Спецслужбы революционной Кубы

Спецслужбы революционной Кубы

Начало. Госбезопасность и МВД. Войсковые подразделения МВД. Внешняя разведка Кубы. Министерство по борьбе с коррупцией. Сотрудничество с КГБ СССР. КГБ, Куба и карате. Министр внутренних дел Х. Абрантес. Главное управление персональной охраны МВД. Генерал Франсис Пардо. Женщины в охране. Комитеты защиты Революции и «милисианос».

Начало

Формированием спецслужб Фидель Кастро и революционеры начали еще задолго до победы. Этот вопрос остро возник у Фиделя Кастро в первые дни сразу после высадки с «Гранмы». Было ясно, что батистовские спецслужбы располагали информацией о планах революционеров, имели, видимо, в их рядах или близком окружении агентуру и хорошо подготовились к их встрече. В первом бою с правительственными войсками революционеры были фактически разгромлены, из 81 только 12 бойцам во главе с самим Кастро удалось уцелеть и пробиться в горы Сьерра-Маэстра, где они развернули партизанскую войну и организовали Повстанческую армию.

И только 22 августа 1958 года Командующий армией Рауль Кастро и капитан Абелардо Коломе Ибарра (Abelardo Colomе Ibarra), известный среди повстанцев под псевдонимом Furry («Пушистый») подписали декрет о создании в Повстанческой армии самостоятельной службы безопасности. С легкой руки американцев в разговорной речи подразделение получило название «G2». Перед ней были поставлены три главные задачи:

— выявление агентуры правительственных спецслужб и нейтрализации любых враждебных действий противника;

— воспрепятствование внедрению в ряды Повстанческой армии агентуры спецслужб Батисты;

— осуществление проникновения агентуры повстанцев в правительственные структуры, спецслужбы, полицию и армию Батисты для своевременного получения информации об их планах по борьбе с армией Фиделя.

Отдел разведки новой спецслужбы — Departamento de Inteligencia del Ejercito Rebelde — DIER) Фидель поручил капитану Рамиро Вальдесу Менендесу, вскоре принявшему на себя также обязанности командующего Центральной военной зоной.

Подобные же спецслужбы Второго (Западного) фронта в горах Сьерра-Маэстра возглавил капитан Мануэль Пинейро Лосада, известный среди повстанцев как Barba Roja — («Красная борода»), которого в 1969 году (как говорят, по рекомендации КГБ) заменил на Хосе Мендеза Коминчеса. Он же руководил созданной позднее Национальной революционной полицией — PNR.

Победа Революции активизировала деятельность внутренних врагов молодого государства: чиновников государственного аппарата, сотрудников спецслужб и полиции, офицеров армии, крупных землевладельцев (особенно после аграрной реформы), бизнесменов, агентуры служб безопасности крупных транснациональных корпораций, эмигрантских организаций кубинских контрреволюционеров, американских спецслужб и т. п.

Революции противостоял очень серьезный противник, прежде всего американские спецслужбы, опиравшиеся на кубинских контрреволюционеров.

Да и в рядах новых государственных структур, армии и спецслужб не было полного взаимопонимания. Имели место случаи прямого предательства и контрреволюционной деятельности. Командующий провинцией Камагуэй Матос Убер организовал заговор против Ф. Кастро. Доверенное лицо и личный секретарь лидера Хуан Орта, а потом активный диссидент, три года прятался в мексиканском посольстве, прежде чем смог выбраться с Кубы. Личный пилот Фиделя Кастро, майор Педро Луис Диас Ланс, после смещения с поста командующего, 29 июня 1959 года, не только совершил побег в США, но и впоследствии принимал участие в авианалетах на Гавану.

Госбезопасность и МВД

В связи с этим 23 марта 1959 года для защиты завоеваний Революции под руководством Рауля Кастро была организована Служба государственной безопасности (El departamento de la Seguridad de estado — DSE), начальником которой с первых дней стал Рамиро Вальдесу Менендес.

В июне 1961 года Рамиро Вальдесу Менендесу было поручено создание и руководство Министерством внутренних дел Кубы (Ministerio del Interior, сокращенно — MININT).

Всего в MININT в 1979 году было четыре вице-министра.

DSE стала одним из структурных подразделений вновь созданного министерства.

С тех пор Рамиро Вальдес Менендес считается основателем кубинских служб государственной безопасности.

В соответствии с приказами DSE осуществляла превентивные меры против активных контрреволюционеров, занималось расследованием подрывных действий и преследованием по суду преступников, обеспечивало также полное руководство гражданскими вспомогательными силами, такими как Комитеты по Защите Революции (Comites de la Defensa de la Revolucion — CDR).

В штатах DSE уже на 1979 год, по данным ЦРУ США, имелось около 10–15 тысяч сотрудников. Национальный штаб DSE был расположен в Гаване. Подразделения DSE развернуты по всей стране.

DSE имеет полномочия на производство арестов, розыск преступников, проведение допросов и содержание в тюрьме подозрительных лиц. Работники DSE в сотрудничестве с местными органами осуществляют наблюдение за коллаборационистами, используя для этого подразделения Революционных комитетов и Национальной революционной полиции (La policia nacional revolucionaria — PNR).

DSE была укомплектован высококвалифицированным, хорошо информированным и лойяльным к власти персоналом. Часть персонала являются военнослужащими и имеют воинские звания. В оперативной работе DSE активно использует агентуру.

Большая часть персонала DSE имеет хорошую военную подготовку. Персонал обучен использованию электронной аппаратуры слежения, методам допросов заключенных и др.

В кризисных ситуациях, а их было достаточно, DSE показала чрезвычайно высокую эффективность в выполнении возложенных на нее миссий: выявление и нейтрализация диссидентов и шпионов, получение разведывательной информации от военнопленных и др.

