Глава 7 Свои среди чужих

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 7

Свои среди чужих

Термин «зафронтовая работа» начальник Департамента военной контрразведки ФСБ России генерал-лейтенант Александр Георгиевич Безверхний расшифровал так:

«Главные задачи этой работы – агентурное проникновение к планам и секретам противника, получение упреждающей информации о его диверсионно-террористических устремлениях по отношению к нашей армии. «Смершу», в частности, удалось иметь уникальные, на мой взгляд, агентурные позиции в центре, в самом сердце абвера. Она дала возможность агентурным путем получать достоверную информацию о планах немцев. То, что они пытались совершить покушение на Сталина, а также осуществить сотни, тысячи других террористических актов. И это им не удавалось! Силами контрразведки, силами «Смерша» удалось добыть стратегическую информацию об основных замыслах Гитлера, и Ставка имела упреждающую информацию обо всех планах, намерениях, направлениях удара немцев… Представьте, сколько жизней было сохранено, какая серьезная помощь была оказана фронту…

Благодаря этой, не побоюсь высокой оценки, блестяще налаженной работе, армейские чекисты располагали подробными сведениями об агентах противника еще в период их подготовки в разведшколах. Так, с октября 1943 года по май 1944 года контрразведчики перебросили в тыл противника 345 агентов, среди них 50 – перевербованных агентов германской разведки. Возвратились после выполнения задания – 102; 57 внедрились в разведшколы, а 26 остались в разведорганах, выполняя задания военной контрразведки. За этот период органами «Смерша» было выявлено 1103 агента противника, из них 273 – арестованы»[116].

По другим источникам, с апреля 1943 года по февраль 1944 года была проведена следующая «контрразведывательная работа в тылу противника»:

«За истекший период по нашему заданию внедрилось в германские разведывательные органы и школы 75 агентов, причем 38 из них возвратились из тыла противника по выполнении задания.

Перед этой агентурой была поставлена задача проникнуть в разведывательные органы противника, установить их дислокацию и структуру, изучить деятельность этих органов против Красной Армии и собрать сведения об официальных сотрудниках и агентуре, подготовляющейся для заброски на нашу сторону.

Кроме того, им было поручено перевербовывать агентов противника и склонять их на отказ от выполнения заданий немцев и явку с повинной в органы советской контрразведки после переброски через линию фронта.

Некоторые из агентов получили от нас задание проникнуть в части так называемой «Русской освободительной армии» для разложения этих частей.

Возвратившиеся разновременно из тыла противника агенты представили добытые ими сведения на 359 официальных сотрудников германской военной разведки и на 972 выявленных ими германских шпиона и диверсанта, подготовляющихся для переброски в расположение частей Красной Армии.

Впоследствии 176 разведчиков из числа названных нашей агентурой, после переброски их немцами на нашу сторону, были арестованы органами «Смерш».

Кроме того, находясь на территории противника, наши агенты перевербовали 85 агентов немецких разведывательных органов на явку с повинной при переброске их на сторону частей Красной Армии и склонили для работы в пользу советской контрразведки 5 официальных сотрудников германской разведки.

Эти же агенты представили подробные доклады о методах вербовки и подготовки немцами шпионов, диверсантов для проведения подрывной деятельности в частях Красной Армии и советском тылу.

Агентура «Смерш», проникшая в части так называемой «Русской освободительной армии» и карательные отряды, организовала переход на нашу сторону и к партизанам 1202 участников этих подразделений»[117].

Есть данные и по более раннему периоду. Так, за январь – октябрь 1943 года в тыл противника было направлено 7 агентурных групп в составе 44 человек (22 оперработника, 13 агентов и 9 радистов), подчиненных непосредственно ГУКР «Смерш». За время нахождения за линией фронта ими были привлечены к сотрудничеству с советской контрразведкой 68 человек. Потери во всех группах составили 4 человека.

С 1 сентября 1943 года по 1 октября 1944 года фронтовыми управлениями «Смерша» было заброшено на вражескую территорию 10 групп, включавших в себя 76 человек (31 оперработник, 33 агента и 14 радистов). Им удалось привлечь к сотрудничеству 142 человека. Шестеро агентов внедрено в немецкие разведорганы. Было выявлено 15 агентов противника[118].

Путь в «Сатурн» и в другие разведорганы противника

В качестве примера можно вспомнить кинотрилогию «Путь в «Сатурн», «Сатурн» почти не виден» и «Конец операции «Сатурн». В этих фильмах рассказано об агенте советской военной контрразведки Александре Ивановиче Козлове (Байкал-60), который трудился в подразделении военной разведки Третьего рейха – абверкоманде-103 с июля 1943 по 1945 год. Этот человек дослужился до должности начальника учебной части разведцентра и звания капитан Вермахта. Ему удалось передать информацию о 127 агентах, подготовленных в катынской разведшколе, и подробно осветить деятельность абверкоманды.

Вот цитата из официальной справки о его деятельности в тылу врага.

«…с июля 1943 года по апрель 1945 года по заданию органов безопасности находился в немецкой разведшколе, сначала преподавателем, а затем начальником учебной части. Используя свое служебное положение, перевербовал 7 немецких агентов, 6 из которых прибыли по паролю, данному Козловым, в органы госбезопасности. Козловым проводилась также работа по отчислению из школы немецких агентов, которые были наиболее преданы немецкому командованию. Возвратившись в июне 1945 года в Советский Союз, Козлов представил в органы госбезопасности подробный отчет о деятельности разведшколы. Назвал 57 агентов и 29 официальных сотрудников школы. В дальнейшем, проживая в Ставропольском крае, оказывал помощь органам госбезопасности. Им было опознано 12 немецких агентов».

