ЗАЙМИТЕСЬ ДЕЛОМ, КОМАНДИРЫ

ЗАЙМИТЕСЬ ДЕЛОМ, КОМАНДИРЫ

Насколько я помню, есть у великого А.В. Суворова высказывание: «Если хочешь разложить действующую армию, размести ее гарнизонами».

От монотонности и серости будней, однообразия проводимых мероприятий, охранных функций дисциплина в дивизии стала прихрамывать. Например, в 317-м гв. пдп солдаты распили на троих пахнувшую спиртом непонятную жидкость из ярко оформленного флакона с надписью по-английски и скончались. Оказалось, что «соображали» они ядовитой жидкостью для промывки стекол. Подвело их незнание английского, поскольку о назначении жидкости было написано на этикетке. Родителям, конечно, написали, что погибли их дети в бою.

Чтобы в большей степени занять личный состав полезными делами, командир дивизии приказал, как в Витебске, ежедневно проводить занятия по боевой подготовке, применительно к местным условиям. Должен отметить, что дивизионные разведчики, не дожидаясь подобных приказов, давно использовали любую свободную минуту для тренировки личного состава в горах. Нагрузка для солдат и офицеров в условиях высокогорья колоссальная, но молодые и физически закаленные ребята все стойко переносили. За основу подготовки была принята и утверждена программа ферганских разведчиков. Нет сомнений в том, что успех разведывательных подразделений 103-й гв. вдд при выполнении боевых задач в Афганистане в немалой степени зависел от преемственности накопленного опыта, форм и методов обучения личного состава офицерами бывшей 105-й гв. вдд. по ведению разведки в горно-пустынной местности.

Долгие годы в Ферганской дивизии разведкой руководил полковник Пантюшенко И.Г., участник Великой Отечественной войны, грамотный, требовательный начальник и замечательный военный педагог, умевший найти подход не только к командирам, но и к рядовым разведчикам. Благодаря его инициативе и настойчивости разведчики стали заниматься горной подготовкой. Позднее ее ввели в «Программу обучения разведывательных подразделений» как обязательный предмет.

В Ферганской дивизии тактические и тактико-специальные учения парашютно-десантных и специальных подразделений планировались и проводились в горной местности. Разведывательные роты отрабатывали учебные задачи по ведению разведки в горах, захвату и удержанию горных перевалов и господствующих высот, разведке и перекрытию маршрутов движения вероятного противника. Для повышения эффективности учебного процесса в урочище Дугоба, рядом с альпинистским лагерем, начал создаваться горный учебный центр для подготовки разведчиков.

К проведению занятий с личным составом привлекались мастера спорта по альпинизму И. Сенчищев, В. Несповитый, А. Бапинский, А. Кузнецов, В. Крылов и другие. Позднее в каждой разведывательной роте офицеры, прапорщики и наиболее подготовленные сержанты и солдаты становились нештатными инструкторами. Личный состав разведывательных рот был обеспечен альпинистским снаряжением. С подразделениями на местности проводились комплексные занятия с учетом тактической и огневой подготовки. Одновременно отрабатывались вопросы выживания в горах и подготовки баз ночевки и отдыха личного состава. Занятия по горной подготовке заканчивались одно-двухсуточным восхождением на одну из новых горных вершин.

В 1976 году в честь 46-й годовщины ВДВ разведчики осуществили восхождение на безымянную высоту с отметкой 4664 метра, и позднее ее официально назвали Пиком ВДВ. Разведчики с гордостью носили значки «Альпинист СССР».

Школу полковника Пантюшенко прошло немало офицеров-разведчиков. Многие из них выполняли интернациональный долг в Афганистане: В. Востротин, А. Качанов, В. Ливенский, В. Манюта, В. Никифоров, А. Попов, И. Попов, А. Шатский, Ш. Тюктеев, В. Карпов, Л. Хабаров, В. Гуринов, В. Гущин, Г. Землянухин, С. Кухаренко и многие другие.

