Досмотр

Досмотр

Полночь. Мы спускаемся налегке. Пулеметчик имеет одну патронную ленту в сто пятьдесят зарядов. У меня шесть снаряженных магазинов в нагруднике и один в автомате, четыре наступательных гранаты Ф-1. Мощная тяжелая «эфка», на мой взгляд, универсальна. И уж если дошло дело до ее применения, граната незаменима никаким другим типом.

Летом и осенью батальоном использовалась горная граната РГО, имеющая контактный взрыватель и срабатывающая после броска при касании препятствия. Но сложность применения — кидать ее нужно по определенным правилам, придавая кистью вращение, — заставляла бойцов пренебрегать ею. Позже неприжившуюся новинку за массовые нарекания сняли с вооружения. Наступательная граната РГД не рассматривается спецназовцами всерьез.

Досмотр начинаем с хвостовой фуры. Грузовик — старинный агрегат с кустарно выполненной кабиной, наверное, первых послевоенных выпусков. Здесь, в Афганистане, за ними закрепилось устойчивое название «барбухайка». Защитный длинный металлический кожух моторного отсека венчает трехлучевая звезда «Мерседес-Бене». Двери распахнуты. Они самодельные, изготовлены из дерева, покрыты резьбой, обрезы обиты тонким листовым металлом. Диван в кабине обшит атласной парчой, на свесах ткани — бахрома. Вся задняя стена над спинкой залеплена наклейками с арабскими текстами. Маленькое лобовое стекло разделено пополам металлической стойкой. Внутри салона негромко звучит этническая музыка, светодиоды магнитолы переливаются в такт мелодии. С пассажирской стороны на укрепленной на «торпедо» ручке подвешен за ремень Калашников. Второй поставлен на отомкнутый приклад в угол за сиденье водителя. Хозяев нет, следы крови в салоне отсутствуют. По сноровке, с которой они покинули опасное место, пожертвовав оружием, и по тому, как грамотно, укрываясь корпусом автомобиля под огнем, отошли без потерь, можно сделать вывод: бывалые, черти!

Трофейное стрелковое оружие и ствол от крупнокалиберного пулемета обнаруженные разведчиками группы старшего лейтенанта Паршина в уничтоженных автомобилях

Высокие борта позволили плотно забить большой кузов: мешки, короба, корзины громоздятся друг на друге, взбираясь выше кабины. Двое спецназовцев забираются внутрь. Разфебая товары, пытаются добраться до дна, ищут оружие, спрятанное под вещами. Мешающие им предметы сбрасывают. Я занял позицию у тыльного борта, укрывшись за рамой. С намерением в случае необходимости прикрыть их поиски изготовился к стрельбе.

При падении от удара лопается фанерный короб, разбрасывая содержимое — блоки сигарет. Большая плетеная корзина, наполненная апельсинами, вываливается следующей. В кузове таких емкостей с десяток с несколькими сотнями килограммов зимних фруктов. Оружия нет. Стало ясно — это фура торговцев. Во время войны на территории Афганистана действует комендантский час. Передвижение транспортных средств запрещено с пяти часов вечера до семи утра, никаких остановок и проверок. Нарушитель рискует попасть под огонь без предупреждения со стационарного поста или угодить в засаду спецназа ГРУ.

Досмотр закончен. Второй грузовик располагается неудобно для нас. В пятидесяти метрах от него начинаются небольшие холмы, их склоны рассечены неглубокими оврагами. В них легко укрыться противнику. Старший лейтенант предпочитает не рисковать попусту, дает команду на отход.

— Мы поднимаемся, — сообщает он, связавшись по рации с вершиной.

Возле меня лежит объемный мягкий тюк. Вспоров ножом его боковину, нахожу, что он набит сотней скатанных в тугие трубки мешков. Вытаскиваю один, раскрываю и собираю валяющиеся под ногами плоды.

— Через четыре часа, на рассвете, опять пойдем досматривать второй транспорт, тогда и наберем, — комментирует мои действия один из разведчиков.

Оставляю без внимания его замечания. Сейчас предпочитаю синицу в руках, чем журавля в небе.

— Все, пулеметчик на месте, отходим, — сообщает Паршин.

Двойка подгруппы досмотра переместилась к горе. Заняла позицию, расположившись на краю обрывистого склона невысокого холма. Мы отходим по степи, ориентируясь на их возвышенность. Движемся быстро, проходим под обрывом, огибаем сопку. Пулеметчики, нагоняя нас, замыкают движение. Вся подгруппа без промедления начинает подъем. Все время меня преследует мысль о том, что «проводники» не ушли далеко, а, затаившись, ждут, оценивая ситуацию. Тело напряжено в ожидании выстрелов в спину.

Наверху нас с нескрываемым весельем встречают товарищи. Хотя трофеев мало, все разведчики рады, что мы в безопасности и досмотр завершен.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.