В случае военной опасности сотрудники DSE могут быть использованы для укрепления революционных вооруженных сил Кубы, особенно в том, что связано с контрразведкой и разведкой.

В MININT ответственным за департамент контрразведки и разведки, на уровне вице-министра (Vice Minister of Counterintelligence and Intelligence), был Абелардо Коломе Ибарра. Среди сотрудников министерства это подразделение получило название «Ibarra’s department».

Войсковые подразделения МВД

Два подразделения Министерства внутренних дел (MININT) Кубы являются войсковыми — MILITARY.

Это — Специальные войска (Tropas Especiales) и Пограничные войска (Tropas Guarda Fronteras — TGF).

Внешняя разведка Кубы

За внешнюю разведывательную деятельность на Кубе отвечают три структуры — Главное управление разведки (ГУР), как мы уже отмечали, образованное в конце 1961 года. Тогда оно состояло из трех освободительных комитетов — Карибский бассейн, Центральная и Южная Америка. Все вместе входили в состав Управления освобождения (DL).

В начале 60-х Управление также стало отвечать за поддержку освободительных движений в Африке, например, его сотрудники якобы принимали участие в свержении правительства Занзибара в 1963 году. В 1985 году оно состояло из шести департаментов, разделенных на две категории приблизительно равного значения: оперативные и подразделения поддержки, обеспечения. Шефом был Хосе Мендеза Коминчес.

За внешнюю разведывательную деятельность с первых дней существования государства отвечала также и созданная 26 марта 1959 года военная разведка — Отдел разведывательной информации революционных вооруженных сил Кубы (Departamento de la informacion de inteligencia de las fuerzas armadas revolucionarias — DIIFAR), куратором которой с первых дней был Рауль Кастро.

Внешней разведкой занимается также, как считают США, Американский департамент ЦК Компартии Кубы.

* * *

Моральный авторитет революционной Кубы, особенно в странах Латинской Америки и «третьего» мира, всегда давал огромные возможности кубинским спецслужбам для приобретения эффективной агентуры, в частности даже из числа представителей правящих кругов этих стран.

Так, агентом кубинских спецслужб был министр внутренних дел Боливии Антонио Аргуедес. По одной из версий именно он после смерти Че Гевары бежал на Кубу, передав Фиделю дневник и личные вещи легендарного революционера.

Это позволяло и позволяет кубинской разведке своевременно получать информацию о подготовке актов центрального террора.

Например, в октябре 1976 года кубинскими органами госбезопасности была получена шифровка штаб-квартиры ЦРУ своему агенту «Зорро» («Лиса»). В ней, в частности ставилась задача получения подробной информации о предстоящей поездке Ф. Кастро в Луанду на торжества по случаю первой годовщины независимости Анголы. Американцы лишь через много лет узнали, что двойным агентом «Зорро» являлся офицер кубинских органов госбезопасности — Николас Сиргадо Рос.

Имея, естественно, от наших коллег из ПГУ информацию о планах и возможностях кубинской контрреволюцонной эмиграции, мы убедились, что кубинская разведка владеет полной информацией о положении дел в ее рядах.

Как всегда, мы получили от кубинских коллег подробный справочник, в котором имелось около 150 фотографий, словесных портретов, характеристик возможных террористов.

Надо сказать, что кубинские разведка и охрана не только имеют подробные досье на каждого из контрреволюционеров, но и с большой степенью вероятности прогнозируют действия наиболее активных из них.

Хотя, по словам министра внутренних дел Кубы Хосе Абрантеса Фернандеса, «все эти Дельты, Альфы и т. п. сегодня нас меньше беспокоят, чем один психически больной террорист. Уже давно большинство из организованных контрреволюционеров активны только на словах. Они сегодня успешно проедают американские деньги и больше озабочены собственным благополучием».

Уже в более поздние времена на финансирование внутренней оппозиции, на помощь кубинцам, «желающим изменений», администрацией США было выделено: 8 мая 2004 года — 36 миллионов долларов; 10 июля 2006 года — 80 миллионов долларов.

* * *

Министерство по борьбе с коррупцией

К спецслужбам Кубы можно отнести также Министерство по борьбе с коррупцией (El ministerio por la lucha contra la corrupcion), которое по сообщению BBC News от 4 мая 2001 года создано Фиделем Кастро в рамках его кампании по борьбе с коррупцией, начатой в 1995 году. Ранее на Кубе уже были введены новые законы, предусматривающие более суровое наказание за взяточничество и коррупцию. В обязанности нового министерства аудита и контроля будут входить оценка и контроль добросовестности в управлении государственными ресурсами Кубы. Хотя уровень коррупции в стране уже значительно ниже, чем в большинстве стран Южной Америки.

Сотрудничество с КГБ СССР

Ориентируясь на тесное сотрудничество со странами социалистического лагеря, которые по согласованию с Советским Союзом на первом этапе негласно оказывали Кубе помощь оружием и военной техникой, Фидель, лично курировавший создаваемые в стране службы безопасности, особое внимание обращал на укрепление сотрудничества, прежде всего с Комитетом государственной безопасности при СМ СССР.

Сегодня уже не секрет, что доверительные контакты кубинского руководства с Н.С. Хрущевым поддерживались через офицера разведки КГБ Александра Ивановича Шитова (Алексеева), находившегося на Кубе под прикрытием корреспондента ТАСС, а после установления дипломатических отношений между странами — советника советского посольства на Кубе. А с 12 июня 1962 года по 15 января 1968 года он (по просьбе Фиделя Кастро) был назначен Чрезвычайным и полномочным послом СССР на Кубе. Кубинцы полностью ему доверяли, называя его «координатор Алехандро»…

Вопрос о тесном сотрудничестве спецслужб Кубы и СССР впервые был поднят во время подготовки и в ходе визита Р. Кастро в СССР в июле 1960 года. Для решения практических вопросов сотрудничества кубинского лидера сопровождал шеф Департамента государственной безопасности Рамиро Вальдес Менендес.