Кроме названных выше фильмов, о его подвиге написано несколько повестей. Вот только в этих произведениях не отражен один важный момент – так получилось, что Байкал-60, оказавшись за линией фронта, остался без связи. Ему самому пришлось вербовать курсантов и через них налаживать связь с Москвой[119].

Другие операции были организованы лучше. Так, летом 1942 года Особый отдел 20?й армии Западного фронта внедрил в Смоленскую школу по подготовке диверсантов агента Михайлова (красноармеец 444?го стрелкового полка А. С. Соболев). За период с августа 1942 года по февраль 1943 года он перевербовал 12 курсантов, которые после переброски через линию фронта с повинной являлись в органы госбезопасности. Так же ему удалось завербовать бывшего начальника штаба батальона Красной Армии П. М. Голокоза. Последний перевербовал 17 курсантов, а в июле 1943 года привел в расположение партизанской бригады немецкий карательный отряд численностью 84 человека.

В общей сложности А. С. Соболев и П. М. Голокоз завербовали 29 курсантов (впоследствии все явились с повинной в органы госбезопасности) и подготовили 21 военнопленного для перехода к партизанам. О результатах их работы было доложено лично Иосифу Сталину. Оба агента удостоены ордена Красного Знамени.

В августе 1941 года младший лейтенант К. С. Богданов попал в немецкий плен, где был завербован и направлен на обучение в Смоленскую диверсионную школу. После заброски в советский тыл явился с повинной. А в июле 1943 года по заданию «Смерша» он вернулся к немцам. За «успешное» выполнение задания руководство школы назначило его командиром взвода курсантов. За время работы в школе он завербовал 6 курсантов. В октябре 1943 года из курсантов был сформирован карательный отряд. Богданов смог организовать уход к партизанам 88 человек[120].

О двух операциях рассказал начальник Департамента военной контрразведки ФСБ России генерал-лейтенант Александр Георгиевич Безверхний:

«Управлением контрразведки Карельского фронта была проведена операция по внедрению в разведывательно-диверсионную школу германской разведки в Петрозаводске военнослужащего С. Д. Гоменюка – под видом перебежчика. Немецкое командование наградило его медалью «За заслуги» II степени, он был оставлен в школе в качестве инструктора. А в результате Гоменюк передал органам «Смерша» подробные сведения на обучающихся в школе агентов…

В октябре 1944 года Управлением контрразведки «Смерш» 2?го Прибалтийского фронта была проведена сложная чекистская операция по захвату секретных документов и картотеки агентуры немецкого шпионского центра в Риге. Боевую группу возглавил капитан М. А. Поспелов. За проведение этой дерзкой операции капитан и члены группы были представлены к государственным наградам, но самого командира тогда отправили раненого в госпиталь, и его награждение в спешке наступления не состоялось… Только лишь в 1975 году почетный сотрудник госбезопасности майор в отставке Поспелов получил орден Красного Знамени – за боевые подвиги в годы войны»[121].

На фоне отдельных успешных операций общая статистика первых лет войны звучит не так оптимистично, как хотелось бы официальным историкам.

«В течение 1941–1942 года Особые отделы Действующей армии провели ряд комбинаций по выводу агентуры за линию фронта. В результате на 1 октября 1942 года из 312 агентов Особого отдела НКВД Калининского фронта, ранее заброшенных в тыл врага, только 9 внедрились в разведорганы противника, остальные ограничились сбором военно-разведывательной информации.

Особый отдел Воронежского фронта в 1942 году вообще всю зафронтовую работу подчинил интересам разведки…»[122] Что скрывается за обтекаемым словосочетанием «интересы разведки»? Вывод в тыл противника разведывательно-диверсионных групп и отрядов. Об этой сфере деятельности расскажем ниже, а пока отметим, что к середине войны ситуация в сфере зафронтовой работы начала кардинально изменяться.

Так, с октября 1943 года по май 1944 года военные контрразведчики перебросили в тыл противника 345 агентов, в т. ч. 50 перевербованных агентов германской разведки. Возвратились после выполнения задания 102 человека, внедрились в разведшколы – 57, а 26 остались в разведорганах, выполняя задания военной контрразведки. За указанный период всеми органами «Смерш» было выявлено 1103 агента противника, из них 273 – арестовано[123].

С 15 февраля по 20 ноября 1944 года результаты работы военной контрразведки были такими:

«За отчетный период Управлениями «Смерш» фронтов переброшено в тыл противника с контрразведывательным заданием 160 агентов, из них:

а) с санкции Главного управления «Смерш» – 61;

б) самостоятельно – 99.

За этот же период возвратилось из тыла противника 99 агентов, из них:

а) переброшенных в отчетном периоде – 54;

б) переброшенных до 15 февраля 1944 г. – 45.

Из числа возвратившихся из тыла противника агентов:

а) выполнили задание – 34;

б) не выполнили – 65.

Агентура, возвратившаяся из тыла противника и выполнившая задания агентов «Смерша», проделала следующую работу:

а) назвала официальных сотрудников германской разведки – 208, из них ранее нам известных – 166;

б) из числа названных официальных сотрудников германской разведки арестован органами «Смерша» – 1;

в) назвала агентов германской разведки, подготовлявшихся к переброске в советский тыл – 479, из них ранее нам известных – 189;

г) из числа названных агентов германской разведки арестовано органами «Смерша» – 95;

д) перевербовано агентов германской разведки – 18;

е) обработано агентов германской разведки на явку с повинной в органы «Смерш» – 54;

ж) явилось с повинной в органы «Смерш» агентов германской разведки после их переброски в советский тыл – 47;

з) обеспечила задержание и доставку в органы «Смерш» германских агентов, намеревавшихся выполнять задание немцев – 9.

