнив воинский долг, сложили


СЕВЕРНАЯ ДОРОГА

Из книги Спецназ ГРУ в Кандагаре. Военная хроника автора Шипунов Александр

СЕВЕРНАЯ ДОРОГА Каждой засаде Кандагарского отряда специального назначения на караван противника предшествует подготовка разведгруппы. Выход будет длиться трое суток. Действуем автономно, поэтому все необходимое приходится нести на себе.Сборы подгруппы минирования


ЭТАПЫ СМЕРТИ

Из книги Плен. Жизнь и смерть в немецких лагерях автора Смыслов Олег Сергеевич

ЭТАПЫ СМЕРТИ Ночью в октябре 1941 года военнопленных бойцов и командиров Красной армии немецкие оккупанты гнали через Смоленск. А затем в центре города их расстреливали. Спустя два года свидетели и очевидцы показали: на протяжении примерно 2-х километров по всей Советской


Помощники смерти

Из книги Убийцы Сталина и Берии автора Мухин Юрий Игнатьевич

Помощники смерти Существует устойчивое мнение, что членов правительства лечат самыми лучшими лекарствами с применением самого лучшего оборудования самые лучшие врачи. Я тоже одно время так думал, пока меня не заставил взглянуть на это по-другому такой случай.Как-то


ДОРОГА НА ФРОНТ

Из книги Наступает ударная автора Семенов Георгий Гаврилович


Дорога в Афган

Из книги Как выжить и победить в Афгане [Боевой опыт Спецназа ГРУ] автора Баленко Сергей Викторович

Дорога в Афган Солнце выплыло из-за горизонта только наполовину, а уже резало глаза еще не совсем проснувшемуся второму учебному взводу. С первыми лучами сразу исчезла спасительная ночная прохлада, навалилась жара и духота – самые злейшие враги «северного человека»


17. Дорога жизни

Из книги Сталинградская Богородица автора Шамбаров Валерий Евгеньевич


Дорога в бессмертие

Из книги Их послал на смерть Жуков? Гибель армии генерала Ефремова [litres] автора Мельников Владимир Михайлович

Дорога в бессмертие


Дорога жизни

Из книги Блокада Ленинграда автора Колли Руперт

Дорога жизни Советское руководство обратило все свое внимание на узкий коридор, связывающий Ленинград с остальной страной, и в первую очередь на Ладожское озеро. Скудные поставки осуществлялись по железной дороге до Тихвина, после чего следовали по последней оставшейся


ОКРОВАВЛЕННАЯ ДОРОГА

Из книги Брусиловский прорыв автора Бобров Александр Александрович

ОКРОВАВЛЕННАЯ ДОРОГА Все это время я получал сотни поздравительных и благодарственных телеграмм от самых разнообразных кругов русских людей. Всё всколыхнулось: крестьяне, рабочие, аристократия, интеллигенция, учащаяся молодежь, все бесконечной телеграфной лентой и


Дорога на фронт

Из книги Командир Т-34. На танке до Победы автора Борисов Николай Николаевич

Дорога на фронт Я помню свой первый экипаж и последний. А в промежутках было много разных людей, и особенно в памяти они не остались. Но первый экипаж помню отлично.Механик-водитель – Андрей Савин. Сибирский богатырь под два метра ростом, лет 35. Надежный мужик, спокойный,


Дорога домой

Из книги Техника и вооружение 2015 07 автора

Дорога домой Антон Блинов 11 мая 2015 г., сразу после празднования 70-летия Победы в Балтийске и на следующий день после того, как разобрали парадный строй кораблей, ДПЛ «Магнитогорск» Северного флота начала переход домой, к месту базирования – в Полярный.Дизельная подводная


Дорога в разведку

Из книги Разведчики и шпионы автора Зигуненко Станислав Николаевич

Дорога в разведку Наум Эйтингон родился 6 декабря 1899 года возле Могилева, в провинциальном городке Шклове, в семье конторщика бумажной фабрики. Отец отдал его учиться в коммерческое училище, надеясь, что сын пойдет по торговой части, и семья наконец-таки разбогатеет.


Дорога

Из книги Рисунок на снегу автора Василевская Галина Ануфриевна

Дорога Тихон сел на веретьё.Павел закутал ему ноги и примостился рядом. Дёрнул за вожжи. Ленивая кобылёнка нехотя тронулась с места.Дорога знакомая. Знаком каждый поворот на ней. Сколько раз осенью на колёсах, зимой на санях Тихона подвозили до болота партизаны. Потом он


Снова дорога

Из книги Сердюков гейт [Мебель, женщины, миллиарды. Жизнь и нравы вредителей XXI века] автора Табуреткин Иван

Снова дорога Поднялся ветер. То он ударял в грудь, то в спину, а то налетал откуда-то сбоку и кидался колючим холодным снегом.Дорога шла ровным полем. Потом круто поднялась на холм.Справа от холма темнело кладбище. Ветви деревьев над могилками качались от ветра.Тихон


§ 3.5. Дорога за миллион

Из книги автора

§ 3.5. Дорога за миллион 28 января Следствие возбудило уголовное дело по факту превышения полномочий при строительстве дороги к элитной даче зятя экс-министра обороны Анатолия Сердюкова, не называя, однако, подозреваемых.Целый батальон за счет средств Минобороны строил