«Янус»

«Янус»

В то же время и в тех же брянских лесах параллельно велась радиоигра «Янус», начавшаяся при трагикомичных обстоятельствах. В Семлевский райотдел НКГБ (Смоленская область) 2 сентября 1944 года пришли с повинной командир высадившейся днем ранее с самолета «Фокке-Вульф-187» группы (16 чел.) И. Базалий (по документам прикрытия — «офицер стрелкового полка внутренних войск НКВД Ярошенко», на самом же деле — бывший белый казачий офицер, затем учитель средней школы в станице Ессентукская, ушедший при отступлении немцев в январе 1943 года с ними и служивший полицейским в лагере «остарбайтеров», где и вступил в НТСНП и был завербован абвером) и начальник штаба группы Епифанов.

Начальник райотдела старший лейтенант Кухлин, которому раскаявшиеся диверсанты все рассказали и попросили лошадь, чтобы вернуться в отряд за грузом, не смог принять какого-либо решения. Позвонил начальнику райотдела смежного ведомства (НКВД). Пословица «один ум хорошо, а два лучше» в данном случае не сработала. Командиру группы пришлось взять инициативу в свои руки и пешком вернуться к месту дислокации отряда.

Непонятно, как бы события развивались дальше, если бы не стремление начальника райотдела НКГБ решить возникшую проблему. В десяти километрах от райцентра базировался 37-й запасной стрелковый полк 3-й запасной стрелковой дивизии Орловского ВО. Начальник полкового отдела «Смерш» капитан Литвинов, к которому обратился лейтенант Кухлин, доложил о происшедшем казусе начальнику ОКР «Смерш» дивизии майору Маслову. Последний, взяв с собой опергруппу — роту автоматчиков, без единого выстрела захватил парашютистов.

О задержании было доложено в ОКР «Смерш» Белорусского военного округа, оттуда в Москву. Пока начальство решало, как использовать диверсантов, Маслов организовал розыск выброшенного с самолета имущества. Были найдены ящики с гранатами, антисоветскими листовками и разными документами, а также шесть парашютов. Немало амуниции и шпионского снаряжения диверсанты имели и при себе: 4 автомата ППШ, 11 винтовок СВТ, 2 ручных пулемета Дегтярева, 30 ручных гранат, 30 противотанковых мин, около 20 килограммов тола, а также 150 тысяч рублей советскими деньгами и сухой паек на 15 суток.

Одновременно шли интенсивные допросы немецких агентов. Чекистам удалось выяснить, что группе предстояло действовать в районе Москва — Витебск — Смоленск — Тула. Диверсанты должны были представляться «6-й партизанской бригадой имени Ленина».

На допросе И. Базалий рассказал о задачах, полученных его отрядом от немецкой разведки (сохранены стиль и орфография оригинала. — Авт.):

«1. Осуществление террористических актов против крупных партийных военных работников, и в первую очередь, работников НКВД. Для этой цели немецкой разведкой мне было обещано дополнительно выслать определенные яды, бесшумные пистолеты, толченое стекло и другие средства.

2. Осуществление диверсионных актов, как-то взрывов мостов, стратегически важных железных дорог, взрывы железнодорожного полотна в момент прохождения воинских эшелонов, водопроводных башен, электростанций, заводов оборонного значения, поджог колхозного имущества.

3. Вести антисоветскую агитацию среди колхозников, рабочих и красноармейцев. Антисоветскую агитацию вести в разрезе: среди колхозников — о невыполнении хлебозаготовок государству и о роспуске колхозов. Среди рабочих вести антисоветскую агитацию в разрезе саботирования ими госплана. Среди красноармейцев своей антисоветской агитацией добиваться, чтобы последние отказывались воевать далее границ СССР 1939–1940 годов.

4. Вести шпионскую работу, интересоваться прежде всего политико-моральным состоянием военнослужащих, имеют ли стремление продвигаться до Берлина, какими резервами располагает Красная Армия, дислокация воинских частей, наличие оборонных предприятий и их производительная мощность.

5. Дискредитация крупных партийных, советских, военных работников и работников НКВД.