Лучшие традиции ферганцев использовали в своей подготовке витебские разведчики. В предгорье горы Ходжа-Раваш личный состав 80-й отдельной разведывательной роты первым в Афганистане оборудовал небольшой полигон для проведения занятий с одним разведвзводом. На полигоне разведчики учились специфике стрельбы в горах — снизу вверх и сверху вниз. Понукать разведчиков не приходилось, все понимали, что от уровня подготовки каждого в бою зависит собственная жизнь и жизнь товарищей.

Одновременно решались и вопросы горной подготовки. Место для полигона было выбрано удачно — недалеко от расположения разведчиков и на высоте более двух тысяч метров над уровнем моря. Условия занятий для увеличения или снижения нагрузки менял по своему усмотрению командир роты старший лейтенант И. Комар. В последующем стали проводиться комплексные занятия, на которых одновременно отрабатывались вопросы разведывательной, огневой и горной подготовки. Механики-водители совершенствовали навыки вождения боевых машин на склонах предгорья.

Меры безопасности на занятиях обеспечивали наблюдательные посты разведчиков, которые одновременно выполняли задачи оцепления. Качество занятий заметно улучшалось с каждой неделей. Совместно с дивизионными разведчиками занятия проводила и разведрота 350-го гв. пдп. Командир полка подполковник Шпак Г.И. всегда ратовал за все новое в обучении не только разведчиков, но и парашютно-десантных рот.

Однажды на комплексное занятие по тактической подготовке я пригласил командира дивизии. Предварительно на красочно оформленной схеме были отражены тема, цель занятий и отрабатываемые учебные вопросы. Теория генералу Рябченко понравилась, и он дал добро на практические действия. Для создания условий, близких к реально боевым, была подготовлена имитация для обозначения огня артиллерии и подрыва объекта. Магазины пулеметов и автоматов снаряжались с трассерами, чтобы лучше видеть результаты стрельбы. Действия разведчиков в горах были стремительными, умело использовались складки местности, метко поражались цели. Маршрут разведгруппы предусматривал движение во всех направлениях — снизу вверх, сверху вниз и по косогору. Во время движения поражались внезапно появляющиеся цели. На последнем этапе разведчики осуществили захват и подрыв объекта пока условного противника.

На отработку всех учебных вопросов разведчики затратили ровно пятьдесят минут. Занятие прошло поучительно и с большой физической нагрузкой. Командир дивизии был очень доволен увиденным и проникся еще большим уважением и доверием к разведчикам. Я же был доволен своими подчиненными не менее командира.

На прощание генерал-майор Рябченко выразил просьбу один раз в неделю выделять «полигон» для учебы подразделениям парашютно-десантных полков. Позднее для полков был оборудован свой полигон на соседней горе. К большому сожалению, из-за малой емкости полигона полковые подразделения не могли в полной мере использовать опыт подготовки разведчиков и приобретали его в бою в горах при уничтожении бандформирований.

Серьезное внимание в разведротах уделялось подготовке сержантов. Выполняя боевые задачи, разведчики часто действовали на разобщенных направлениях небольшими группами. Поэтому подготовка сержантов должна была соответствовать уровню подготовки офицеров.

Накапливался боевой опыт, и более целенаправленно использовалась любая свободная минута для повышения уровня боевой подготовки частей и подразделений. Все понимали, что от этого зависит их жизнь и успех при выполнении любой задачи. С утра и до глубокой ночи в предгорье за аэродромом проходили комплексные занятия. Новаторами всегда были офицеры дивизионной разведроты, да и среди солдат и сержантов было немало рационализаторов.