Младший Кастро, руководивший кубинскими спецслужбами по указанию Фиделя, высоко ценил эффективность работы КГБ и служб безопасности стран — членов социалистического блока и хотел, чтобы для подготовки руководящего состава кубинских спецслужб Москва направила в Гавану специалистов по разведке и контрразведке.

ЦК КПСС одобрил разработанный руководителями дружественных спецслужб план сотрудничества, который предполагал систематические их консультации, направление на Кубу необходимого числа советников, предоставление специальной техники, а также обучение сотрудников кубинских спецслужб в учебных заведениях Комитета госбезопасности и МВД СССР.

Всего за первые три года сотрудничества подготовку в вопросах теории и практики разведки и контрразведки в СССР прошли около 100 высших кубинских сотрудников. В Москве на обучении побывали Хосе Абрантес, бывший тогда личным помощником Рамиро Вальдеса, будущий руководитель разведки Фабиан Эскаланте и многие другие.

В 1965 году с целью обмена опытом в полуторамесячной служебной командировке на Кубе побывал Председатель КГБ СССР В.Е. Семичастный, которому, помимо прочего, удалось установить доверительные отношения с руководством страны и спецслужб Кубы.

После 1975 года ежегодно полуторалетний курс подготовки и переподготовки в учебных заведениях КГБ СССР проходили 20–25 кубинцев. Около 100 кубинцев были направлены в СССР для прохождения полного трехлетнего курса специальной подготовки.

Ветераны КГБ с огромным теплом вспоминают кубинских коллег, которые самым добросовестнейшим образом овладевали знаниями, стараясь недостаток общего образования восполнить трудолюбием, старанием. И в этом они оставались настоящими борцами Революции.

Обучение в Советском Союзе базировалось прежде всего на знании КГБ СССР форм и методов работы американских разведывательных и контрразведывательных спецслужб, прежде всего Центрального разведывательного управления США, РУМО и ФБР. В качестве учителей и наставников выступали советские разведчики, которые нелегально провели в США по 20 и более лет.

К началу 80-х спецслужбами стран был накоплен богатый опыт сотрудничества и проведения совместных разведывательных, контрразведывательных и охранных мероприятий.

КГБ, Куба и карате

Мало кто знает, что появлением в программах военно-физической подготовки спецподразделений КГБ СССР самого «антисоветского» из восточных единоборств — карате мы обязаны кубинскому спецназу.

В конце 60-х среди молодежи нашей страны получили массовое распространение карате и другие виды восточных единоборств. К нам этот вид спорта «завезли» иностранные студенты, обучавшиеся в советских вузах, сотрудники зарубежных фирм, советские специалисты, работавшие и жившие за рубежом, овладевшие там основами карате-до.

Не только отсутствие государственной поддержки нового вида единоборств, но и прямое его преследование органами правопорядка способствовало уходу многих спортивных секций в подполье. Запретный плод-сладок.

Как грибы, росли в стране секции всех видов карате. Занимались в них люди от 8 до 60 лет. В огромном количестве размножались и ходили по рукам копии книг и фильмов по различным видам боевых искусств, которые использовались как учебные пособия.

Массовый характер приобрело коммерческое карате. В погоне за прибылью многие из аттестованных тренеров открывали «левые» группы, некоторые вообще предпочли уйти из официального карате.

Распространялось мнение о том, что карате способствует криминализации молодежи. Хотя статистика МВД и Прокуратуры СССР не фиксировала серьезной связи между первым и вторым. Как теперь известно, Штурмин А. (Москва), Орлов Л., Коценбоген Р. (Киев), Гусев В., Илларионов В. (Ленинград), занимавшие определенное положение в официальном карате, были арестованы и осуждены за деяния, не имевшие отношения к этому виду спорта. По официальной статистике, массовый уход неформальных последователей карате в криминал относится уже к началу 90-х.

Как говорят сегодня наиболее продвинутые специалисты в области рукопашного боя из КГБ, органов внутренних дел и Советской Армии, уже тогда серьезно обсуждали вопрос о необходимости включения некоторых разделов карате в программы подготовки сотрудников силовых структур, использовании карате для дальнейшего совершенствования отечественного рукопашного боя и самозащиты без оружия (самбо). Тем более что разведка сообщала, что спецслужбы практически всех западных стран совершенствовали боевую подготовку своих спецподразделений на базе карате.

Все это требовало серьезного совершенствования подготовки оперативного состава Комитета госбезопасности и сотрудников МВД по рукопашному бою. Срочно была нужна эффективная система, превосходящая восточные и западные аналоги.

Перед КГБ СССР был поставлен вопрос: получить представление о формах и методах боевой подготовки как у наших потенциальных противников, так и у друзей, оценить уровень подготовленности, в частности по рукопашному бою.

В 1978 году Фидель Кастро познакомил находившегося на Кубе с дружественным визитом заместителя Председателя КГБ генерал-полковника Владимира Петровича Пирожкова с методикой боевой и физической подготовки кубинских сил специального назначения.

В основу рукопашного боя кубинцы помимо боевого раздела советского самбо внесли элементы японского карате (дзе-синмон). Родилось т. н. «оперативное карате» — защита и нападение в условиях реального боя.

