Спецоперации

Спецоперации

Силы специальных операций (ССО) на сегодняшний день являются мощным и оперативным инструментом США для решения самых разных вопросов во всех уголках мира. Бойцы этих подразделений убили Усаму бен Ладена, неоднократно проводили секретные рейды в джунглях Латинской Америки, были обнаружены на территории Ливии и Сирии. Недавно они произвели жуткий переполох на Филиппинах, пытаясь обезвредить одну повстанческую группировку, но вызвали своими действиями международный скандал, который сейчас тщательно скрывают.

Но спецназовцы – это не только стрельба на поражение, но еще и информационно-психологическая война, разведка, научные исследования и разработки, внедрение новых методов противоборства.

Как пишет американский исследователь в области военных кампаний США Ник Турс, количество военнослужащих сил специальных операций с 2001 по 2014 годы возросло с 33 тысяч до 72 тысяч человек личного состава, а бюджет вырос с 2,3 млрд долл. до 10,4 млрд долл. соответственно. На 2013 год войска ССО были размещены в 134 странах.[86]

Очевидно, что далеко не во всех этих странах идут войны или критическая ситуация. Зачем тогда нужно размещать там спецназ? Дело в том, что эти войска являются многопрофильными и выполняют самые разные задачи.

По данным Департамента обороны, «USSOCOM организует, тренирует и оснащает ССО для проведения основной деятельности специальных операций… и других подобных мероприятий, которые могут быть определены президентом и/или министром обороны. Эти основные виды деятельности отражают коллективные возможности всех объединенных ССО, а не тех, которые выполняет одна служба или подразделение.

Известны следующие виды деятельности ССО.

1. Прямое действие. Кратковременные атаки в чужом, вражеском или дипломатически чувствительном окружении для захвата, уничтожения, пленения, эксплуатации, восстановления или уничтожения назначенных целей.

2. Специальное наблюдение. Разведка и наблюдение, обычно проводимые в подпольной или скрытой форме для сбора и проверки информации стратегической или оперативной значимости, с применением военных возможностей, которых обычно нет в стандартных вооруженных силах.

3. Операции по противодействию оружию массового поражения. Поддержка, оказанная в рамках технического опыта, материальных средств, а также специальных команд по поиску и отслеживанию оружия массового поражения и/или проведение акций прямого действия для предотвращения использования ОМП или оказания помощи в его нейтрализации или восстановления.

4. Борьба с терроризмом. Действия, предпринимаемые в условиях, не способствующих применению обычных вооруженных сил для нейтрализации террористов и их сетей в целях предотвращения использования ими незаконного насилия.

5. Неконвенциональная война. Действия, предпринимаемые для того, чтобы движение сопротивления коренных народов сдерживало или свергало правительство или оккупационные силы.

6. Иностранная внутренняя оборона. Мероприятия, которые поддерживают программу внутренней обороны страны, призванные защитить от подрывной деятельности, беззакония, мятежа, терроризма и других угроз внутренней безопасности и стабильности.

7. Помощь силам безопасности. Мероприятия, которые способствуют широким усилиям со стороны правительства США для поддержки развития потенциала и возможностей иностранных сил безопасности и поддерживающих их институтов.

8. Спасение заложников. Чувствительные миссии по реагированию на кризис в ответ на террористические угрозы и инциденты, где ССО поддерживают спасение заложников или осуществляют перезахват объектов, сооружений и чувствительных материалов США за рубежом.

9. Контрповстанчество. ССО поддерживают комплексные гражданские и военные усилия, чтобы сдержать и в конечном счете победить мятеж. ССО особенно искусны в использовании непрямого подхода, что положительно влияет на сегменты коренного населения.

10. Иностранная гуманитарная помощь. ССО поддерживают ряд гуманитарных мероприятий Минобороны, проводимых за пределами США и их территорий, для снятия или уменьшения страданий людей, болезней, голода или лишений. ССО могут быть быстро развернуты с отличными средствами связи, и они способны работать в суровых и часто хаотических условиях, обычно связанных со стихийными бедствиями. Пожалуй, наиболее важными возможностями, имеющимися в ССО для этого, являются их географическая ориентация, культурные знания, языковые возможности и умение работать с многонациональными коренными народами и международными организациями по оказанию помощи, чтобы обеспечить начальные и текущие оценки.

11. Военная информационная поддержка операций. Они планируются для передачи отдельных данных и показателей зарубежной аудитории, чтобы влиять на их эмоции, мотивы, целеполагание и, в конечном счете, на поведение правительств иностранных государств, организаций, групп и лиц, чтобы благоприятствовать первоначальным целям.

