Операция «Гренада»

Операция «Гренада»

Обсуждая с польскими коллегами возможные объекты, учитывая нашу в них заинтересованность, я склонялся к предложению первую такую операцию предпринять не в столице, а на периферии. Такой важный объект и был нами совместно намечен.

Теперь предстояло тщательно отработать все необходимые меры безопасности. Прежде чем рассматривать их, кратко опишу выбранный нами объект, назовем его «Гренада».

Трехэтажный особняк старинной постройки с претензией на готический стиль. От центральной двухэтажной части отходили два трехэтажных крыла, завершавшихся остроконечными крышами, производившими впечатление башенных шпилей. Вход в объект располагался в центре и был обрамлен двумя колоннами, подпиравшими крышу. Особняк располагался на тихой неширокой улочке, выходившей на проспект с двусторонним движением. Особняк окружал небольшой сад. Участок огорожен невысоким металлическим забором. Перед усадьбой находился большой городской парк.

В центральной части особняка располагалась приемная. В правом трехэтажном крыле на втором этаже находилась квартира хозяина «Гренады», а над ней — зона безопасности (ЗБ), где работал шифровальщик.

В левом крыле на двух верхних этажах располагались рабочие помещения. На первом, сразу при входе была комната, где постоянно в ночное время дежурил сторож.

Как установили польские коллеги, помещение ЗБ представляло из себя две комнаты, вход в которые был защищен специальными металлическими дверями. Первая комната, очевидно, служила помещением для ознакомления сотрудников «Гренады» с секретными материалами, обработки поступающих почт и подготовки к отправлению своих.

Во второй, судя по тому, что при заселении «Гренады» ее хозяева произвели укрепление пола, можно было предполагать нахождение тяжелых сейфов. Там, вероятно, и работал шифровальщик. Вход в эту комнату мог быть защищен специальными запорами.

Попасть в ЗБ можно было по лестнице в центральной части особняка, так же, как и в квартиру хозяина «Гренады» и служебные помещения третьего и второго этажей.

Польские коллеги изучали обстановку вокруг «Гренады» и наблюдали за режимом работы и жизни ее обитателей последние два года, с тех пор как в ней разместился вновь прибывший хозяин объекта и началась его служебная деятельность.

Имея представление об объекте, мы приступили к рассмотрению плана проведения операции ТФП в течение нескольких ночей, которые могли потребоваться для этого. В плане предусматривалось:

— определение оптимальных сроков, удобных для ТФП, с учетом более или менее продолжительного отсутствия хозяина объекта (отпуск, отъезды из страны или многодневные поездки по стране);

— меры по отвлечению внимания шифровальщика, занятие его вне «Гренады» на время операции;

— мероприятия по отвлечению ночного сторожа из «Гренады» на период ТФП;

— тщательное наблюдение за режимом работы сотрудников «Гренады», их поведением во внерабочее время;

— меры на случай возможного вмешательства сотрудников объекта, в первую очередь, исполняющего обязанности главы «Гренады» во время отсутствия хозяина и шифровальщика.

Польские коллеги наметили ряд мероприятий оперативного порядка для того, чтобы по возможности выяснить, какие хранилища, сейфы, замки на них предстоит вскрывать, типы замков на входных дверях ЗБ, наличие охранной сигнализации. Они должны были максимально точно выяснить, какие преграды предстояло преодолевать на пути к сейфам.

Польская служба предусматривала, какие силы и средства нужно будет задействовать на период осуществления операции: подразделение наружного наблюдения, милиции, ГАИ, оперативные возможности для отвлечения внимания «опасных» сотрудников, дипломатов (приглашения в гости, на приемы, в загородные поездки и т. д.).

Можно было бы продолжить этот перечень, но думаю, что уже ясно: подготовительная работа к операции ТФП может продолжаться очень долго, пока не будет достигнута полная ясность в отношении ее безопасного проведения.

Что касается других аспектов, то достичь полной ясности до того, как удалось вскрыть хранилище, открыть сейфы и увидеть, что там находится, нельзя. Риск сработать впустую остается всегда. Но статистика многих десятков операций ТФП, проходивших у меня на глазах, говорит, что такой риск почти полностью исключается при условии правильного выбора объекта.

На личном опыте я мог неоднократно убедиться, особенно в Польше и как раз на операциях ТФП, что каким бы ни был совершенным ранее разработанный план, он редко остается неизменным в процессе его выполнения, даже порою в главных его позициях. Детали же его, как правило, определяются уже в самом процессе осуществления плана.

