Французские танки на Балканах: история танковой роты 7-й горной дивизии СС «Принц Евгений»

Французские танки на Балканах:

история танковой роты 7-й горной дивизии СС «Принц Евгений»

Трофейные французские танки на маневрах в Вермахте. На первом плане танк «Сомуа» S-35, на заднем плане - «Гочкисы»

После разгрома Франции в руки Вермахта попало внушительное количество французских танков - не менее 2400 штук разных типов [7, с.92; 26, р.З]. Практичные немцы ввели в строй абсолютное большинство из них, включая даже безнадежно устаревшие образцы времен Первой Мировой войны. Со знаменитой немецкой основательностью каждый танк был полностью переименован и снабжен номером. Благодаря наличию большого числа французской бронетехники немецкому командованию удалось сформировать целый ряд новых частей и подразделений танковых войск, используя их как в боевых действиях на фронте, так и для несения охранной службы в тылу. Оснащались французскими танками и части войск СС, одной из которых и была 7-я добровольческая горная дивизия СС «Принц Евгений».

Сразу отметим, что несмотря на довольно обширную историографию, посвященную французской бронетехнике периода Второй Мировой войны, вопросы боевого применения трофейных французских танков в Вермахте освещены весьма слабо. В большинстве научных работ представлены лишь отдельные отрывочные данные, не более того. Не исключение здесь и история танковой роты дивизии СС «Принц Евгений» (7-я танковая рота СС), информации о которой крайне мало. В исследовательских работах историков французской бронетехники об этой роте упоминается в лучшем случае лишь вскользь. Практически единственным исключением является небольшая статья Ф. Науда, посвященная использованию трофейной бронетехники в дивизии СС «Принц Евгений», где среди прочего кратко затрагивается история французских танков в дивизии. Практически ничего не говорится о трофейных танках и в официальной дивизионной истории, а также в других работах посвященных данной дивизии. Вдобавок, в существующих исторических разработках хватает ошибок и нестыковок, кочующих из книги в книгу и на которые никто не обращает внимания, не говоря уже о прямом игнорировании факта существования роты, который встречается в некоторых работах.

В сохранившихся дивизионных документах, хранящихся в Национальном архиве США, танковая рота также фигурирует довольно редко. Вместе с этим существует достаточно большое количество фотоснимков, демонстрирующих французские танки в составе дивизии СС «Принц Евгений».

Таким образом, история 7-й танковой роты СС является практически неизученной, хотя как таковой этот вопрос очень актуален. Уже само по себе существование танкового подразделения в составе горной дивизии является достаточно необычным. Также на этом примере можно увидеть, как немецкое командование распоряжалось захваченными трофеями, и как оно за счет этого повышало боеспособность различных частей и подразделений на отдельно взятом театре военных действий. Эта работа является первой попыткой освещения столь малоизвестного вопроса в отечественной историографии. Полный список источников и литературы, использованных автором приводится в конце статьи.

В данной работе мы рассмотрим использование трофейных французских танков в горной дивизии СС «Принц Евгений» на Балканском театре военных действий. Хронологические рамки статьи - 1942-1943 года, то есть время существования 7-й танковой роты СС.

Автор выражает благодарность за предоставленные ценные документы, материалы, фотографии и оказанную поддержку в написании работы Антону Алексееву (Москва, Россия), Юрию Денису (Киев, Украина), Василию Дюнову (Пермь, Россия), Игорю Карпову (Лиепая, Латвия), Джону П. Муру (США), Бегляру Новрузову (Москва, Россия), Александру Полищуку (Мегион, ХМАО-Югра, Россия), Сергею Рыжову (Санкт-Петербург, Россия), Андрею Самцевичу (Владимир, Россия), Константину Семенову (Москва, Россия).

Статья выполнена в рамках организованного нами общественного исторического проекта «Судьбы России, Украины и Европы в первой половине XX века».

В 1941 году рост партизанской активности в оккупированной Вермахтом Югославии заставил военное руководство Германии обратить внимание на мобилизационный потенциал местной многочисленной немецкой общины. 30 декабря 1941 года формирование воинских частей из фольксдойче (этнических немцев) в Сербии было возложено на СС. После этого из сербских фольксдойче начали создаваться добровольческие охранные части самообороны, куда принимались мужчины в возрасте от 17 до 50 лет. Эти формирования находились под контролем СС и полиции, хотя в состав войск СС на тот момент не входили [18, р.227].

1 марта 1942 года уже созданные и формируемые части местной самообороны были преобразованы в добровольческую горную дивизию СС, которой месяц спустя присвоили почетное наименование «Принц Евгений»[* По имени знаменитого австрийского полководца, генералиссимуса принца Франца Евгения Савойского-Кариньяна (1663-1736).]. На тот момент это была седьмая по счету дивизия в войсках СС. Формировалась она специально для антипартизанских действий на Балканах.

Дивизия состояла из двух горнострелковых полков, артиллерийского полка, разведывательного и саперного батальонов, противотанкового и зенитного дивизионов и различных частей и подразделений поддержки. Процесс рекрутирования и формирования дивизии шел довольно бойко. На 31 декабря 1942 года, то есть на момент окончания процесса формирования, в дивизии насчитывалось 19 835 военнослужащих (из них 411 офицеров) [8, р.18].

Хотя новая дивизия и была горной, однако для нее было решено сформировать танковое подразделение, ведь это была дивизия СС. Уже 1 апреля 1942 года Главным оперативным управлением СС был отдан приказ № 1880/42, о создании танковой роты в рамках дивизии. С этого момента и берет отсчет начало ее существования.

Артур Флепс, профессиональный военный, ветеран австро-венгерской и румынской армий, вступивший в войска СС и сформировавший дивизию СС "Принц Евгений". Он же стал ее первым командиром

Рудольф Ихриг, командир танковой роты, во время подготовки к маневрам.