Новый вид единоборств произвел неизгладимое впечатление на зампреда, отвечавшего за подготовку кадров Комитета госбезопасности. Да и специалисты отмечали, что система оперативного карате, разработанная Раулем Рисо и состоявшая на вооружении кубинского спецназа, по своим прикладным характеристикам превосходила все западные аналоги и даже традиционные восточные дисциплины.

Вернувшись домой, Владимир Петрович рассказал об увиденном Ю.В. Андропову. Это было весьма кстати. В это время в составе 7-го Управления КГБ СССР формировалось знаменитое впоследствии антитеррористическое подразделение — группа «А» («Альфа»). Да и правительственная охрана — 9-е Управление КГБ не отказалось бы от эффективной новинки.

По просьбе Андропова руководители МВД Кубы прислали в СССР офицеров-инструкторов — создателя этой системы Рауля Рисо (5-й дан) и его ученика и помощника Рамиро Чирино (3-й дан).

Оба офицера являлись последователями японской школы дзе-синмон мастера Хосу Икэды (8-й дан). Во время пребывания Икэды в 1971 г. на Кубе Рауль Рисо, работавший в то время старшим инструктором Национальной школы карате, получил от мастера 2-й дан. Несколько лет Рауль Рисо совершенствовал свое мастерство в Японии, где ему был присвоен 5-й дан и тренерское звание «учитель». Он стал первым латиноамериканцем, достигшим такого высокого уровня.

Кубинские мастера карате стремились в минимальные сроки передать советским ученикам максимум знаний и умений.

Кубинское боевое карате включало в себя не только японские боевые традиции, но и опыт по применению этого вида боевых искусств, полученный кубинцами в разных «горячих точках» мира. Ведь кубинцы, выполняя интернациональный долг, поддерживали народно-освободительные движения в Анголе, Конго, Боливии, Никарагуа, на Гренаде и в других странах.

Насыщенные и изнурительные тренировки с группой инструкторов центрального аппарата КГБ СССР и союзных республик проводились по 12 часов ежедневно в течение 3 месяцев.

И уже в феврале 1979 года 50 офицеров КГБ были аттестованы как инструкторы оперативного карате. В этом же году сотрудник Первого главного управления КГБ Ю.Е. Маряшин заслужил коричневый пояс, а сотрудник 9-го Управления КГБ, офицер отдела службы и боевой подготовки В.И. Самойлов — зеленый.

В 1982 году еще одна группа сотрудников советских органов госбезопасности прошла стажировку по оперативному карате на Кубе.

20 лет назад, в 1989 году, кубинские специалисты были вновь приглашены в Москву на базу специальной подготовки в Кремль, в 9-е Управление КГБ. Сделан был еще один шаг по усовершенствованию мастерства сотрудников личной охраны Президента СССР.

Время идет, но школа «оперативного карате» также не стоит на месте. В настоящее время 72 инструктора и сотрудника силовых структур России имеют черные пояса. Это плод работы многих инструкторов и тренеров-преподавателей, получивших первичную подготовку у кубинских мастеров.

С конца 70-х, например, как система профессионально-прикладной боевой подготовки берет свое начало стиль «КРАДА» (полковник В.И. Самойлов). Взяв за основу стиль дзе-синмон, добавив элементы из тайского бокса, европейского боевого самбо и дзюдо, основатели стиля отказались от «застывших» форм и «неоспоримых» абсолютных догм традиционных восточных школ. Самойлов В.И. и его коллеги в работе постоянно опираются на наследие советских и российских мастеров боевых искусств, внимательно наблюдают за развитием различных направлений восточных единоборств в нашей стране и за рубежом, учитывают многолетний опыт работы в личной охране Президента СССР, Президента России.

Техники и тактика «КРАДА» проходит постоянную проверку в условиях оперативной работы сотрудников личной охраны Президента, группы «Альфа» и других спецподразделений, в том числе и при выполнении боевых задач. Надо сказать, что внедрение стиля «КРАДА», по мнению специалистов, способствовало качественному скачку в совершенствовании специальной подготовки в системе правоохранительных органов.

Под руководством В.И. Самойлова и под эгидой «КРАДА», учредителями которого выступают ветераны и действующие сотрудники силовых структур России, 9-го Управления КГБ СССР, Главного управления охраны РФ, Службы безопасности Президента РФ, группы «Альфа», создан и успешно действует Центр специальной подготовки «КРАДА» (ЦСП «КРАДА»), в основу обучения которого легла разработанная специалистами 9-го Управления КГБ СССР система подготовки сотрудников спецподразделений, получившая название «Российская профессионально-прикладная система подготовки «КРАДА». Высокая эффективность и боевая значимость данной системы подтверждена практикой деятельности сотрудников ряда силовых структур.

25 марта 2008 года после длительного вынужденного перерыва, была организована встреча специалистов-профессионалов по подготовке сотрудников силовых структур (Кубы, России, Украины и Белоруссии). Основным поводом данного мероприятия явился инспекционный приезд в Москву маэстро Рауля Рисо, который принял участие в тренировках нескольких групп «оперативного карате». Он, в частности, отметил высокий уровень подготовленности личного состава в ЦСП «КРАДА».

Программа пребывания в Москве «маэстро», включала также посещение праздника школы оперативного карате «Железный Дровосек», основателем и руководителем которой является Геннадий Николаевич Дементьев (4-й дан «КРАДА»).

На праздник были приглашены ветераны специальных подразделений различных силовых ведомств, герои России, инструкторы, принимающие участие в формировании и развитии направления «оперативного карате». Многие из них были награждены памятными знаками и ценными подарками.

Раулю Рисо были торжественно вручены часы от имени Президента России.