Отсюда не следует, что план вообще излишен или излишня его тщательная заблаговременная разработка. Отнюдь нет. Как раз наоборот, чем тщательнее разработан план и обсуждена каждая мельчайшая деталь, тем легче ориентироваться в возможных конкретных ситуациях. Ведь работа над планом как бы запускает весь механизм нашего мышления на решение поставленного задания, способствуя более уверенным действиям, сообразуясь с возникающей ситуацией.

Это оказывается особенно важным в операциях ТФП, когда крайне ограничено время, жестко определено узкое поле маневра и на исполнителе лежит огромная ответственность за успех дела.

Вторая особенность планирования операций ТФП связана с учетом деталей. Разведчики-профессионалы прекрасно знают, что в разведке нет мелочей. Многие провалы разведчиков и отдельных разведывательных операций как раз и являлись результатом мелких ошибок, отдельных небрежностей или легкомысленности исполнителя.

Кстати, как показало расследование дела Эймса, как раз мелкие небрежности этого агента в обращении с разведывательными материалами, которые он готовил для нас, и послужили решающей причиной, ускорившей его арест.

Специалисты по операциям ТФП должны обладать способностью видеть все мелочи, связанные с их внедрением в чужие хранилища. Без этого качества невозможно было бы обеспечивать принципиальное требование к безагентурным операциям: не оставлять даже мельчайших следов своего пребывания в обрабатываемом объекте.

И еще одно важное для разведчика качество — умение посмотреть на себя со стороны. Критический взгляд на свои действия, как правило, помогает обнаруживать отдельные нестыковки, непродуманность планов, выявляет новые возможности достижения цели. Главное при этом опять же состоит в том, чтобы не упустить каких-то мелочей, которые могут порою решить участь всей операции.

Эти отступления не случайно пришли мне на ум при обсуждениях с польскими коллегами плана операции ТФП в «Гренаду». Именно тогда у нас при осуществлении операции появилось много неожиданных мелочей, а наши первоначальные наметки требовали критической переоценки.

Когда план и все необходимые пояснения к нему были направлены в Центр, там опытные специалисты, уже ранее не раз проводившие аналогичные операции, сделали ряд существенных поправок и дополнений, которые с признанием их обоснованности были приняты польской стороной.

Окончательный план операции «Гренада» предполагал осуществление ее в два этапа.

Первое проникновение в объект предполагало участие нашего специалиста в открытии двери в ЗБ и ознакомление с той дверью, которая предположительно должна преграждать вход в сейфовую комнату.

Второе проникновение, если не возникнет сомнений в доступности второй двери, должно быть основным и предполагало вскрытие сейфового помещения, сейфов и обработку их содержимого.

Обработку-вскрытие пакетов и фотографирование их содержимого было решено производить на месте, в чем должен участвовать, наряду со специалистами польской разведки, также и наш мастер по вскрытию особо сложных упаковок, например шифров, которые мы ожидали найти там.

Но этот первоначальный план пришлось по ходу операции изменить с учетом работы в течение трех ночей, в связи с внезапно возникшими обстоятельствами.

В ночь операции мой сотрудник, работавший по координации взаимодействия нашего 2-го ГУ (контрразведка) со вторым департаментом МДВ Польши (также контрразведка), выехал вместе с польской бригадой и нашими специалистами в город «Гренады». Он был обязан постоянно находиться на командном пункте, откуда обеспечивалось руководство операцией, и поддерживать связь со мной. Естественно, в эту ночь я почти не спал, тем более что от успеха операции зависел целый ряд других намечавшихся ТФП в такие же ответственные объекты.

Можно сказать, что от успеха этой ночи зависело мое дальнейшее участие в операциях ТФП, благодаря которым я почувствовал ни с чем не сравнимый «разведывательный вкус», разведывательный азарт.

Первый звонок меня сильно встревожил. Как сообщил мой представитель, в назначенный час начала операции, при подходе к «Гренаде» бригада заметила на большой парковой поляне перед объектом много мелькающих огоньков, которые в наступившей темноте создавали впечатление, что там, практически в непосредственной близости от «Гренады», находятся какие-то люди с ручными фонарями и что-то делают. Немедленно поступила команда приостановить операцию до выяснения причин обнаруженного явления.