В должности он недавно, так что еще не успел заменить руны СС в правой петлице на эмблему дивизии

Солдаты СС позируют вокруг захваченного во время Западной кампании танка В1. Уже через несколько месяцев эти захваченные танки были введены в бронетанковый парк Вермахта и поступили на вооружение в том числе и войск СС

Экипажи принимают поступившие на вооружение роты огнеметные танки В2

Формирование дивизионной танковой роты проходило в городе Бетчкереке, административном центре региона Банат, преимущественно населенного этническими немцами. Сразу заметим, что в некоторых источниках, даже в авторитетных, указывается, что дивизия имела танковый батальон, который, правда, "состоял из штаба и одной роты" (смотрите, например [27, s.85] и другие работы). С другой стороны, авторитетный исследователь Д. Нафцигер в своей известной справочной работе утверждает, что созданный, согласно его данным, танковый батальон дивизии состоял из двух рот - одна была укомплектована немецкой техникой (причем не танками, а бронемашинами), а другая - французскими танками [23, р.82]. Однако, в дивизионных документах четко указано, что в дивизии была именно рота, а не батальон, так что в этом вопросе можно поставить точку. К слову, Д. Нафцигер привел несколько боевых расписаний дивизии СС "Принц Евгений" за разные периоды, в которых танковое подразделение фигурирует лишь однажды - в самом первом, за апрель 1942 года, и больше не упоминается ни в одном из них (в том числе и в расписании за март 1943 года, когда достоверно известно о существовании роты).

Первой бронетехникой, которую получила рота были устаревшие французские танки периода Первой Мировой войны "Рено" Ft-17 [24, s.6] (которые предприимчивыми немцами также были введены в бронетанковый парк Вермахта под обозначением Pz.Kplw. Ft-17/18 R 730 (f)). Вероятно, эти машины находились на вооружении бывшей королевской армии Югославии и стали трофеями Вермахта. Предназначенные больше для учебных целей, чем для серьезных боевых действий, эти танки использовались для обучения личного состава танковой роты, в то время как до получения частью основной боевой техники оставалось еще несколько месяцев. Обратите внимание, что в официальной дивизионной истории указано, что танковая рота была вооружена именно танками Ft-17 [20, р. 19] (очевидно, на основании факта их присутствия в самом начале). Эту же информацию приводит в своей работе Д. Нафцигер [23, р.82]. Однако, действительности данные утверждения не соответствуют. Тем не менее, стоит отметить, что танки этого типа применялись немецкими войсками в антипартизанских действиях на Балканах. В середине мая рота была проинспектирована командиром дивизии группенфюрером СС Артуром Флепсом, который проверил, как проходила подготовка личного состава.

Вопрос о том, какой именно бронетехникой оснастить горную дивизию СС, стоял очень остро. Первоначально эсэсовское руководство рассчитывало вооружить роту немецкими танками. Однако это требование не нашло понимания у армейского командования, скептически смотревшего на желание эсэсовцев оснастить горную дивизию танками. Тем не менее, поскольку решение о формировании танковой роты было принято на самом верху, дело выделения ей техники было лишь вопросом времени. Впрочем, передавать на вооружение горной дивизии предназначенной для борьбы с партизанами танки немецких моделей посчитали нецелесообразным - они были нужны на Восточном фронте. Вместо этого дивизию было решено оснастить трофейными французскими машинами, которые как раз мало подходили для широкого использования на советско-германском фронте, как по техническим причинам, так и потому, что по своим характеристикам уступали основным советским и немецким танкам. Однако задачам охранной службы в тылу и борьбы с партизанами, не имевшими серьезных противотанковых средств, эти танки вполне соответствовали.

Для укомплектования бронетехникой дивизии СС "Принц Евгений" были отобраны танки поддержки пехоты В1, которые в немецкой армии получили наименование Pz.Kpfw. В2 740(f) (в документах и исследованиях когда речь идет о танках французской армии их именуют В1, если же говорится о немецких трофеях, то В2). В этой связи организационный отдел ОКХ 18 июля 1942 года докладывал: "Требование Главного управления СС оснастить танковую роту дивизии СС "Принц Евгений" немецкими танками отклонено. Достигнута договоренность вооружить эту роту трофейными французскими танками В2" [13, р. 19-43].

Что же это была за машина? По мнению некоторых авторов, этот танк считается одним из лучших образцов французских тяжелых танков [1, с.404]. 32-тонный В1 был вооружен двумя орудиями - 47-мм пушкой SA34 длинной ствола в 34 калибра в литой башне и 75-мм пушкой длинной ствола 17,1 калибра в лобовом листе корпуса. Танк В1 мог развивать скорость до 26 км/ч. Экипаж танка состоял из четырех человек, причем командир танка один размещался в небольшой литой башне и должен был сам обслуживать 47-мм орудие.

Боеготовность дивизии инспектирует один из немецких генералов. Крайний слева - Артур Флепс. На заднем плане заметны выстроившиеся в ряд танки В2

Огнеметный танк В2 дивизии СС "Принц Евгений" крупным планом. Обратите внимание на козырек, прикрывающий смотровую щель огнеметчика

На снимке очень хорошо видна эмблема дивизии СС "Принц Евгений" - заключенная в круг "Одал-руна". На броню она наносилась желтой краской

Всего до прекращения производства, 15 июня 1940 года, французами было произведено 403 единицы танка В1. Они приняли участие в проигранной Западной кампании 1940 года, многие из них были уничтожены, а остальные стали немецким трофеем. Из захваченных танков этого типа 161 машина после оккупации Франции была введена немцами в строй. На большинстве машин было оставлено их штатное вооружение, однако они были доработаны в соответствии с немецкими стандартами. На них были установлены немецкие радиостанции FuG-2 и FuG-5, а куполообразная командирская башенка была заменена двухстворчатым люком [26, р.41].