12. Операции по гражданским вопросам. Действия, которые улучшают эксплуатационную среду, выявляют и снижают основные причины нестабильности в рамках гражданского общества или связаны с применением особых функциональных навыков, за которые обычно ответственно гражданское правительство.

Разнообразная природа этих мероприятий, как правило, дифференцируется между прямыми и косвенными. Кроме того, некоторые компоненты ССО являются более склонными предпринимать какие-либо виды деятельности по сравнению с другими, хотя все ССО могут быть направлены на выполнение любого из этих действий, если того требует ситуация. Следует отметить, что все прямые миссии и некоторые косвенные миссии могут и, по всей вероятности, потребуют поддержки со стороны армии или военно-воздушных сил, а также других служб… Обязанности и возможности ССО являются широкими и всеобъемлющими. Они играют множество ролей и выполняют их все с чрезвычайно высоким уровнем мастерства. Эти миссии могут быть простыми и тактическими или они могут быть весьма сложными и иметь чрезвычайно важные стратегические последствия».[87]

Крайне показательно, что методичка для проведения прямых и косвенных действий ССО практически является копией цикла Бойда НОРД и его обновленных вариантов.

Фаза 0: формирование ситуации в стране назначения (или театре).

Фаза I: удерживание противника от принятия каких-либо негативных действий.

Фаза II: перехват инициативы, прежде чем это сможет сделать противник.

Фаза III: доминирование над противником.

Фаза IV: стабилизация ситуации.

Фаза V: подключение дружественных гражданских властей.

Фаза 0: возвращение к формированию ситуации.[88]

Известно, что ССО будут расширять как людские резервы, так и свои возможности. В документе по планированию ССО под названием SOCOM 2020 адмирал МакРэйвен прогнозирует всемирное распространение спецвойск США как средство для «демонстрации силы, утверждения стабильности и предотвращения конфликтов».

Его усилия восхваляют многочисленные эксперты. Известный специалист по сетевым войнам, один из авторов этой теории Джон Аркилла указывает, что Командование специальных операций является примером успешного создания чувства общины среди военных элит, собранных с различных служб. Несмотря на то, что все из них имеют внешние, удерживающие их связи, тем не менее в это же время здесь присутствует критически важное чувство социального братства и доверия, которое мало зависит от цвета их униформ. Он отмечает две основные проблемы, которые нужно решить.

1. «Воспитание сильного чувства общей идентичности среди членов недавно созданного Корпуса морской пехоты Командования специальных операций США (MARSOC – United States Marine Corps Special Operations Command).

2. Создание похожих социальных связей с международными военными элитами с целью движения в сторону «глобальной сети специальных операций», что адмирал Уильям Макрейвен сделал основным элементом долгосрочной стратегии SOCOM. Как он сам заявил в июне 2013 года, когда его план был впервые озвучен: «Для начала мне нужно получить все необходимое в военном плане, затем необходимо очень быстро собрать людей для сети, и далее со всем этим очень быстро привлечь наших партнеров и союзников».[89]

Совместная статья генерал-лейтенанта Чарльза Кливленда и подполковника Стюарта Фэрриса из Сил специального назначения Армии США, вышедшая в журнале «Армия» за июль 2014 года, также показывает определенную динамику в интеллектуальном поле и организационных процессах Министерства обороны США, связанных с этим родом войск. Крайне важно не упустить подобные изменения, застряв на предыдущих стратегических доктринах и документах, а идти в ногу с изменениями, даже если они происходят пока на уровне дискурса.

Авторы пишут, что «когда генерал Стэнли Маккристал был главой Объединенного командования по специальным операциям, он запустил в действие теорию, которая состоит в том, что для победы над сетью нужно запустить сеть. Для этого нужно было поднять завесу над секретностью "черных специальных операций" и начать открыто сотрудничать с обычными вооруженными силами, национальными силами партнеров, межведомственными партнерами и даже академической средой, чтобы сформировать децентрализованную сеть акторов, объединенных общей целью и целеустремленностью. Эта сеть была использована с большим эффектом в Ираке, эффективно уничтожая «Аль-Каиду» и нейтрализуя ряд других внутренних и спонсируемых извне нерегулярных и повстанческих элементов.