Не возвратилось из тыла противника наших агентов из числа переброшенных в отчетном периоде – 106, из них:

а) внедрилось в германские разведывательные органы и выполняют наши задания в тылу противника – 15 агентов;

б) явилось в органы «Смерша» связников от нашей агентуры, выполняющей задание в тылу противника, – 3;

в) находится в лагерях военнопленных, угнано в тыл Германии и репрессировано немцами – 20 агентов;

г) неизвестна судьба переброшенных в тыл противника – 71 агента»[124].

Есть данные и по отдельным фронтам. Так, 2?й отдел УКР «Смерш» 2?го Украинского фронта с 1 января по 25 мая 1944 года достиг таких результатов в зафронтовой работе:

«За отчетный период на сторону противника переброшено 43 зафронтовых агента, из них:

переброшено 1?м отделением 2?го отдела УКР «Смерш» – 15 агентов;

вторыми отделениями армейских отделов «Смерш» – 28 агентов.

По характеру заданий и линиям внедрения переброшенная агентура распределяется так:

а) на прямое внедрение переброшено – 8 агентов;

б) для подставы на вербовку и попытки внедрения в разведки противника – 26 агентов;

в) для изучения агентурной обстановки на территории Румынии и установления мест дислокации разведорганов противника – 9 агентов.

По разведывательным органам противника.

1. Разведывательная школа штаба «Валли». На прямое внедрение переброшен – 1 агент.

2. Зондеркоманда 204.

а) На прямое внедрение в тыл противника переброшен 1 агент.

б) Для подставы на вербовку и попытки внедрения нашей агентуры в зондеркоманду 204 переброшено на участке действий этой команды 9 агентов.

3. Зондеркоманда 203.

В целях подставы на вербовку и попытки внедрения в зондеркоманду 203 нашей агентуры переброшено на участке действий этой команды 4 агента.

4. Зондеркоманда 102.

а) На прямое внедрение в зондеркоманду 102 переброшен – 1 агент.

б) В целях подставы на вербовку и попытки внедрения в этот разведорган на участке действий его переброшено – 5 агентов.

5. Запорожская разведывательная школа (филиал штаба «Валли – 1»).

а) Вторично переброшен в тыл противника зафронтовой агент Раев, который при первой переброске внедрился в этот разведорган и был выброшен с заданием в наш тыл.

б) Для подставы на вербовку и попытки внедрения в Запорожскую Разведывательную школу на участке ее действий выброшен 1 агент.

6. «Восточное министерство».

На прямое внедрение в организации «Восточного министерства» переброшено в тыл противника в качестве зафронтовых агентов 2 бывших сотрудника фирмы «Тодт».

Кроме этого, на прямое внедрение в немецкие разведывательные органы, действующие против нашего участка фронта, переброшены 2 зафронтовых агента (бывшие сотрудники и агенты «Айнс-Ц» дивизии).

7. Второе бюро (Ясское) 2?го отдела Генштаба румынской армии. Для подставы на вербовку и попытки внедрения нашей агентуры в румынскую разведку, на участке деятельности 2?го бюро 2?го отдела Генштаба, переброшено на сторону противника 4 агента.

8. Бюро (Кишиневское) 2?го Отдела Генштаба румынской армии. Для подставы на вербовку и попытки внедрения нашей агентуры в румынскую разведку, на участке деятельности Кишиневского бюро 2?го Отдела Генштаба, переброшено в расположение противника 4 агента.

Для изучения агентурной обстановки на территории Румынии, установления мест дислокации разведывательных и контрразведывательных органов противника, а также попытки внедрения туда нашей агентуры в тыл противника переброшено 9 агентов.

Результаты зафронтовой работы.

За указанный период из тыла противника возвратилось 12 зафронтовых агентов. Из них внедрилось в разведывательные и контрразведывательные органы противника 5 агентов.

В результате работы в тылу противника нашей зафронтовой агентуры установлено:

а) Агентов германских разведывательных органов – 40 человек.

б) Агентов СД – 2 чел.

в) Изменников Родине – 47 чел.

Собраны подробные данные об официальном составе и деятельности на нашем участке фронта Запорожской разведывательной школы и отдела «Айнс?Ц» 57?й немецкой пехотной дивизии.

По материалам зафронтовой агентуры отделами «Смерш» 2?го Украинского фронта и других фронтов арестовано 14 агентов разведывательных органов противника.

Кроме того, зафронтовой агентурой в тылу противника завербовано для работы в пользу нас 8 человек»[125].

Из справки 2?го отдела УКР «Смерш» 3?го Белорусского фронта можно узнать подробности зафронтовой работы органов военной контрразведки. Процитируем данный документ.

«… 1. Какие задания давались агентуре.

Характер заданий зафронтовой агентуре обуславливается объектом, куда намечено внедрение агента, объективными возможностями последнего и личными данными.