Более того, некоторые танки были переоборудованы немцами в огнеметные - внутри корпуса снималось 75-мм орудие, а на ее место устанавливался работавший на сжатом азоте огнемет, такой же, как на немецком огнеметном танке Pz-II (Flamm). Интересно, что инициатором переоборудования трофейных французских танков В1 в огнеметные был лично Адольф Гитлер, это произошло в марте 1941 года [13, р.19-18]. Всего в Вермахте существовало три версии огнеметных танков В2, в "Принц Евгений" доставили машины третей версии, самой модифицированной. В них оператор огнемета находился в специальной бронированной будке, сооруженной над огнеметом, и оборудованной прицельным приспособлением, защищенным козырьком. Резервуар с огнесмесью устанавливался на корме танка и обшивался 30-мм листами брони - это было вызвано тем, что внутри корпуса места для резервуара не оказалось. Баллоны со сжатым воздухом находились внутри боевого отделения. Действие огнемета обеспечивалось 2-тактным мотоциклетным мотором. Огнемет имел дальность стрельбы 40-45 метров, а запас горючей смеси обеспечивал 200 выстрелов длительностью 2-3 секунды. Примечательной отличительной особенностью огнемётного варианта танка В1 стал перенос на правый борт антенны радиостанции. Обратите внимание, что поначалу танк командира взвода оснащался радиостанцией FuG-5, а линейные танки - радиостанцией FuG-2 (работала только на прием). Улучшенная схема бронирования огнеметного варианта была разработана на фирме "Даймлер-Бенц", огнемет был разработан фирмой "Кёбе", а окончательная сборка производилась на заводах фирмы "Вегманн". Всего в 1941-1942 годах немецкие специалисты и инженеры переоборудовали в огнеметные около 60 экземпляров В2, эти танки получили обозначение Pz.Kpfw.B2 (FI) [5, с. 18; 12, р.13; 13, р.19-20; 26, р.41].

В принципе, то, что при формировании дивизии СС "Принц Евгений" ей было отказано в оснащении немецкими танками, вместо чего вооружили трофейными, чем-то из ряда вон выходящим не было. Дело в том, что уже при формировании дивизии ставка в ее оснащении была сделана в основном на трофейное вооружение и амуницию, все разного происхождения. Например, 9000 винтовок были "взяты" у подконтрольной СС немецкой службы почтовой охраны. Парк тяжелого вооружения был более чем пестрый - бельгийские противотанковые орудия, французские гаубицы, югославские полевые пушки, чешские пулеметы и итальянские минометы [21, р.234]. Такой же неоднородностью отличался и дивизионный парк бронетехники - в наличии имелись австрийские бронеавтомобили "Штейер" ADGZ (также известен как полицейский бронеавтомобиль "Австро-Даймлер"), итальянские бронетранспортеры TL-37 (а впоследствии появились и танкетки), был даже советский бронеавтомобиль БА-20 (во взводе пропаганды, эта машина была уничтожена 15 марта 1943 года, при попадании в засаду) [9, р.20; 24, s.8].

Огнемет в действии. Максимальная дальность выстрела составляла 40-45 метров

Экипаж позирует перед своим В2

Огнеметные В2 проходят через населенный пункт в ходе антипартизанской операции

Здесь стоит отметить, что в 1941-1942 годах немецкое командование перебросило на Балканы и Юго-Восточный театр военных действий несколько новосформированных танковых частей, укомплектованных захваченной французской бронетехникой. В частности, можно упомянуть 202-й танковый батальон, сформированный 10 февраля 1941 года и направленный в Югославию в 20-х числах сентября 1941 года; 212-й танковый батальон, созданный 12 июля 1941 года на Крите, а также сформированную 1 апреля 1942 года 12-ю танковую роту особого назначения (Pz. Kp.z.b.V.12). В этом контексте, то есть на фоне роста использования немецкими войсками трофейных танков на Балканах, оснащение эсэсовской танковой роты французскими танками выглядит вполне закономерным и обоснованным.

К слову, несмотря на широкое использование французской бронетехники, немецкие военные специалисты не питали по ее поводу особых иллюзий. Они отмечали, что бронетехника Франции соответствовала оборонительной французской военной доктрине, и вместе с этим подчеркивали, что, так как доктрина эта совсем не соответствует немецкой, то и танки эти для Вермахта мало пригодны. Даже заявлялось, что "невозможно использовать эти танки в составе комплексного соединения" [16, р.7].

Поэтому уже во второй половине 1942 года начинается вывод французской бронетехники из фронтовых частей. Так, 5 ноября 1942 года был отдан специальный приказ, в котором немцы отказывались использовать французские танки в немецких танковых частях, поскольку они по своим тактико-техническим характеристикам были явно хуже немецких танков (интересная цитата; "внутри французских танков необычайно шумно, как будто там разрывается 130 телефонов"). Вследствие этого было решено использовать их только для охранной службы на оккупированных территориях в составе отдельных подразделений [16, р.7].

Но, вернемся к дивизии СС "Принц Евгений". Всего дивизии было выделено 17 танков Pz.Kpfw.B2. Однако с определением модификации этих танков существуют определенные сложности. В частности, анализ имеющихся фотографий показывает, что на вооружении в роте были лишь огнеметные танки, поскольку снимки пушечных машин отсутствуют. Не зря, известный специалист по истории немецкой бронетехники Т. Йентц отметил, что рота формировалась как "огнеметная рота трофейных танков" (Beute-Flammpanzer Kompanie) [15, р.275], хотя другими источниками данная информация не подтверждается. Архивные фотографии демонстрируют наличие огнеметных танков во 2-м, 3-м и 4-м танковых взводах. Казалось бы, все в этом вопросе понятно, тем более что сами по себе огнеметные танки как нельзя лучше подходили для контрпартизанских действий, которые должна была вести дивизия.

