XIII

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

XIII

Суворов вскочил, точно ужаленный: ему показалось, что уже поздно, что он проспал все – и назначенные для атаки пять часов утра, и победу.

Но еще не было даже и четырех.

Андрей Горчаков, в эту ночь бывший с ним, убеждал дядюшку не торопиться, так как времени предостаточно.

Суворов все-таки стал одеваться. Сегодня хотелось двинуть войска, пока еще не поднялось жаркое итальянское солнце. Хотелось объездить полки, подбодрить своих чудо-богатырей. Он быстро умылся, съел, стоя у стола, кусок сыру с хлебом и выпил стакан красного вина. Поел, перекрестился и, сказав «С Богом!», стремительно вышел из комнаты.

На пороге дома он остановился, надевая каску. Враги, разделенные рекой, спали. Не слышалось ни одного выстрела. Только от Казалиджио до Сан-Николо перекликались петухи.

Суворов сел на коня и поехал к правому флангу. Андрей Горчаков и ординарцы следовали за ним.

Не успел Суворов проехать ста шагов, как увидал Багратиона. Князь Петр, с перевязанной головой – вчера он опять был ранен, – скакал во весь опор

– Здравия желаю, ваше сиятельство! Макдональд ночью убежал из Пьяченцы! – возбужденно кричал он издали.

Суворов осадил коня:

– Помилуй Бог, это верно?

– Точно так. Мои казаки пронюхали. Были в Пьяченце. Собственными глазами видели – ушел. Не выдержал французишка, дал тягу!

– Нагнать, уничтожить! – загорелся Суворов.

Он оглянулся назад:

– Кушников, пиши приказ! Ординарцев по всем колоннам. Разослать трубачей во все деревни – вещать победу. Пусть сами итальянцы удостоверятся: завоеватели Италии изгнаны!

В четыре часа утра Суворов вступил в Пьяченцу, – Мелас еще почивал сладким сном.

Весь город – госпитали, обывательские дома – был полон ранеными. Раненых и пленных оказалось до двенадцати тысяч. В том числе два дивизионных генерала – Оливье и Руска, два бригадных – Сальма и Камбрэ и триста пятьдесят обер-офицеров. Шесть тысяч французов остались навсегда лежать по берегам рек Тидоне и Треббия, на песчаных отмелях и дорогах, в канавах и виноградниках.

Три суворовских урока дорого достались Макдональду: тридцатипятитысячная Неаполитанская армия французов перестала существовать.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.