Большое внимание уделялось стрельбе из стрелкового оружия. Разведчики поддерживали хорошие отношения с офицерами спецподразделений, потому что в полевых условиях смастерить что-либо для роты было большой проблемой. Как-то при заходе на посадку самолет «Ан-12» потерпел аварию. Выскочил за посадочную полосу, поломал шасси, крылья и загорелся, при этом подмял под себя пусковую установку артиллеристов, которая находилась на позиции, и серьезно ее подпортил. Самолет удалось потушить, однако восстановлению он не подлежал. Разведчики выпросили алюминиевую обшивку самолета, из этого материала сделали мишени уменьшенного размера. На свалке отыскали трубы, в автопарке — списанные опорные катки боевых машин. Из всего этого материала сделали уменьшенные мишени — грудные, поясные и ростовые. Одним словом, вспомнили и восстановили дедовский метод обучения стрельбе — «показать», «убрать». Место для мини-стрельбища определили с восточной стороны горы Ходжа-Раваш.

Тренировки проводились из всех видов стрелкового оружия, включая стрельбу одиночными выстрелами из пулеметов боевой машины. Во время занятий особое внимание уделялось соблюдению мер безопасности и боевому охранению, которое одновременно, как уже отмечалось, в соответствии с курсом стрельб из стрелкового оружия выполняло роль оцепления.

Результат не заставил себя ждать, с каждым днем качество огневой подготовки стало заметно расти, а стрелки начали соревноваться, кто быстрей и с первого выстрела поразит цель. Однако командир роты ст. лейтенант Комар И.Г. понимал, что можно достичь большего результата, если улучшить методику проведения занятия, максимально приблизив его к условиям реального боя, и увеличить глубину и емкость мини-стрельбища, перемещая обучаемых из предгорья в скалистые участки горы.

Я поддержал инициативу командира роты. В результате начали проводиться многочасовые комплексные занятия с выходом на вершину. Многие командиры подразделений последовали этому примеру, а разведчики 350-го полка оборудовали аналогичный мини-полигон.

Со временем занятия усложнялись, на тактическом фоне в постоянном перемещении отрабатывались главные вопросы всестороннего обеспечения боя, а завершались они боевой стрельбой в составе взвода. Нагрузка на личный состав возрастала, но разведчики быстро втянулись и бегали по горам с полной выкладкой, как барсы. Люди старались, понимая, что сегодня они стреляют по фанерным мишеням, а завтра будут уверенно воевать в любой обстановке с реальным и тоже хорошо подготовленным противником.

Сложнее было организовать подобные тренировки с разведротами 317-го и 357-го полков, которые дислоцировались в Кабуле и охраняли особо важные государственные объекты. Тем не менее по договоренности с дивизионными разведчиками им периодически удавалось проводить такие занятия.

В 317-м пдп на занятиях по огневой подготовке произошел случай, ставший международным скандалом. Заместитель командира парашютно-десантной роты ст. лейтенант А. Юнатский во внутреннем дворе резиденции Бабрака проводил занятия с наводчиками-операторами по изучению комплекса управляемого вооружения боевой машины десанта. Один из обучаемых плохо выполнял норматив по приведению «ПТУРа» «Малютка» в боевое положение, и офицер решил личным примером показать ему, что и как делать. В боеукладке «БМД» находились боевые ракеты. Юнатский — мастер своего дела, его действия доведены до автоматизма. Вот и на этот раз он прекрасно справился с упражнением и по глубоко усвоенной привычке автоматически нажал на пуск. Боевая противотанковая ракета, управляемая по проводам, ушла в кабульское небо, куда — неизвестно. Вскоре выяснилось, что она угодила во двор корейского посольства. Взрывом выбило стекла здания, был испорчен газон. Испугом отделалась жена посла, сидевшая возле окна. По тянувшемуся за ракетой проводу быстро нашли стрелков. Нужно было улаживать конфликт. Корейский посол оказался выпускником ленинградского вуза и моментально все простил десантникам «по-землячески». Но его жена, коренная русская ленинградка, за нанесенный ей моральный ущерб содрала с нашего государства 20 тысяч инвалютных рублей. Никакие уговоры не помогли.

После этого инцидента «ПТУРы» во всей дивизии изъяли и сдали на склад, а Юнатского в наказание досрочно отправили на Родину продолжать обучение наводчиков в мирных условиях.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.