Но, далеко не все так просто. Согласно немецкому официальному отчету о численности трофейных танков в Вермахте от 31 мая 1943 года, танки Pz.Kpfw.B2 (FI) находились в составе лишь четырех частей немецкой армии (223-я танковая рота; 213-й танковый батальон; 100-я танковая бригада и 14-я танковая дивизия), общим количеством 51 машина. В этом же документе указано, что в дивизии СС "Принц Евгений" числилось 17 Pz.Kpfw. В2 (то есть пушечных), из которых 15 штук были боеспособными [13, р. 19-47]. Таким образом, из документа следует, что на 31 мая 1943 года в дивизии СС "Принц Евгений" не было огнеметных танков вообще, что противоречит имеющимся фотодокументам. И почему же в таком случае нет фотографий пушечных танков в дивизии, а есть лишь снимки огнеметных? Можно конечно предположить, что в документ вкралась ошибка, однако это маловероятно, поскольку указанное в нем общее количество огнеметных танков - 51 штука, с учетом понесенных в 1941- 1943 годах потерь как раз более-менее соответствует общему их количеству в Вермахте - 60 единиц. По нашему мнению, маловероятным является и потенциальное предположение, что огнеметные танки роты в 1942-1943 годах были вдруг заменены на обычные пушечные. Стоит отметить, что все без исключения исследователи, упоминая о танковой роте дивизии СС "Принц Евгений" указывают, что рота имела на вооружении танки В2, и затем в скобочках указывают, что количество огнеметных танков неизвестно (смотрите, например, [10, р.34; 14, р.219] и другие подобные работы). Так что этот вопрос нуждается в дальнейшем исследовании.

Включенный в бронетанковый парк Вермахта французский "Гочкис" проезжает мимо грузовика "Хеншель" с армейскими номерами

Эффектным дебютом "Гочкисов" было участие в параде дивизии в Мостаре

Колонна "Гочкисов". На переднем танке четко видно нанесенное белой краской имя "Роза-Мари". Скорее всего, так звали подругу командира танка

Югославские крестьяне окружили танковый экипаж из дивизии СС "Принц Евгений". Скорее всего, это представители местной немецкой общины

Хотя точных данных в нашем распоряжении нет, однако предположим, что танковая рота формировалась по принципу обычной немецкой легкой/средней танковой роты (K.St.N. 1171 и 1175 от 1 ноября 1941 года) и организационно состояла из штаба и четырех взводов. Поскольку по штату в роте должно было быть 18 танков (два при штабе роты и по четыре танка в каждом взводе), то допустим, что один из взводов был неполным и насчитывал три машины. Также, по некоторым данным, в дивизии был сформирован и танковый ремонтный взвод [28, р.17], задачей которого было поддержание боеготовности танков, однако в других источниках специальное ремонтное танковое подразделение в составе "Принц Евгений" не фигурирует.

Командиром роты был назначен гауптштурмфюрер СС Рудольф Ихриг. Он родился 8 сентября 1906 года во Франкфурте- на-Майне. Член СС (билет № 382 530). В июле 1941 года Ихриг служил в 3-й роте противотанкового дивизиона дивизии СС "Тотенкопф", в рядах которого принимал участие в боях на Восточном фронте. На момент назначения на должность командира роты, этот офицер не имел каких-либо особых заслуг, а самой высшей его наградой являлся Крест военных заслуг с мечами 2-го класса.

Кроме Ихрига, известен еще один офицер служивший в танковой роте - унтерштурмфюрер СС Винценц Холл, который родился в Граце 29 июня 1921 года, член СС (билет № 423 684), в 1940 году в звании штурмманна СС служил в 1-й батарее артиллерийского полка дивизии усиления СС, окончил юнкерскую школу, в июне 1942 года служил в батарее штурмовых орудий горной дивизии СС "Норд". Очевидно, что офицеров в роте было несколько больше, однако поименно удалось установить только этих.

Также в роте служил румынский немец унтершарфюрер СС Германн Фойт (родился в Трансильвании 11 октября 1910 года), который в 1944 году был произведен в унтерштурмфюреры СС и в январе 1945 года служил в составе истребительного соединения СС "Юго-Восток" (SS-Jagdverband "SOdost").

Анализ сохранившихся боевых документов дивизии не дает каких-либо детальных подробностей боевого применения французских танков в антипартизанских операциях. Судя по всему, массивные и тяжелые В2 использовались ограниченно, в основном из-за условий горной местности, поэтому действовали лишь вдоль дорог и при атаках на населенные пункты.

Свое первое боевое крещение танки дивизии получили в антипартизанской операции "Вайсс", длившейся с 20 января по 15 марта 1943 года. В этой операции приняли участие немецкие, хорватские и итальянские войска, а также отряды четников. По своему масштабу и количеству задействованных в ней сил, "Вайсс" превосходила все предыдущие антипартизанские операции стран Оси на Балканах.

Для участия в этой операции дивизия СС "Принц Евгений" была разделена на три боевые группы - "Запад", "Центр" и "Восток". Танковую роту разделили: один взвод был передан в состав группы "Запад", которой командовал оберштурмбаннфюрер СС Август Шмидхубер, а штаб роты и три оставшихся взвода приданы группе "Центр", штандартенфюрера СС Штефана Хедриха. Понятно, что главной задачей танковых подразделений была поддержка атакующей пехоты, то есть французские танки должны были использоваться по своему прямому назначению.

Боевое крещение танковой роты наступило в первый же день операции "Вайсс", когда французские танки были задействованы Шмидхубером - на рассвете 20 января артиллерия и танки боевой группы "Запад" открыли огонь по выявленным целям противника на противоположном берегу реки Нарента. Затем, когда горные стрелки двинулись вперед, 47-мм танковые пушки применялись для уничтожения выявленных опорных пунктов противника. Стремительным ударом эсэсовцам удалось захватить плацдарм на занятом партизанами берегу Наренты, вскоре была наведена паромная переправа, посредством которой на плацдарм были переправлены танки. Атака боевой группы Шмидхубера продолжилась в юго-восточном направлении.