Ученики Рауля Рисо (Рамиро Чирино, увы, к сожалению, нет уже в живых), до сих пор с величайшим уважением относятся к своему «маэстро», как они его называли.

Примечательно, что свое 75-летие «маэстро» Рауль Рисо праздновал со своими учениками в Москве.

* * *

Прошли подготовку на Кубе на «тропе Че Гевары» и офицеры «Вымпела». В своих воспоминаниях они с восхищением описывают работу кубинских преподавателей и инструкторов, передававших вымпеловцам самый современный, наработанный в боях опыт.

Ведь каждый из преподавателей прошел не одну «горячую точку» и в любой момент мог отправиться на войну. Организация засад и скрытое похищение людей, специальные приемы стрельбы из пистолета, навыки использования автомата в рукопашном бою, специальная подготовка боевых пловцов, работа с минами и приемы маскировки в тропиках, использование различных нестандартных образцов вооружения и экипировки и многое другое мы заимствовали у своих братьев по оружию.

На выпускных экзаменах присутствовал Рауль Кастро.

Вымпеловцы все экзамены сдали на «отлично».

Да и охрана в каждый приезд получала массу новой и интересной информации.

Например, до знакомства с кубинским музеем МВД мы никогда не рассматривали средневековый арбалет как современный вид оружия, которое, оказывается, при наличии оптического прицела весьма эффективно может быть использовано в актах центрального террора.

Вместе с кубинцами стреляли из самых экзотических видов оружия. Самолюбивые сотрудники охраны Горбачева, проиграв соревнование, убедились, что надо еще работать и работать над своим мастерством. Хотя долго спорили и доказывали, что, мол, причиной было «непривычное оружие», «…они из своего бы…» и т. п.

Прошли предназначенную для кубинской охраны специальную «полосу препятствий». Для нас она в то время была новинкой. Городская улица, на которой из окон или из-за угла дома неожиданно появляются мишени, изображающие то «террориста», то полицейского, то женщину с ребенком. На оценку ситуации времени практически нет — норматив очень жесткий. Расстояние тоже не маленькое. Ошибся — погиб сам или убил невинного человека.

* * *

Антисоциалистическая горбачевская «перестройка», естественно, не получала одобрения у кубинцев. И несмотря на то что многие сотрудники кубинских органов госбезопасности учились в СССР, дружили с советскими коллегами из подразделений Комитета госбезопасности, отношения между нашими службами стали непростыми.

Высоко (на словах) оценивая помощь Советского Союза, опыт советских органов государственной безопасности, они (в глубине души) все чаще считали, что все это в далеком прошлом, это лишь основа, которая позволила кубинцам, «находящимся в каждодневной и острой борьбе с империализмом», далеко превзойти своих «старших братьев», у которых уже много лет не было реального боевого противоборства с противником. В ходе переговоров руководители МВД частенько непроизвольно переходили на назидательный, менторский тон.

Но и не только это. Мы все чаще сталкивались с откровенным волюнтаризмом при проведении оперативных и охранных мероприятий, когда советская сторона не ставилась в известность по важным для нее вопросам.

Во время моего предыдущего приезда на Кубу в качестве руководителя группы охраны Э.А. Шеварднадзе имел место случай, когда без согласования с нами кубинцы пытались самостоятельно вывезти «охраняемое лицо» из Дворца Революции в другое место. Лишь наша предусмотрительность и нестандартные силовые меры позволили не допустить этого позорного для советской охраны случая.

Во время прощания в аэропорту Хосе Марти я довольно эмоционально заявил протест по данному случаю одному из руководителей государства. Деликатный кубинец объяснил некорректное поведение охраны стремлением «сделать все как можно лучше».

Через некоторое время я получил в ответ «гранату».

Мне пришлось писать руководству КГБ СССР подробное объяснение. Кубинцы меня обвинили в том, что якобы после моего посещения в кабинете Фиделя Кастро были обнаружены «жучки» — подслушивающие устройства. Сейчас уже не помню, каким образом у меня остался этот документ с резолюциями В.А. Крючкова и Ю.С. Плеханова.

Но, слава Богу, все обошлось! Даже обид не осталось.

И только добрые межличностные отношения позволяли в эти непростые годы успешно сглаживать острые углы и решать стоящие перед нами общие задачи.

Министр внутренних дел Х. Абрантес

Первым сотрудником охраны, личным телохранителем и водителем автомашины Ф. Кастро являлся Хосе Абрантес Фернандес. Он начинал работу с братьями Кастро еще в Мексике во время подготовки высадки кубинских повстанцев на побережье Кубы. Позднее был начальником подразделения личной охраны Фиделя Кастро и начальником Главного управления персональной охраны (ГУПО).

В 1974 году, находясь на должности первого заместителя начальника ГУПО, отвечал за организацию охранных мероприятий визита на Кубу Л.И. Брежнева.

В момент подготовки и проведения визита на Кубу Горбачева он был министром внутренних дел страны.

Еще в Москве, в преддверии первого визита, изучая материалы, касающиеся Кубы, на фотографиях, иллюстрировавших книгу о визите Кастро весной 1963 года в СССР, а в ноябре-декабре 1971 года в Чили к Сальвадору Альенде в период правления там блока Народного единства, я обратил внимание на симпатичного мулата, неотступно сопровождавшего Фиделя.

При первой встрече с министром внутренних дел Кубы — дивизионным генералом Хосе Абрантесом Фернандесом я узнаю в нем немного повзрослевшего и поседевшего того самого, обратившего на себя мое внимание, мулата. Ему в этот период было уже чуть больше 50 лет (он 1933 года рождения).

Личность удивительная. Не имея базового высшего образования, Хосе Абрантес, как и многие кубинские революционеры, как говорится «сделал себя», постоянно работая над собой.