Агентуре, направляемой в разведывательные органы противника, в систему абвера (разведшколы, передовые пункты разведки), в большинстве случаев даются задания по созданию агентурной базы в данном разведоргане путем вербовки конкретных просоветски настроенных лиц из официального состава и обслуживающего персонала для склонения разведчиков, не имеющих намерения выполнять заданий немцев, на явку с повинной в советские органы и сбора сведений о подготовляемой и подготовленной агентуре. Так, например:

1. Направленный в начале октября 1943 года в тыл противника агент Помазан (перевербованный агент немецкой разведки Хрипунов) имел задание по возвращении в Черняхово Смородинский разведпункт завербовать антифашистски настроенного шофера пункта по имени Григорий с тем, чтобы последний в отсутствие нашего агента склонял на явку с повинной разведчиков, не имеющих намерения работать на немцев. Помазану, кроме того, поручалось при наличии благоприятных возможностей самому осуществлять вербовки агентов для работы в пользу советской разведки. В качестве прикрытия агента Помазана с ним вместе был направлен агент «Пушкарев» (перевербованный немецкий агент Давыдов), который, согласно заданию, должен был выполнять роль наводчика агенту Помазан при отборе последним кандидатур на вербовку.

2. Агент Турецкий, проходящий по агентурной комбинации «Луч», при первом направлении в тыл противника в начале января 1944 года имел задание – завербовать сотрудницу Крупкинского разведпункта Литвинову (с которой Турецкий находился в близких отношениях) и ее сестру, систематически поддерживавшую связь с разведчиками пункта, для проведения работы последними по склонению антифашистски настроенных разведчиков на явку с повинной в советские органы.

При второй переброске этого агента в тыл противника он получил задание на вербовку агента абверкоманды?103 по имени Ольга, находящейся в близких отношениях с агентом Турецкий.

Другие реализованные комбинации по внедрению нашей агентуры в разведорганы противника также предусматривают вербовку конкретных лиц официального состава разведорганов.

За период с 01.Х.43 г. 6 агентов направлены в лагеря военнопленных с задачей создания внутри них агентурной базы для обеспечения подставы нашей агентуры в разведорганы противника, а также с целью проникновения в разведывательные, контрразведывательные и полицейско-карательные органы немцев.

Так, по агентурной комбинации «Реванш» 23 ноября 1943 года переброшены в тыл противника агенты Кожухов и Кустов с заданием: проводить склонение на явку с повинной в советские органы военнопленных, вербуемых немецкой разведкой в лагерях, рабочих командах и других объектах, в зависимости от места пребывания агента.

После внедрения в разведорганы противника нашей агентуры последняя должна также проводить работу по склонению на явку с повинной в советские органы агентов, не имеющих намерения выполнять задания немцев.

29. III.44 г. в тыл к немцам был переброшен агент Устюгов (агентурная комбинация «Приток») с задачей создания агентурной базы в Оршанском или Борисовском лагерях военнопленных путем вербовки антифашистски настроенных лиц из административно-обслуживающего персонала для проведения работы по подставе нашей агентуры в разведывательные и контрразведывательные органы противника.

По выполнении задания в лагере агент «Устюгов» должен подставить себя под вербовку в одно из к/р формирований с целью создания боевых групп по захвату важных немецких документов, а также пленения официальных работников германской контрразведки, гестапо и СД[126].

Переброшенные в тыл противника агенты Богородицкий и Волынский имеют задание через лагерь военнопленных внедриться в один из контрразведывательных органов противника с задачей создания внутри них нашей агентурной базы. Агентам поручается по внедрении в контрразведывательные или карательные органы противника создание из числа участников этих органов боевых групп по захвату и передаче нам, при отступлении немцев, официальных работников германской разведки и контрразведки и секретных документов.

При наличии в числе административно-обслуживающего состава лагерей известных нам лиц, подходящих для вербовки, направляемых туда нашим агентам дается задание по вербовке также конкретных лиц.

В задание всех направляемых агентов, как правило, входит сбор контрразведывательных данных об официальном и негласном составе разведывательных, контрразведывательных и полицейско-карательных органов противника.

Как правило, при направлении агентуры в тыл противника, исключая перевербованных немецких агентов, она инструктируется о поведении не только в том объекте, куда намечается внедрение агента, но и по другим линиям – на случай, если агент попадет в лагерь военнопленных, разведку, контрразведку, карательные формирования и т. п.

2. Как осуществляется переброска, кто перебрасывает.

Подготовленная агентура перебрасывается в тыл противника исключительно пешим порядком через линию фронта. Переброски самолетом не производились.

Переброску агентов осуществляет обычно оперативный работник, ведущий их подготовку.

3. Сколько наших агентов перевербовано немцами.

За период с 01.Х.43 г. по 01.III.44 г. из числа направленной в тыл противника агентуры (исключая перевербованных нами германских разведчиков) перевербованных немцами не было.

4. Способы связи с агентами.

В качестве способов связи с агентурой, направляемой в тыл противника, обуславливаются:

а) направление агентами связников, приобретенных на месте работы агента, по паролю через линию фронта или в партизанские отряды;

б) оставление агентами связников на освобожденной Красной Армией территории с последующей явкой последних в органы «Смерша» по паролю;

в) оставление агентами в обусловленных местах на оккупированной территории собранных материалов, которые подбираются нами при освобождении данной местности Красной Армией;

г) посылка агентами писем по обусловленному адресу через посредство местных жителей, остающихся на освобожденной территории;

д) использование агентами отдельных местных жителей, остающихся на освобожденной территории, для передачи с ними сведений об агенте «втемную».

5. С какими агентами поддерживается связь и каким образом.

Двусторонней связи ни с одним из агентов, переброшенных в тыл противника, не поддерживается.

Односторонняя связь до января 1944 года поддерживалась с агентами «Помазаном» и «Пушкаревым» путем посылки последними к нам лиц, склоненных ими на явку с повинной в советские органы, по паролю.

Всем агентам, направляемым в тыл противника, даются пароли на случай прихода к ним наших связников.

6. Что известно о судьбе переброшенных агентов.