Короткий отдых дает возможность черкнуть несколько строчек в письме домой. Танк укрыт ветками

Легкие "Гочкисы" неплохо подходили для действий в горной местности

Колонна дивизионной бронетехники

В группе "Центр" танки использовались не менее активно, поддерживая атакующую пехоту. Однако в целом, какие-либо особые детали, иллюстрирующие участие танковой роты в операции "Вайсс" отсутствуют. Известно, что 7 февраля группа Шмидхубера, силами 2-го батальона 2-го горного полка дивизии под командованием Бернхарда Дитше и танковой роты (судя по всему, к этому моменту, все танки были сведены в группе Шмидхубера), захватила город Босянский-Петровац. Основной задачей эсэсовцев было окружить партизанские отряды в этом районе, однако более мобильные в условиях горной местности, партизаны сумели выскользнуть из немецких клещей.

5 марта Артур Флепс приказал танковой роте быстро продвигаться по направлению к Дивно, где установить контакт с 369-й (хорватской) пехотной дивизией, этот приказ был с успехом выполнен. 14 марта танковая рота снова сыграла роль передового отряда, выдвинувшись к Посусье, с задачей установить контакт с итальянскими войсками, что также было выполнено.

В целом, операция "Вайсс" закончилась неоднозначно. С одной стороны, немцы и их союзники сумели очистить от партизан важные бокситодобывающие районы, а партизанские отряды были оттесненны в малонаселенные гористые районы, где было немного средств для существования и пополнений для восполнения понесенных больших потерь. С другой стороны, уничтожить партизанскую армию Тито оккупантам не удалось.

В ходе операции "Вайсс" тяжелое ранение получил унтерштурмфюрер СС Винценц Холл. 27 марта 1943 года он ушел из жизни в лазарете в городе Дивно, причем по имеющимся данным, Холл покончил жизнь самоубийством, вероятно из-за последствий ранения.

15 мая 1943 года началась новая антипартизанская операция - "Шварц" (также известна как битва на Сутьеске), в ходе которой немцы и их союзники пытались окружить и уничтожить основные силы Народно Освободительной Армии Югославии (НОАЮ). Развернувшиеся в ходе этой операции бои "были самыми кровопролитными за два года освободительной войны (имеется в виду период 1941-1943 годов - Р.П.)" [4, с. 178]. Само собой разумеется, что дивизии СС "Принц Евгений", уже успевшей себя хорошо зарекомендовать, предстояло сыграть важную роль в реализации операции "Шварц".

Накануне, 10 мая танковая рота была придана боевой группе оберштурмбаннфюрера СС Хайнриха Петерсена, созданной на базе 1-го горнострелкового полка дивизии [2, Т.354, R.146, f.786752]. 20 мая рота вместе с другими подразделениями дивизии получила приказ наступать на Подгорицу, в районе которой шли ожесточенные бои с партизанами [20, р.45]. На 23 мая в распоряжении Петерсена остался лишь 1-й взвод роты.

В конце мая роту (судя по всему, без 1-го взвода) придали 2-му полку дивизии, который получил приказ захватить небольшой городок Шавник (ныне в Черногории). Атаку возглавил 2-й батальон полка под командованием штурмбаннфюрера СС Бернхарда Дитше. Для поддержки атаки горных стрелков командир полка Шмидхубер привлек все имеющиеся в его распоряжении силы и средства, включая артиллерию и авиацию. Кроме всего прочего, батальон Дитше должна была поддерживать и танковая рота гауптштурмфюрера СС Рудольфа Ихрига.

Эсэсовцы нанесли удар 27 мая. Горным стрелкам противостояла 5-я черногорская бригада НОАЮ, опиравшаяся на удобную для обороны местность и оказавшая упорное сопротивление. Партизаны сумели разрушить узкие горные дороги на пути неприятеля, и на ремонтные работы по восстановлению дорог у немцев ушло два дня. Понятно, что разрушенные дороги и горная местность должны были сильно сдерживать активное применение бронетехники, тем не менее, в дивизионной истории указано, что танки в этих боях действовал и "великолепно". Впрочем, югославы тоже были не лыком шиты. Их противотанковые расчеты имели на вооружении три 75-мм горные пушки "Шкода" и одно итальянское 47-мм орудие "Бреда", и сражались они ожесточенно. По сербским данным, до 27 мая противотанкисты 5-й бригады подбили три немецких танка и бронемашины. Затем, 27-28 мая, югославы заявили еще четыре уничтоженных немецких танка [25]. В этих жестоких боях Дитше применил гибкую тактику, постоянно маневрируя, и изменяя направление атаки. К 29 мая эсэсовцы сломили ожесточенное сопротивление партизан и оттеснили их на север от Шавника. Этот эпизод был одним из самых решающих моментов в операции "Шварц" [20, р.46]. За этот успех, к которому приложили свою руку и танкисты на трофейных танках, командир дивизии СС "Принц Евгений" Артур Флепс и Бернхард Дитше были награждены Рыцарскими крестами (соответственно, 4 и 17 июля 1943 года).

Танки дивизии проезжают по улицам Сплита, 27 сентября 1943 г.

Танк "Гочки с" дивизии СС "Принц Евгений" проезжает по улицам югославского городка. В башне танка офицер в звании унтерштурмфюрера СС, очевидно, командир взвода

"Гэчкисы" дивизии СС "Принц Евгений" на марше

"Гочкис" в зимнем камуфляже и с "танковым десантом"

Однако на этом испытания для эсэсовских егерей и танкистов не окончились. В ночь на 31 мая Артур Флепс получил приказ перебросить все имеющиеся в наличии силы из района Шавника на юг, чтобы предотвратить прорыв противника. В этой ситуации танковая рота вместе с другими частями дивизии была спешно переброшена южнее [29, р.153], к Никшичу, совершив не менее чем 50-километровый марш.