Этот урок значимости сетей на основе отношений в современной войне по принципу "человек-к-человеку, организация-к-организации, государство-к-государству" применим на уровнях войны. На стратегическом уровне, где начинается победа, мы должны активно и настойчиво работать с союзниками и странами-партнерами, а в некоторых случаях – с негосударственными, местными коренными группами по формированию взаимосвязанной сети акторов, связанных общими интересами безопасности. Заглядывая в будущее, армия должна взять на себя инициативу по кодификации этого урока и разработать концепцию сухопутного могущества (landpower) в поддержку проекта "Force 2025" и глобально интегрированных операций, что обеспечивает дополнительные средства для утверждения глобального лидерства и достижения желаемой стратегической обороны и основ безопасности в XXI веке».[90]

Авторы считают, что подобно тому, как командование специальных операций США заинтересовано в укреплении глобальной сети спецназа, армия должна возглавить усилия по разработке, поддержке и укреплению глобальной сети Landpower.[91] Эта сеть состоит из союзников, экспедиционных глобальных и региональных партнеров, а также сил принимающей страны, связанных общими интересами в отношении региональной стабильности и глобального процветания. Глобальная сеть Landpower может быть компонентом еще более широкой Глобальной сети обороны, предназначенной для создания и обеспечения стратегических опций для старших должностных лиц министерства обороны и лиц, принимающих решение, как внутри страны, так и за рубежом. Эти чиновники и политики могут работать вместе, чтобы определять, как и когда военные возможности лучше могут быть интегрированы и применены ко всей сети, чтобы поддерживать желаемый стратегический результат.

По замыслу американских генералов, в идеале, эта сеть будет обеспечивать платформу для реализации операций, когда и где это необходимо, обеспечивать сдержанную реакцию в стране пребывания и обязывать региональных партнеров исполнять большую часть бремени, насколько они могут ее осилить. Это будет максимизировать ценность и осуществление решений на местах. Кроме того, сеть может быть в состоянии держать врагов и потенциальных соперников на грани риска, угрожая навязать непосредственные и косвенные расходы на необходимые ресурсы или сделав их дорогими, если они пожелают нарушить стратегический статус-кво. Эта возможность может заставить экспансионистские силы подумать дважды, прежде чем действовать за пределами своих границ.

Теоретически глобальная сеть Landpower могла бы занять стратегическую высоту и сохранить глобально распределенное выгодное положение, что эффективно сдерживает значительные действия противника, то есть потенциально полезную форму стратегического маневра. Как определено в Joint Publication 3–0, «маневр – это движение сил по отношению к врагу, чтобы получить или сохранить позиционное преимущество, как правило, для того, чтобы нанести либо угрожать нанести прямой и косвенный огонь маневрирующими силами. Эффективный маневр выводит противника из равновесия и, таким образом, также защищает дружественные силы. Это способствует материально в эксплуатации успехов, сохраняя свободу действий, снижая уязвимость, постоянно создавая новые проблемы для врага».

Когда сдерживание не срабатывает, или если ситуация нуждается в других эффектах, сеть предоставляет гибкие опции для старших офицеров министерства обороны и лицам, принимающим решения, для дальнейшего формирования, принуждения, изоляции, нарушения, навязывания долгосрочных затрат, или решительного уничтожения и победы над врагом по всему спектру угроз, от традиционного национального государства к нерегулярным или гибридным вызовам. Это потребует структуризации взаимозависимых обычных сил, сил специальных операций, а также межведомственных партнеров для успешной реализации национальных стратегий безопасности и обороны, что лучше стратегий, сдерживаемых частично оптимизированной силовой структурой с неполными возможностями, отношениями и взаимодействием.

Императивы, лежащие в основе глобальной сети Landpower, могут включать:

• стойкое участие: построение долгосрочных, прочных отношений и военного потенциала с союзниками, региональными партнерами и силами принимающей страны;

• стратегическую оценку: понимания последствий военно-стратегической деятельности/бездеятельности и эффективности силы в контексте ситуации и с точки зрения соответствующих заинтересованных сторон; информирование с помощью постоянного присутствия и участия;

• взаимозависимость: взаимная зависимость членов друг от друга. Каждый имеет «долю в игре» в той или иной степени, как того требует ситуация;

• доверие: выстраивается медленно и не спеша, до возникновения кризиса; достигается через постоянное присутствие и взаимодействие;

• сотрудничество: достигается доверием и осуществляется непрерывно по всей сети.