Перевербованная немецкая агентура

1. Василевич – переброшен 02.Х.43 г., по данным разоблаченных немецких агентов, Василевич 11.Х.43 г. благополучно возвратился в Крупкинский разведпункт, откуда был направлен в Борисовскую школу. О дальнейшем пребывании «Василевича» данных не имеется.

2. Помазан переброшен 02.Х.43 г. в паре с агентом Пушкаревым. Благополучно возвратились на передовой пункт разведки абвергруппы?109 «Вольф».

По данным связников, агент Помазан в начале ноября 1943 года выбыл вместе с официальным составом пункта на южный участок советско-германского фронта, агент «Пушкарев» 10.01.44 г. арестован немцами по подозрению в связях с советской разведкой.

3. Агент Турецкий 25.III.44 г. вторично направлен в тыл противника 1 апреля с.г., благополучно возвратился в «штаб бюро»[127] абверкоманды?103, г. Минск. По данным разоблаченной агентуры противника, 6–7 апреля 1944 года «Турецкий» выбыл в отпуск в Германию.

4. Агент Зоркий 14.01 44 г возвратился из тыла противника, выполнив наше задание. Находится на конспиративной квартире.

5. Агент Вольный, переброшенный в тыл противника 31.01.44 г., 20 февраля возвратился в Крупкинский разведпункт, откуда через 2 дня был увезен в неизвестном направлении.

Судьба остальных зафронтовых агентов, переброшенных в тыл противника в период с 01.Х 43 г. по 01.IV.44 г., неизвестна.

Сколько агентов вернулось после выполнения заданий и как они выполнили эти задания.

За период с 01.Х.43 г. по 01.III.44 г. из тыла противника вернулось два зафронтовых агента: Зоркий и Турецкий. Агент Зоркий при переброске в тыл противника 25.XI.43 г. имел задание завербовать разведчика Крупкинского разведпункта Шаркова, имевшего намерение явиться к нам с повинной, с тем, чтобы последний склонил на явку с повинной в советские органы хорошо знакомых ему немецких разведчиков Ляпина и Гаврюшина.

Ввиду того, что к моменту возвращения на пункт указанные разведчики оттуда выбыли, агент Зоркий обработал на явку с повинной к нам другого разведчика Валькова (арестован УКР «Смерш» Белорусского фронта). Кроме того, Зоркий передал органам «Смерша» активного немецкого агента Сапсая и принес сведения о приготовленной и подготовляемой агентуре в Крупкинском разведпункте и в Минском штаб-бюро.

Агент Турецкий при первом направлении в тыл противника 07.01.44 г. имел задание по возвращении в Крупкинский разведпункт завербовать жительницу ст. Крупки, в прошлом сотрудницу Крупкинского пункта Литвинову, с которой агент находился в близких отношениях, и ее сестру, с тем, чтобы последние проводили вербовку разведчиков на явку с повинной в советские органы.

Одновременно в доме Литвиновых предусматривалось создание явочной квартиры для наших агентов.

К моменту возвращения агента Турецкого из советского тыла на разведпункт сестры Литвиновы были арестованы немцами по подозрению в связях с партизанами и поэтому Турецкий был лишен возможности выполнить эту основную часть задания.

Во исполнение нашего задания Турецкий сообщил пароль на явку с повинной в советские органы немецкому разведчику Крымову и при переброске немцами на нашу сторону 14.III.44 г. доставил ценные сведения контрразведывательного характера»[128].

А вот что происходило в «зоне ответственности» органов военной контрразведки 2?го Белорусского фронта.

«После выхода Управления фронта из резерва Ставки, за период с 1 марта с.г. по 5 апреля на ковельском и с 1 мая по настоящее время на могилевском направлениях, Управлению «Смерш» пришлось контрразведывательную работу по тылу противника начинать дважды совершенно заново.

Прибыв 1 мая на новый участок фронта, Управление контрразведки «Смерш» приступило в первые дни к сбору и систематизации данных о разведывательных и контрразведывательных органах противника, противостоящих фронту.

Анализом уже собранных нами материалов устанавливается, что участку фронта противостоят и активно действуют разведывательный орган «Виддер» в г. Бобруйске (абвергруппа?107 при 9?й немецкой армии), разведывательный орган в г. Могилеве (абвергруппа?108 при 4?й немецкой армии), Нейндорфская разведшкола, из которой обученная агентура поступает в абверкоманду ЮЗ «Сатурн» в г. Минске, и затем непосредственно командой или через абвергруппы направляется на задание.

Кроме этого, установлено наличие немецких контрразведывательных органов в г. Минске и Могилеве, ведущих борьбу с советской агентурой и партизанами.

Управлением «Смерш» фронта и подчиненным ему отделом «Смерш» 49?й армии за истекший период времени переброшено в тыл противника 4 зафронтовых агента, из них:

18 мая с.г. осуществлена переброска в тыл противника перевербованного нами немецкого агента, явившегося с повинной, под кличкой Феникс. Агент Феникс возвращен в Могилевский разведорган как якобы выполнивший задание и благополучно перешедший на сторону немцев.

Для вручения немецкой разведке интересующих их данных агент Феникс был обеспечен дезинформационными сведениями, приближенными к действительности.

Перед агентом Феникс была поставлена основная задача: по возвращении в Могилевский разведорган убедить немцев в правдивости своего отчета о выполнении их задания. По достижении этой цели агент приступает к выполнению порученного ему задания – насаждению агентуры среди обслуживающего персонала разведоргана и вербовке через нее агентуры, идущей на задание в наш тыл, для явки ее с повинной в наши органы.