На 2 июня танковая рота получила приказ охранять опорный пункт Никшич и линию Никшич - Горное поле - Донья Брезна, при этом 1-й взвод все еще оставался приданным боевой группе Петерсена, действующей в районе Донья Брезна - Бойове поле [2,1354, R.146,1786709].

Операция "Шварц" завершилась 15 июня 1943 года и окончилась неудачей - основным силам партизанской армии удалось вырваться из кольца окружения. Немцам и их союзникам оставалось утешаться тем, что они нанесли противнику тяжелые потери. С учетом партизанской заявки на уничтожение семи единиц бронетехники в боях за Шавник, следует отметить, что ни одного танка безвозвратно потеряно не было, хотя некоторые машины и были выведены из строя. На 31 мая 1943 года в роте числилось 17 Pz.Kpfw. В-2, из которых боеспособными были 15 единиц [13, р. 19-43].

В июне 1943 года (по другим данным - в августе) 16 танков В-2 (из них 12 в боеспособном состоянии) были переданы в 12-ю танковую роту особого назначения. Таким образом, за все время ротой безвозвратно был потерян только один танк, и то, скорее всего, был списан за бесполезностью ремонта, а не сгорел. Вместо В2, "по обмену" из 12-й роты эсэсовцами было получено девять танков "Гочкис" Н-38, которые в немецкой армии обозначались как Pz.Kpfw. 38 Н 735 (f) [7, с.106; 13, р.19-43]. Вместе с этим должна была поменяться и организация роты, поскольку численность танков существенно сократилась, однако как именно ее реорганизовали неизвестно.

Танк "Гочкис" являлся основным легким танком армии Франции и первоначально предназначался для поддержки кавалерийских соединений. Выпускался он с 1935 года. Всего французской промышленностью было выпущено около 1000 единиц этих танков в разных модификациях. Вариант Н-38 оснащался 120-сильным двигателем и имел максимальную скорость 36 км/ч. Боевая масса танка составляла 12,8 тонн. На вооружении стояла 37-мм пушка SA18 длинной ствола в 21 калибр (KwK 18 (f) по немецкой терминологии; начальная скорость снаряда 388 м/с) и спаренный с ней пулемет калибра 7,5 мм. Боекомплект составлял 100 артиллерийских выстрелов и 2400 патронов для пулемета. Наводка пушки и пулемета по горизонтали осуществлялась с помощью ручного механизма наводки, а по вертикали - с помощью плечевого упора. Экипаж танка состоял из двух человек [22, р.58-59].

После окончания Западной кампании немецким войскам в качестве трофеев досталось около 600 "Гочкисов" различных модификаций. Немцы, как всегда, основательно подошли к вопросу о вводе в строй этих танков - их тщательно отремонтировали и модернизировали, также как и остальные французские танки, то есть оснастили немецкими радиостанциями, а куполообразную командирскую башенку оснастили двухстворчатым люком.

"Гочкисы" в балканских снегах

Две сохранившиеся фотографии танка "Сомуа" в составе 7-й танковой роты СС

Небольшой "Гочкис", в два с половиной раза легче чем В2, гораздо больше подходил для действий в условиях горной местности Балкан. Благодаря своим размерам, он мог куда более результативно передвигаться по узким горным дорогам и пересеченной местности, оказывая огневую поддержку горным стрелкам. Эффектным пропагандистским ходом стало участие "Гочкисов" в параде дивизии в городе Мостар в начале августа 1943 года [20, р.316]. Эти танки, хотя и довольно уязвимые (известен случай, когда в июне 1943 года одна немецкая часть потеряла три "Гочкиса" подбитых партизанами из противотанковых ружей на шоссе Кайлоновик - Фоча [7, с.106]) неплохо показали себя в боях второй половины 1943 - начале 1944 годов в составе танковой роты.

Заметной операцией, где отметились "Гочкисы" дивизии, было взятие Сплита, крупного порта на Адриатическом побережье, произошло это 26-27 сентября 1943 года. Предыстория этого события следующая. После выхода Италии из войны перед немецкими войсками на Балканах встала задача быстро разоружить дислоцировавшиеся здесь дивизии бывшего союзника и интернировать их личный состав. Эта операция получила кодовое наименование "Ось". Со своей стороны, командование НОАЮ также предприняло меры с целью склонить итальянские войска сложить оружие или повернуть его против немецкой армии. В ряде мест не обошлось без вооруженных столкновений между итальянскими и немецкими войсками, а в отдельных случаях итальянцы даже целыми подразделениями переходили на сторону партизан Тито (как впрочем, и на сторону немцев). Так произошло и в Сплите, где итальянцы из 15-й пехотной дивизии "Бергамо" (генерал-майора Эмилио Бекуцци) и прочих частей военного округа Сплит (под общим командованием генерал- майора Альфонсо Фульгоси) передали частям 1-й пролетарской дивизии НОАЮ (в немецких источниках эту дивизию именуют не иначе как "Лейбштандарт" Тито") все свое вооружение, включая артиллерию (80 орудий и 10 береговых батарей) и танки (от 40 до 50 штук). В самом Сплите началось формирование Сплитской партизанской бригады численностью в 982 человека, и народного ополчения, куда привлекли не менее 3000 человек вооруженных трофейным итальянским оружием. В этой ситуации число итальянских перебежчиков на сторону недавнего противника было столь велико, что по немецким данным не менее двух полков итальянцев заняли позиции на подступах к Сплиту вместе с партизанскими частями НОАЮ. Однако в реальности, к этому моменту к партизанам перешли лишь около двух-трех сотен итальянцев, из которых был создан батальон, позднее получивший наименование "Гарибальди" и вошедший в состав 1-й дивизии НОАЮ.