Польские коллеги довольно быстро выяснили, что «блуждающими» огнями были не глаза собаки Баскервилей, а безобидные фонари в руках любителей рыбалки, вышедших на сбор улиток для предстоящей ловли рыбы. Тогда операция была возобновлена, но с опозданием почти на два часа.

Дальше все шло по плану. «Гренада» была объята тишиной, так как единственный ночной сторож покинул ее по приглашению его задушевного друга. Хозяин «Гренады» находился в пасхальном отпуске, заместитель его выехал в ознакомительную поездку на несколько дней по стране, разрешив своему шифровальщику свободные от работы праздничные дни проводить на даче. Создавалась максимально благоприятная обстановка для работы бригады, и она, несмотря на опоздание, смогла даже перевыполнить запланированную на первую ночь часть работы. Вход в зону безопасности был открыт нашим специалистом без особого труда, и раскрытый им шифр кодового замка на входной двери был передан полякам.

В первой комнате, как и ожидалось, ничего интересного для бригады не оказалось, там находилось несколько рабочих столов, за которыми, очевидно, сотрудники «Гренады» работали с секретными материалами и знакомились с приходящими шифртелеграммами.

Дверь в помещение шифровальщика была металлической, вероятно, стальной. Ее замок также был с кодом и, кроме того, требовал еще специального ключа. Шифр, закрывающий замочную скважину, был разгадан нашим специалистом, а с ключом на редкость быстро разобрался польский специалист-«взломщик», подобравший соответствующую сложную отмычку из своего набора. Кстати, этот опыт поляков с открытием сложных замков оказался полезным для наших «взломщиков».

Открыв со всеми предосторожностями эту заветную дверь и убедившись в отсутствии на двери или в замке счетчика открытий-закрытий двери, наши специалисты определили, что сейфовые замки находившихся там двух сейфов им известны по другим операциям. Они были готовы во вторую ночь открыть их, продолжив операцию, как планировалось. На этом этапе операция была прервана.

Настоящий казус произошел на вторую ночь. Когда бригада подошла к «Гренаде», электрический свет погас во всем квартале. Поскольку для обработки содержимого сейфов да и открытия их самих требовалось хорошее освещение, операцию пришлось отложить.

Как выяснилось, местные польские коллеги переусердствовали. Желая облегчить конспиративный вход в объект, они отключили электроэнергию во всем городском районе, где находилась «Гренада».

В связи с этим было принято решение перенести заключительную, основную часть операции на третью ночь, тем более что такая резервная возможность планировалась. Это оказалось очень кстати.

Третья ночь прошла спокойно, бригада по проторенной дороге быстро вошла в шифрбюро, тщательно зашторив окна имевшимися там плотными шторами, приступила к открытию сейфов.

Первый сейф был вскрыт нашими специалистами через полчаса с помощью аппарата «Р». Внутренний замок сейфа после вскрытия шифрзамка был открыт заранее подобранной нашим «взломщиком» универсальной отмычкой по известной ему по прошлому опыту методике.

Польский «взломщик» по ходу работы знакомился с опытом нашего специалиста с тем, чтобы в дальнейшем самостоятельно вскрывать сейфы. Внутри открытого сейфа оказался ключ от второго, шифровальный код которого также был разгадан с помощью спецаппарата за несколько минут. Оба кода к сейфовым замкам были переданы польским коллегам, как это и предусматривалось планом.

Далее началась обработка находившихся в сейфах документов, которых оказалось больше, чем ожидалось. Кроме того, были очень аккуратно вскрыты и скопированы находившиеся там шифрдокументы, текущего употребления и резервные. Особенно сложной оказалась упаковка резервных документов, к чему, однако, наш специалист был готов также на основе имевшегося у него опыта по аналогичному объекту в другой стране. Поэтому он смог справиться с задачей в установленное для него время.

Вся операция продолжалась с полуночи до четырех утра, когда бригада покинула «Гренаду», оставив ее внешне в прежней девственной чистоте и унося с собой на фотопленках добытые секреты.

Когда в пятом часу мой представитель доложил по телефону об успешном завершении операции, я поздравил его (и мысленно себя) с успехом.

Теперь оставалось ждать, что же из добытых в «Гренаде» материалов поляки передадут мне для отправки в Центр.

Наши коллеги находились под большим впечатлением от возможностей наших специалистов и явно были заинтересованы в дальнейшем развитии нашего сотрудничества. Это и понятно, ведь к операции «Гренада» они готовились более года, с момента нашего совместного успеха в операции «Гамлет».