В результате умелого поведения агента Феникс ему удалось осуществить поставленную перед ним задачу, убедить немцев в «честной» работе на них и заслужить их доверие.

Показаниями задержанных нами агентов немецкой разведки устанавливается, что Феникс благополучно прибыл в Могилевский разведорган, где был принят начальником этого органа. После приема Фениксу предоставлен отдых, он премирован деньгами, а также представлен к награждению бронзовой медалью.

Выполняя наше задание, агент Феникс предлагал перебрасываемым на задание в наш тыл немецким агентам Бородину и Карпову явиться с повинной к советскому командованию. По имеющимся у нас данным, Феникс в настоящее время готовится к выброске на задание в наш тыл.

21 мая нами осуществлена переброска агента Радомский под видом случайного попадания в плен. Планом агентурной комбинации и заданием Радомскому предусмотрено, что он после пленения его немцами будет проводить работу в лагерях военнопленных по вербовке пленных и подставы их немецким вербовщикам для проникновения в разведывательные и контрразведывательные органы противника. Исходили мы из того, что могилевская разведгруппа черпает свои основные кадры из могилевского лагеря военнопленных, куда и направляются обычно пленные, взятые на участке нашего фронта.

30 мая с.г. в тыл противника переброшен самолетом в район Могилева наш зафронтовой агент Левасиг.

Сущность агентурной комбинации заключается в том, что «Левасиг» переброшена в тыл противника с легендой, якобы она завербована «разведотделом Красной Армии» для подбора конспиративной квартиры в г. Могилеве, куда намечается выброска с нашей стороны радиста и разведчика.

При задержании у Левасиг обнаруживают карту Могилевского района, компас, немецкие деньги и другие вещи, которые будут ее изобличать в принадлежности к советским разведорганам.

В этом случае Левасиг рассказывает о своей работе переводчицей гестапо при немцах, об ее аресте органами НКВД.

Согласно данной ей легенде, показывает подробно обстоятельства вербовки, метод подготовки и полученное задание. Также рассказывает, что на случай ее задержания немцами она должна была легендировать свое пребывание в г. Могилеве тем, что приехала из Минска с одним немецким офицером, в этот же день она якобы должна была выехать обратно, но в назначенном месте офицера не оказалось, С этой целью ей выдали минский паспорт на имя Лучковой Ирины Викторовны, которая действительно проживает в указанном городе по Могилевской улице, д. 42.

Агентурная комбинация рассчитана на заинтересованность немцев возможностью выброски в наш тыл радиста и разведчика. В этом случае они должны от имени Левасиг прислать к нам в тыл связного. Следует полагать, что этот связной будет являться преданным немцам агентом.

При успешном осуществлении данной агентурной комбинации и дальнейшая ее разработка будет связана с «радиоигрой» и внедрением наших агентов в контрразведывательную команду.

Агент Левасиг 1918 г. рождения, белоруска, учащаяся педагогического института, из крестьян-середняков, замужняя, образование среднее, окончила музыкальный техникум в 1938 году, не судимая, беспартийная, проживает в г. Костюковичи.

В течение двух лет [она] проживала на оккупированной территории в г. Костюковичи Могилевской области и работала переводчицей при гестапо. С отступлением немецких частей скрылась в лесу до прихода Красной Армии.

В октябре 1943 года находилась под арестом в РО НКВД по подозрению в выдаче гестапо местной жительницы, имевшей связь с партизанами, однако следствием было установлено, что работала в гестапо по заданию командования партизанского отряда, выполняла ряд их серьезных заданий и никакого отношения к аресту гестапо кого-либо из граждан не имела.

11 июня с. г. нами переброшен в тыл противника зафронтовой агент Монаков 1911 года рождения, белорус, образование среднее, беспартийный, не судим.

Сущность агентурной комбинации состоит в том, что агент Монаков заброшен в тыл противника под видом изменника Родины для оседания на жительство в г. Могилеве. Свой добровольный переход к немцам Монаков объясняет стремлением сохранения жизни, желанием устроиться на гражданскую службу в г. Могилеве, где проживают его близкие связи, могущие оказать ему содействие в поступлении на работу.

С этой целью агент Монаков рассказывает правдивые данные об оказанных ему услугах со стороны немцев, проживавших с ним вместе в г. Мстиславле во время оккупации, которые хорошо его знают и могут дать отзыв о прежней работе.

Легендой предусмотрено, чтобы Монаков подчеркивал свою лояльность к немцам за то, что они в 1941 году освободили его из мстиславльского лагеря военнопленных, отпустили домой, устроили на работу и продвигали по службе от чернорабочего до бухгалтера маслозавода и директора кирпичного завода.

В задачу, поставленную агенту «М», входит: осесть на жительство в г. Могилеве. Добившись указанного, Монаков из числа знакомых ему советских граждан, находящихся на службе в могилевской администрации, и других местных жителей подбирает лиц, советски настроенных, вербует их и создает резидентуру для выявления агентуры, оставляемой немцами при отступлении.

При отступлении немцев Монаков уходит с ними и выполняет это же задание в новом районе. Насажденная им агентура остается и докладывает о собранных данных по условленному паролю.

За отчетный период нами разработаны контрразведывательные мероприятия и подготовлены кандидатуры для их осуществления в ближайшие дни следующие:

Организована и заканчивается подготовка оперативной группы, намечаемой к заброске в тыл противника в район Минска, на базу партизанской бригады.

Оперативную группу возглавляет зам. нач. 1?го отделения, 2?го Отдела капитан И. А. Дунаев.

В состав группы включаются: радист, два агента-вербовщика и два агента-связника.