Тем временем, базирующаяся основными силами в Мостаре дивизия СС "Принц Евгений" получила приказ взять Сплит под контроль. Перед этим части 7-й дивизии СС разоружили итальянские войска дивизии "Марке" в Дубровнике и дивизию "Мессина" в долине Неретвы.

Для атаки на Сплит были выделены 1-й батальон гауптштурмфюрера СС Альфонса Цайтлера из 1-го полка и 2-й батальон штурмбаннфюрера СС Бернхарда Дитше из 2-го полка дивизии. Также была сформирована специальная мобильная группа, куда вошли 4-й дивизион артиллерийского полка, 1-я зенитная батарея, саперный батальон (без 3-й роты), 1-я противотанковая рота, дивизионная высокогорная егерская рота и танковая рота. 23 сентября эта группа двумя колоннами двинулась к Сплиту. Сюда же спешно выдвигался и немецкий 92-й моторизованный полк, дислоцировавшийся в Албании и подчиненный командиру дивизии СС "Принц Евгений" бригадефюреру СС Карлу фон Оберкампу (должность командира занимал с 3 июля 1943 года). К 26 сентября эсэсовцы сосредоточились перед Сплитом. Командующий немецким 15-м горным корпусом генерал пехоты Рудольф Лютере лично прилетел в только что отбитый немцами у партизан город Синь (25 километров к северу от Сплита), чтобы контролировать атаку. Впрочем, особых усилий немцам применять не потребовалось - после авиационного налета и последовавшего за ним артиллерийского обстрела, 27 сентября подразделения НОАЮ оставили город, бросив интернированные в городе итальянские части на произвол судьбы. Югославский историк В. Стругар описал эти события следующим образом: "Поскольку было решено, что далматинские партизанские части, находившиеся в стадии формирования, должны отойти в районы горного массива Динара, они 27 сентября эвакуировались из Сплита, куда в тот же день вступили немецкие войска" [6, с.172]. Судя по сохранившимся фотографиям, сопротивления в Сплите немцы не встретили, и эсэсовские французские танки спокойно передвигались по узким улочкам, демонстрируя местным жителям силу и мощь немецкой армии. В плен было взято 9300 человек, из которых 300 офицеров [20, р.71-72], в основном это были военнослужащие итальянской армии, а также не успевшие покинуть город партизаны.

Зима 1943/1944 на Балканах была снежной. "Гочкис" с трудом пробивается через снежный занос во время антипартизанской операции. На переднем плане унтершарфюрер СС в должности "шписса", о чем свидетельствуют два галуна на его рукаве

Два пехотинца стоят рядом с "Гочкисом" из 7-й танковой роты СС

Хороший вид "Гочкиса" во время антипартизанской операции зимой 1943/1944

Всего осенью 1943 года части горной дивизии СС "Принц Евгений" разоружили около 18 000 итальянских военнослужащих [8, р. 13]. Их вооружение частично пошло на оснащение дивизии, в частности тогда в составе "Принц Евгений" появились итальянские танкетки L3/35, которые в немецкой армии обозначались как Pz.Kpfw. L3/35 731 (i).

Фотодокументы также подтверждают наличие в дивизии минимум одного танка "Сомуа" S35 [12, р.12], по немецкой терминологии Pz.Kpfw. S-35 739 (f). По некоторым данным, этот танк мог попасть в дивизию СС "Принц Евгений" осенью 1943 года, после разоружения частей итальянской армии на Балканах [11, р.40] (в 1941 году немцы передали итальянцам 32 танка "Сомуа"). Другой вариант - танк мог быть захвачен партизанами у какой-либо немецкой или итальянской части, а затем отбит эсэсовцами у партизан и в качестве трофея включен в состав роты.

22 октября 1943 года после введения в войсках СС сквозной нумерации частей танковая рота дивизии получила номер 7 и стала именоваться 7-я танковая рота СС.

"Гочкисы" играли немаловажную роль в боевых усилиях дивизии зимой 1943-1944 годов. Фотографии показывают, как танки продираются через снежные заносы, сопровождают колонны техники на дорогах и поддерживают пехоту в заснеженных полях и в бою в пылающей сербской деревне посреди снегов.

О потерях танковой роты за этот период информации практически нет. Согласно некоторым данным, один из "Гочкисов" был потерян после того как подорвался на мине [12, р.11]. Кроме констатации факта, другая информация об этом происшествии отсутствует.

В феврале 1944 года в роту был зачислен румынский фольксдойче унтерштурмфюрер СС Михаэль Вахсманн. Он родился 13 сентября 1916 года, данных о членстве в СС не имеется. В январе 1943 года Вахсманн числится в дивизии унтершарфюрером СС, а уже в июле 1943 года - унтерштурмфюрер СС (скорее всего, он прошел обучение в юнкерской школе) в штабе 102-го тяжелого танкового батальона СС. В феврале 1944 года он снова вернулся в "Принц Евгений".