Теперь, имея шифры дверных и сейфовых замков, они могли по проторенной дороге осуществлять повторные операции самостоятельно. Нам же предстояло переходить к другим, не менее сложным операциям, где полякам также требовалась помощь наших специалистов из Центра.

Надо отметить, что если после предыдущих совместных операций «Бул» и «Гамлет» поляки передали нам из добытых разведывательных материалов только то, что не касалось польских внутренних дел, то на этот раз они сделали явное исключение.

Через несколько дней на моем столе оказались копии шифрдокументов «Гренады» и целый ряд секретных отчетов сотрудников этого объекта об их работе в Польше, с оценками внутриполитического положения и даже доклад-письмо самого главы «Гренады» в свое посольство в Варшаве и в МИД страны.

Из этого многозначительного факта я сделал заключение о том, что они очень довольны результатами совместной операции.

Прежде, чем перейти к другой операции, расскажу о чрезвычайном происшествии, возникшем у польских коллег, когда они самостоятельно проводили повторные операции ТФП в «Гренаду».

А произошло следующее.

Польские коллеги примерно через месяц после нашего совместного входа в «Гренаду» провели первую самостоятельную операцию вполне успешно и запланировали теперь уже регулярное проведение их раз в квартал.

Следующее проникновение было приурочено к весенним школьным каникулам, когда глава объекта, имевший двух детей-школьников, выезжал в отпуск на родину.

Операция развивалась нормально, и ничто не предвещало никаких неприятностей. Вдруг, в то время, как польские специалисты уже достигли бюро шифров и открывали сейфы, собираясь начать обработку их содержимого, один из членов бригады обратил внимание на какие-то странные звуки. Все мгновенно прислушались и быстро установили, что звуки исходили из деревянного шкафа. Еще раньше при входе в бюро шифров поляки обратили внимание на то, что мебель была другая. Естественно, они ее внимательно проверили, но ничего необычного в ней не обнаружили.

Теперь же, тщательно исследовав то место, откуда слышался странный звук, они обнаружили аккуратно заделанную в верхней части шкафа миниатюрную кинокамеру, в которой крутилась пленка, издававшая шуршащие звуки.

Немедленно операция была приостановлена, и вся бригада стала проверять остальную мебель в бюро и вскоре обнаружила вторую кинокамеру. Обе камеры имели автоматический запуск и располагались так, что охватывали все помещение. Возник вопрос: что делать?

Коль скоро сейфы были уже открыты, их содержание было в быстром темпе обработано. Затем обе пленки в камерах были засвечены и возвращены в кинокамеры, а последние помещены на свои места так, что не было оставлено никаких следов их изъятия.

После этого бригада поспешно покинула «Гренаду». Было ясно, что операция ТФП в этот объект была провалена. Оставался вопрос, что послужило основанием для установления контроля за помещением бюро шифров.

Когда об этом чрезвычайном происшествии стало известно нашим специалистам в Центре, они пришли к однозначному выводу: поляки допустили какой-то промах при самостоятельном посещении «Гренады». Поэтому твердо рекомендовали не проводить больше операций ТФП в этот объект, приняв меры к наблюдению за возможными признаками проявления тревоги в «Гренаде».

С этой рекомендацией наши польские коллеги согласились без колебаний, понимая всю серьезность сложившейся ситуации. Однако их анализ, а затем и тщательное рассмотрение всех обстоятельств проведения двух первых операций (совместной с нашими специалистами и самостоятельно), вместе с нашей бригадой, прибывшей в Польшу для участия в операции по другому объекту, не смогли выявить каких-либо причин, которые могли бы послужить основанием для принятия обнаруженных в «Гренаде» мер контроля за шифрбюро.

В дальнейшем польские коллеги якобы установили, что причиной были сугубо внутренние меры безопасности, направленные на предупреждение несанкционированного доступа в шифрбюро кого-то из сотрудников «Гренады». Насколько было известно полякам, никаких явных последствий засвечивания кинопленок не проявилось ни в поведении сотрудников «Гренады», ни во внешних мерах обеспечения охраны объекта, которые оставались прежними.

Однако это объяснение не давало основания для того, чтобы считать снятым возможность появления у хозяев «Гренады» подозрений о внешнем вмешательстве, тем более что это чрезвычайное событие совпало с началом наших операций ТФП. А в разведке не рекомендуется верить в такие совпадения, они, как правило, не бывают случайными.

Таким образом, «Гренада» как возможный объект новых операций ТФП была исключена из нашего списка.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.