При первой встрече я увидел множество раскрытых книг с закладками, подчеркиваниями, разложенных в его рабочем кабинете на письменном столе, на креслах, даже на подоконниках. Любовью к книге, как он рассказал, заразился от своего шефа — «команданте», который также не представляет без нее свою жизнь.

Судьба Абрантеса в дальнейшем, к сожалению, сложилась трагично. Обвиненный в служебных злоупотреблениях, он был осужден на 20 лет и умер в тюрьме.

Решение о суровом наказании Абрантеса нелегко далось Фиделю. Он говорит в интервью журналисту Игнасио Рамону: «Я познакомился с Абрантесом, когда он был в моей личной охране, потом он стал ее начальником, а затем стал продвигаться вверх по служебной лестнице. Он приходил в мой кабинет практически каждый день…». Как наиболее доверенному человеку ему было поручено расследование т. н. «дела генерала Очао», о его участии в наркобизнесе. Из первых же материалов стало ясно, что по делу проходит возглавлявший с 1982 года отдел Z, переименованный потом в отдел МС МВД Кубы, подчиненный Абрантеса полковник Тони де ла Гуардия и сотрудники его подразделения, которые пользовались безграничным доверием руководства МВД. Речь шла о спекуляции алмазами из Анголы и наркотиками. Их наказание могло отразиться на карьере Абрантеса, и он стал затягивать следствие, пытался скрывать от Фиделя компрометирующие подчиненных материалы и др.

«Ох, власть есть власть. Возможно самая важная борьба, которую должен вести человек, находящийся у власти, — с горечью говорил Фидель, — это борьба с самим собой, самоконтроль. Возможно, это одна из самых трудных задач». Абрантес не прошел проверку властью. А он был, как уже сказано, одним из самых доверенных лиц Фиделя.

Дивизионный генерал РВС Арнальдо Очао Санчес, полковник МВД Антонио де ла Гардиа и два других офицера были приговорены военным трибуналом к высшей мере наказания — расстрелу. Понес наказание и Хосе Абрантес.

Для меня в этом деле по сей день не все ясно. Не исключено, что это была удачная операция спецслужб США по дискредитации наиболее преданных кубинскому лидеру людей.

В последнее время в Интернете появилась информация, что в середине 1989 года руководством военной разведки США планировалась операция, получившая кодовое наименование «Грейхаунд», по похищению министра МВД Кубы Х. Абрантеса. Кубинского министра планировалось заманить на оперативную встречу в международных водах между Кубой и Багамами. Видимо, здорово он мешал американцам.

Во всяком случае, у меня о генерале Хосе Абрантесе остались самые теплые воспоминания. Именно с этим интересным человеком мне приходилось детально обсуждать возникавшие рабочие вопросы.

Главное управление персональной охраны МВД (Direccion general de seguridad personal — DGSP)

Глядя на страстное желание администрации США уничтожить руководителя первого в Латинской Америке социалистического государства и его команду, понятно было образование подразделения личной, по-кубински персональной, охраны.

Войдя в 1961 году в состав МВД Кубы, Управление персональной охраны получило статус Главного управления (ГУПО). С середины 80-х годов начальником ГУПО являлся бригадный генерал — Умберто Франсис Пардо (Humberto Francis Pardo).

Велик также был у охраны авторитет их бывшего начальника-министра Х. Абрантеса. Из уст генерала Франсиса Пардо часто можно было услышать: «Мы подумали, решили, а министр утвердил».

За время своего существования ГУПО приобрело огромный опыт работы по обеспечению безопасности лидеров кубинской Революции. А это было весьма не просто в связи с огромным числом угроз и непредсказуемостью главного действующего лица.

«Массовые мероприятия начинались с его (Фиделя) появлением, а оно было столь же непредсказуемым, как и начало дождя».

«…у него (Фиделя) не было ни постоянного дома, ни постоянного служебного кабинета в течение 15 лет, как, впрочем, и какого бы то ни было распорядка дня. Правительство находилось там, где он находился…».

«Находясь с ним (Фиделем), всегда знаешь, где начнешь, но никогда не знаешь, где закончишь. И не удивляйтесь, если вдруг обнаружите себя в летящем ночью в неизвестном направлении самолете, на чьей-нибудь свадьбе в качестве посаженного отца, в открытом море во время лова лангустов или на дегустации первой партии французских сыров, изготовленных в Камагуэе».

Так писал хорошо знавший Фиделя Кастро уже упоминавшийся нами Габриэль Г. Маркес, заявлявший при этом, что: «…Фиделю свойственны порывы вдохновения, без которых он не был бы самим собой…».

Нетрудно себе представить положение руководителя ГУПО, у которого в любое время должны были быть наработки на все случаи жизни. Например, во время первой поездки в США в аэропорту Нью-Йорка, увидев в толпе сотни радостно встречавших его кубинцев и других латиноамериканцев, он легко перемахнул через небольшое ограждение и направился к ждущим его людям.

В другой раз, в сентябре 1960 года, опять в Нью-Йорке в ответ на политический демарш с резким повышением цен в предоставленном кубинцам отеле «Шелбурн» он намеревался сначала расположиться в туристических палатках в одном из городских скверов, а потом кубинская делегация по его команде демонстративно переселилась в скромную гостиницу в одном из наиболее криминальных районов города — в Гарлеме.

Правда, тут нужно сделать одну оговорку: уже в те времена было принято решение, что Фидель ни в коем случае не должен ездить в одной машине и летать в одном самолете со своим братом Раулем на тот случай, чтобы он мог взять бразды правления в свои руки, если на старшего брата будет совершено покушение. Формально это правило действует до сих пор.