Подорвавшийся на мине танк "Тонкие" дивизии СС "Принц Евгений". Единственная подтвержденная потеря

Горные стрелки "облепили" танк "Гонкие" при форсировании горной реки

Танк "Гонкие" на горной балканской дороге

Об итоговой судьбе 7-й танковой роты СС точная информация отсутствует. По данным известного французского историка Ч. Транга уже в январе 1944 года указанная рота была расформирована [28, s.17]. С другой стороны, существует приказ Главного оперативного управления СС № 1666/44 от 17 июня 1944 года, касательно структуры горных "балканских" дивизий СС, в котором среди прочего говорилось, что танковая рота дивизии СС "Принц Евгений" расформировывается, а ее материальная часть в качестве подразделения штурмовых орудий передается в 21-ю горную дивизию СС "Скандербег" (албанскую № 1) [17, р.154]. При этом сама по себе дивизия СС "Скандербег" никакой тяжелой бронетехники не имела, то есть приказ практической реализации не имел. К тому же уже с начала 1944 года отсутствуют вообще какие-либо упоминания как о 7-й танковой роте СС вообще, так и о французских танках в составе дивизии СС "Принц Евгений" в частности, за исключением вышеупомянутого перевода в роту унтерштурмфюрера СС Вахсманна. Исходя из этого, мы склонны полагать, что рота была расформирована в начале 1944 года, скорее всего в феврале, так как Вахсманна все же в нее переводили. Скорее всего, расформировали роту "неформально", то есть на бумаге, она продолжала числиться в составе дивизии, хотя уже в никакие отчеты и не включалась, а последовавший через несколько месяцев приказ, вероятно, лишь узаконил существующее положение вещей.

Что касается французской материальной части роты, то она была передана в другие части, вероятнее всего в сформированный в феврале 1944 года 12-й танковый батальон особого назначения, укомплектованный французскими танками и развернутый из упоминавшийся 12-й танковой роты особого назначения [26, р.4] (с нашим предположением согласен и российский историк В. Дюнов). Итальянская бронетехника в основном была передана в 105-й танковый батальон СС - корпусную часть 5-го горного корпуса СС. В дивизии СС "Принц Евгений" место трофейной французской бронетехники заняли немецкие штурмовые орудия Stug-III, быстро ставшие ударным кулаком дивизии. Однако это уже совсем другая история.

Успешные действия танковой роты нашли свое отражение в награждении ее командира гауптштурмфюрера СС Рудольфа Ихрига Железными крестами 2-го и 1-го классов. 30 января 1944 года Ихриг был произведен в штурмбаннфюреры СС. После расформирования роты, он был назначен командиром 105-го разведывательного батальона СС - корпусная часть 5-го горного корпуса СС. В сентябре 1944 года Ихриг был отозван на службу в Главное оперативное управление СС, а на посту командира батальона его сменил гауптштурмфюрер СС Оскар Фолькершторфер.

Несколько слов скажем и об упоминавшемся нами унтерштурмфюрере СС Вахсманне - в сентябре 1944 года он числился в рядах 21-й горной дивизии СС "Скандербег", а в январе 1945 года - в составе 9-го танкового полка СС.

Упоминания заслуживают еще несколько прикладных моментов. Тактическая нумерация в роте состояла из двух цифр - первая цифра отображала номер взвода, а вторая - номер танка в нем. Анализ сохранившихся фотографий показывает, что номера наносились лишь на танки В2, фотоснимков пронумерованных дивизионных "Гочкисов" нами не обнаружено. В дивизии СС "Принц Евгений" танки обычно окрашивались в темно серый цвет. Эмблема дивизии - заключенная в круг руна "Одал" рисовалась желтой краской. Тактические номера наносились на башню белой краской. Зимой танки покрывались белым цветом.

Хотя "Гочкисы" и не нумеровались, однако некоторые из них, по имеющейся в немецкой армии традиции, получили свои собственные "имена", которые наносились на башню. Как правило, это было имя жены или подруги командира танка или кого-нибудь из членов экипажа. Так, известно, что один из дивизионных "Гочкисов" носил имя "Роза-Мари" (Rose Marie) [19, р.42].

Танковые экипажи дивизии СС "Принц Евгений" обмундировывались в стандартную немецкую черную танкистскую униформу. Лишь в правой петлице, вместо эсэсовских рун, общепринятых для немецких частей войск СС, они обычно носили эмблему дивизии - руну "Одал". В этом случае, если танкист был членом организации СС, то он носил специальную тканую нашивку с рунами на левом боку мундира.

В заключение стоит еще раз подчеркнуть ключевые положения. Во-первых, как мы показали, в рамках дивизии СС "Принц Евгений" существовала только танковая рота, а не батальон. Во-вторых, исходя из проведенного нами анализа из французской бронетехники на вооружении роты находились танки В2 (17 единиц), "Гочкисы" (девять единиц) и "Сомуа" (одна единица). В этом перечне мы не учитываем танки Ft-18, которые применялись для обучения личного состава. Часто встречающаяся информация, основанная на нескольких неатрибутированных фотографиях, о том, что в роте были на вооружении легкие танки "Рено" не подтверждается ни одним из известных документов, поэтому серьезные основания допускать данный факт отсутствуют.

В целом, 7-я танковая рота СС была сугубо вспомогательным подразделением, предназначенным для поддержки эсэсовской горной пехоты. Условия местности Балканского театра военных действий не давали возможностей для широкого применения танков, поэтому действия роты, как правило, носили сугубо ограниченный характер. Тем не менее, все, что от нее требовалось, она выполняла, в меру своих возможностей. Стоит отметить, что все основные типы используемых в роте французских танков - тяжелые В2 и легкие "Гочкисы" - в боевой обстановке антипартизанской войны на Балканах показали себя очень даже неплохо.

Наша статья является лишь первым кратким экскурсом в историю трофейной французской бронетехники в войсках СС вообще, и в дивизии СС "Принц Евгений" в частности. Вопрос этот очень актуален и заслуживает дальнейшего детального изучения и освещения в военно-исторической литературе.

Литература и источники

? Барятинский М. Танки Второй Мировой войны. - М.: "Яуза", "Коллекция", "Эксмо", 2009.-480 с.

? Национальный архив США - NARA (National Archives and Records Administration)

? Письмо В. Дюнова автору от 25.01.2013 // Архив автора.

? Семиряга М.И. Борьба народов (Центральной и Юго-Восточной Европы против немецко-фашистского гнета. - М.: Наука, 1985. - 328 с.

? Спасибухов Ю. Французские танки Второй Мировой войны // Бронеколлекция № 3 (54), 2004. - 34 с.