Перед оперативной группой поставлена задача:

а) изучение агентурной обстановки и дислокации разведорганов противника в связи с его отступлением;

б) вербовка официальных сотрудников и агентуры разведорганов в Минске;

в) захват официального сотрудника разведки в Минске. План действия оперативной группы в тылу противника будет представлен Вам для санкции в ближайшие дни.

Агентурная комбинация на зафронтового агента «Рончинского», намечаемого к переброске в тыл противника для внедрения в так называемую «Белорусскую освободительную национальную армию», формируемую немцами на оккупированной территории Белоруссии для борьбы с Красной Армией и партизанами. Установлено, что формирование «Бона» в основном производится путем мобилизации всех белорусов?мужчин, проживающих на оккупированной территории, а также военнопленных – бывших военнослужащих Красной Армии.

Сущность агентурной комбинации заключается в том, что агенту Рончинскому легендируем прохождение службы в штрафном батальоне, куда он попал из-за организации коллективной выпивки, вследствие чего произошел несчастный случай с курсантом школы – младшим лейтенантом, где Рончинский якобы преподавал топографию.

Во время выполнения задания командования на переднем крае немецкой обороны оторвался от своих товарищей, заблудился и подошел к немецкой обороне, где его должны увидеть немцы и захватить в плен.

Легендируем его пребывание на курсах младших лейтенантов с 1942 года до мая 1944 года, за этот период времени дважды аттестованного и прибывшего в штрафной батальон в звании старшего лейтенанта.

Агентурной комбинацией заинтересовываем немцев возможностью использования агента Рончинского как белоруса на командной должности в так называемой «Бона» или преподавателем в школе пропагандистов.

Агенту «Рончинскому» ставим задачу внедрения на командную должность в так называемой «Бона». По достижении этой цели производить вербовки офицеров из числа лиц, лояльно настроенных к советской власти, которым поручать выполнять наши задания:

а) при возможности внедриться в разведку противника или подставить для вербовки в нее подготовленных им лиц;

б) выявлять среди личного состава «Бона» лиц, связанных с немецкими контрразведывательными органами, и устанавливать путем наблюдения за ними конспиративные квартиры и работников этих органов;

в) компрометировать лиц офицерского состава «Бона», преданно работающих на немцев, с целью отстранения последних от занимаемых должностей и выдвижения на их места лиц, работающих в нашу пользу;

г) по подготовлению подразделений «Бона» к переходу на сторону Красной Армии или к партизанам, предусматривая при этом разгром штаба немецкого разведоргана или гестапо, полиции и захват их руководителей.

Агентурная комбинация по внедрению нашего агента в контрразведывательный орган противника и компрометации в глазах немцев возвратившегося к ним после выполнения задания их агента Елмакова, напарник которого Петров нами задержан и арестован.

Сущность агентурной комбинации состоит в том, что перевербованного немецкого агента Самодаева возвращаем к немцам, где он должен «откровенно», в соответствии с разработанной нами легендой, рассказать обстоятельство «задержания» его в нашем тылу и вербовке его органами «Смерш».

Одновременно Самодаев называет ряд известных ему немецких агентов, содержавшихся вместе с ним в нашей тюрьме. Среди названных им разведчиков будет фигурировать агент Петров, являющийся напарником Елмакова.

О Петрове Самодаев рассказывает, что он вместе с напарником явился с повинной.

Предполагаем, что немцы, проверяя показания Самодаева, установят Елмакова, явившегося к ним без напарника после выполнения задания при внешне сомнительных обстоятельствах, и репрессируют его.

Самодаев далее рассказывает в разведоргане, что для оправдания его продолжительного пребывания в тылу Красной Армии ему дана легенда, по которой он и напарник под видом отставших от своей части явились к коменданту, последний определил их в запасный полк. Из запасного полка в составе роты он был направлен в действующую часть, где, находясь в боевом охранении, перебежал к немцам. О напарнике ему предложено сказать, что они расстались в запасном полку.

Самодаев также передает немцам, что от нас он получил задание выявлять официальных работников штаба, при котором он будет находиться, устанавливает деятельность этого штаба и имеющуюся агентуру. О выполнении задания доложить при вторичной посылке в тыл Красной Армии.

По достижении намечаемого результата – убеждении немцев в «честной» на них работе Самодаева и направлении его после этого для работы в разведывательный или контрразведывательный орган, он выполняет наше задание:

а) по изучению деятельности официальных сотрудников органа, в котором будет находиться;

б) тщательное и осторожное изучение настроений агентуры, обслуживающего персонала и по установлению лиц, лояльно настроенных к советской власти, производство вербовок для явки с повинной к нам по паролю;

в) в случае, если Самодаева немцы попытаются использовать на практической карательной работе, бежать к нам (через партизан), предварительно осуществив теракт над кем-либо из официальных работников разведоргана.

Нами подготовлена и осуществляется переброска на партизанскую базу в район Могилева группы проверенных нами агентов, бывших партизан, ранее принимавших участие в партизанском отряде в районе Могилева. Группа условно нами именуется «Витязь». В ее состав входит четыре человека.

В задачу этой группы агентов ставится:

1. Изучить возможности и осуществить захват кого-либо из официальных сотрудников могилевского разведпункта, расположенного в поселке Карабановка.

2. Если названный разведпункт в связи с военными действиями передислоцировался – принять меры к установлению нового места его дислокации и выполнить это же задание.

3. После утверждения Главным управлением контрразведки плана переброски нашей группы в район Минска группа «Витязь» будет выполнять указания начальника опергруппы (нашего официального сотрудника).