С годами ситуация изменилась. Сейчас Фидель Кастро перемещается по Гаване в караване из трех «Мерседесов»: в среднем сидит он сам, а в переднем и замыкающем находится охрана. Такие меры отнюдь не выглядят излишними. Хотя мне приходилось видеть его сидящим в открытом советском армейском «джипе» — нашем УАЗике.

Американский журнал «Vanity Fair», ссылаясь на кубинский источник, выдвинул версию о том, что однажды пятеро вооруженных автоматами людей якобы открыли огонь по его бронированному «Мерседесу». Все пятеро «камикадзе» погибли, изрешеченные очередями из машин сопровождения. Поразительно, но факт: за сутки до предполагаемых событий, о которых пишет журнал, по Гаване поползли слухи о том, что Кастро получил ранение в результате покушения на его жизнь. Слух был основан на сообщении одной из эмигрантских радиостанций, вещающих из Майами. Создается впечатление, что очередная журналистская «утка» послужила предупреждением охране Кастро, которая встретила пятерых «камикадзе» во всеоружии.

Как и в любой службе охраны (Я. Арафата, М. Каддафи и др.), которые не имеют (как ранее советское 9-е Управление КГБ СССР или Секретная служба Министерства финансов США) безграничных сил, средств и возможностей, ГУПО делало и делает ставку на сохранении в тайне всего, что связано с обеспечением безопасности охраняемого лица. Особенно во время подготовки визитов. Это — процесс изучения объектов посещения, мест и порядка проведения протокольных церемоний, маршрутов прогулок и трасс проезда охраняемых лиц и др.

Многое стало для меня хорошей школой. Руководство ГУПО, например, всегда возражало против многократных посещений изучаемых объектов большими группами лиц, считая, что таким образом интересы охраны могут быть расшифрованы перед противником, возможно ведущим контрнаблюдение. Рекогносцировку объектов кубинская охрана старается организовать единожды и одновременно для всех заинтересованных лиц — партийных работников, протокола МИДа, сотрудников своей и зарубежной охраны. При этом используются, как правило, внешние осмотры объектов из автобусов (без остановки) с последующим обсуждением деталей на схемах и картах с применением материалов фото-, кино— и видеосъемок. Уже тогда штабом ГУПО использовались аэрофотосъемки объектов охраны.

Так, для уточнения деталей церемонии встречи высоких гостей в аэропорту Хосе Марти кубинцами использовался уже упоминавшийся видеофильм, в котором подробным образом была заснята подобная процедура во время визита на Кубу президента Мексики.

В случае необходимости подробного изучения объекта на местности кубинской охраной всегда отрабатывалась правдоподобная легенда.

В плане расшифровывающих интересы охраны массовых походов по объектам всегда впереди были американцы. В мою бытность во время подготовки визитов Рейгана и Буша-старшего в Москву американские осмотровые группы доходили до 15–20 человек (представители администрации президента, пресс-службы Белого дома, нескольких служб посольства США в Москве, сотрудники охраны по числу охраняемых лиц в будущей делегации, технические специалисты, переводчики, секретари и др.)

Мы тоже, увы, не отставали — по дыму от свежего асфальта, кладущегося или на песок, или прямо в глубокие дождевые лужи, или на снег, по грохоту строительных машин и запаху свежей краски всегда можно было безошибочно определить маршрут чиновников всех рангов.

Да и сейчас ничего не изменилось. Только охраняемые лица стали рангом пониже. Но холуйскую «ламбаду» чиновники пляшут уже даже при поездках по вотчинам многочисленных губернаторов, мэров и даже различного рода префектов.

* * *

Надо сказать, что служба персональной охраны была великолепно вооружена и технически оснащена.

О рассказанной мной специальной телевизионной сети с выводом на микроавтобус «Тойота» мы — представители «старшего брата» — тогда могли только мечтать.

Уже в то время у большинства кубинских руководителей охраны имелись портативные радиостанции, позволявшие им не только вести переговоры по центральному каналу, но и входить в сети городской милиции и службы безопасности. Ретрансляционные станции спецсвязи перекрывали практически всю территорию Кубы. Именно по такой радиостанции генерал Франсис объявлял нашу автомашину в розыск.

В кубинских спецслужбах высоки штабная культура (подготовка решений) и высочайшая исполнительская дисциплина. Отсутствует характерный для латиноамериканских спецслужб (мне приходилось работать в Аргентине, Бразилии, Уругвае), как я называю, — «принцип-маньяна». На любую просьбу слышишь ответ — «маньяна» (завтра) и неизвестно будет ли выполнена твоя просьба вообще.

Прекрасно была организована кадровая политика персональной охраны. Продвижение по службе обусловливалось не только знаниями и техническими навыками, а прежде всего умением применять их на практике, отношением сотрудника к делу. Особо ценилось его стремление к постоянному повышению своего образовательного уровня, совершенствованию физической и специальной подготовки и др. В ГУПО была создана эффективная система, позволяющая не только выявлять талантливых сотрудников, но и стимулировать их постоянное развитие и открывать им дверь для служебного роста.

В кадровых нормативных документах были четко установлены соотношения: личные данные (образование и физическая подготовка), временные параметры (возраст и выслуга лет) и профессиональные знания и навыки. Не смог до определенного возраста добиться необходимых результатов — выбываешь из числа перспективных офицеров. Неудивительно, что все свободное время сотрудники были заняты самосовершенствованием.

Поэтому до почетной службы в личной охране Фиделя доходили только супертренированные и высокоинтеллектуальные, знавшие два-три языка, офицеры. Их профессиональная подготовленность достаточно жестко проверялась каждые полгода.

