Суулаярви

Суулаярви

14 ноября 1942 года мы снова перелетели на новую базу. Аэродром Суулаярви построили Советы во время недолгого перемирия. Это был хороший и большой аэродром на удобном расстоянии от Выборга, где мы с удовольствием проводили свободные часы в периоды нелетной погоды. Церемонии по случаю новых побед сопровождал оркестр глиняных свистулек. Свистульки в виде петушков мы покупали в известной этим промыслом деревне Кюроля.

Снова достаточно долгое время прошло без встреч с вражескими самолетами. Мы лишь проводили рутинные полеты по сопровождению разведчиков и дразнили вражеских зенитчиков.

22 ноября наше звено наконец-то провело очередной бой. Дело в том, что Еппе Ахокас радостно заорал: «А здесь до жопы русских!»

Мы радостно спикировали на группу бомбардировщиков ДБ-3. Я заметил прикрывавшие их «Спитфайры», которые намеревались перехватить Еппе. Я атаковал ближайший сбоку сверху. Когда он увидел, что мы приближаемся, то круто развернулся навстречу мне, тогда как остальные отвернули прочь и быстро исчезли.

Я передвинул сектор газа назад, чтобы вираж получился более крутым, таким образом я намеревался вписаться внутрь его виража. Я уже собирался открыть огонь, когда русский пилот совершил типичную ошибку новичка - изменил направление виража. Теперь мне не нужно было брать упреждение, и с дистанции 50 метров я изрешетил его. Пока цель продолжала разворот, я успел дать еще очередь, русский истребитель задымился, потом из-под капота показалось пламя. Пилот поспешно покинул самолет, и в темно-синем ноябрьском море расцвел красиво-белый цветок парашюта, а пламя горящего истребителя привнесло дополнительные краски в эту картину.

За это время и Еппе сбил свой бомбардировщик.

На следующий день, 23 ноября, наше второе звено встретило 6 пикировщиков Пе-2 совсем близко к Ораниенбаумскому плацдарму, русские возвращались из налета на Котку. Нас тоже подняли по тревоге, потому что предполагалось, что пикировщики будет прикрывать множество истребителей.

Когда мы прибыли к месту боя, пикировщики уже нашли свой печальный конец, и нам оставалось лишь покружить над их догорающими обломками. Над Ораниенбаумом мы увидели 2 истребителя «Томагавк», однако они быстро исчезли в тучах. Осмотревшись, я заметил слева и сзади еще 2 «Томагавка», которые, похоже, должны были прикрывать бомбардировщики. Я сообщил о них и повернул в этом направлении так резко, как только мог. Мне привелось слышать о невероятных летных характеристиках этого самолета.

Когда один из них повернул мне навстречу, я занял удачную позицию и позволил своим пушками запеть. Результат оказался именно таким, каким и должен быть: только столб дыма остался в небе. Он отмечал то место, где первый мой «Томагавк» врезался в землю недалеко от Ораниенбаума. Видя судьбу товарища и заметив нашу стаю, второй «Томагавк» поспешил спрятаться в облаке.

Третий год войны начался периодом пассивности. Мы пожелали друг другу счастливого Нового года и множества целей. Все это сопровождалось интенсивной канонадой, наши артиллеристы по-своему праздновали приход 1943 года.

Девушки из организации «Лотта Свярд» несколько дней тайком готовили праздник, и результат получился замечательный. На столе стояло буквально все, что только можно было раздобыть в таких условиях. Это было настоящее волшебство, и как только девушки сумели создать все это буквально на пустом месте?!

Празднование сопровождалось веселыми тостами, а ближе к вечеру поползли слухи, что нас пересадят на новые истребители. Эти сплетни вызвали массу разговоров.

Но, к счастью, сплетни оказались не совсем сплетнями. Через две недели 16 пилотов были переведены в 34-ю эскадрилью, которая была сформирована, чтобы получить новейшие истребители Me-109G-2. Мне повезло, так как я оказался одним из этих счастливчиков.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.