При наступлении наших войск группа «Витязь» вместе с партизанами будет передвигаться в район Минска.

Для улучшения нашей зафронтовой работы, помимо осуществленных и подготовленных нами мероприятий, намечаем следующее:

В настоящее время, в связи с наступлением наших войск и прибытием большого контингента военнопленных, приступили к подбору кандидатур из немцев, чехов, поляков и других национальностей для использования на зафронтовой работе.

Подготовленную агентуру из военнопленных будем направлять в районы дислокации разведорганов противника с задачей вербовки официальных сотрудников немецкой разведки или их захвата.

Подбираем также агентуру из поляков, западников – белорусов и немцев (в частности из инвалидов), для последующей посылки их в глубокие тылы противника для оседания, создания явочных квартир и выявления подготавливаемой немцами агентуры.

В этих целях заготавливаем необходимые документы для легализации нашей агентуры в намеченных пунктах.

В качестве контингента для вербовки и посылки на внедрение в разведорганы противника считаем целесообразным направлять на сторону противника наших агентов от имени белорусских, украинских националистов, политбанд из бывших полицейских и т. д.

В частности, готовим посылку агента из Хиславичского района, где в период оккупации немцами была создана контрреволюционная организация «белорусских националистов» так называемый «Отечественный союз». Подбираем также кандидатуры из прибывшего пополнения уроженцев западных областей Украины.

По мере продвижения наших войск на правый берег Днепра намечаем проведение контрразведывательных мероприятий от имени существующей в указанном районе контрреволюционной организации так называемый «Союз борьбы против большевизма» («СБПБ»)»[129].

Каждый из разведорганов противника находился под пристальным вниманием чекистов. О том, как была организована оперативная разработка таких учреждений, прекрасно описано в сообщении ГУКР «Смерш» в ГКО «Об агентурно-оперативных мероприятиях по розыску и аресту агентов морской разведывательной абверкоманды НБО». Процитируем данный документ.

«Докладываю, что в период оккупации Крымского полуострова противником органами «Смерш» был выявлен в Симферополе активно действующий против частей Красной Армии германский военно?морской разведывательный орган «Черноморская абверкоманда» при офицере-осведомителе Черного моря («Нахрихтен Беобахтунгс официр» – «НБО»). Этот разведывательный орган, имея в деревне Тавель, что в 18 км от гор. Симферополя, специальную разведывательно-диверсионную школу, забрасывал свою агентуру в расположение войск бывш. Северо-Кавказского и 4?го Украинского фронтов для шпионской и диверсионной деятельности, а также в партизанские отряды, действовавшие на территории Крыма.

В целях пресечения подрывной деятельности «Черноморской абверкоманды НБО», выявления официального состава, агентуры и каналов ее проникновения в части Красной Армии органами контрразведки за период 1943–1944 гг. было заброшено на сторону противника 5 агентов, которые внедрились в этот разведывательный орган.

В результате реализации материалов, полученных от зафронтовой агентуры, и следствия, а также активным розыском было арестовано 98 агентов «Черноморской абверкоманды НБО», переброшенных в разное время на нашу сторону со шпионско-диверсионными заданиями.

Ряд агентов этого органа, будучи обработан нашей агентурой, бежал от немцев к партизанам, либо, перейдя на нашу сторону, явился с повинной.

Ниже в кратком изложении приводятся наиболее характерные примеры ареста агентов германского военно-разведывательного органа «Черноморская абверкоманда НБО»:

По данным нашего зафронтового агента Никляевой Е. И., еще в октябре 1943 года было известно, что «Черноморская абверкоманда НБО» намерена перебросить в наш тыл группу агентов, в числе которых имеется агент – радист Оганесян.

Находясь в близких отношениях с Оганесяном, Никляевой удалось скопировать и передать нам шифр и данные радиосвязи рации Оганесяна.

Установленным в тот период радионаблюдением, с использованием данных Никляевой, было установлено, что агент-радист германской разведки Оганесян находится в Симферополе и проводит тренировочную радиосвязь с радиоцентром противника, причем характер радиотелеграмм, передаваемых Оганесяном, свидетельствовал о том, что в случае отступления немцев он будет оставлен в Симферополе.

После освобождения Симферополя принятыми органами «Смерш» мерами розыска была арестована указанная радиорезидентура, в которую входили следующие агенты «Черноморской абверкоманды НБО»:

Астадурян А. С., 1912 года рождения, уроженец гор. Новороссийска, армянин, беспартийный, бывш. пом. командира взвода автобатальона 4?й Краснознаменной стр. дивизии, в плен к немцам попал в ноябре 1941 года в районе Большого Токмака.

Оганесян С. К., 1922 года рождения, уроженец Армянской ССР, армянин, быв. член ВЛКСМ, быв. рядовой 89?й стр. дивизии, в плен к немцам попал в феврале 1943 года в районе станицы Арбузова Балка Краснодарского края.

Тарлакян Н. К, 1917 года рождения, уроженец Сочинского района, армянин, быв. член ВЛКСМ, быв. рядовой 442?й стр. полка, в плен к немцам попал в октябре 1941 года в районе Перекопа.

Узунян О. А., 1919 года рождения, уроженец Туапсинского района, армянин, быв. кандидат в члены ВКП(б), бывш. рядовой 89?й стр. дивизии, в плен к немцам попал в мае 1942 года в районе города Керчи.

Рогонян О. А., 1903 года рождения, уроженец Батуми, армянин, беспартийный, бывш. рядовой 156?й стр. дивизии, в плен к немцам попал осенью 1941 года в районе Акмонайских позиций.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.