Генерал Франсис Пардо

Яркий пример успешной кадровой политики — уже упоминавшийся начальник Главного управления персональной охраны — дивизионный генерал Умберто Франсис Пардо. Двухметровый темнокожий гигант с огромным щитом орденских колодок на груди. В возрасте 10–14 лет он выполнял поручения повстанцев, был связным. После революции служил в спецвойсках МВД Кубы. Совершил около 100 прыжков с парашютом.

Специалист по партизанской и контрпартизанской войне. Воевал в Эфиопии, Мозамбике, Анголе, Никарагуа. Когда американцы в октябре 1983 года высадились на Гренаде, он улетал с последним самолетом, буквально отстреливаясь от американских морских пехотинцев, догонявших его на джипах уже по взлетной полосе.

Во время одного из посещений подразделений спецвойск Раулем Кастро Франсис понравился ему и был переведен в подразделение его личной охраны.

(Помимо ГУПО за обеспечение личной безопасности Рауля Кастро также отвечает DIIFAR.)

Быстро дослужился до начальника охраны второго лица в государстве.

Был на освобожденной партийной работе, а затем вернулся в ГУПО на должность 1-го заместителя руководителя и через полтора года был назначен на должность начальника.

Другой пример. Один из заместителей министра внутренних дел Кубы — Паскуаль Мартинес Хиль, один из основателей службы государственной безопасности, бывший начальник кубинских спецвойск, десантник, участник боев в Анголе с южноафриканцами. Даже с протезом вместо ноги (подорвался на мине) он бегал кроссы и продолжал прыгать с парашютом.

Кстати, имеющие прекрасный боевой опыт, спецвойска армии и Министерства внутренних дел, полиции и погранвойска активно используются для усиления охранных мероприятий и имеют в этом большой опыт.

Это отнюдь не чиновники, а настоящие бойцы Революции, которым можно доверить охрану первого лица.

Зная, что спецслужбы США постоянно предпринимают попытки внедрения своей агентуры в подразделения охраны, кубинцы большое значение придают конспирации, сохранению в тайне всего, что касается охраны первых лиц государства. В этих целях создана, например, жесткая система узкой профессионализации сотрудников: «Каждый должен знать только то, что ему необходимо для качественного выполнения своих служебных обязанностей».

Уровень знания деталей любой охранной операции, как правило, зависит от должностного положения сотрудника.

Сотрудники кубинской охраны влюблены в своего лидера. И, надо сказать, что он также отвечает им уважением и заботой.

На всю жизнь мне запомнились написанные золотом на стене перед входом в музей Главного управления персональной охраны слова Фиделя Кастро: «Если бы мне снова пришлось бы высаживаться с «Гранмы» на враждебное в то время побережье Кубы, я очень бы хотел, чтобы со мной были те люди, которые меня сегодня охраняют!».

Большего сказать невозможно!

Практически в каждом кабинете сотрудников охраны стены завешаны их фотографиями с Фиделем, причем лично им подписанные (не факсимиле!).

Каждый сотрудник знает, что Фидель всегда помнит добро. Как мы знаем, после штурма казарм Монкады он вместе с двумя соратниками вынужден был уйти в горы, окружающие Сантьяго-де-Куба. Проплутав в горах целый день, беглецы заснули мертвым сном в заброшенной избушке. Повстанцев разбудил армейский патруль, командир которого — лейтенант Педро Сарриа накануне получил четкий приказ: Фиделя Кастро живым не брать, расстрелять его под предлогом попытки к бегству.

Впервые в жизни 40-летний офицер-негр — Педро Сарриа, с огромным трудом сделавший военную карьеру, не выполнил приказа и доставил лидера повстанцев в Сантьяго живым, хотя прекрасно знал, что за невыполнение приказа его ждет как минимум разжалование. Так оно впоследствии и случилось. Позднее, вспоминая об этом случае, Фидель Кастро отмечал, что Сарриа трижды спас его в тот день: во-первых, он утаил от солдат, что в их руках оказался лидер повстанцев, которого они могли расстрелять на месте; во-вторых, не отдал пленников батистовским спецназовцам; в-третьих, доставил повстанцев не в армейские казармы, а сдал их гражданским властям в крепости Вивак.

Кастро не забыл своего спасителя. После победы Революции П. Сарриа присвоили звание капитана, назначили сначала адьютантом президента революционной Кубы Дортикоса Торрадо, а потом начальником президентского эскорта и начальником охраны Президентского Дворца.

Когда в сентябре 1972 года П. Сарриа умер, Кастро лично шел во главе похоронной процессии. Тело было предано земле в Пантеоне Революционных вооруженных сил.

Женщины в охране

В ГУПО МВД Кубы женщины появились в конце 1980-х.

В это время ежегодно в Учебном центре ГУПО проходили подготовку 30–40 женщин. Появление женщин в охране Ф. Кастро не было чем-то неожиданным и удивительным. Женщины-охранники есть в Секретной службе США, в Германии, где имеются даже их профессиональные союзы и ассоциации. В США женщины появились в охране во времена президента Никсона (1969–1974). Наблюдал я и за прекрасной работой женщин — сотрудников личной охраны Н. Чаушеску.

У ливийского лидера М. Каддафи, например, определенное время в подразделении личной охраны были только молодые женщины (к этой практике он, видимо, вернулся в начале 2000-х, о чем свидетельствовали его последние визиты в Украину и Белоруссию).

Работали женщины когда-то и в 9-м Управлении КГБ СССР.

Разумеется, женщина по природе своей не обладает такой физической силой и выносливостью, как мужчина, но, опираясь больше не на логическое мышление, а на интуицию, внутреннее чутье, они раньше способны почувствовать угрозу.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.