Принципы глобальной сети Landpower могут включать:

• универсальность: возможность предоставлять широкий спектр жизнеспособных стратегических вариантов, от открытого, многонационального, комбинированного вооруженного маневра, когда требуются решительные действия, до мелких, затяжных, нетрадиционных военных кампаний, которые поддерживают экономически внушительную стратегию и влияют на наших врагов, чтобы они изменили свое поведение или рисковали в течение долгого времени;

• гибкость: способность быстро и слаженно собирать в одно целое и разбивать силы и возможности, военные и невоенные, в соответствии с изменением ситуации или условиями. Будущие «гибридные проблемы» потребуют гибридных, адаптивных, недоктринальных решений;

• масштабируемость: конструирование только того, что требуется для формирования и поддержки жизнеспособных и устойчивых решений на местном уровне без непоправимого нанесения ущерба культуре пострадавших народов;

• предупреждение: как инструмент хеджирования противостоит сюрпризам, это способность обнаружить существенные угрозы или кризисы, прежде чем они появляются или полностью проявляются, обеспечивая время для подготовки и реагирования с жизнеспособными вариантами соответственно.

По замыслу американских военных, императивы и принципы, лежащие в основе глобальной сети Landpower, сделают ее потенциально полезным инструментом. Документ The 2012 Capstone о совместных операциях говорит, что такой инструмент будет «давать возможности командирам справляться с неопределенностью, сложностью и быстрыми переменами. Это улучшит способности командиров адаптировать силы к ситуации. Это поможет командирам масштабировать военную силу в соответствии с требованиями. Это поможет командирам спускать вплоть до самых низших рядов инициативы по учениям и координации на местах, поддерживая широкую ситуационную осведомленность».

В полном объеме Force 2025 представляется в качестве важнейшего узла глобальной сети Landpower. Сделайте на один шаг больше и представьте эту сеть, состоящую из объединенных, межведомственных, межправительственных, международных, неправительственных и коммерческих партнеров. Они могут сотрудничать и доверять друг другу, объединяя свои уставные органы и функциональную экспертизу, чтобы обеспечить национальное руководство с жизнеспособной обороной и опциями безопасности, способными достигать желаемых стратегических результатов на суше. Предельным выражением этой идеи будет реализация известной цитатой Сунь Цзы: «высшее совершенство в том, чтобы сломить вражеское сопротивление без сражения».

Американские военные считают, что это идеал, к которому нужно последовательно стремиться для достижения национальных стратегий обороны и безопасности. А строительство и укрепление глобальной сети Landpower, как и концепция армии Force 2025 в поддержку глобально интегрированных операций, являются позитивным шагом на пути к достижению этого идеала, в то же время одновременно позволяя США и союзникам лучше реагировать и адаптироваться к вневременной реальности сюрпризов и неопределенности.

Хотя бюджет и размер этих особых войск увеличиваются и направлены на создание глобальной структуры, необходимо в качестве примера привести одну операцию, которая упоминалась ранее, так как она проливает свет на интересные взаимосвязи.

25 января 2015 года американский спецназ при поддержке филиппинской полиции вошел в город Мамасапано, который являлся убежищем Исламского освободительного фронта Моро. Официальной причиной была указана необходимость поимки или уничтожения малазийского создателя взрывных устройств, известного под прозвищем Марван. В результате было убито 44 полицейских, 9 американских спецназовцев, 18 повстанцев и четыре гражданских лица. Сам Марван (предположительно) тоже был уничтожен, но его тело не смогли захватить и у трупа отрезали палец, чтобы идентифицировать его по отпечатку.[92]

Однако для американского спецназа проблема только начиналась. При отступлении они вызвали по радио подкрепление для эвакуации, но им сообщили, что дежурнал группа находится на пересменке. В результате контратаки исламистов спецназовцы попали под огонь снайперов Моро, и только один американский солдат из элитного подразделения в 36 человек смог выжить, бросившись в ближайшую реку.

Политический кризис, последовавший после этого, обнажил существенную проблему: зачем было необходимо проводить эту операцию, если переговоры правительства Филиппин и повстанцев были на заключительной стадии? За голову Марвана была обещана награда в 5 млн долл. Его отрезанный палец очутился в лаборатории ФБР через несколько дней после «операции». Вопрос: кто получит вознаграждение, если все непосредственные исполнители были убиты (с большой долей вероятности можно предположить, что единственный выживший спецназовец вскоре тоже загадочным образом погибнет)? Что это дало для Филиппин – как государства, так и народа? Добавим, что ранее президент этой страны и так подвергся сильной критике со стороны национально ориентированных сил за то, что участвовал в переговорах с США по вопросу предоставления военных баз для американцев в рамках их программы по сдерживанию Китая.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.