Для этой цели использовать метод посылки провокационных писем в их адреса. Антисоветскую агитацию рекомендовалось проводить путем личного общения с населением из числа неблагонадежных, практиковать вербовки. Практиковать метод распространения листовок антисоветского содержания через завербованных нами лиц, путем расклейки на витринах в общественных местах, путем якобы случайно забытых в этих местах. Упор на антисоветскую агитацию рекомендовалось проводить в основном в населенных пунктах со значительной плотностью населения.

Для изготовления листовок нам выдана специальная типография, приспособленная в специальной рубахе с отдельными карманами на каждую букву русского алфавита…»

Наконец, Москва утром 5 сентября 1944 года приняла решение начать радиоигру «Янус». В ней участвовали сам Базалий и радисты группы Г. Поляков и Н. Крылов[212].

В первой радиограмме, отправленной 9 сентября 1944 года, немцам сообщили, что при высадке людей разбросало далеко друг от друга, в результате чего потерялась половина группы и весь багаж. У абвера срочно запросили «помощи».

Вот как звучал текст этого сообщения. «Выброшены примерно 40 км от Вязьмы на территории Семлевского района. Люди и грузы сброшены не по плану. Со мной осталось 8 человек, радиостанция и у людей личный груз. В условленные места не иду, остановился в лесах Оленинского района. Подробности дополнительно. Жду указаний. Ярошенко».

Затем Базалий отправил 18 сентября 1944 года еще одну довольно резкую телеграмму. «Меня с уцелевшими людьми поражает ваше длительное молчание. Продукты вышли, снаряжения и боеприпасов нет. Прошу обеспечить всем необходимым и картами. Работать здесь можно, кое-что делаем. Ярошенко».

Видимо, все это подействовало на руководство абверкоманды-103 (позывной «Сатурн», с 1942 по 1945 год в ней работал советский контрразведчик А. И. Козлов) и они ответили, что груз пришлют. Кроме того, они отправляли в помощь группе «пять новых ребят, надежных и деловых». «Все вам подчиняться согласны. Пароль для новых ребят: дождь, дождь, а для вас: снег, снег. Ребята имеют с собой лист с перечнем груза и письма Ярошенко». Базалий радировал в ответ, что тронут вниманием и заботой руководителей, доверие начальства оправдает.

Радиоигру решили продолжить. В немецкий тыл ушла телеграмма следующего содержания:

«Долгожданный груз получили, успешно собираем. Один пакет взорвался и сгорел. Прибывшие в полном здоровье. Все шлем вам сердечное русское национальное спасибо, а особенно я за ваше личное внимание и награду. Клянемся продолжить общее великое дело. Как в «штиле нахт» — мы мысленно с вами. Крепко целуем вас. Ярошенко».

Немцы в итоге «клюнули», Базалию — Ярошенко было даже присвоено звание капитана власовской РОА, о чем и сообщили по радиосвязи.

С немецкого самолета 21 декабря 1944 года было сброшено 4 диверсанта в форме советских офицеров. Чтобы вызвать диверсантов на откровенность, был разыгран спектакль. Смершевец, выступавший в роли заместителя Ярошенко, встретил немецких агентов, уже разоруженных. Их «заподозрили» в провокаторстве, в доказательство старший группы И. Горбатов (представлял «Центральный штаб национальных партизан», от имени которого должен был вручить отсутствовавшему Базалию — Ярошенко орден «национальных партизан» 3-го класса) подробно рассказал о разведшколе. Агентов заставили написать подробные рапорты на имя «Ярошенко» с описанием работы разведшколы, ее сотрудников и т. д. Все это время они охранялись группой захвата из 3 оперативников и 10 солдат и офицеров батальона охраны УКР «Смерш» МВО. 24 декабря диверсантов перевезли в Москву для встречи с Ярошенко и доставили на площадь Дзержинского. Было захвачено и 3250 кг груза (походная типография, 10 тыс. экземпляров литературы, естественно, антисоветской, фиктивные документы, вооружение, снаряжение, боеприпасы и продукты).

Радиоигра «Янус» была прекращена в начале 1945 года, когда погибающему Третьему рейху было уже не до смоленских партизан[213].

Данный текст является ознакомительным фрагментом.