Очень удачная вербовка

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Очень удачная вербовка

Прежде всего расширился круг его информаторов. Особенно успешными были донесения одного из них, которые касались данных о немецких вооруженных силах, о немецкой военной разведке и ее секретах. Этим информатором был Лео Лонг, выходец из простой семьи, выпускник Тринити-колледжа. В Кембридже он стал членом компартии. Блант был тьютором (наставником) Лонга, помогая ему в овладении французским языком. Он и завербовал Лонга для разведывательной работы на Москву. После окончания университета Лонг уехал в Германию, где работал преподавателем. Английская энциклопедия шпионажа сообщает о нем такие данные: в конце 1940 года Лонг, возвратившийся из Германии в 1939 году, был зачислен в военную разведку, в отдел, который именовался МИ-14. По-видимому, случайно в 1941 году Блант и Лонг встретились в бомбоубежище Военного министерства во время воздушной атаки на Лондон германской авиации. И Блант предложил Лонгу возобновить их «рабочие отношения» с того места, где они прервались. Лонг согласился.

Очень скоро из своих контактов с Блантом он понял, что тот был куда больше вовлечен в активную шпионскую работу на Москву, чем признавался. Энциклопедия сообщает, что «два джентльмена обычно встречались в лондонских пабах, и Лонг вручал Антони информацию, которую выуживал у агентов, работавших в Европе для Бланта». Это показывает, что у Бланта были свои агенты не только в Англии, но и в континентальной Европе. «Эта информация, — указывается в энциклопедии, — включала сообщения о передвижении немецких войск с комментариями британской военной разведки и о развитии событий на фронте».

Источником информации Лонга в значительной степени служили телеграммы германского командования, расшифрованные английской службой дешифровки. Удалось это сделать так. В декабре 1941 года вторая немецкая армия потеряла две шифровальные машины, известные под названием «Энигма», что ускорило создание англичанами собственной дешифровальной машины «Ультра»24.

Встреча с Лонгом, как признавал Блант, была сюрпризом и для него, а в дальнейшем оказалась счастливой находкой. Два разведчика виделись каждую неделю во время обеденного перерыва, и под столом один передавал другому доклад, который они сами называли чем-то вроде «выжимок из еженедельных оценок департамента». Выжимки составлялись на основе всех источников, которые стекались в МИ-14. Лонг утверждал, что он имел дело только с Блантом и никогда не встречался ни с одним советским разведчиком или сотрудником советского посольства. Упоминавшийся мною Джон Кастелло делал вывод, что Центр особенно доверял Бланту, который также руководил работой Берджеса и другого разведчика — Стрейта. Блант, к тому же, имел самое непосредственное отношение к разведчику «X», которого обычно называют пятым.

Продолжал Блант вербовку и других лиц, которые снабжали его и Лубянку информацией. Один из них (имя его так и не было названо) занимал пост, открывавший широкий доступ к очень важной секретной информации в годы войны. Впоследствии, после женитьбы, сознавая, какую опасность его работа на Москву может принести не только ему, но и его семье, он прекратил свою тайную деятельность. И, видимо, Лубянка, понимая, что настойчивость в этом случае может принести только вред, оставила его в покое. Другой служащий английской гражданской администрации, коммунист, использовался Блантом в качестве курьера.

Вербовка, проводимая Блантом, распространялась и на иностранных студентов, обучавшихся в Англии. Одним из них был Герберт Норман. Впоследствии он поступил на дипломатическую службу, сделал хорошую карьеру и стал послом Канады в Египте. Канадские секретные службы раскрыли его тайную деятельность, начали допрашивать о связях с русскими. Затем последовал его вызов в Канаду. Он отказался выехать в Оттаву, сказав одному из канадских контрразведчиков: «Я не могу вернуться в Канаду. Если я это сделаю, то выдам сотню людей». В ту же ночь он покончил жизнь самоубийством, выбросившись из окна квартиры, в которой жил. Когда Бланта спросили о нем английские следователи, он коротко сказал: «Герберт был одним из нас».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.